Легенда об Авеле и Каине

ВЕРА ЗАБЕЛИНА

ЛЕГЕНДА ОБ АВЕЛЕ И КАИНЕ

В день своего 30-летия Авель проснулся, как обычно, на рассвете. Вот уже 25 лет это было его любимое время суток. Когда Авелю исполнилось 5 лет, мама и папа предложили ему выбрать место для создания его собственного жилья. Они, конечно, удивились, когда он попросил сделать ему комнатку со сдвигающимся потолком на верхушке баобаба. Но отговаривать не стали. На вершину Авель стремился потому, что давно мечтал смотреть на ночное небо так, чтобы ничто не загораживало от него Луну и звёзды. Родители договорились с семейным баобабом и вместе вырастили для него комнатку на одной из верхних ветвей огромного дерева. Из её окон открывался такой замечательный вид на саванну! А ночами Авель сдвигал потолок и любовался ночным небом.
Авель вспомнил свой первый рассвет в этом жилище. Он не забудет его никогда, даже через тысячу лет! Этот восторг, это наслаждение от созерцания неописуемой красоты Природы! И свою благодарность Создателю, что удостоил его увидеть такое запредельное чудо! Вот уже на протяжении 25 лет восхищение и восторг Авеля не уменьшаются. Он не может, да и не хочет привыкнуть к такому многообразию рассветов! Радость от созерцания очередного чуда остаётся с ним обычно на весь день.
Как не было ни одного похожего рассвета, так не было у них ни одного похожего завтрака. Поэтому завтраки оставались для Авеля самым необычным временем приёма пищи. На завтрак мама давала им плоды Дерева Жизни, которые каждый раз были другого вкуса и аромата. Мама объясняла, что эти плоды настраиваются на Мир того человека, который их будет есть, и дают ему те питательные вещества, которые в данный момент больше всего необходимы организму. Потом, в течение дня, Авель ел много других фруктов и овощей, но их вкус был привычным. А плоды Дерева Жизни были особенными и потому очень любимыми.
Показывали ему родители и Дерево Познания Добра и Зла, плоды которого Создатель просил их не есть. Авель и не ел. Ему и не хотелось, особенно, когда мама рассказала, почему их не надо есть. И со змеелюдами, которые крутились часто около этого Дерева, он не собирался общаться. Родители рассказали ему, как один из змеелюдов, Тофель, обманул дядюшку Люцифера и тётушку Лилит. Змеелюды не раз пытались поговорить с Авелем, но он им не отвечал, а то, что услышал, рассказывал родителям. И они вместе обсуждали, для чего змеелюды это говорят.
Змеелюды не владели левитацией, поэтому от них легко можно было уйти, просто поднявшись над ними.
Самое интересное, когда Авель позже наблюдал за аборигенами Земли, он понял, что они не видят ни Дерева Жизни, ни Дерева Познания Добра и Зла.
Авель наслаждался рассветом, привычно проводя разминку всего тела, а параллельно текли мысли-воспоминания.
Как ему повезло с семьёй, Авель начал понимать уже в подростковом возрасте. В детстве всё было понятно – есть мама и папа, они всегда с ним, они вместе познают этот удивительный и необъятный мир. Вечера у них тоже были восхитительными. Папа и мама рассказывали сначала Авелю, а потом и другим детям, о Мироздании. Это было так интересно, узнавать об огромном Мире! Причём папа рассказывал о создании этого Мира, он называл его макромиром. А мама изучала микромир, который был зеркальным отражением макромира, но в другую сторону, так сказать. Вот Человек – это тоже очень интересный мир, который можно изучать бесконечно. Он как бы объединял макромир с одной стороны и микромир с другой. А ещё с самого детства родители рассказывали ему о Создателе этих миров, об Отце, частичками которого они все были. И Авель учился беседовать с Отцом, делиться с ним своим восторгом от пребывания в теле.
С тех пор как Авель познакомился с другими семьями воплощённых людей, он не переставал радоваться, что родился именно у папы с мамой. Он и себе давал обещания, что постарается и свою собственную семью создавать такой же, чтобы любовь, взаимное уважение и понимание были главными в семье.
И веселья в их жизни хватало, особенно когда Авель играл с питомцами Адама. Лев Чанг с удовольствием катал мальчика на своей спине, а когда Авель подрос, бегал вместе с ним по саванне, помогая вырабатывать выносливость. А удав Каа учил его развивать ловкость и быстроту реакции.
Когда Авелю было 13 лет, он совершил свой первый самостоятельный (ну, почти самостоятельный, держась за мамину руку) полёт в силовом коконе на дальнее расстояние. За руку Евы он держался потому, что ещё только учился регулировать течение времени внутри кокона. Если полёт в коконе занимал несколько часов, то внутри кокона время можно было замедлять, чтобы в нём проходило только несколько минут. Мама взяла его с собой, когда её позвала тётушка Лилит, половинка дядюшки Люцифера. Ей понадобилась помощь Евы при родах. Это у тётушки были третьи роды. Каина (ровесника Авеля) и Симу, которой было 6 лет, тётушка рожала сама. А здесь попросила помощи. Мама предложила Авелю захватить с собой свирель. Оказалось, что это была очень хорошая идея, музыка им очень помогла.
Тогда Авель впервые попал в замок Люцифера. Его приятно удивил уют, который царил внутри замка. Снаружи замок смотрелся неприветливо и мрачно, а вот внутри глаз отдыхал на ярких коврах и гобеленах, которые украшали внутренние покои. Мама ему пояснила – это тётушка Лилит такая рукодельница. А шерсть для ковров и гобеленов Лилит получала от их семейства. И Авель понял, куда девается большая часть шерсти, которую они настригают каждый год.
 Когда они прилетели, в замке была только тётушка, так что со старшими детьми Авель тогда не виделся. Ева осмотрела Лилит и сразу спросила:
- Чем ты напугала ребёнка, что он не хочет выходить?
- Подумаешь, какой нежный, - пренебрежительно фыркнула Лилит. – Нас вчера Тофель брал посмотреть охоту крокодилов на стадо ланей. Чего пугаться, мы же сидели высоко, в безопасности.
- Ох, Лилит, Лилит, - вздохнула Ева. – Ну почему ты не понимаешь таких простых вещей?! Сейчас ведь начало марта, тебе нужно учитывать, кто у тебя рождается.
- А при чём тут март? – не поняла Лилит. – Вот Люцик в марте воплотился, он же ничего не боится.
Услышав, как тётушка назвала серьёзного, неулыбчивого Люцифера, Авель даже поперхнулся воздухом и долго откашливался. По лицу мамы он понял, что она это имя уже слышала.
- Люцифер – Овен, - проникновенно сказала Ева, - а этот малыш – Рыбка. Люди, рождённые под этим знаком, очень чувствительные, нельзя ему таких сцен показывать.
- А я как-то не задумывалась об этих знаках, - удивилась Лилит. – Ну, если ещё когда-нибудь решусь подарить Люцику четвёртого, попрошу его определить подходящий знак, - пообещала она. – А ты мне сейчас этого негодника уговори родиться. Так хочу наконец почувствовать себя свободной, - мечтательно зажмурилась она.
