Глава 21. В дамках

  Ближе к полудню, в одном из московских скверов можно было наблюдать следующую неприглядную картину. Три подозрительных личности, двое мужчин и одна особь женского пола, расположившись на парковой скамейке, занимались распитием спиртного. На аккуратно разложенном вечернем выпуске газеты «Аргументы и Факты» стоял литровый пузырь водки с этикеткой, по которой невозможно было определить производителя, и в приложение к нему нехитрая закуска, включающая в себя открытую банку шпрот и наломанный большими ломтями батон белого хлеба. 
 Старшим в компании являлся толстяк лет шестидесяти с усами как Будённого и лысиной как у Ильича. На его пиджаке времён «застоя» не хватало пуговиц, а на залоснившихся брюках кое-где зияли потёртые дыры. По паспорту мужчину  звали Борисом, а по жизни Боцманом. Второй, лет двадцати пяти верзила, имел под два метра роста, и кто не знал Серого, мог принять его за баскетболиста. Потому, как одет он был по спортивному: в дешёвый китайский костюм «Адедос», и кроссовки того же пошиба – размера 62.  Девушка казалась ровесницей «длинного» и была хороша собой. Рыжеволосая бестия с яркими голубыми глазами, длинными ровными ножками и осиной талией. Небольшая нехватка сверху придавала ей только шарма, а сарафан до колен, подаренный Андреем – лёгкости и воздушности. Зина следила за собой и не была похожа на бродяжку: ей бы на подиум – срывать аплодисменты, а не с компанией бомжей распивать уже с утра «дешманскую» палёную  водку. 
  Теперь, когда пошли вторые сутки с того времени, как пропал Андрюша, Боцман, наученный жизненным опытом, казался для молодых непререкаем авторитетом, и без него они сгинут, пропадут. Предки Серёжи беспробудно пьянствовали, и следить за сыном было некогда. В итоге, когда ему исполнилось 12 лет, их лишили родительских прав, и учить его уже пришлось учителям школы-интерната, но и у них мало что получалось, видимо сказывались нехорошие гены. У Зины, тоже не сахар. Она и вовсе не знала родителей. Мать родила её в восемнадцать лет, и оставила сразу же. А Боцман другое дело. Он успел весь мир повидать: на разных судах ходил, на разных курсах. Но прав был Андрюша, и ему было, что скрывать.
  Дело в том, что к нелёгкой судьбе Зиночки так случилось, он имел самое непосредственное отношение. Чёрт его дёрнул полгода назад в тайне ото всех посетить Детский дом, в котором воспитывалась девушка. Помочь хотел узнать о её родителях, а получилось у него так, как получилось. Нашлась там сердобольная тётка, что рассказала всю правду о рождении Зины, хотя и не имела на это никакого права. Борис сопоставил время и место событий и понял, что четверть века назад, при его косвенном участии погиб отец девушки, тогда как молоденькая мама Зины была ею на сносях.
  Того парня звали Константином, и он ходил механиком на «сейнере», где Борис имел должность помощника капитана второго ранга. В тот злосчастный день Боцман заступил на вахту, и отвечал за порядок на судне. Однако вместо того чтобы исполнять возложенные на него обязанности, он весело проводил время с кухаркой Олей с камбуза. В это время некоторые члены команды напились, что ни в коем случае недопустимо в море, и устроили пьяный дебош. Завязалась драка и молодой механик вывалился за борт. Спасти его не удалось, а его тело только спустя трое суток обнаружила уже другая команда.
  Тогда Борис попал под суд. Ему влепили три года условного срока за преступную халатность, на время которого запретили морское дело, да он и сам не хотел видеть море. Оно напоминало ему о трагедии, и чувство вины в гибели человека терзало его, не давало покоя. Тогда же он начал пить. Жена не выдержала, и мало того, что ушла к другому, так ещё и к его бывшему другу. Но он не держал обиды, считая, что на самом деле мало ему. Тогда он перебрался в общежитие, а с приходом смутного времени 90-ых потерял и этот угол, и пустился, как мы теперь знаем в сухопутное плавание. Ему по-прежнему иногда снится Константин, он приходит к нему в его ночных кошмарах.
