Путь к себе. Главы 17, 18

                Глава семнадцатая

На работу я вышла только в среду, хотя виновники едва не состоявшегося наезда были обнаружены через несколько часов после происшествия. Заляпанный джип внезапно остановился посреди дороги рядом с постом ДПС. Из него выскочили двое перепуганных подростков, которых тут же задержали. Выяснилось, что в автомобиле просто закончилось топливо. Он был угнан из неприглядного двора в центре города, подростки жили на окраине и приходились друг другу двоюродными братьями. Поскольку обоим еще не исполнилось четырнадцати лет, никакого существенного наказания за угон они не понесут. Вот, если бы они кого-то задавили, тогда другое дело. Однако эти мальчишки не были невинными овечками, однажды их поймали на краже из автомобиля, но и тогда они отделались лишь легким испугом. В свои неполные четырнадцать они не только сумели вскрыть автомобиль, но и завести его без ключа, однако с вождением у них было неважно. Тот, что был за рулем, заявил, что перепутал педали и, вместо того чтобы притормозить, увеличил скорость. Наверное, так и было.

Денису обо всем сообщили в понедельник утром, но он еще два дня все проверял и перепроверял. Встретился с Максимом, подробно обо всем расспросил и поблагодарил за мое спасение. Потом пообщался с мальчишками и их родителями. Обе семьи оказались не слишком респектабельными, но и не пьяная голытьба. Денис хотел убедиться, что не было никакого сговора. Мальчишек могли подкупить, зная, что из-за юного возраста им за их проступок ничего не будет, и те оказались в автомобиле  после несостоявшегося наезда. Однако никаких подтверждений этой версии нанятым сыщикам найти не удалось. Получалось как-то слишком сложно, но разве не так обстояли дела с исчезновением женщин? Неужели опять Шахматист? А как же тогда несостоявшийся поджог? Впрочем, и там все не так уж просто и примитивно. Ведь заказчику удалось нанять исполнителей и расплатиться с ними, ни разу нигде не засветившись. Все-таки я склонялась к тому, что у Дениса только один активно действующий враг, а уж, Шахматист он или нет, время покажет.

Проведя два дня в заточении в доме Дениса, я с особым рвением накинулась на работу. В прошедшие дни Денис поздно возвращался домой, усталый и недовольный. Отчитывался о расследовании происшествия с наездом, но больше ни о чем не рассказывал. Я поинтересовалась, как продвигаются дела в Устюженке, на что он ответил: «Никак». Вот и поговорили. Я больше не стала ни о чем спрашивать. С воскресной ночи что-то в наших отношениях неуловимо изменилось, появилась какая-то трещинка. Наша близость стала не такой пылкой, как прежде, и я не знала, как к этому относиться. В общем, в моей, и без того, нестабильной жизни появилась еще одна неопределенность.

Звонок Максима слегка приподнял мое настроение. Поздоровавшись, он весело сообщил, что господин Крутов за мое спасение отвалил ему такую сумму, что теперь он может пару лет не работать.

- Только не это! – преувеличенно испуганно воскликнула я. – Не хочу, чтобы из-за меня вы превратились в тунеядца!

Он рассмеялся.

- Этого не будет, но я подумываю о смене профессии на более выгодную. Буду ходить по городу, выискивать симпатичных задумчивых дамочек и, когда они вляпаются в какую-нибудь неприятность, буду их спасать, а в свободное время подсчитывать гонорары.

- Боюсь, доходы будут нестабильными, - шутливо предостерегла я. – А на самом деле, чем вы занимаетесь?

- Ремонтом квартир. По профессии я электрик, но в прошлом году стал совладельцем фирмы, хотя и прежней работой не брезгую. Теперь благодаря премии за ваше спасение смогу выкупить долю партнера, он давно собирается выйти из этого бизнеса. Признаться, стать единоличным владельцем я и не мечтал, разве что в отдаленном будущем. – Его голос просто искрился радостью. – Денис Сергеевич вам сказал, какую сумму он отвалил за ваше спасение? – вернулся Максим к началу нашего разговора.

- Нет, - растерянно ответила я. – Он вообще о деньгах не упоминал, сказал, что встретился с вами и поблагодарил.

- И «поблагодарил» и «отблагодарил», - усмехнулся Максим. – Поверьте, я отказывался, сколько мог. Но он настаивал, а сумма была такой соблазнительной…

- Максим, не нужно извиняться и оправдываться. Вы ничего у него не выпрашивали. Он поступил так, как считал нужным, и вы сделали бы глупость, если бы отказались от денег. Да он бы вам и не позволил отказаться! – рассмеялась я.

Закончив разговор, я продолжала улыбаться. В это время на телефон пришло сообщение. В нем говорилось, что на мой счет поступило сто тысяч рублей. Я ничего не понимала. Здесь премия выплачивается только по итогам года, никаких промежуточных выплат. Я еще раз перечитала сообщение и тогда поняла, что указанная сумма переведена на мою старую карту. Мое сердце взбрыкнуло и забилось часто-часто. Это Андрей расплачивается за новую квартиру, дошло до меня, обрубает все концы. Или нет? Я набрала сообщение:

- Андрей, это ты перевел деньги на мой счет?

Ответ последовал незамедлительно:

- Да.

- Я же говорила, что не нужно этого делать.

- А я говорил, что сделаю. Уже делаю.

Я не знала, что ответить. Или не отвечать? Но я все-таки ответила:

- Как знаешь.

Бросив телефон на стол, я выскочила из кабинета и, спустившись по лестнице, вышла на улицу. Там меня сразу обдал холодный ветер, но я этому только радовалась. Мне было необходимо охладиться и успокоиться. В это время к входу подъехал автомобиль, и из него вышел Денис. В два шага он оказался рядом и набросил мне на плечи свой пиджак.

- Дина, почему ты тут разгуливаешь без верхней одежды? Ты же можешь заболеть!

- А ты не простудишься?

Он улыбнулся.

- Заботишься обо мне? Это хорошо. Но не беспокойся, я закаленный. Если бы сейчас было свободное время, я бы нырнул в Кунгу и проплыл парочку километров. Это здорово бодрит. И все же, почему ты оказалась на улице без верхней одежды?

Я не могла правдиво ответить, чувства во мне были слишком сумбурными, поэтому обошлась полуправдой.

- Мне стало нехорошо, - пробормотала я, - и я решила проветриться.

Он притянул меня к себе и чмокнул в нос. Я заметила несколько любопытных лиц, прильнувших к окнам, Денис наверняка их тоже заметил, но его никогда и ничто не смущало, и он предложил немного прогуляться, чтобы я окончательно пришла в себя.