 Ну, ладно, - махнула рукой Ева, - не мне тебя воспитывать. Давай, сынок, - повернулась она к Авелю, - играй свои «Рассветы», а я постараюсь убедить малыша, что мир не настолько опасен, как он боится, и что в нём много замечательного. Поэтому ему стоит родиться, чтобы это замечательное увидеть.
Под «Рассветами» Ева имела в виду музыкальные композиции Авеля, которые у него рождались после особенно впечатляющих рассветов, и он проигрывал их родным на своей свирели. Авелю пришлось играть несколько часов, пока малыш поддался на уговоры Евы и покинул тело матери.
Побывав в замке Люцифера, Авель впервые подумал о том, как бы он жил, если бы родился в той семье. И, содрогнувшись, понял, что совсем не нравится ему эта мысль. И восторженно поблагодарил Отца, что дал ему такую замечательную семью. Где-то через год Авель услышал разговор дядюшки Люцифера с папой, который постарался запомнить на всю жизнь. Они тогда как раз обустраивали жильё для Аны, которой исполнилось 5 лет, и родители предложили ей поселиться в своей собственной комнатке. Ана попросила сделать ей комнату на нижней ветви семейного баобаба, рядом с комнатой родителей. В самый разгар строительства у них и появился дядюшка Люцифер.
- Адам, - укоризненно сказал он, заметив, с каким сожалением Адам повернулся к нему, - Я давно хотел тебе сказать, что ты не тем занимаешься. Ты уже не в полной мере проводишь исследования, которые у тебя так хорошо пошли в первый же год после нашего Воплощения. А сейчас…
- Прости, Люцифер, - перебил его Адам. – Можешь не продолжать свои назидания, потому что я с тобой в этом вопросе никогда не соглашусь. Мы с Евой считаем, что мы как раз правильно живём, проживая годы детства с нашими детьми. И, если честно, мы вас с Лилит жалеем, что вы проводите со своими детьми меньше времени. Ты не учитываешь, что мы ведь не знаем своего детства. Мы же воплотились уже во взрослые тела. А вот теперь и нам предоставляется возможность узнать, что такое детство. Мне слов не хватит, чтобы описать тебе мой восторг, когда я вместе с детьми познаю всё, что нас окружает. Это такое блаженство – чувствовать наше единство, наблюдать, как растёт маленький человечек, как проявляется его характер, привычки… Ну вот, - сокрушённо признался он, - я же говорю, слов не хватает.
- Ну ладно, - проворчал Люцифер, - познали детство с Авелем, вот и достаточно. Набрали опыта в общении с детьми, теперь пора возвращаться к исследованиям. Ведь в этом наше Предназначение – познавать и осваивать этот Мир.
- Ты неправ, - покачал головой Адам. – Каждый ребёнок – такая же частичка Создателя, как и мы. Он посылает их нам, надеется на нас. Поэтому я считаю, что наше Предназначение главнее.
- Какое? – не понял Люцифер.
- Предназначение быть родителями, - пояснил Адам. – Главнее ничего быть не может. 
*
Вспоминая сейчас этот разговор, Авель с нежностью и любовью подумал об их семье. Как дружно они живут, как понимают друг друга! И заслуга в этом их родителей, несомненно. Адам и Ева показывают детям пример, какой должна быть настоящая семья. Поэтому и они, дети, твёрдо настроены искать свои половинки, чтобы и в их собственных семьях царили любовь, уважение и понимание. Хорошо, что Авель так рано нашёл свою половинку. «Вернее, это она меня нашла», - подумал он с улыбкой.
Со своей «половинкой» Авель познакомился, когда ему было 15 лет. Тогда отец предложил им всем лететь в ареал дядюшки Посейдона, ещё одного его побратима. До этого Авель был знаком только с дядюшкой Люцифером, который жил ближе всех. Ну, как знаком? Люцифер иногда прилетал к отцу, но был таким серьёзным и нерасположенным к общению с остальным семейством, что можно сказать, что и с ним они были почти не знакомы. Авелю запомнился этот визит ещё и тем, что он в первый раз летел в своём силовом коконе так далеко. Шестилетнюю Ану нёс отец в своём коконе.
Дворец Посейдона они увидели издали. Как и замок Люцифера, он находился на вершине скалы, но впечатление от него было совсем другое. Ощущение воздушности возникало, вероятно, потому, что дворец был создан из светлого мрамора и весь наполнен солнечным светом, проникавшим в многочисленные окна и арки проёмов.   
Дядюшка Посейдон очень понравился Авелю. Он был такой приветливый, радушный, что и сам Авель и их робкая стеснительная Ана почувствовали тепло родного дома. Гости только разместились в уютной гостиной, как в комнату стремительно ворвалась маленькая девочка примерно возраста Аны. Не замечая гостей, она подбежала к Посейдону и кинулась в его подставленные объятия.
- Папочка, меня Пифия обидела, - пожаловалась она.
- Не горюй, крошка, разберёмся, - утешил её отец. – Но сначала поздоровайся с нашими гостями. Познакомьтесь, друзья, это моя младшая дочурка, Ида, – обратился он к семейству Адама.
- С гостями? – переспросила девочка и оглянулась.
Авель невольно залюбовался малышкой. Её пепельные волосы крупными волнами спадали ниже талии, большие серо-голубые глаза смотрели с доброжелательностью и любопытством. Она осмотрела Адама, Еву, дружески улыбнулась Ане и наконец остановила свой взгляд на Авеле. Её глаза ещё больше расширились, она внимательно вгляделась в него и радостно воскликнула:
- Так вот же он! Папочка, посмотри, ведь правда, этот мальчик моя половинка? А Пифия сейчас сёстрам говорила, на каких побережьях их половинки живут, а мне сказала, что моей половинки ни на каком побережье нет. Вот я ей скажу, что она ошиблась. И не такая она сильная, как все говорят. А ты с какого побережья? – спросила она Авеля.
- Я не с побережья, - с улыбкой ответил он. – Мы живём в саванне.
Ида покраснела и смутилась.
- Сегодня же попрошу прощения у Пифии, - горячо пообещала она. – Она ведь мне правду сказала, а я не поняла и наговорила на неё нехороших слов. Мне очень стыдно, - призналась девочка.
- Ну что я скажу, Посейдон, - с лукавством заметила Ева. – Спасибо за такую невестку. Мы очень рады за нашего сына.
- Тут только одна новость, - смущённо кашлянул Посейдон. – С невесткой тебе жить не придётся. Авелю лучше к нам перебраться, когда Ида повзрослеет.
- Почему? – удивилась Ева.
- Дело в том, что, когда Ида развивалась в чреве матери, я вмешался в процесс и оставил ей жаберные щели. Так что ей будет плохо жить вдали от моря.
