ночной звонок

С пульта вневедомственной охраны позвонили в три часа ночи, высокий резкий женский голос сообщил: "Сработала сигнализация, приедете или отпускать охрану?". От дачи до дома 152 км, время ожидания охраны три часа, после этого они имеют право больше не охранять квартиру, а поехать, к примеру, попить пивка.
Что делать, ополоснул лицо холодной водой из бочки, до смерти напугав головастиков, и поехал. Дорога от дачи до Ленинградского шоссе по грунту размытому дождями с ухабами и колдобинами, без освещения заняла около получаса. Только выехал на шоссе, как начался дождь, а при въезде на трассу А-121 дождь перешёл в ливень. Ливень был таким сильным, что щётки не успевали согнать воду с лобового стекла, вот здесь-то мне и пришлось сбавить скорость с начала до 130, а потом и до 100 км/ч. Через 2,5 часа показался город, огромная вывеска ТЦ "Лента" оповещала автомобилистов об этом. Охранник сидел на ступеньках лестницы и скучал. Придерживая автомат коленками, он был страшно удивлён, увидев меня. Вместе с ним осмотрели квартиру. Он, по-хозяйски засунув в карман полученные от меня в качестве бонуса за службу тысячу рублей, сказал, что хорошо бы проверить датчики, сел в машину и рванул к своим друзьям. Дождь прекратил литься, в холодильнике было пусто, есть было нечего, спать не хотелось, возвращаться тоже. Выходные были испорчены. Потом оказалось, что оператор на пульте охраны включила не тот тумблер и сработала моя сигнализация.
Воскресное утро уже не радовало, достал бутылку "Пино нуар" и включил телевизор, шла передача "Дежурная часть". Отпил глоток и, расслабившись, удобно устроился на продавленном диване, голос за кадром нервно комментировал ограбление какого-то известного артиста - несчастного обокрали на пару сотен тысяч долларов. Подонков удалось задержать, но денег и золотых украшений при них не обнаружили. Подброшенный неведомой силой встал с дивана, подошёл к комоду и открыл ящик, достал заначку, пересчитал - все деньги были на месте.
Мою квартиру грабили три раза, два раза грабили дачу и каждый раз для меня это было глубокое потрясение, из которого я выходил не один месяц, но это уже другая история.


Рецензии