- Нужно обратиться к врачу, - наставительным тоном произнес он. – Такие эпизоды нельзя оставлять без внимания. Валентин Иванович очень хороший специалист, можешь во всем ему доверять. Или это женские недомогания?

- Нет, ничего такого, не о чем беспокоиться, - заверила я и на всякий случай добавила: - и это не климакс.

Денис рассмеялся, но расщедрился лишь на одну фразу:

- Ох уж, эти женщины!

Минут через пятнадцать я почувствовала себя нормально, и мы вернулись в офис. Денис вслед за мной вошел в мой кабинет и распахнул форточку. Ветер дул в эту сторону, так что бумаги, лежащие на столе, тут же разметало по комнате. Денис сразу форточку закрыл и включил кондиционер, после чего помог мне собрать бумаги.

- Дина, в твоем кабинете слишком душно, следи за этим. Наверное, у тебя дистония.

Я не выдержала и рассмеялась.

- Не знала, что ты еще и в медицине разбираешься.

- А я вообще неглупый парень.

Неглупый, а еще очень заботливый, подумала я, и мне стало стыдно за то, как себя с ним веду. Захотелось подойти к нему и взять его за руку, но в это время, стукнув в дверь, вошел Кирилл.

- Денис Сергеевич, там Москва на проводе.

- Уже иду, - отозвался Денис.

Кирилл вышел, а Денис сделал шаг в мою сторону, но затем развернулся и направился к двери.

- Нельзя расслабляться, - сказал он, он уже не раз так себя приструнивал, - дел невпроворот, но я постараюсь сегодня пораньше освободиться. Нам нужно серьезно поговорить.

Предстоящий «серьезный разговор» висел надо мной, как Дамоклов меч. Понятно, Дениса не устраивают наши отношения. Он хочет от меня полной отдачи во всех смыслах, но, в отличие от него, я отдаюсь нашим отношениям, в лучшем случае, наполовину. Почему он так торопится – хочет от меня ВСЕГО и СРАЗУ? Я к этому не готова. Возможно, все сложилось бы по-другому, если бы наши отношения развивались постепенно. Мы слишком поторопились. Или дело в другом – я не могу простить себе, что связалась с женатым мужчиной? Пай-девочка во мне еще не умерла. Что же делать? Наверное, нужно разъехаться, чтобы понять, насколько сильные чувства нас связывают. Только вряд ли Денис на это согласится, скорее, предпочтет явный разрыв. Готова ли я к этому? Перед глазами предстала картина, нарисованная Раей – мы с ней выгуливаем собачек и обсуждаем их рацион, в то время как Андрей в очередной раз становится отцом. Нет, к этому я точно не готова. Пусть я не влюблена в Дениса, но он мне небезразличен, далеко небезразличен.

Наконец, вечер наступил. За ужином мы без особого энтузиазма обсуждали сиюминутные дела. Атмосфера тем временем накалялась. Я чувствовала, что сегодня моя жизнь в очередной раз может круто измениться. Я так устала от всех этих поворотов! Ладно, как будет, так и будет. Пора становиться фаталисткой. Но какие претензии может предъявить мне Денис? Я перебирала в уме возможные варианты, но ни один из них не оказался верным. Когда мы с бокалами вина в руках перебрались в гостиную, Денис, наконец, начал разговор, о котором предупредил меня еще днем.

- Дина, в последние дни ты еще больше отдалилась от меня. – Я не стала его переубеждать, а с замиранием сердца ожидала, что последует дальше. – Я знаю, почему так произошло, - продолжил он, не отрывая от меня напряженного взгляда. - Ты считаешь меня бандитом, который решает свои проблемы с помощью кулаков. – Он машинально потер сбитые костяшки пальцев на правой руке, ссадины на них еще до конца не зажили. – Но я же тебе объяснял! Такие выродки понимают только грубую физическую силу! Разговаривать с ними о высоких материях и взывать к их совести бессмысленно!

- Я уже поняла.

- Это тебе только кажется, что поняла, - возразил он. – На самом деле, ты и не могла этого понять. Твоя жизнь была совсем другой, ты не видела изнанку жизни, поэтому тебе чуждо насилие. Поверь, я уже очень давно не применял физическую силу, но бывают такие ситуации, когда без этого не обойтись.

Я в очередной раз попыталась его убедить, что все понимаю, но мне это не удалось.

- Ты считаешь меня чудовищем! - воскликнул он. – Даже то, что я набрасываюсь на тебя с таким пылом, ты ставишь мне в вину. – Я потеряла дар речи от удивления. - В последние дни я пытался вести себя более сдержанно, но это, как водка без градусов, как кофе без кофеина или цветы без запаха. То, да не то!

Мое удивление сменилось безудержным смехом.

- Денис, я не знала, что ты такой фантазер! Надо же, до чего додумался! С чего ты взял, что мне не нравится наша близость?

- Значит, нравится? – ошеломленно спросил он.

- Конечно.

- Тогда я совсем не понимаю, что между нами происходит.

Я поняла, что дальше увертываться от ответа нечестно, да и не получится. И я очень последовательно и подробно изложила свою позицию. Началось все со взаимной симпатии, сказала я, совместного времяпровождения, затем под воздействием обстоятельств мы сблизились. То, что вскоре, особо ни о чем не задумываясь, съехались, было ошибкой. Нужно было продолжить встречи и посмотреть, что из этого получится. Но мы поторопились. С тех пор я постоянно чувствую, что мы поступаем неправильно. Я надеялась, что со временем это чувство пройдет, но время идет, а оно не проходит, а только усиливается. Я ощущаю себя самозванкой в чужом доме, отчего мне очень неуютно. Денис выглядел ошеломленным.

- Все даже хуже, чем я думал. Что же нам делать?

- Думаю, нам нужно разъехаться, - выдавила я.

Он вскочил.

- Разрыв?! Неужели я тебе совсем безразличен?!

- Ты мне очень дорог, - искренне заверила я, - но совместной жизни пока не получается. Я предлагаю разъехаться, а не расстаться. Мы можем встречаться. Но окончательное решение за тобой.

Денис заметался по комнате.

- Встречаться! Я не мальчик, чтобы по свиданиям бегать! Мне нужна постоянная женщина рядом, и не просто какая-то женщина, а ты!

Я еще раз попыталась донести до него свою позицию, но почему-то сейчас даже мне самой мои доводы не казались убедительными. Наверное, Рая права – и я просто с жиру бешусь. Денис перестал метаться по комнате и, сев за стол, вперил в меня тяжелый взгляд.

- Может, ты до сих пор любишь своего бывшего мужа?

На мгновение мое сердце защемило, но тут же отпустило.
- Нет, - отмахнулась я и от его вопроса, и от своих мыслей. - Какая любовь? Любовь и предательство несовместимы.

