Судный день

Из новой книги «Значимые события и люди»

Важным событием в моей жизни оказалось непредвиденная  мальчишеская драка. Я не слыл задиристым парнем, но при необходимости мог за себя постоять. Исключением были мальчишеские потасовки между отдельными группами ребят  тех «кто с железки», и теми кто был из соседних деревень: шуйновскими или бельковскими, что были ближе всего к Кушавере. Дрались, как  сейчас сказали бы,  за сферы влияния.Мы, пацаны с железки ,взяли под контроль железнодорожный вокзал, и все, что к нему прилегало:прежде всего багажное  отделение, где хранили крупногабаритные вещи для погрузки в пассажирские поезда. Поезда останавливались всего на одну минуту и  быстро погрузить или наоборот, выгрузить из багажного отделения в багажный вагон времени всегда не хватало, да и людей тоже. Дежурный по вокзалу обычно  использовал нас – пацанов с железки.
- Толян, собери своих сегодня ,грузить вещей много, пусть подсобят – обычно просил еще днем  дежурный по вокзалу, меня или кого-нибудь из парней, пробегавших мимо.
- Организуем, Семен Кузьмич  – отвечали мы.
- Вот и хорошо! – соглашался дежурный. – Только не опоздайте. Заранее подойдите.
- Не беспокойтесь, все сделаем как надо – следовал ответ мальчишек и дело спорилось.
Когда машинист делал остановку, он рассчитывал так, чтобы огромный состав  с двумя десятками вагонов, один из которых багажный, встал напротив здания с вывеской «Багажное отделение».  Тут уж мы были наготове, ловко перетаскивали зашитые мешковиной вещи и грузили в багажный вагон, а оттуда, если были посылки, то относили их в багажное отделение.
Работа была быстротечной, не зевай, не дай бог, кто что упрет. Народ разный шастал по вокзалу и ездил в поездах. В  общем, ответственная работа. За нее нам выписывали около рубля денег. Старшим  в деле был Вовка Чиж, хотя настоящая фамилия  Володьки- Никонов ,а Вовку прозвали Чижом за его любимую песенку про Чижика-Пыжика, которую он часто напевал, когда  мастерил лук или стрелы к нему. Да мало-ли дел было у мальчишек  послевоенного времени, когда вместо настоящих игрушек были те, что мы изготовляли своими собственными  руками.
В школе даже существовал кружок «Умелые руки» и Виктор Иванович, учитель по труду, занимался с нами после уроков  моделированием самолетов ,планеров и танков. Ребята  охотно ходили к Виктор Ивановичу на занятия, потому что вместо игрушек, которые мы мастерили сами, у нас получались настоящие,но уменьшенные  модели. Они запросто могли двигаться по земле на электрических батарейках или взлетать в воздух.
Вовка Чиж получал от начальника вокзала за работу деньги, которые  мы тратили на лимонад, конфеты или же копили на какие-либо цели,до трех рублей и больше, и покупали или новый мяч для футбола, или волейбола.  Иногда нам везло больше, если кто-то из серьезных граждан отправлял свои вещи, переезжая на другое место. Он заранее сговаривался с нами, просил:
- Вы, ребятки, только осторожнее грузите, там стёкла в буфете, в коробках посуда и шифоньер не повредите, он еще новенький, недавно куплен. Не поцарапайте, ради бога. А не то жена голову снесет...
- Да, не бойтесь, дяденька, сделаем все, как надо. Ни царапинки, ни одной разбитой тарелки не будет.  Только нам для этого нужно набрать человек пять-шесть ребят, чтобы все сделать аккуратно, груз тяжелый и поднимать высоко – уверенно торговался Вовка Чиж. Мы за все отвечаем, но цена не меньше трех рублей. Сами понимаете, работа трудная и ответственная.
Дяденька начинал нервничать.
- Как три рубля? Полтора – за глаза!
- Нее, дяденька, тогда ищите рабочих из мужиков, они меньше двух пузырей водки не возьмут, а это почти шесть рэ. Да и церемониться с вашей посудой не будут,  покидают, как попало. Им что, они погрузили, не видно разбилось что, или нет. А привезете на место, увидите... - обрабатывал Вовка клиента.
Тот, поворчав, соглашался.  Вовка брал задаток полтора рубля и вечером мы  дружной командой, облепив, как муравьи, тяжелый шифоньер или буфет  грузили  в багажный вагон. Конечно, одной минуты не хватало, и тогда дежурный по станции продлевал стоянку.
- Быстрее ребятки, быстрее и  так поезд задержался в пути, еще вы добавите.
- Не бойтесь, Семен Кузьмич, будет все хорошо, поезд от Кушаверы под гору пойдет, догонит время... - смеялись мы.