*
Они замечательно провели время тогда. Авель подружился со своим ровесником, старшим сыном дядюшки, Тритоном. Ох, и хорошие у них были приключения, вспомнить приятно. Потом они узнали, что Адам не просто взял семью погостить. Пока дети знакомились друг с другом и развлекались, Старшие провели серьёзные переговоры о будущем развитии воплощённого человечества. Встреча Старших оказалась очень плодотворной. Они поделили обитаемый мир на ареалы, определили места для проведения ежегодных Встреч. Старшие сообщили детям, что со следующего года будут проводиться ежегодные Встречи молодёжи старше 15 лет, где они будут показывать свои умения в спорте, искусстве, рукоделии. А самое главное – эти Встречи нужны им, чтобы находить свои половинки, с которыми они будут создавать семью.
Семейство Адама возвращалось домой, переполненное впечатлениями, планами, и снабжённое «волшебными» вещами, совместно разработанными Старшими. Каждая семья получила «магический» глобус Земли, на котором были нанесены сведения обо всех ареалах, занятых воплощёнными людьми. Глобусы создавали совместно, поэтому они были очень подробны в тех местах, где находились их ареалы. И глобусы непрерывно пополнялись новыми сведениями, которые в них продолжали вносить все воплощённые люди, а теперь и их дети. На этих глобусах можно было увеличивать отдельные регионы, чтобы изучать их подробнее. В общем, глобусы были предназначены для внесения в них всё новых и новых сведений о Планете. Второй волшебной вещью, которую получили все семьи, были записывающие кристаллы. Дядюшка Уран, создавший эти кристаллы, даже провёл мастер-класс для обучения тех, кто захотел сам научиться создавать такие кристаллы. В семействе Адама быстрее всех освоила технику создания записывающих кристаллов маленькая Ана. Она их не только легко создавала из тех глин, которые находились недалеко от их дома, но и принялась усовершенствовать с помощью дядюшки Урана, внося туда такие заклинания, чтобы запись шла только при наличии движения и звука, чтобы впустую не тратить ёмкость кристалла.
Когда дядюшка Люцифер узнал о модернизированных кристаллах (ни на минуту не поверив уверениям Адама, что кристаллы усовершенствовала его маленькая дочка), он попросил семейство Адама помочь ему в его исследованиях. Ева рассказывала детям, что в первый год Воплощения дядюшка Люцифер с тётушкой Лилит часто бывали у них, а потом их интересы разошлись. У мамы с папой появился Авель, и родители посвятили себя своему сыночку, помогая ему осваиваться в этом мире. Конечно, они продолжали и свои исследования. Адам занимался животным миром, Ева изучала свойства растений, в первую очередь лечебные. Но Авель всегда был у них на первом месте.
А дядюшка Люцифер не стал заниматься изучением животного мира. За тем горным массивом, на котором он построил свой замок, он обнаружил в большой долине поселение племени аборигенов, и решил их изучать. А теперь, получив кристаллы, Люцифер попросил Адама и Авеля размещать записывающие кристаллы в тех местах их ареала, где находились поселения аборигенов. Люцифер назвал эти поселения «контрольными». Он хотел сравнивать жизнь аборигенов в этих поселениях с жизнью аборигенов в своём ареале, с которыми он занимался почти с первого года своего Воплощения.
Договорились так: раз в месяц, в новолуние, Адам или Авель передают Люциферу очередной кристалл с уже отредактированными записями. Если Люцифер или Каин за ними не прилетают, то кристаллы накапливаются до следующего визита. Люцифер и не подозревал, что Адам редактировал записи при активном участии Аны. Она быстрее всех справлялась с этой рутинной работой, при этом копируя записи и в свой архив. 
*
На первые Встречи Авель отправился в ареал дядюшки Пана с отцом и Тритоном, старшим сыном дядюшки Посейдона. Ева с Аной и новорожденной Юной осталась во дворце Посейдона. Дядюшка Посейдон на Встречи решил не лететь, доверив старшего сына Адаму.
На этой первой Встрече Авель участвовал в забегах на дальние расстояния, прибежав в числе самых первых (сказались тренировки, которые ему устраивал Чанг). Тогда же, на этой Встрече, у Авеля получилось первое столкновение с Каином. Каин выступал на соревнованиях борцов, но использовал запрещённые болевые приёмы. Организаторы сделали ему замечание и пригрозили, что не будут допускать его к соревнованиям, если он не послушается. Каин обратился к Авелю, вызывая его на борьбу, но Авель спокойно ответил:
- Меня борьба не интересует.
И тут Каин внезапно бросился на него, пытаясь схватить, но так и не смог даже прикоснуться к Авелю. Авель спокойно ускользал от него. При этом он с удивлением рассматривал ауру Каина, испещрённую грязными цветовыми пятнами негативных эмоций. Это заметили и Старшие и на этот раз сделали замечание родителям Каина. В ауре Каина прорывались такие эмоции, как ярость, злость, агрессия, а они считались недопустимыми среди людей.
Вечером, когда все слушали выступления музыкантов, Каин не утерпел и спросил Авеля:
- Почему я не смог тебя коснуться? Ты использовал волшебство? Но это ведь не разрешается!
- Никакого волшебства, - удивился Авель. – Просто меня тренирует Каа, папин удав. Я научился уклоняться от его нападений, так что твои для меня слишком медленные.
- Мама, - капризно обратился Каин к матери, сидевшей рядом, - а почему меня Тофель не тренирует?
- Спроси его сам, милый, -  рассеянно сказала Лилит, поглощённая рассматриванием выступающих.
- Скорее всего потому, - вмешался в разговор Люцифер, - что Тофель не безмозглый удав, а мыслящая личность.
«Каа не безмозглый», - хотел ответить Авель, обидевшись за умного питомца, но почувствовал руку отца на своём плече и не сказал ни слова. Адам мысленно посоветовал сыну не общаться с семьёй дядюшки Люцифера. У них совсем другой менталитет, не такой, как в их семье.
На следующий день снова были выступления музыкантов. Авель участвовал в этих выступлениях, играя на своей свирели. Он часто играл на свирели в той долине, где они держали овец и коз. Те хорошо росли от его музыки, шерсть овец и козий пух были мягкие.  В награду за свои «Рассветы» Авель получил Волшебную свирель Пана. Потом Ева заметила: когда Авель играл на этой свирели при стрижке овец и вычёсывании пуха у коз, полученные шерсть и пух обретали волшебные свойства. Изделия из них не изнашивались, в коврах не заводились насекомые, одежда грела в холода и охлаждала в жару.
*
Сначала Авель согласился помогать дядюшке Люциферу и Каину в изучении аборигенов Земли. Люцифер решил изучать развитие их разума. Но Авелю быстро наскучило это занятие. Разум аборигенов казался ему слишком примитивным. Наслушавшись рассказов дядюшки Посейдона, который изучал обитателей Океана, Авель и Ида решили заняться изучением дельфинов. Это было захватывающе интересно. Разум дельфинов был совсем не похож на человеческий, но такой завораживающий.