- Вот с этим я полностью согласен, - поддержал Денис и с надеждой посмотрел на меня. – Может, не будем рубить с плеча? Дай нам еще немного времени, чтобы привыкнуть друг к другу.

- Хорошо, - немного подумав, ответила я. – Вернемся к этому разговору после твоего дня рождения.

Он невесело рассмеялся.

- Ну, спасибо и на этом. Хотя бы не собираешься выставить меня полным дураком перед сотней гостей. Но могла бы дать времени и побольше. К чему спешить?

У меня был ответ на этот вопрос. Тянуть нельзя. С каждым днем ощущение внутреннего дискомфорта, чем бы оно ни было вызвано – тем ли, что я с жиру бешусь или чем-то другим, усиливается и, к чему это приведет, неизвестно. Однако я не хотела обижать Дениса и лишь напомнила, что мы уже обо всем договорились. И еще я ему сказала, что необязательно посвящать других в наши дела. Даже, когда мы разъедемся, пусть все считают, что мы по-прежнему живем вместе. Иначе подумают, что я поверила во все обвинения.

- Спасибо, что заботишься обо мне, - хмуро произнес Денис, - но мне было бы гораздо легче со всем справиться, если бы ты была рядом.

- А я пока умирать и не собираюсь, - жизнерадостно заявила я, - так что ты всегда можешь рассчитывать на мою поддержку.

Я решила, что больше не буду копаться в себе. Хватит! План на ближайшее будущее есть, вот и буду ему следовать. В эту ночь наша близость была необычно нежной и немного грустной, будто мы прощались.

В субботу мы отправились в гости к Вадиму Васильеву. Я не знала, как следует одеваться на дружескую вечеринку музыкантов. Денис заверил, что это большого значения не имеет, там все очень демократично, и каждый одевается, как хочет. Я решила надеть однотонный шелковый костюм – элегантно, нарядно, но не вычурно. Денис одобрил мой выбор. В начале шестого мы подъехали к серому зданию на Центральной площади. Мне всегда было любопытно, что же находится за этими стенами. Вскоре я это узнала. Широкие мраморные лестницы, покрытые ковровыми дорожками, старинный дребезжащий лифт и пестрые витражи в окнах. Квартира впечатлила еще больше. Огромная, светлая, обставленная антикварной мебелью. А сколько всяких штрихов! Картины, безделушки, светильники – и все подобрано с таким вкусом, что просто завораживало. И в то же время, квартира не казалась музеем, она была живой, несла на себе отпечаток не только предыдущих поколений, но и нынешних жильцов.

Дверь нам открыл хозяин, затем подошла его жена. Я представляла, как выглядит Вадим – среднего роста, худощавый, с интеллигентным нервным лицом. Вблизи он выглядел старше, чем со сцены. Ему недавно исполнилось пятьдесят, Наташа была моей ровесницей, так что мы сразу перешли на ты. Волосы у нее были ядовито черного цвета, черные глаза и чрезмерно обтягивающее несколько расплывшуюся фигуру черное платье. Выглядела она довольно мрачно, даже улыбка, с которой она нас встретила, не рассеяла мрачного впечатления. Денис вручил ей роскошный букет, а Вадиму бутылку коньяка и банку икры.

В огромной гостиной уже собралось человек десять. Когда мы вошли, молодая белокурая женщина подошла к роялю и исполнила что-то бравурное. Денис был со всеми знаком и стал знакомить меня с присутствующими. За последние пару месяцев в моей жизни появилось столько новых лиц, что я даже не пыталась всех запомнить. Как знать, может, мы больше и не увидимся.

На нескольких столиках были расставлены закуски и напитки. Народ активно всем этим пользовался, слышался многоголосый гомон и смех. Мы с Денисом устроились на маленьком диванчике с бокалами в руках.

- Ну, как тебе здесь? – спросил он.

- Квартира шикарная. Понятно, почему Вадим не хотел с ней расставаться.

- Главное в том, что это его родовое гнездо. Мне всегда этого не хватало. Решил стать основоположником новой династии, построил дом, только вот жить в нем некому. Ты тоже хочешь его покинуть.

- Мы не расстаемся, а временно разъезжаемся, - напомнила я. – Мне нужно избавиться от тараканов в своей голове, иначе у нас ничего хорошего не получится. А для того, чтобы от них избавиться, мне нужно побыть одной.

Денис обнял меня за плечи.

- Я все понял, но от этого не легче. Я не хочу тебя терять.

Я вдруг поняла, что тоже не хочу его терять. Несмотря на моих тараканов, у нас бывали очень светлые моменты.

- Я тоже не хочу тебя терять, - искренне заверила я и прислонилась к нему головой.

Затем контрабасист, совсем не артистической внешности, стал рассказывать о прошедших гастролях, используя нас в качестве благодарной аудитории. Он обладал талантом рассказчика и чувством юмора, так что вскоре к нам и другие присоединились. Я слушала веселые рассказы и смотрела по сторонам. Наталья сидела в кресле в стороне от всех и, потягивая из бокала, на кого-то мрачно уставилась. Я проследила за ее взглядом. Возле окна Вадим о чем-то беседовал с белокурой пианисткой, и не просто беседовал. Он обнимал ее за плечи, а она склонила голову ему на плечо – примерно такая же композиция, как у нас с Денисом. Мне это очень не понравилось.

Контрабасиста кто-то отвлек, после чего и остальные разбрелись по гостиной. В это время к нам подошел Вадим.

- Скоро должны подойти еще несколько человек, - сообщил он, - а в семь подвезут ужин. – Затем обратился ко мне. – Дина, можно я ненадолго украду Дениса? А то мы давно не виделись. И еще: у меня к тебе просьба. Пожалуйста, отвлеки чем-нибудь Наташку, а то она опять напьется. Надоело уже.

Когда они удалились в кабинет, я подошла к Наталье. Я примерно догадывалась, почему она напивается. Поведение Вадима было возмутительным. Я попросила ее показать мне квартиру и, главное, хотелось выйти на знаменитый балкон.

- Там слишком холодно, - выдавила она.

- Но хотя бы на минутку.

Выход на балкон был из гостиной и из соседней комнаты, которую, судя по обстановке, можно было назвать малой гостиной. Мы прошли туда, и вскоре я оказалась на балконе, которым уже много лет любовалась с улицы. Снаружи он был как бы помещен в причудливую раму, украшенную лепниной, но изнутри никаких особых красот не было, просто длинный и широкий балкон, по счастью ничем не заставленный. Мы немного там постояли и вернулись в комнату.