Наша дружная работа на железке не давала покоя другим ребятам. Особенно претендовали на наш, как сказали бы сейчас, бизнес, парни из соседней деревни Бельково во главе с Лешкой Пименом, крупным парнем, легко поднимающим десятикилограммовые гири. Да и остальные ребята были не слабее его.  Отъевшись на свежем молоке,  картошке с мясными консервами, которые заготавливали с осени бельковские мужики, сплошь браконьеры.  Убивали без всяких лицензий лосей, кабанов, а если повезет, то и мишку завалят. Они заготавливали впрок тушенку или вяленое мясо, которым и питались их многочисленные семейства. Деревня считалась богатой, дома крепкие, большие. Среди них выделялся двухэтажный деревянный,до войны их было два и когда-то в них жили кулаки, братья Савельевы: Глеб и Кузьма. Вверху жилые помещения, а внизу подвалы и торговая лавка. Торговали всем: гвоздями, сахаром, мукой, маслом растительным, хомутами и другой сбруей для лошадей. Товар  был востребован среди крестьян и  расходился мигом. Братья Савельевы быстро богатели.  Поговаривали, что они решили открыть свой магазин в Питере, и хотели торговать медом, грибами и вареньем, которым была богата местная природа.
В годы революции братьев Савельевых раскулачили, в жилые помещения  поместили многодетный матерей с детьми, чьи мужья погибли на фронте первой мировой или в гражданской войне. Пять семей разместилось. А внизу появилось Правление сельского кооператива «Верный путь», да склады с имуществом. Так и стояли два огромных двухэтажных дома до войны. Во время войны всех мужиков, кто жил в Белькове отправили на фронт, благо он проходил рядом- в сотне километров. Немцы считали Бельково и станцию Кушавера стратегическими объектами, на которых обучались бойцы Красной Армии и партизаны. Тем более рядом проходила железная дорога с мостом через реку Кушаверку и нещадно их бомбили. Мост они  все же разбили, а вместе с ним сожгли несколько домов, среди них оказался и двухэтажный.  Но, слава бельковских куркулей прочно укрепилась в сознании многих поколений из окрестных деревнь и редко кто хотел иметь с ними дело.
Но, это не мешало нам, пацанам запросто дружить, вместе ходить в одну  школу, соревноваться и играть. Но,дружба дружбой,а табачок-врознь...
Так вот, бельковские богатеи даже в праздник  кусок пирога не дадут чужому, если даже зайдешь случайно к школьному товарищу. Бельковские пацаны росли под стать взрослым и на своей сходке решили отобрать погрузку багажа у ребят с  железки. Первым делом они нашли слабое звено в нашей команде. Им оказался Костя Родионов. Костян, как звали между собой его ребята.
Костян был из бельковских. Семья, когда-то переехала на станцию, а отец Панкратий Родионов стал со  временем помощником начальника пожарной охраны на железной дороге.  Он осматривал вагоны, искал пожароопасные вещества у проводников, проверял пожарные щиты на станциях. В случае обнаружения малейшего отклонения от инструкций и беспощадно штрафовал. Причем выискивал такие причины для штрафа, что даже опытных пожарников  смущало. Как-то он прицепился к моему отцу, Василию Ивановичу, он тогда работал составителем поездов на узловой  станции Хвойная.  Так вот Панкратий увидел, что на буксах колес паровозика следы подтечки мазута, который доливался  в подшипники колес для смазки.
- Василий Иванович – строго обратился он к отцу. – У тебя непорядок.
- Какой? – опешил многоопытный работник транспорта, награжденный еще при Сталине Почетным знаком «Отличный движенец».
- Да, вот подтеки мазута на осях, при торможении попадет искра и загорится.
Отец от удивления присвистнул.
- Ты, Панкратий, белены объелся. Мазут не горит, если его не распылить через специальную форсунку. На смотри! Отец взял спичку, зажег и кинул в жирное пятно мазута, разлитое рядом по бетонному участку платформы. Спичка тут же погасла, как будто попала в лужу с водой. – Вот видишь даже спичка не горит,  то как же загорится подтек на железе, да еще от искры? – и отец отвернулся. Пиши, что хочешь, но имей в виду, докладную на тебя я тоже напишу начальнику отделения дороги. Пусть разберется с твоими причудами. Вон лучше зайди в буфет к Клавдии, там вся тара сухая, дважды загоралась от окурков. А ты хоть бы что.  Клавка то тебе в карман пятерку сунет, и вась-вась – все хорошо.
Панкратий пошел пятнами по лицу.
- Не твое дело, за себя отвечай.
- Да, ты меня не останавливай. Берешь мзду, все это знают, да помалкивают. Боятся тебя, как же, в форме пожарника ходишь, а я на нее и на тебя  хрен положил. Ты во время войны в тыловой команде притихший сидел в подвале, и ни одной царапины на тебе нет. Ты лучше нас, фронтовиков, не трошь и не дразни!  Улавливаешь, Панкратий? Иначе отпор получишь такой, что мало не покажется.
