Я видел небо

               
                Высоко в горы вполз уж               
                М. Горький
               Рассказ
Шел 1965год. Я заканчивал сельскую восьмилетнюю школу.
Куда пойти учиться дальше,- понятия не имел. Да и откуда взяться этому понятию в неполные 15лет? Единственное, посоветовали родители, что до призыва в
Армию (призыв этот никогда не обсуждался- это было само собой разумеющееся,-что за парень, если не служил?)неплохо бы получить какую-то специальность. Придешь с Армии, а специальность-то уже есть! Сейчас понимаю, как мудры были мои малограмотные родители.(Царство им небесное!) Так вот, не соображал я до тех пор,
пока не узнал, что моя девчонка Валя (это я решил,что моя, хотя кроме пылких моих записочек, ее реакции еще и не было),с подружками, собрались поступать в Барнаульский Строительный Техникум,(а говорили,что артистками будут,- разыгрывали, значит, меня!) Ну, так и я в техникум, куда же еще? Решено. Поступил без проблем учился я хорошо. Это сейчас я размышляю,(да и мать как-то,жалеючи меня, спросила: «Тяжело наверно, на стройке-то, сынок?) что можно бы и по музыке пойти учиться. Покойный учитель пения-молодой парень (зиму всего и поработал и,вдруг повесился),говорил, что слух у меня хороший. Я уже неплохо играл на гармошке-выучился «вприглядку», на слух в основном, немного на гитаре и балалайке-желание отца. Да кто бы посоветовал,настоял, а вопрос,-как же я без Вали, расставил все по местам. Судьба, значит такая…
Год учебы быстро пролетел. Я немного пообвыкся, освоился, друзья появились. Стал смелее даже (уж больно я был в селе стеснительным)На каникулах-летом помогал
 больному отцу заготавливать сено.(Косили, сгребали, ставили небольшой стожок.)
И вот, осенью 1966 года, уже по снегу, читаем объявление от Аэроклуба на колонне фойе, что производится набор для занятий парашютным делом. Ну, не чудо ли? Друзья по комнате это проигнорировали- да,ну,да зачем?А я загорелся, (как Валя оценит, когда узнает?) Записался еще одногруппник-Николай Катунцев, отслуживший уже в Армии- старик по нашему и ребята из других групп и отделений. Было даже три девчонки. Подспудно я и многие пацаны, мечтали прикоснуться к этому самому небу
куда слетали уже столько космонавтов! Какое время-то было?! Героическое время! (Многие годы я помнил поименно- кто и когда совершил очередной подвиг- правда помнил где-то до десяти, потом и запутаться не грех!)
И вот, занимаемся мы этим парашютным делом: учим теорию и навыки укладки парашюта. Дело это было серьезное - от того, правильно ли уложишь, зависит приземлишься ли? Инструктором был парень лет на 6-8 постарше- шустрый и веселый. Звали его Анатолий. Занимались мы месяца три- упорно, скрупулезно укладывая и разворачивая огромный  парашют марки Д1-8 (десантный, наверное),многие годы бывший основным в Советской Армии. Площадь его, как шутил Толя, была с пол-гектара! Потом уже появились современные:малые, щелевые,а потом и вовсе-
«матрацы»! Раза два ходили для знакомства в Аэроклуб,который был недалеко- на Комсомольском проспекте, за корпусом Политехнического института,-старое деревянное двухэтажное здание. Разглядывали портреты знаменитых-живых и ушедших десантников,начиная с довоенных, фронтовиков и разрядников наших дней.-Внимали и проникались, как говорится.
И вот, в начале февраля, Толя объявил, что завтра прыгаем, и нужно срочно собраться в Аэроклубе на медкомиссию и регистрацию. А у нас занятия, ну ничего, отпустили. На медкомиссии нас спросили кое-что, померяли давление. У меня было повышенное.(Наверно волнуется парень, подытожил дяденька врач, ничего, это нормально). Лишь весной, на призывной медкомиссии,при замере оного, меня сначала заподозрили в принятии спиртного накануне, а на следующий день, когда давление вновь было повышенное,написали направление на обследование в Краевую больницу. После двух недель наблюдений, вынесли вердикт- гипертония, наследственная, мол. Я и слово то гипертония, услышал впервые. Мог бы и не служить. Спрашивала тетенька в очках- А вы, молодой человек, служить-то хотите? Я так опешил, потом что-то много, много говорил, что рассмешил врачей. Служил с ограничением. Ну, служил же!
А с регистрацией и вовсе- смех, да и только. Впрочем,смеялся я уже после, а тогда перетрусил изрядно. Ведь паспорта у меня еще не было. Соврал я, что он на прописке и показал комсомольский билет, где предварительно (как научили) исправил с помощью бритвочки, свой год рождения,прибавив недостающие два года. Ну, парень
я был крупный, деревенский, мне и три года больше иногда давали. Вообщем поверили, или сделали вид, не знаю.Записали. Товарищи говорили, что морда у меня была красная.Не умел я врать.(Во благо, сделал я вывод,- иногда, соврать просто необходимо!)