А вот Ане разум человека не кажется примитивным. Она считает его просто пока ещё недостаточно развитым. Ана в своих исследованиях пошла по другому пути, отличному от исследований Люцифера. Сначала девочка хотела обратиться к Люциферу, вместе с ним изучать аборигенов Земли. Но Люцифер даже слушать об этом не захотел. Адам объяснил огорчённой дочери, что дядюшка совсем по-другому относится к женщинам, считает их легкомысленными и не способными к серьёзным исследованиям. Так что Ана решила самостоятельно проводить исследования. Уверенность в успехе подкреплялась у неё осознанием, что она всегда может рассчитывать на помощь и поддержку родителей. Когда Ане было 10 лет, и она вместе с братом просматривала записи о жизни племён саванны, которые Авель готовил для Люцифера, она попросила отца и Авеля доставлять в выбранную ею долину всех «отщепенцев», которых изгоняли из находящихся под наблюдением племён. За племенами велось наблюдение с помощью записывающих кристаллов.
Авель не вмешивался напрямую в жизнь аборигенов. Но когда Ана увидела в записи, как из поселения выгнали женщину, покалеченную при нападении хищников (женщина защищала ребёнка, и шакалы повредили ей руку и ногу), и женщина была обречена на гибель, Ана попросила брата спасти аборигенку. Ева вылечила её, и Лулу стала первой обитательницей безопасной долины, население которой быстро увеличивалось.
Ана просто наблюдала за жизнью своих «подопечных», вмешиваясь исключительно при необходимости, если могли возникнуть конфликты. Люцифер же активно влиял на жизнь в подопечном племени, а Каин объявил себя там верховным вождём.
Ана подбирала изгоев из племён: калек, увечных, больных. Ева с Аной лечили их, учили их милосердию, любви, взаимопомощи. Ана решила создать племя целителей-травников. Ей хотелось, чтобы исследования Евы получали практическое применение. Воплощённые люди не болели, целительные свойства растений Ева применяла для лечения зверей и аборигенов.
*
А шесть лет назад Ева с Авелем снова летали в замок Люцифера. Лилит позвала, сообщила, что младший сын, Феб, которому уже исполнилось 11 лет, попал под камнепад. Тело регенерировало быстро, а вот в сознание мальчик не приходит почему-то. Вот и пришлось Еве со старшим сыном отправиться на помощь. Адам остался дома с дочками. Но ненадолго. Ева не задержалась. Осмотрела Феба и заявила родителям:
- Мы его возьмём к себе, ему понадобится время для реабилитации.
- Для какой реабилитации? – не понял Люцифер.
- Я так понимаю, - неохотно сказала Ева, - что он не хочет приходить в себя, потому что дома ему плохо, не чувствует любви и заботы. В семье его не ценят.
- А чего это ему дома плохо? – пренебрежительно спросил Каин. – Сам-то ни на что не годен, за что его ценить? Папе и мне в исследованиях не помогает, вечно мечтает о чём-то.
- Вот поэтому я его и возьму к нам, - не стала спорить Ева. – Пусть у нас душою отдохнёт.
Феб слышал и этот разговор, от которого ему тем более не хотелось приходить в себя и снова окунаться в эту мрачную для него жизнь. Во время полёта он думал о том, как тётушка Ева собирается его реабилитировать. Мама ему рассказывала, как тётушка Ева помогла ему родиться, и ему хотелось познакомиться с семьёй тётушки. Неужели и в той семье так же безразлично относятся друг к другу?
Полёт прошёл быстро. То, что они прилетели, Феб понял, когда они снизились, и он услышал детский голос:
- Мама, а кого это вы принесли?
- А вот посмотри повнимательней, - услышал Феб весёлый голос тётушки Евы.
- Ой, - воскликнула девочка, - ты что, мою половинку где-то нашла?
- Ты смотри, и правда половинка Юны, - послышался удивлённый мужской голос.
Но Феб упрямо решил глаза не открывать, не будет он ни с кем общаться, всё равно его никто не любит, кроме мамы и Ривы. А они сами беспомощны.
- Авель, - раздался голос тётушки Евы, - сыграй Фебу снова «Рассветы», может быть, откликнется.
Зазвучала свирель, музыка была такая родная, знакомая. Она обещала радость, любовь, понимание. Феб не удержался и открыл глаза. И увидел заботливый и любящий взгляд синих глаз. Рядом с его постелью сидела девочка лет восьми, золотые локоны ореолом окружали её личико.
- Ты кто? – вырвался у него вопрос.
- Я Юна, - ответила девочка. – А тебя Феб зовут?
- Да, - подтвердил Феб. – Какая ты красивая! – не удержался он от похвалы.
- Ты тоже красивый, - нежно улыбнулась ему Юна.
- И вовсе я не красивый, - с горечью возразил Феб. – Ни у кого в нашей семье нет таких волос и глаз, как у меня. Мама говорит, что я непонятно в кого уродился.
- В Создателя, - с лукавинкой объяснила Юна. – У нас вот Авель тоже русоволосый,как ты. А глаза у нас с ним синие, он не похож на родителей. Когда маму донимают вопросами, в кого он такой уродился, она отвечает, что в Создателя.
- Но Авель синеглазый, и у тебя глаза синие, - заметил Феб. – А у меня непонятно какие.
- Почему непонятно? – удивилась Юна. – У тебя глаза ореховые, притом очень красивые. И ресницы у тебя длинные и пушистые. Красиво!
- Я что, правда тебе нравлюсь? – недоверчиво спросил Феб.
- Очень нравишься, - подтвердила Юна. – Тем более, что ты моя половинка. Вот вырастем и будем жить вместе. Я тебя буду очень любить, - горячо пообещала девочка.
- Феб, а что сегодня произошло, расскажешь? – спросила тётушка.
- Расскажу, - вздохнул Феб, - Каин сказал, что от меня никакой пользы, я не помогаю им с папой активно. Так он решил использовать меня в своих исследованиях хотя бы в пассивной форме. Каин проводил сравнения, насколько тела воплощённых людей быстрее регенерируют по сравнению с телами аборигенов. Вот и погнал меня в тот камнепад, под который попали люди племени. И вообще Каин не оставляет меня в покое, всё время придирается. Мама пытается меня защищать, но папа и Каин её не слушают.
Ева предложила:
- Ну, если тебе плохо дома, поживи у нас, отдохни, я с мамой договорюсь.
- Я бы с радостью, - снова тяжело вздохнул мальчик, - но я не могу надолго оставлять Риву.
- А Рива - это кто? – с любопытством спросила Юна.
- Это моя младшая сестричка, - с нежностью ответил Феб. – Это солнышко нашего семейства, - счёл нужным пояснить он. – Она такая замечательная девочка, всех обогревает теплом своей Души. Но без меня ей будет намного труднее, - озаботился Феб. – Я её подпитываю энергией, - добавил он. – а то она расходует энергию безоглядно, ничего не оставляя себе. Вот поэтому я и не могу её надолго оставлять без моей помощи. Ей ещё только 4 годика, со временем я научу её правильно расходовать энергию. И взять её сюда не получится, - поторопился пояснить Феб, - мама её ни за что не отпустит из дома.
Это он правильно угадал порыв Юны, которая хотела предложить и Риву забрать к ним.