- Не хочу возвращаться к гостям, - хрипло произнесла Наталья. – Не могу смотреть, как он любезничает с этой Риткой.

- Так, положи этому конец! – возмущенно воскликнула я.

- Как?

- Пойди, устрой скандал и выброси эту наглую девицу из квартиры!

Она невесело усмехнулась.

- Он, скорее, меня вышвырнет, чем ее.

- Ты же имеешь такое же право на квартиру, как и он! – продолжала я возмущаться.

- А вот и нет. Я тут вообще на птичьих правах, даже не прописана. – Я с недоумением посмотрела на нее. – Да, двадцать лет женаты, а я никаких прав не имею, он единоличный владелец квартиры.

- Где же ты прописана?

- У родителей. Когда мы поженились, он сказал, что пропишет меня, когда появится ребенок. Но поскольку ребенок так и не появился… Я почти до сорока лет лечилась, да все без толку. А он хочет наследника, вот и зарится на молодых. Знаю, у него всегда были интрижки, но еще никогда он не вел себя так нагло. В оркестре дирижер Царь и Бог, и Вадим очень умело этим пользуется.

Я сказала, что цепляться за него при таком раскладе пустая трата времени и душевных сил.

- Ты не была в моем положении, - скривилась она, - поэтому не поймешь.

- Я была в твоем положении совсем недавно, - возразила я.

- И как ты поступила?

- Когда узнала, что муж мне изменяет, подала на развод.

- И сразу оказалась в объятиях Дениса?

- Да, - нахмурилась я. – Денис очень напористый, и я не устояла.

- Тебе повезло. Вадим с Денисом регулярно созванивались, когда мы были в Китае, так что я о тебе наслышана. По словам Вадима, Денис на тебе просто помешался. Впрочем, мужикам верить нельзя. Я помню, как он восторгался Верой, прямо обмирал. Когда она исчезла, сам на себя стал не похож. Однако быстро утешился.

Меня неприятно царапнуло по сердцу. Неужели это ревность? Я попросила Наталью рассказать мне о Вере.

- Зачем это тебе? Она ушла в прошлое.

- Просто интересно.

- Да что о ней рассказывать, - усмехнулась Наталья. - Красотка, одним словом. Ничего кроме внешности и нарядов ее не интересовало.

- Денис говорил, что с ней можно обо всем поговорить, - перебила я.

- Если можно считать разговором междометия и поддакивания. О, она очень хорошо умела подать себя и пустить пыль в глаза. Смотрит на тебя своими зелеными глазищами, да так заинтересованно, будто и впрямь понимает, о чем речь. Там междометие, там улыбка, а то и вопрос какой задаст. Складывается впечатление, что она в теме. Но я несколько раз ее подловила, за что она меня возненавидела. Впрочем, у меня были и другие грехи – не та одежда, не тот макияж. А у Верки были большие амбиции, она мнила себя иконой стиля. Свою фирменную фишку завела – всегда красила ногти в зеленый цвет, неважно, что на ней надето, хоть красное. А Денис даже ее зелеными ногтями восторгался, прямо, как ребенок.

- А она его любила?

Наташа ненадолго задумалась.

- Думаю, да, что-то такое проскальзывало. Во всяком случае, она вышла за него замуж не только из-за денег.

Мне стало грустно. Вот ведь, как в жизни бывает. Двое любят друг друга, впереди у них много счастливых лет. И вдруг все обрывается. Один исчезает, другого подозревают в преступлении. Теперь Денис увлекся мной, а я собираюсь дать задний ход. Нелегко ему живется. Заметив мою грусть, Наталья ободряюще улыбнулась.

- Вадим говорил, что Денис хочет на тебе жениться, когда появится такая возможность. – Я кивнула. – А ты хочешь за него замуж?

- Пока рано об этом говорить, - оборвала я неприятную тему. – Лучше расскажи, что собираешься дальше делать.

- Ничего.

Понимаешь, сказала она, я флейтистка и очень люблю свою работу. А служу я в оркестре, которым управляет Вадим. Знаешь, что будет, если мы разведемся? Мне придется уволиться. Но почему? – недоумевала я. Да потому, что мне там житья не будет. Если Вадим Царь и Бог, то Ритка возомнит себя Царицей и Богиней. Она и сейчас ко мне цепляется, а когда последний барьер исчезнет, вообще житья не даст. Но ведь есть еще Оперный театр, напомнила я. Оказывается, Наташа уже наводила справки, но там нет вакансий и в ближайшее время не предвидится. Да, ситуация казалась весьма печальной, но я попыталась вдохнуть в нее оптимизм.

- Даже в нашем возрасте рано ставить на себе крест! – воскликнула я.

- А ты нас не сравнивай, - хмуро отозвалась Наташа. – Ты такая изящная и хорошенькая, как куколка. – Я сжала кулаки, чтобы сдержать ярость. - Мужчинам нравится таких защищать и оберегать. А на меня посмотри!

- Ты интересная женщина, - ничуть не покривила я душой, - но выглядишь слишком мрачной, такое вряд ли кому-то понравится.

Наташа неожиданно улыбнулась.

- Ты права. Мне нужно измениться. Если другим это удавалось, то и мне удастся. Хватит себя жалеть. – И вдруг рассмеялась.

Оказывается, она вспомнила первое появление Дениса в этой квартире. Он ей показался тупым качком. Она даже удивилась, как у ее племянницы хватило смелости обратиться с просьбой к такому монстру. Но Вадим был очень благодарен Денису и взял над ним шефство. «Он любит строить из себя Пигмалиона», - сказала Наташа. И ведь за несколько лет его подопечному удалось измениться до неузнаваемости. Поначалу она подумала, что и Риту Вадим принял в оркестр, чтобы возвести ее на новые профессиональные вершины, так как та весьма посредственная пианистка. Но за год та в своем мастерстве ничуть не продвинулась, зато весьма преуспела в отношениях с дирижером. Закончив свой рассказ, Наташа лукаво посмотрела на меня, враз преобразившись.

- С чего начнем?

- С флирта! – выпалила я. – В вашем оркестре есть кто-нибудь, кто тебе нравится?

- Федя, наш контрабасист. Он ко мне тоже относится с симпатией.

- Отлично! Он мне понравился, веселый и остроумный.

- Так и есть. И что же мне делать?

Мы еще минут пятнадцать вырабатывали план действий на остаток сегодняшнего вечера, не заглядывая дальше. Наш весьма интересный разговор прервало появление Вадима с Денисом.

- Вот где вы прячетесь! – воскликнул Вадим. – Наташа, там ужин привезли. Пойди, распорядись. Кстати, опоздавшие подошли, так что общее количество шестнадцать человек. Я подсчитал.

Наташа шутливо взяла под козырек.