Этот разговор стал мне известен через много лет, когда дом Панкратия  чуть не сгорел. Говорят, что ударила молния в его высотную антенну, а кто-то прямо утверждал, что его подожгли. Но, сердобольные жители спасли от полного уничтожения дом пожарника. Семью пожалели, трое ребят.
Но, еще раньше случилась история, которую я хочу рассказать.
Костян, сын Панкратия, рос незаметным, но себе на уме парнем,тихой сапой прибился к нам в команду с железки, но корни бельковского происхождения в нем остались, как осталась генетическая предрасположенность к подлости.
Вот он и стал засланным казачком в нашу дружную компанию с железки. И в один из праздничных дней, когда многие  ребята с железки уехали  в гости к родным, Костян узнал, что сегодня поступит груз из стеклянной посуды в местную больничку.  Степан Андреевич, фельдшер амбулатории, пришел ко мне и попросил выгрузить  хрупкий груз. Я пообещал, но Вовки Чижа не оказалось дома, Пуша тоже куда-то уехал. В общем, нашел я еще двух своих приятелей. Костян отказался,сославшись на боль в руке,а когда узнал, что нас мало- побежал в Бельково и предупредил своих парней.
К поезду их собралась ватага из шести человек, Костян седьмой. Я еще не знал, что Костян предатель и решил, что мы вчетвером сможем отбиться от бельковских.  Но, по ходу  потасовки Костян неожиданно толкнул Федула в спину и тот ударился головой об край здания «багажного отделения». Из носа потекла кровь. Это решило исход драки. Мы отступили. Бельковские торжествовали. Лешка Пимен подошел ко мне и назидательно сказал:
- Все! Забудьте про багажный вагон, он теперь наш. Иначе всегда будете получать по роже.
Конечно мы через пару дней восстановили «статус кво»  и собравшись вместе, выбили бельковских со станции. Они с позором бежали и больше не претендовали на погрузку и выгрузку багажа. Но, в подсознании обида осталась у меня и больше всего на Костяна. -Шкурник, сделал я вывод и больше с ним никто из наших с железки не знался. Но, он особенно не огорчался, на их улице вскоре появилась своя ватага ребят, с которыми он играл и занимались мальчишескими делами.
Но, как-то после уроков в холодный, осенний день, когда моросил дождик, мы решили сыграть в футбол. Собрались две команды: одна с железки, другая, сборная из всех, кто жил в других местах.  Счет после первого тайма был 1:1. Начался второй тайм и тут неожиданно я прорываюсь к воротам соперника, получаю пас от Вовки Чижа, делаю взмах ногой, чтобы ударить по воротам и в это время  напротив меня возникает Костян и делает подсечку, после которой я лечу в грязь лицом , а мяч благополучно отбивает защитник. Я вскочил с земли и, не дожидаясь свистка судьи, ринулся к Костяну. Тот, не ожидая от меня такой прыти, у него ещё не сошла ухмылка с лица, и я, что есть силы, ударил своим излюбленным приемом кулаком слева в нижнюю челюсть, снизу вверх, как меня, когда-то научил старший брат, Лешка. Удар был такой силы, что Костян рухнул на землю и лежал так несколько минут. Я, запыхавшись, стоял рядом. Наконец, он поднялся, и я снова и снова стал его молотить кулаками , как настоящий профессиональный боксер. Ко мне подбежали ребята и едва оттащили меня от избитого Костяна.
- Ты, что рехнулся, Толян! – кричал мне в лицо Вовка Чиж. – Лежачих не бьют!
Но, я повторял, как заклинание: это ему за Федула, за подножку и за наглую ухмылку...  Матч так и закончился, не доигранным. Костяна, поддерживая  отвели домой его приятели, а я стоял один под осенним дождем, не чувствуя ни его холодных струй, ни осуждающих взглядов своих  друзей с железки. Наконец, ярость прошла, и я весь грязный и мокрый побрел к себе домой. Та драка стала зарубкой на моей совести,судным днем, на всю жизнь. Я много раз  потом дрался, выходя победителем, даже тогда, когда на меня нападали с ножом.  Но, та мальчишеская драка с Костяном  стала моим позором и моей Пирровой победой. Давать сдачу  всегда и везде,я научился мальчишкой,но драться по-умному,  не превращая свое превосходство в элемент устрашения- значительно позже. Хотя в реальности  удержаться бывает очень трудно, так и зудит иногда рука, когда ты видишь несправедливость или надругательство над слабым или когда предают близкие и друзья.  Суворов когда-то изрек истину на все времена: «Избави  бог нас от друзей,  с врагами справимся мы сами!» и второе, главное правило -  "Побеждать не числом, а умением!" Вот они и стали моими приоритетами по жизни.


Рецензии