- Тогда могу предложить ещё одно решение, - оправдала Ева ожидания детей. – Ты можешь появляться у нас почаще, как почувствуешь, что твоей Душе нужен отдых, зови, Авель за тобой прилетит. Отдохнёшь у нас, потом он тебе и домой поможет добраться. А чтобы Каин оставил тебя в покое, применяй почаще заклинание невнимания.
- Какое заклинание? – не понял Феб.
- Как какое? – удивилась Юна. – Разве родители не учат вас разным заклинаниям? Ну, там заклинание поддержания чистоты, подчинения, отвлечения внимания. Да их уже много, что мы выучили, все сразу и не вспомнишь.
- Папа занят серьёзными исследованиями, ему не до нас, - с горечью сказал Феб. – А мама, неверное, забывает про эти заклинания, она очень быстро всегда отвлекается. Заклинание чистоты я знаю, этому мама нас всех научила, его и Рива знает. А про остальные я и не знал…
- Тогда начинай учиться у нашей мамы, - озабоченно посоветовала Юна, - а потом и сестрёнку научишь.
- Да я с радостью буду учиться, - горячо пообещал Феб. – Вы меня сразу научите этому заклинанию, чтобы Каин оставил меня в покое.
С тех пор Феб половину времени проводил в семье Евы. Она даже вырастила для него отдельную веточку на семейном Древе Жизни. Поэтому, когда на ветке созревал плод, семья уже знала, что Феб на пути к ним.
*
5 лет назад, когда Иде исполнилось 15 лет, и она могла летать на Встречи, они с Авелем договорились, что будут прилетать на одни и те же Встречи. Чтобы тогда все видели, что они уже нашли друг друга. Когда Авель с Аной прилетели к Посейдону, чтобы забрать Иду с собой (её братья и сёстры разлетались на разные места Встреч), Ида сообщила Авелю неожиданное известие:
- Ты знаешь, мы выяснили, что на дельфинов не действует заклинание подчинения, – возбуждённо блестя глазами, заявила она.
- Почему не действует? – не понял Авель, - оно же действует на всех живых обитателей Земли, даже на аборигенов.
- А вот на дельфинов не действует, - повторила Ида. – И я знаешь, о чём подумала? А давай мы с тобой будем изучать дельфинов. Вот ты в прошлый раз сказал, что разум аборигенов тебе не интересно изучать, потому что он кажется тебе уж очень примитивным. А я чем больше присматриваюсь к дельфинам, тем больше поражаюсь, какие они необыкновенные. И разум у них необыкновенный, они ни на кого не похожи. А сейчас мы вообще узнали, что и заклинание подчинения на них не действует.
- А как вы это узнали? – заинтересовался Авель. – Кто его накладывал?
- Тритон попытался, - сообщила Ида. – А дельфины посмотрели на него насмешливо, фыркнули и уплыли. И, наверное, другим сообщили, потому что все дельфины от Тритона начали уплывать, пока он не догадался попросить прощения и пообещать, что больше никогда не будет применять к ним это заклинание. Тогда простили.
- Как интересно! – протянул Авель. – Я думаю, ты права, вернёмся со встречи и попытаемся установить с ними контакт.
Установление контакта затянулось на три года. Только в позапрошлом году дельфины начали полноценно общаться с Авелем и Идой. Правда, Ида призналась, что у неё такое ощущение, что не они будут изучать дельфинов, а дельфины решили поизучать людей.
Но перед этим в позапрошлом году произошло ещё несколько событий. Во-первых, Фебу исполнилось 15 лет, и родители сообщили ему, что на Встречу он полетит со старшими братом и сестрой (Каином и Симой). А те решили лететь на Встречу в ареале дядюшки Гора. Феб попросил Авеля «подстраховать» его и тоже прилететь к дядюшке Гору. Каину с Симой Феб не доверял. И оказался прав, брат и сестрой не обращали на него никакого внимания. Тогда и Ана согласилась отправиться с Авелем в ареал дядюшки Гора, чтобы помочь Фебу. А вот Ида не захотела лететь к дядюшке Гору. Она сообщила, что полетит с сёстрами к дядюшке Аполлону. А после Встреч они встретятся у Иды дома.
Так что Авель с Аной полетели к дядюшке Гору. Феб встретил их с такой радостью, что у Авеля с Аной ушли последние крохи сожаления, что им пришлось поменять свои планы. Мальчику было очень одиноко до их появления, Каин и Сима думали только о себе. Брат их не интересовал. Когда они встретили Симу, Авель невольно сравнил её с Аной. Внешне они были вроде бы похожи: обе высокие, стройные, темноволосые. Только у Аны глаза голубые (мамины), а у Симы зелёные (отцовы). Но девушки с первого взгляда уже производили разное впечатление. Ана просто излучала доброжелательность, рядом с ней становилось тепло на душе у всех. А у Симы чувствовалось какое-то оценочное отношение ко всем, отстранённость.
Почти сразу получился конфликт с Каином и Симой. Сима начала преследовать Авеля, не обращая внимания на его заверения, что он уже давно нашёл свою половинку, поэтому он никак не может быть половинкой Симы. А Каин начал оказывать повышенное внимание Ане. Поэтому Авель с Аной почти сразу решили улететь и позвали с собой Феба. И оказалось, что хорошо сделали. Они полетели на Встречи в ареале дядюшки Аполлона, а там выяснилось, что Феб самый талантливый из всех певцов, музыкантов, поэтов и художников. И дядюшка Аполлон предложил Фебу пойти к нему в ученики, на что тот радостно согласился.
После окончания Встречи Феб уговорил свою мать, чтобы она разрешила ему побывать вместе с Авелем у дядюшки Посейдона. И вот тогда и получили Авель и Ида согласие дельфинов на проведение совместных исследований.
 В прошлом году Авель с Аной узнали у Феба, куда собираются Каин с Симой, и отправились в другое место. И там Ана встретила свою половинку, зеленоглазого рыжеволосого весельчака Ура. Ур прилетел на эти Встречи издалека, с Востока. После 20 лет он каждый год отправлялся в другое место, надеясь найти свою половинку. И вот они встретились. Уру было 25 лет, Ане исполнилось 20, таким образом они уже могли создавать свою семью. Поэтому со Встреч они полетели домой к Ане, а Авель с Идой отправились к Посейдону. Уру очень понравилось занятие Аны – она изучала аборигенов Земли. Ур сразу присоединился к исследованиям Аны. Чем-то их исследования были параллельны работе Люцифера, только Ана с Уром продолжили учить аборигенов человечности: любви, взаимопомощи, милосердию, и давать им знания, в первую очередь учили исцелению, травничеству и т.п.
*
Авель блаженно потянулся. Сегодня поворотный день, сегодня он отправляется к своей половинке, чтобы создать с ней семью. Родные, конечно, уже печалятся из-за разлуки. Особенно мама. Она хотя и знает, что у них сохраняется постоянная ментальная связь друг с другом, но эта связь ведь не заменит живого общения. С другой стороны, ему давно пора начать самостоятельную жизнь. И так запоздал. Другие молодые люди создают семьи обычно после 25-ти лет, а девушки вообще после 20-ти. Это старшие решили, что пары создают семьи не раньше, чем младшему в паре исполнится 20 лет. А ему-то сегодня 30 лет исполняется. Только потому и затянул, что ждал, когда его половинка повзрослеет. На днях Ида отпразднует свой 20-й день рождения, и тогда начнётся их семейная жизнь.