- Есть, господин. – И направилась к двери.

Вадим с недоумением посмотрел вслед жене.

- Вы тут, что, обкурились или нанюхались?

- Ни то, ни другое. Просто пообщались.

Когда он покидал комнату, недоумение на его лице все еще удерживалось. Я хотела выйти вслед за ним, но Денис меня задержал.

- Сеешь разумное, доброе, вечное?

- Пытаюсь.

Он прижал меня к себе и поцеловал. Сначала поцелуй был чуть ли ни робким, затем страсть подхватила нас обоих. Когда мы отстранились друг от друга, Денис сияющими глазами посмотрел на меня.

- Может, нам не стоит разъезжаться?

- Ты же обещал на меня не давить, - простонала я. – А ты постоянно давишь. Вот поэтому я и хочу побыть немного одна. А то, что между нами существует притяжение, и очень сильное, я никогда не отрицала.

Чтобы покончить с этой темой, я перевела разговор на другое.

- А твой дружок хорош! Так бы и стукнула его чем-нибудь тяжеленьким. Если разлюбил жену, разводись! Но зачем ее так унижать, да еще в присутствии коллег?

- Я ему кое-что сказал по этому поводу.

- И что он ответил?

- Сказал, что собирается разводиться.

- Когда?

Денис рассмеялся.

- Ты покруче тех следователей, с которыми мне приходилось общаться. От ответа на последний вопрос Вадим увернулся.

- Вот! Я так и знала. Он просто энергетический вампир, подпитывается Наташиными страданиями. От такого надо бежать без оглядки!

- Ты именно это ей и посоветовала?

- Это наш маленький женский секрет, - уклонилась я от ответа.

Когда мы вышли в коридор, то услышали звон посуды и разговоры, видимо, рядом находилась столовая. В гостиной дым стоял коромыслом. Похоже, музыканты ничего не слышали о здоровом образе жизни. Появилось несколько новых гостей, и Денис меня с ними познакомил. Опять новые лица, далеко не все из них показались мне приятными. Один вообще напоминал алкоголика или наркомана. Интересно, на каком инструменте он играет? Оказалось, что он настройщик. Я осмотрелась. Наташа с Федей уместились на диванчике, который мы с Денисом занимали в начале вечера, и о чем-то оживленно переговаривались. Вадим сидел в кресле, на подлокотнике которого устроилась Рита, и напряженно смотрел в пространство. Когда она положила руку ему на плечо, он раздраженно ее стряхнул. Интересно, что это – реакция на разговор с Денисом или на флирт Наташи с контрабасистом? Скорее, второе. Даже, если он ее не любит, ему наверняка это неприятно. Ведь мужчины собственники. Да и перед коллегами неудобно, если решат, что жена наставляет ему рога.

За обеденным столом было то же самое. Вадим с Ритой сидели во главе стола, но он ее полностью игнорировал, а Наташа с Федей продолжали оживленно общаться. Я была довольна развитием событий, лишь бы у Наташи хватило сил и терпения и дальше так держаться. На прощание мы с ней обменялись номерами телефонов. По ее инициативе. На обратном пути и дома мы обсуждали прошедшее мероприятие. Много времени уделили отношениям Вадима и Наташи. Она в молодости была очень симпатичной, сказал Денис, а теперь напоминает черную вдову. В какой-то мере я понимаю Вадима. Похоже, Денис осуждал своего друга не за измену, как таковую, а за публичное унижение. У меня сразу возник вопрос к нему:

- Ты изменял свои женам?

- Случалось. Иногда.

- И Вере?! Только честно.

- Ну, было пару раз, - неохотно ответил он.

Я ничего не понимала.

- Но почему?! Ты же ее любил!

Денис вскочил и заметался по комнате.

- Какой же я идиот! – запричитал он. - Сам себе яму рою. Не знаю, как объяснить, просто мне как будто всегда чего-то не хватало. А с тобой все по-другому. Я никогда тебе не изменю, и не потому, что вдруг стал ангелом во плоти. Просто с тобой мне всего хватает! Ты мне веришь?

Как ни странно, я ему поверила и кивнула. А он рассказал недавний эпизод. Он был на деловом ужине, так одна дамочка прямо из шкурки выпрыгивала, пытаясь его завлечь. Она была молодой и симпатичной. Раньше он бы наверняка на нее клюнул, а тут его едва не стошнило.

- Вот, что ты со мной сделала, - закончил он свой рассказ.

Если бы я его любила, такая исповедь меня бы порадовала, а так – меня охватила паника. Денис, я ничего тебе не обещала! – хотелось закричать мне. Я вспомнила Наташин рассказ, как «тупой качок» приобщался к цивилизации, как полюбил Веру, как ее потерял, как потом страдал, а теперь может потерять и меня. Мне стало до слез его жалко, и я по-матерински нежно притянула его к себе.

- Пойдем спать.


                Глава восемнадцатая

Подготовка к юбилею Дениса вступила в завершающую стадию, так что у меня не оставалось ни минуты свободного времени. С утра я ненадолго появлялась на работе, быстро расправлялась с самыми срочными делами, а потом вместе с менеджером Надей моталась по городу, улаживая всевозможные проблемы. То и дело мне звонили новые знакомые, советуясь насчет подарка юбиляру. И где только они  раздобыли номер моего телефона? Вскоре мне предстояло встречать этих чужих людей в доме Дениса в качестве хозяйки. Непростая задача. А вот приезд двойняшек я предвкушала с удовольствием. В общем, несмотря на то, что неуютно чувствовала себя в новой жизни, я все больше в ней увязала.

В среду раздался звонок из прежней жизни. Позвонил Егор. Он был лучшим другом Андрея еще со студенческих лет. В последние годы они редко встречались, но поддерживали постоянную связь. В тридцать лет Егор вдруг решил резко изменить свою жизнь. Он уехал в деревню, чтобы стать фермером, хотя до этого был сугубо городским человеком. Поначалу все складывалось крайне неудачно, и его жена, забрав маленькую дочь, вернулась в город. На него ее демарш не подействовал, так что они через некоторое время развелись. Спустя несколько лет он женился на местной женщине, теперь у них двое детей и крепкое хозяйство. Мне казалось, что Егор всегда меня недолюбливал, так что его звонок меня удивил. А он сразу набросился на меня с обвинениями.

- Как ты можешь быть такой черствой! Ты его в гроб вгонишь! Или ты именно этого и добиваешься?