На другой день прыжки, а нас с Николаем Катунцевым опять не отпускают. Решительно так. Вся группа загудела в нашу поддержку, я чуть не в слезы. Со скандалом, угрозой «неуда», но отпустили. Мы кинулись в Аэроклуб, благо, что близко,- успели.
Ехали долго, за городом потянул ветерок (стоял февраль) и на месте прыжков (между Михайловкой и Шахами),мы вдруг узнаем, что прыгают только разрядники,а нам перворазникам нельзя- ветер больше 7м/сек. Какое же было разочарование! Зато посмотрели, как прыгают асы. Прыгали на точность приземления. Ориентиром был
большой красный крест из полотнищ. Здорово! Вот где надо внимать. И мы внимали, ставя себя на их место.Все три прыжка обошлись нам в шесть поездок и много, много
потраченных нервов- то не отпускают с занятий, то снова запредельный ветер. Все прыжки со второго раза! Но вспоминаю я их до сих пор с восхищением, восторгом!
Ан-2- кукурузник, взлетает, набирая высоту по большому кругу, не уходя от креста. Рев мотора, ничего не слышно, мигает красная лампочка. Мы сидим на лавках вдоль
борта, пристегнутые карабином от парашюта за спиной - основного (был и малый-запасной, на пузе) к натянутому под потолком тросу. Волнение от ожидания,страх перед неизвестностью, нарастали. Методичное мигание красной лампочки, как метрономом, усиливало психологическое давление. Но вот загорелась зеленая лампочка с пронзительным, хриплым, звуковым сигналом- кря, кря!Толя вскочил, открывает дверцу,- заплатой мелькнуло голубое небо. Самолет сбавил обороты мотора и он начал, как бы проваливаясь в яму, планировать. Сердце забилось и под
катило куда-то к горлу. А Толя-инструктор, стоя у двери, заорал- Пошел, пошел! Вспоминаю эту жуть и сейчас в сердце холодок! Успел заметить, как на секунду замешкавшегося Николая Катунцева, Толя привычным приемом - коленом под зад, проводил в проем, продолжая орать-Пошел, пошел! Высота 800м. Шагнул и уже ничего не соображая, в ужасе слышишь, как за спиной что-то задергалось (это снялся пристегнутый карабином чехол с купола, стропы начали, пощелкивая, высвобождаться из укладки, и вот, освободившись, они под раскрывшимся куполом,натянулись под твоим весом, как струны, и дернувшись,ты уже качаешься, как контрольный мешок с песком!)Падая, (а падают перворазники свободным полетом метров 25- трос с чехлом,плюс купол-5, стропы-8 и пока все распутается, и натянется - ужас! В голове у меня мелькнуло: Ну вот и все, хана, отжил! А потом, когда уже качаешься под куполом и глаза открыл, тут этот восторг и приходит! И такое счастье, что живой, а небо такое голубое и облачка ниже тебя! И я орал от  счастья! Затем, очухавшись, я увидел внизу людей - маленьких, как букарашки и красный большой крест. Он манил,как магнит и я,осознав свое нахождение относительно его, невольно потянул стропа, как учили: передние-вперед,сбоку потянешь-туда и начнешь скользить.Руки у меня были крепкие и я тянул изо всех сил! Не так далеко от него и приземлился,даже не упав,согнув ноги и выставив  их чуть вперед,-все по науке.Парашют "погасил",стараясь быстро,чтоб не уволок,а вот карабин на груди расстегнуть не могу-пальцы в перчатках совсем окоченели.И тут передо мной появилась,подбежавшая девушка. Помогая расстегнуть карабин сказала: «Ну что,совсем замерз?» Потом мне скажут,что это была чемпионка мира Лидия Еремина! После трех прыжков наша учеба  «десантная» закончилась. Хочешь-занимайся профессионально,хочешь-так живи. Я выбрал второе, да и не приняли бы меня по-правде,с этой гипертонией! И учиться надо было. Вручили маленький значок, жали руки, говорили, что молодцы! Фотография общая у самолета сохранилась. Так что все по-правде, никакого подвоха. Замечу, что девчонки после прыжков, нас зауважали, а Валя наконец-то заметила мою привязанность к себе и ответила взаимностью! После окончания техникума через два года, молодая учительница-Галина Ефтеевна,узнав, что нас с Валей распределили в разные места,тут же у двери кабинета директора, развернула меня за шкирку, шепчя на ухо: «Иди и скажи, что вы любите друг
друга и хотите быть вместе!»... И отправились мы с Валей в в/часть 01428- стройбат конечно!-(Уговорили «покупатели»)- служащими Советской Армии, где вскоре и поженились!
Но это уже совсем другая история… И до сих пор,при случае,я говорю: «Я видел небо!»