Авель протянул руку к одежде и восторженно присвистнул. Подарок от мамы ко дню рождения! Новый костюм цвета морской волны (с намёком?), только штаны потемнее, а туника более светлая. Авель вспомнил ажиотаж, который их семья вызвала при своём первом появлении «на людях». Другие тоже были одеты по-разному: тоги, туники, хитоны, юбки, даже набедренные повязки. До штанов не додумался никто, кроме Евы. Вообще-то Ева говорила, что штаны она придумала как женскую одежду. Но Адам сразу оценил её удобства, только попросил сделать штаны спереди посвободнее.
Авель с восхищением подумал: какая искусница наша мама. Она создаёт нам такие одежды, ни у кого больше таких не было, пока она не поделилась своими наработками. Ева объединила в работе тутовых шелкопрядов с пауками-ткачами. Они ткут ей ткани и одежду. А какие яркие краски мама создаёт! Они не выцветают годами. Одежда у них лёгкая, красивая и практичная. А ещё мама готовит яркие масляные краски для занятий живописью. Особенно оценил их Феб, которого дядюшка Аполлон назвал гениальным художником.
Авель оделся и выскользнул из своего «гнёздышка». Когда он поселился здесь, лестницу просил ему не создавать. Ему было достаточно лианы, по которой он скользил вниз, когда выходил из своего жилья. А когда ему надо было попасть к себе, лиана просто поднимала его туда.
Сейчас, когда Авель скользнул вниз, он только успел коснуться ногами травы у подножия дерева, как на него налетел двойной «ураган» визжащих от радости сестрёнок.
- С днём рождения, братик, - в унисон выдохнули Юна и Ана, повиснув на нём.
Авель привычно раскрутил сестрёнок посильнее, чтобы они ещё больше завизжали от восторга, потом поставил их на землю. Сёстры отцепились от брата и подтолкнули его к родителям, которые терпеливо ждали своей очереди, чтобы поздравить старшего сына. Авель только успел получить поздравительные поцелуи от родителей, как на его плечи сзади налетел младший братишка, пятилетний Сиф. Младший сын Адама был копией отца и всеобщим любимцем. Тёмные кудри, большие тёмные глаза, сияющие радостью жизни и любознательностью.
- А мне мама уже разрешила сегодня подняться к вершинам деревьев, - похвастался Сиф. – Одному, - важно добавил он. – И я держался за ветви, как мама сказала.
- Молодец, братик, - похвалил его Авель. – Я как раз подумал, что надо бы мне передать тебе моё жильё во владение.
- Что, правда? – восторженно воскликнул Сиф. – Мама, папа, у меня теперь будет там жильё, вы же разрешите? – умоляюще глянул он на родителей.
- Разрешим, конечно, - вздохнула Ева, - раз уж брат тебе его отдаёт.
*
Авель ещё накануне договорился с Уром, что тот вместе с ним и Аной отправится к Люциферу. Авель хотел познакомить Ура с дядюшкой и сообщить тому, что сам он отправляется на новое место жительства в ареале Посейдона, и теперь дядюшке нужно обращаться к Уру для получения записей по контрольным группам.
После завтрака Авель попрощался с родителями и младшими сестрой и братом. Он намеревался сразу от Люцифера лететь на северо-запад, где его уже ждала его половинка. Когда они втроём летели к ареалу Люцифера, Авель рассказывал сестре и зятю, как он планирует обустроить свою жизнь. Они с Идой уже определили место для строительства своего жилья. Выбрали его на побережье одной из удобных бухт, в водах которой любят резвиться дельфины. Там, на берегу, Авель создаст уютный домик, где они с Идой будут счастливы. Они уже получили согласие дельфинов на общение. Ана с Уром тоже поделились со старшим братом своими планами.
Когда вдали показался замок Люцифера, Ур неожиданно вспомнил:
- Кстати, Авель, знаешь, что мне бросилось в глаза? Ты говорил, что вы делали копии записей о жизни племён вашего ареала для Люцифера. И ты сказал, что вы договорились, что они каждое новолуние будут забирать эти записи. – Ур сделал ударение на слове «забирать». – Так вот, я у вас живу уже почти год, и за это время только четыре раза кристаллы забирал с собой Феб, когда гостил у вас и отправлялся домой. А семь раз эти кристаллы относили вы с отцом. Почему?
- Ну, видишь ли, - смущённо ответил Авель, - Люцифер каждый раз ссылался на нехватку времени, а кристаллы ему были очень нужны. Вот мы с папой и относили, в зависимости от того, кто менее безболезненно мог отложить свои исследования.
- Понятно, - кивнул Ур и больше развивать эту тему не стал. Но совсем не потому, что эта тема его больше не интересовала.
Когда они прилетели, Авель сразу провёл родных в кабинет Люцифера. Тот ожидаемо сидел за столом, углубившись в изучение одного из кристаллов. В углу кабинета Авель тоже ожидаемо увидел младшую дочку Люцифера, десятилетнюю Риву. Та тоже была занята просмотром кристаллов. Рива настороженно посмотрела на вошедших, но тут Ур весело подмигнул ей, и на её лице появилась радостная и доверчивая улыбка.
Авелю было непривычно наблюдать отношения в семье Люцифера. Дядюшка работал только со старшим сыном, Каином, не обращая внимания на остальных членов семьи. Средние дети, Сима и Феб, общались в основном с матерью. И только умница Рива, копия папеньки, часто прокрадывалась в кабинет отца и внимательно слушала его рассуждения. Она всегда чувствовала, когда отец был настроен поговорить, поучить её. Тогда она и задавала свои многочисленные вопросы, которые накапливались у неё за то время, когда отец не был готов к общению. Каина Рива игнорировала, тот тоже не обращал внимания на эту малявку.
Авель подумал: «Интересно, а дядюшка знает, что Каин не только помогает ему в его исследованиях, но и активно вмешивается в жизнь племени? Он ведь поставил себя там верховным вождём. Притом он время от времени выбирает себе самую симпатичную девушку, и у него там уже несколько ребятишек подрастают». И понял, что дядюшка знает об этом, когда увидел на полке кристалл с пометкой «Потомство Каина».
- Авель? – удивился Люцифер. – Ты почему так неожиданно? И кто это с вами, вы где нашли такого гиганта? – решил пошутить он.
- Знакомься, это Ур, половинка нашей Аны, - представил Авель после приветствия. – А мы прилетели, чтобы ты с ним познакомился. Ты, наверное, забыл, я вчера тебя предупреждал, что загляну попрощаться.
- Попрощаться? – с недоумением спросил Люцифер.
- Да, я переселяюсь на побережье, к своей половинке, - подтвердил Авель. – Я же рассказывал, что она не может жить вдали от моря.