Мне было обидно, что старые друзья обвиняли именно меня в нашем разрыве. После первой публикации последовала масса звонков. Понятно, в газете все преподносилось однозначно, но ведь я же объяснила, как обстояли дела. Впрочем, только Нине и Тамаре я рассказала обо всем подробно. Остальные, похоже, продолжали придерживаться первоначального мнения. Они ведь наверняка и к Андрею обращались за разъяснениями. Как он им все преподнес? Судя по реакции Егора, история, рассказанная Андреем, кардинально отличалась от моей.

- С чего такой наезд? – холодно поинтересовалась я.

- А с того, что вчера я встречался с Андреем! – запальчиво ответил Егор.

По его словам, Андрей стал на себя не похож – побледнел, постарел, глаза тусклые.

- Нужно было думать о последствиях, прежде чем заводить молодую любовницу, - вырвалось у меня.

- Каждый может сделать ошибку, - парировал Егор. – Не убивать же его за это?

- Две ошибки, - поправила я. Егор замолчал. – Не понимаю, чего ты от меня хочешь?

- Вам нужно встретиться и поговорить.

- Почему же он не делает первого шага?

- Гордость.

- А наличия гордости у меня ты не предполагаешь?

Воцарилось молчание. У меня стучало в висках, на глаза наворачивались слезы

- Всегда подозревал, что ты не слишком сильно его любишь, - проскрежетал мой обвинитель, - и, получается, оказался прав. Но неужели тебе безразлично, что отец твоих детей сыграет в ящик?

Мне стало совсем плохо, и я еле выдавила, что, конечно же, небезразлично.

- Тогда сделай хоть что-нибудь.

После разговора с Егором я долго не могла успокоиться. Бог с ними, с обвинениями, к этому я уже привыкла, но неужели Андрею действительно так плохо? Я представила бледное постаревшее лицо и едва не разрыдалась. Во мне боролись жалость и негодование, и жалость постепенно побеждала. С большим трудом мне удалось сосредоточиться на встрече с дизайнером, которому предстояло украшать дом к празднику. Мне опять понадобились мои актерские способности, чтобы не выглядеть слишком несчастной.

Появление двойняшек ситуацию не улучшило. Они так радостно кинулись ко мне, когда я встречала их в аэропорту, что у меня в душе все перевернулось. Я чувствовала себя подлой обманщицей. Они приняли меня, стали считать частью своей жизни, а я не была уверена, что еще когда-нибудь их увижу. Я считала дни, которые оставалось провести в доме Дениса, как заключенный перед выходом на свободу. Если бы не предстоящее торжество, я бы уже давно перебралась в свою квартиру, но я не могла так подвести Дениса, опозорить его перед всем городом. Он ни в чем передо мной не виноват, так что приходилось терпеть. Меня опять выручали мои актерские способности. Не нужно сгущать краски, тут же уговаривала я себя. Возможно, у нас еще все наладится. Просто мы слишком поторопились. Да еще этот масштабный праздник. Вот нервишки и не выдержали.

Вечер мы провели за настольной игрой, которую привезли с собой мальчишки. Нужно было за пять секунд найти ответ на какой-нибудь нелепый вопрос. Поначалу у меня плохо получалось, но потом я втянулась и уже им не уступала. Ненадолго к нам и Денис присоединился. Это был хороший семейный вечер, и я немного расслабилась, стараясь не думать о будущем – ни о ближайшем, ни о более далеком. Но жизнь уже готовила новый сюрприз.

В пятницу, когда мы с Надей выходили из ресторана, где окончательно согласовали все нюансы, касающиеся меню, мне позвонили. Это был Семенов. Его звонок меня удивил. Он уже давно прислал свой отчет, гонорар за него должны были перевести на его счет. Неужели не доволен суммой? Но его звонок не касался работы.

- Дина, еле тебе дозвонился, - с напором произнес он. – Андрея недавно увезли в больницу. Он потерял сознание во время совещания.

Ужас, мгновенно меня охвативший, почти сразу перешел в нестерпимую боль.

- Что с ним? – выдохнула я.

- Не знаю. Наверное, сердце. «Скорая» приехала почти сразу, ему сделали укол и так быстро упаковали, что мы и глазом не успели моргнуть.

- Спасибо, что сообщили.

Я произносила нужные слова, продолжая спускаться по лестнице, смотрела под ноги, чтобы не споткнуться, дышала, но меня здесь будто и не было. Мыслями я была в больнице, рядом с бывшим мужем, вместе с ним боролась с болезнью, пытаясь передать ему свои силы. «Андрей, только не умирай», - молила я, то ли его, то ли Высшие Силы. Скороговоркой сообщив Наде, что сегодня больше не смогу заниматься подготовкой к празднику и возложив всю ответственность на ее плечи, я остановила проезжавшее мимо такси. Разместившись на сиденье, я сразу позвонила Тамаре. Она обещала все выяснить и перезвонить мне, что вскоре и сделала. Андрей поступил в больницу с подозрением на инфаркт, но окончательный диагноз пока не поставлен. Сейчас он в реанимации. Несмотря на новые веяния, в Центральной больнице посетителей в реанимационное отделение не допускают, но Тамара пообещала помочь преодолеть этот барьер.

Она встретила меня возле входа и набросила мне на плечи белый халат. Вместе с ней я поднялась на второй этаж, где располагалось реанимационное отделение. Там было слишком тихо и чисто, будто в морге. От этого сравнения мне стало не по себе. Тамара тем временем открыла дверь в одну из палат. В ней была занята только одна койка, на которой лежал Андрей, неправдоподобно бледный и худой. Неужели можно так сильно измениться за какой-то месяц? – ужаснулась я. Весь он был опутан трубками и казался едва живым. Боль в груди стала невыносимой. Только не умирай! Я придвинула стул к койке и села, не спуская с него глаз. Как давно я его так не разглядывала! Кожа на скулах натянулась, нос заострился, губы побелели, светлые ресницы едва заметно подрагивали, а я смотрела и смотрела, и никак не могла насмотреться. Перед моими глазами был молодой красивый парень, который уверенно произносил: «Дина выйдет замуж за меня. Через неделю. Я это устрою». Откуда-то из глубин, о которых я и не подозревала, поднялась горячая волна. Я накрыла его руку своей, и из моего горла вырвался хриплый шепот:

- Милый, только не умирай!

Его ресницы дрогнули чуть сильнее, но глаза так и не открылись, а сквозь непослушные губы протолкнулась одна фраза:

- Я люблю тебя.

Мои губы расплылись в счастливой улыбке. В это время Тамара, приоткрыв дверь, прошептала:

- Быстро выметайся отсюда, пока нас не застукали.

Когда я вышла из палаты, улыбки на лице уже не было. До меня дошло, что вряд ли в том хриплом шепоте он мог узнать мой голос – это были какие-то утробные звуки. Может, его фраза была адресована Инне? Из глаз полились крупные слезы.