- А, - вспомнил Люцифер, - это этой дочке Посейдон жабры оставил. А как же с моими кристаллами? – недовольно спросил он.
- Вот потому Ур с Аной и прилетели со мной. Я хотел познакомить тебя с Уром, теперь он будет заниматься записями на кристаллы. Сам с ними договаривайся. А я прощаюсь, оставляю вас и отправляюсь к морю. Привет твоему семейству.
- Да, да, счастливого пути, - рассеянно пробормотал Люцифер, поворачиваясь к Уру. Авель его больше не интересовал.
- Авель, подожди, - окликнула его Рива, понимаясь с места, - я тебя провожу и пойду передавать твой привет маме и Симе.
Они ушли. Внимательно присматриваясь к Уру, Люцифер только восхищённо покачал головой – повезло дочери Адама. Люцифер ещё не встречал таких гигантов, чтобы были выше его ростом. А он до сих пор думал, что он самый высокий из воплотившихся людей. Рыжие кудри и светло-зелёные глаза смягчали облик гиганта, создавая ощущение безобидности, но сдержанная грация движений предостерегала от поспешных выводов.
- Времени тратить не будем, - деловито сказал Ур. – У нас с Аной много неотложных дел дома, но мы пошли навстречу просьбе Авеля. Авель попросил нас продолжить делать копии наших записей для тебя. Мы не против. Насколько я понял, ты или твои сыновья будете каждое новолуние забирать эти копии.
- Надеюсь, что и ты, по примеру Авеля, будешь иногда нам их доставлять, когда мы будем заняты, - нарочито небрежно заметил Люцифер.
- Не надейся, - отрицательно покачал головой Ур. – У меня на родине, у наших северных соседей, есть хорошая поговорка на этот счёт: «Овёс за лошадью не ходит». Тебе кристаллы нужны, вот и забирай. У нас вряд ли будет столько свободного времени, чтобы тратить его на полёты к вам. – Внезапно он насторожился, - пойдём, Ана, - поторопил он, - мне не нравится эмофон около замка. Ты не хочешь посмотреть, что там такое? – спросил он Люцифера.
- Вряд ли там что-то интересное для меня, - отказался недовольный отпором Люцифер. – Счастливого пути.
*
Оставив сестру с зятем обсуждать с Люцифером их дальнейшее сотрудничество, Авель вышел из замка, готовясь лететь на побережье. В это время в воротах замка показался Каин, возвращающийся из поселения аборигенов. Авель едва сдержал насмешливую улыбку. «Верховный вождь» аборигенов и выглядел соответственно. Нечёсаные волосы, мешковатая хламида и палица на плече.
- Ты что тут делаешь? – удивился Каин.
Удивился потому, что Авель никогда раньше не появлялся у них не в назначенное время. Обычно Авель приносил кристалл наблюдения в начале новолуния, а сейчас как раз наступало полнолуние.
- Прилетел попрощаться с дядюшкой, - дружелюбно сообщил ему Авель. – Теперь наблюдение продолжат вести Ана с Уром, а я улетаю в ареал дядюшки Посейдона. Буду жить у моря.
- Что ты сказал?! – неожиданно возмутился Каин. – Ана с каким-то там Уром? Ты что, не понимаешь, что Ана должна стать моей половинкой, а тебе надлежит взять к себе Симу и продолжать свою работу на нас. Никакого тебе моря! – решительно заявил он.
- Ты в своём уме? – поражённо спросил Авель, с недоумением разглядывая разъярённого Каина. Они вообще-то редко общались, не найдя общих интересов, но Авель и вообразить не мог, что посторонний человек посчитает возможным определять судьбу его и его сестры.
Ева не раз объясняла детям, что все люди получаются разными. Они и не должны быть одинаковыми. Каждый человек – это уникальный и неповторимый мир. И надо уважать Мир каждого человека. Главное в общении – стараться понять другого человека, не навязывая ему своих взглядов. Но и не допускать того, чтобы кто-то навязывал тебе свои.
- Я-то в своём, - горделиво заявил Каин. – А вот вы забыли, кто здесь главный. Мой отец первым здесь поселился, да и я старше тебя.
- На два дня, - насмешливо посмотрел на него Авель. – А отцы наши вообще воплотились в один день, и ни о каком старшинстве речи идти не может. Мы все на равных правах, и никто не вправе диктовать другим свою волю.
- Тофель говорит иначе, - надменно заявил Каин. – Тот, кто сильнее, тот и диктует.
- Вы всё ещё слушаете Тофеля? – удивился Авель. – Сколько же ещё ошибок вы совершите, слушая этого проныру, пока не опомнитесь наконец?
Каин не посчитал нужным ответить. Он пристально разглядывал Авеля, о чём-то сосредоточенно размышляя.
- В общем, так, - заявил он наконец. – Ура прогнать, ты берёшь к себе Симу, а я забираю Ану к себе. Я так решил и советую мне не возражать.
- Прощай, Каин, - спокойно ответил Авель. – Привет вашей семье, и пусть твоя сестра дождётся свою половинку, как её дождалась моя сестрёнка. Занимайся своими делами и не лезь в наши, - посоветовал он и повернулся спиной к Каину, готовясь взлететь.
- Ах, так! – со злостью воскликнул Каин. – Ты никуда не полетишь, немедленно иди к моей сестре, или очень пожалеешь!
Увидев, что Авель начал окутываться оболочкой кокона, Каин поднял палицу и с силой ударил Авеля по голове. Авель упал на землю, ударившись о неё всем телом. Но Каин и так сразу понял, что он убил Авеля этим ударом. Он услышал тихий плач Души Авеля, выброшенной из тела и потерявшей связь со своим Ангелом. Услышав вздох потрясения и ужаса, Каин оглянулся и увидел Ану и Ура, стоявших в дверях замка Люцифера. Он резко развернулся и побежал в направлении той рощицы, где обычно делился с ними своими советами Тофель.
*
А далеко в саванне в тот же миг раздался крик и горестный плач Евы:
- Господи, помоги!
- Что случилось, любимая? – мгновенно очутился рядом с ней Адам и потрясённо замер, разглядев в Тонком мире жены что-то необычное. Прибежали младшие дети.
«Не плачь, девочка!» - послышался отклик Отца. – «Мы успеваем вернуть его».
Тут же на невысокой подставке перед ними появилось тело Авеля с держащимся рядом с ним объёмом его Души.
«Каин, одержимый злобой и жаждой власти, внушёнными ему змеелюдом, убил Авеля за отказ подчиниться», - пояснил Отец взволнованным родным.
А в это время Душа Авеля, почувствовав своего Ангела, удерживаемого Ангелом матери, с радостью объединилась с ним и снова вошла в тело Авеля. Авель вздрогнул, открыл глаза, сел и тоже начал слушать объяснения Отца.