- Да, он неважно выглядит, - успокаивающе похлопала меня по плечу Тамара, - но нужно надеяться на лучшее. Во всяком случае, пока ничего угрожающего жизни не нашли. Пойдем, с его врачом пообщаешься. Я вас познакомлю, а потом мне нужно бежать.

Врачом оказался плотный мужчина лет пятидесяти.

- Кем вы ему приходитесь? – сразу поинтересовался он.

- Женой, - вырвалось у меня.

Он криво усмехнулся.

- Не знал, что в нашей стране разрешено многоженство. Недавно молодая блондинка утверждала, что она его жена. Как это понимать?

В ответ я так же криво усмехнулась.

- Я его бывшая жена, а блондинка, возможно, будущая. Но у нас с ним есть общие дети. Они взрослые и живут далеко отсюда – сын в Москве, а дочь в Германии. Мне нужно знать о его состоянии. Может, детям стоит поторопиться?

- Понятно, - протянул он. – Детей, конечно, известить нужно, на всякий случай. Не думаю, что его жизни сейчас что-то угрожает, но подстраховаться не мешает. Просто так никто сознание не теряет. Только раньше понедельника к нему никого не пустят. Сейчас ясно одно – у него крайнее истощение, и физическое, и нервное, так что никаких контактов – ни личных, ни по телефону. Только есть и спать. Питание пока внутривенное, главное, нужно наладить сон. Пока не очень получается. Даже под воздействием сильных препаратов сон неглубокий.

- Сейчас он нормально заснул, - сказала я. – Ресницы больше не дрожат.

Он преувеличенно грозно посмотрел на меня.

- Значит, Тамара Васильевна решила заняться самоуправством в моем отделении?

Я пожала плечами. Мне не хотелось ввязываться в споры, и я сказала, что зашла всего на минутку.

- Вы что-нибудь ему говорили?

- Всего пару слов.

- А он?

- Тоже пару слов.

- А потом?

- Потом заснул по-настоящему.

- Может, он вашего прихода и ждал? – Я опять пожала плечами. А врач уставился на меня слишком внимательным взглядом. – Это о вас писали в связи с Крутовым?

- Неужели вы читаете желтую прессу? – ответила я вопросом.

- Жена иногда подсовывает. Крутов личность интересная.

Он вопросительно посмотрел на меня.

- Да, писали обо мне! – запальчиво сказала я. – И что?

- Тогда понятно, откуда взялось его истощение.

Дальнейшие разговоры на эту тему я пресекла. Конечно, врач почти то же самое, что священник, но я была не готова выворачивать перед ним душу. На прощанье мы обменялись номерами телефонов, и он разрешил звонить ему, чтобы справиться о здоровье Андрея. В свою очередь, обещал позвонить мне, если ситуация как-то изменится. Выходя из его кабинета, я думала, с чего вдруг такая любезность. Потом дошло. Видимо, сделать одолжение любовнице Крутова – это нечто само собой разумеющееся.

В больнице был тихий час, что полностью подтверждалось окружающей обстановкой. Почти полная тишина, в коридорах пусто – ни врачей, ни больных, ни посетителей, но почему-то это вызывало не покой, а тревогу. В душе был полный сумбур. Разговоры с Тамарой и врачом отвлекли меня от переживаний, но сейчас они грозили навалиться на меня всей мощью. И это было не просто беспокойство за здоровье и жизнь Андрея, было еще что-то, что я не хотела выпускать на свободу. Я вышла в вестибюль и сразу заметила Инну. Она сидела в уголке и выглядела бы бедной сироткой, если бы не чересчур обильный макияж. Но, похоже, это была вынужденная мера, так как даже сквозь него просвечивала нездоровая бледность. Видимо, последний месяц и ей дался нелегко. Никакого злорадства я не почувствовала, впрочем, и сочувствия тоже. Все мы пожинаем плоды того, что посеяли. Она меня заметила и даже приподнялась, но шагу в мою сторону не сделала, я тоже не стала этого делать. Мне совсем не хотелось общаться с любовницей бывшего мужа.

Выйдя из больницы, я сразу вызвала такси и через двадцать минут уже была в своей квартире. В последние месяцы я редко здесь бывала и сейчас далеко не сразу почувствовала себя дома. Подойдя к бару, я плеснула в бокал немного коньяку и села в кресло. Я сидела, уставившись в стену напротив, и вдруг поняла, что никакого сумбура в душе больше нет. Пришло ОСОЗНАНИЕ. Я люблю Андрея. Всегда любила и всегда буду любить. Просто Любовь – это не только любовь-любовь – этакий сияющий круг, это и обиды, и разочарования, и раздражение, даже крупицы ненависти и гнева. В последнее время всего этого у нас было в избытке, вот сияющий круг и скрылся под этим мрачным покрывалом. Я была искренне убеждена, что ненавижу и презираю мужа-предателя. Но сначала звонок Семенова, а потом взгляд на изможденное, но такое родное лицо – и покрывало в один миг исчезло, обнажив ничем не замутненный сияющий круг. Именно тогда я поняла, что, если на Земле больше не будет ЕГО – не мужа, не любовника, а просто Андрея Громова, то и моя жизнь потеряет всякий смысл. Все мои умствования насчет того, что пай-девочка не может смириться с фактом, что связалась с женатым мужчиной, гроша ломаного не стоят. Я не смогла пустить Дениса в свое сердце просто потому, что мое сердце было ЗАНЯТО.

Понятно, с Денисом у меня все кончено, даже если альтернативой будет одинокое выгуливание собачек. Ведь до сих пор неясно, кому адресовались слова Андрея. Но как продержаться еще два дня? Пусть я не люблю Дениса, но он мне дорог, и я не хочу делать ему больно. Впрочем, ему в любом случае будет больно, но нужно хотя бы избежать позора, а то желтая пресса вдоволь над ним поглумится. Как же упустить такой жареный факт?  Официальная любовница Крутова не явилась на его юбилей! Мне было страшно представить, как я буду развлекать гостей в то время, когда Андрей борется за жизнь на больничной койке. Но ничего другого не остается. Придется стиснуть зубы и терпеть.

Когда план на ближайшие дни был построен, мне стало легче, появились и другие мысли. Нужно позвонить Олегу, что я сразу и сделала. Они с Лизой были в аэропорту, собирались улетать в Сочи. Оказывается, там в выходные будет проводиться семинар, на котором Олегу предстояло выступить с докладом. Мне стало обидно, что он мне об этом не сказал раньше, ведь несколько дней назад мы созванивались. Выяснилось, что на семинар должен был поехать другой человек, но он не смог, и в последний момент решили послать Олега. Поскольку мероприятие проводилось в выходные, Лиза поехала с ним, так как прежде в Сочи не была.