«В момент убийства Ангела и Душу Авеля отбросило от тела, разорвав их связь. Душа может оставаться около тела, а вот Ангела понесло в поля Планеты. Если бы Ангел Евы не поймал его сразу же, нам бы не удалось оживить Авеля. Вам бы пришлось долго искать его Ангела, а за это время тело бы потеряло способность к жизни. Потому что в теле произошли бы необратимые изменения. На месте убийства я оставил фантом Авеля, а сам он, воскресший, вот перед вами».
«А теперь моё обращение ко всем моим истинным детям», - продолжил Отец. – «Я даю вам всем дополнительную защиту от убийства. Пока вы помните, в отличие от тех, кто впускает в свой мир зло, что вы мои частички, вы являетесь волшебниками Земли. И теперь, если кто-нибудь попытается кого-то из вас убить, он получит фантом вашего тела, а сами вы без повреждений мгновенно перейдёте в тот мир, который я приготовил для вас. Вы ведь знаете, что я вас отправил на Землю, чтобы вы провели на ней какое-то время, не менее 15 веков, обрели опыт познания и совершенствования Физического мира. А потом я планировал переводить вас в волшебный мир, который я населил волшебными народами, использующими для совершенствования своего мира исключительно магию. В том мире вам предназначено было пребывать столько времени, сколько вы захотите, пока не почувствуете желание стать Демиургами собственных миров. Авель, как первый пострадавший волшебник, может выбирать: останется ли он ещё на Земле или пойдёт в этот волшебный мир».
- Конечно, останусь, - без колебаний решил Авель. – Спасибо, Отец, за предложение побывать в волшебном мире раньше срока, но своё Предназначение на Земле я выполню до конца. Тем более, что сегодня я собирался отправиться на берег Океана, чтобы начать там новую жизнь с моей половинкой, посланной Тобой».
«Благословляю тебя на эту жизнь», - восприняли они ответ Отца. – «И ещё хочу оповестить всех моих детей. Отныне вы не будете пользоваться силовыми коконами для полётов. Все волшебники Земли получают сейчас знания и умения телепортации. В каждом ареале я разместил портальные камни, которые будут помогать вам. Вы можете теперь мгновенно перемещаться между этими камнями. Если же будете телепортироваться в незнакомые местности, я даю вам способность переноситься сразу на расстояние прямой видимости».
- Господи, а левитация? – тревожно спросил Сиф. – Ты не заберёшь у нас это умение?
«Не беспокойся, малыш, левитация и прочие умения волшебников у вас не только остаются, но и усиливаются».
После этих слов семейство Адама почувствовало, что Отец всё сказал своим детям и оставил их. А Ева только сейчас восприняла зов старшей дочери, которая ещё оставалась у фантома тела Авеля.
«Ана, Ур», - позвала Ева. – «переходите домой, Создатель вместо полётов в коконах дал нам способность к мгновенной телепортации».
В следующий момент Ана с Уром появились около родных. Увидев Авеля, всё ещё сидящего на лежанке, Ана с плачем бросилась к нему.
- Братик, милый, это было так страшно и больно, - рыдала она. – Ты лежал такой неподвижный, чужой…
Авель обнял сестрёнку и попытался её успокоить, нежно покачивая.
- Всё, всё, сестричка, успокойся. Теперь мы все защищены, больше такого не будет.
- Постой, Авель, - помотал головой Ур. – А то тело? ...
Он показал головой в том направлении, откуда они прибыли.
- Там остался фантом, - пояснил зятю Адам. – Вспомни слова Создателя, которые прозвучали недавно для всех нас.
- Вспомнил, - облегчённо вздохнул Ур. – А то нас так поразило случившееся, что тогда мы не могли вникнуть в Его сообщение.
- Родные мои, - обратился ко всем Авель, всё ещё прижимая к себе уже улыбающуюся сестрёнку. – Как я и собирался, я сейчас отправлюсь к своей половинке, Иде. Она уже знает, что случилось со мной, это знают все волшебники Земли. А поскольку нам теперь доступна телепортация, надолго я не прощаюсь. Мы будем вас навещать и ждать к себе в гости.
- А в волшебный мир ты когда пойдёшь, Авель? – мечтательно спросила младшая сестра, Юна, которая до сих пор молча слушала всех.
- Пока не хочу, - покачал головой Авель. – Раз Отец сказал, что путь туда всем будет открываться после исполнения нашего земного Предназначения, то и я тогда же туда пойду.
*
А Каин тем временем встретился с Тофелем, который, как обычно, поджидал его. Каин только сейчас осознал, что Тофель всегда оказывался в роще, когда кто-нибудь из них приходил сюда, чтобы встретиться с ним.
- Я убил Авеля, - сразу заявил он Тофелю. – Он меня разозлил. Я сказал ему, что в мире действует Право Силы, а он отказался повиноваться. Вот и пришлось его пристукнуть, чтобы другим неповадно было. Как ты думаешь, что теперь будет? Меня накажут?
- Конечно, - насмешливо посмотрел на него Тофель. – А ты что, ожидал, что тебя похвалят? Злиться надо с умом. Зачем вот ты убил Авеля? Достаточно было покалечить его, принудить.
- Калечить его бесполезно, - отмахнулся Каин. – У него мать Целительница, она его моментально вылечит.
- Да? – заинтересовался Тофель. – Это мы прозевали, а сейчас до неё, пожалуй, и не добраться.
- А ты можешь сказать, как меня накажут? – тревожно спросил Каин. Судьба Евы его не интересовала.
- Могу, - злорадно сообщил Тофель. – Ты ведь сам перестал быть частицей Создателя, когда отошёл от его заветов. Поэтому ты теперь стал обычным человеком. Никаких способностей у тебя не осталось.
- Как это никаких? – ужаснулся Каин. – А кокон, а левитация, а …
- Увы, мой друг, всего этого у тебя уже нет, - спокойно ответил Тофель.
- Ах ты, гад! – внезапно разъярился Каин. – Всё это из-за тебя! Ты во всём виноват.
И он бросился с кулаками на Тофеля, который мощным ударом хвоста отбросил его в сторону.
- Ну нет, мой милый, - насмешливо заметил Тофель. – Не ищи виноватых на стороне. Как говорит твоя маменька, у каждого из вас свобода воли. И не советую больше на меня бросаться. Тебе со мной не справиться, особенно в твоём теперешнем состоянии.
- Ты что, убить меня можешь? – с испугом спросил Каин, не осмеливаясь подняться на ноги.
- Я бы не поморщился, - спокойно сообщил Тофель, - если бы не твоя защита, которую дал тебе Создатель. Тот, кто тебя убьёт, получит такое проклятие, от которого невозможно избавиться.       
- Ну и хорошо, - обрадовался Каин. – Раз меня нельзя убивать, буду жить и радоваться жизни. Мне и моей физической силы хватит, меня никто не сможет победить.
- Угу, живи, - пробурчал Тофель, удаляясь. – Будешь радоваться, пока сам не захочешь повеситься от такой жизни, когда осознаешь, что потерял. А нам, по всей вероятности, пора уходить с Земли. Создатель защитил своих детей, они нам теперь недоступны. А простые людишки и без нас деградируют, нас они не интересуют.
   







 


Рецензии