- Мама, ты просто так звонишь или что-то случилось? – опомнился Олег.

- Случилось. Отец в больнице. Во время совещания он потерял сознание.

Я на расстоянии почувствовала, какой ужас охватил сына.

- Что с ним? – выдохнул он.

- Инфаркт пока не подтвердился. В понедельник ему сделают томографию, чтобы исключить или подтвердить инсульт. Пока один диагноз – физическое и нервное истощение.

- Так и знал! – воскликнул Олег. – Он выглядел просто ужасно. После того, как я ему об этом сказал, он стал отключать камеру во время связи по скайпу.

- Почему ты мне об этом не говорил?

- Разве тебя это интересует?

- Интересует.

- Извини, не знал. – Его голос просто сочился сарказмом. – Кстати, в отличие от отца, ты стала выглядеть даже лучше, чем прежде.

- Олег, сейчас не время для упреков, - устало сказала я.

Ему понадобилось какое-то время, чтобы справиться с эмоциями.

- Верно, - согласился он. – Мама, что мне делать? Сдать билет в Сочи и лететь в Зауральск?

- Думаю, в этом нет никакого смысла, - уверенно произнесла я. – Врач сказал, что до понедельника к нему никого не пустят. Ему нужен полный покой, никаких контактов, ни личных, ни по телефону. Это слова врача. Думаю, Насте я пока звонить не буду. Она все равно ничем помочь не сможет, только себя взвинтит, а она в последнее время и так неважно себя чувствует – быстро устает, все время в сон тянет.

- Да уж, сестрице пока об этом лучше не знать, - усмехнулся Олег, - а то она такой вой подымет, что чертям станет страшно.

Я невольно рассмеялась и пообещала, что буду держать его в курсе дел.

- Ты была в больнице? – спросил Олег, явно сомневаясь, что я это сделала.

- Была. Тамара провела меня к нему в палату.

- Ты с ним поговорила?

Разве можно назвать разговором наш обмен фразами? И еще неизвестно, кому адресовались его слова.

- Нет, он спал.

- Мама, сразу звони мне, если будут новости, - попросил Олег, прощаясь.

Я откинулась в кресле, приходя в себя после не слишком приятного разговора с сыном. В это время раздался звонок. Я взглянула на экран. Опять Егор. Похоже, задержался в городе на несколько дней.

- Ну что, добилась своего? – бросился он с места в карьер. – А ведь я тебя предупреждал! У нее, видите ли, гордость!

- Поверь, мне в сто крат тяжелее, чем тебе, так что обойдусь без твоих проповедей.

Я повесила трубку, но телефон опять зазвонил. Думала, что Егор хочет высказаться до конца, но это был Димка, наш однокурсник. А этому что нужно?

- Динка, ты всегда казалась мне лучом света в темном царстве! – с пафосом воскликнул он. – А ты обычная злобная стерва! Такого мужика загубила!

Я не стала ничего отвечать, а отключила телефон. Потом еще долго сидела в кресле, не в силах куда-то двинуться. Прошло немало времени, прежде чем я смогла встать. У меня есть план, напомнила я себе, вот в соответствии с ним и нужно действовать. Кое-как мне удалось добраться до дома Дениса, к ужину я опоздала. Опять воспользовалась услугами такси, но привычки богатой женщины (а я таковой и не являлась) были здесь ни при чем. У меня просто совсем не осталось сил.

Мальчишки сразу же подскочили ко мне.

- Дина Владимировна, почему вы так поздно? Мы надеялись успеть до ужина поиграть в «5 секунд». А вы и к ужину не приехали. Мы долго вас ждали, прежде чем сели за стол.

Увидев их оживленные симпатичные мордашки, у меня на душе стало еще тяжелее. Не хотелось выглядеть банальной даже в собственных мыслях, но на память пришли слова из «Маленького принца»: «Будь в ответе за тех, кого приручил». Но я повела себя безответственно. Я вторглась в жизнь Дениса и его сыновей, а теперь собираюсь из нее вынырнуть. Наверняка они почувствуют разочарование, да и мне придется нелегко, но сияющий круг, в данный момент ничем не замутненный, звал меня за собой.

- Ох, мальчики, - тяжело вздохнула я, - мне сегодня не до игр. Близкий мне человек сейчас в больнице в тяжелом состоянии.

- Кто он? – осторожно поинтересовался Вася.

- Бывший муж.

- Но ведь он бывший! – воскликнул Егор.

- А еще: он отец моих детей.

- Что с ним? – вдруг раздался низкий мужской голос.

Только тут я заметила, что на пороге стоит Денис.

- Потерял сознание во время совещания. Говорят, сильное физическое и нервное истощение. Может, еще что найдут, потом проведут полное обследование. А пока он в реанимации.

- Могу устроить, чтобы тебя к нему пустили.

- Я уже была у него. У меня подруга работает заведующей хирургическим отделением в этой больнице. Но он спал. Сейчас это для него главное лечение.

- У тебя неслабые подруги, - с непонятной интонацией произнес Денис.

- У меня всякие подруги, просто ты не всех знаешь. Большинство из них родом из юности.

- Как же туда затесался хирург?

- Тамара – жена нашего однокурсника, Нина – однокурсница, которая потом сменила род деятельности. Только Рая выбивается из этого круга, но вместе с ней мы три года назад залечивали раны после аварии, почти месяц лежали в одной палате.

- Прости, - ласково произнес Денис, - просто хотел отвлечь тебя от мрачных мыслей.

Этими словами он вызвал обратную реакцию. Из глаз хлынули слезы.

- И ведь в том, что случилось с Андреем, все винят меня! – всхлипнула я. – Будто я какая-то убийца.

Никогда не считала себя слабой, но тут, будто плотину прорвало – и слезы, и слова лились непрерывным потоком. Денис сделал знак мальчишкам, чтобы те удалились, а сам провел меня в гостиную и усадил в кресло.

- Почему тебя? Я ведь видел его кралю. Неужели им о ней неизвестно?

- В том-то и дело, что известно. Они считают, что я его недостаточно сильно любила, да и бог знает, что еще. Сегодня все стали звонить и обвинять меня, что я довела его до крайней черты. Мне даже телефон пришлось отключить.

- Так вот, почему я не мог тебе дозвониться, а я уже и не знал, что думать.

Я еще что-то ему говорила, жаловалась, будто маленький ребенок, а он меня утешал и успокаивал. Как-то незаметно мы оказались в постели, но и тут Денис оказался на высоте. Он ничего от меня не требовал, только обнимал и шептал ласковые слова. Я так и уснула в его невинных объятиях.


Продолжение следует...


Рецензии