  И вот Боцман узнаёт, что погибший моряк являлся родным отцом Зиночки, а родившая её мать, после случившегося горя, не нашла другого выхода, как оставить новорождённую девочку в роддоме. И надо же, какую злую шутку с ними сыграла судьба-злодейка? Через долгие годы, соединила их жизненные пути.
 
  На правах старшего Боцман разлил водку по пластиковым стаканам и обратился к Серому и Зиночке:
- За что пьём, салаги?
- Скажи Борис, как думаешь, что с Андреем? -  спросила бывшего моряка Зина.
  Боцман осушил содержимое стакана, закусив парой рыбёшек.
- Думаю беда с нашим Андрюшей. Второй день ни слуху, ни духу. Хорошо если в Милиции, тогда даст знать!
- Как же в Милиции?! Он же завязал! Он клялся! Он любит меня! – утешала себя девушка.
- От тюрьмы и сумы не зарекайся. Вот сколько мы тянем эту суму? А ему может, надоело тянуть, да и попался снова,  -  далее Боцман выдвинул предположение, не подумав, что может сильно обидеть Зиночку. – А может и в «дамках», виснет сейчас с какой-нибудь кралей.
- Брось попусту трепаться! – вступился Сергей. - С ним что-то случилось, он нашу Зину ни на кого не променяет!
- Ладно, прости Зинка. Конечно, он тебя сильно любит, да ещё бы, - такая невестка! – И Борис налил себе второй стакан, хотя Серый и Зина ещё не пригубили первый. – Надо нам ребятки самим людей пораспрашивать: может, кто чего и видел?
- Кого искать собираетесь? – перед ними появился сам А.Н., богато одетый, и с большим перстнем на пальце.
- В дамках! В дамках! – громко выкрикнул Серёжа, а Зиночка бросилась на шею к Андрею (?).
- Я так рада, любимый! Я так тебя ждала!
- Рассказывай Андрюша, как дошёл до жизни такой? Кого на этот раз ограбил, и сколько взял? – допытывался Боцман. – Или наследство получил?
- В дамках! В дамках! – заклинило Серого. Ему было без разницы, откуда взялся достаток. Он понимал, что жизнь их изменится, и не в худшую сторону.
- Банк «Новый Рай» набирает сотрудников на конкурсной основе, - с места в карьер повёл разговор А.Н.. – Но я передумал проводить конкурс. Все вы приняты на работу.
- Новый Рай? – удивился Борис. Это он купил ту газету «Аргументы и Факты», на которой сейчас был накрыт стол. Он любил читать прессу, и всегда был в курсе последних событий. – Так это же тот банк, о котором пишут все газеты! И его реклама ещё вчера была развешена по всему городу. Но как? Как у тебя получилось?!
- Меня попросили поработать директором, и я согласился. Мне доверили целый банк, и я надеюсь, что вы поможете мне, друзья!
- А я ведь знала, что ты способный, и не зря влюбилась в тебя! – радовалась подружка.
- Почему же вы не спросите, где находится наш банк? – А.Н. повернулся в сторону небоскрёба и вытянул в его направлении ладонь, на безымянном пальце которой сверкал чёрный брильянт.
- Не может быть?! – хором встретили эту новость люди без определённого места жительства.
 - Теперь у вас будет всё, что не пожелаете.  У меня надёжные и серьёзные покровители, и для начала возьмите вот это, - А.Н. достал ключи от квартиры, и передал Боцману – Сейчас вы отправитесь на адрес, где, как следует отдохнёте. И попрошу без выпивки, нам завтра открываться!
- Всё сделаем, как надо шеф! Сухой закон, так сухой закон! Что мы, не понимаем что ли? -  Боцман взял со скамейки почти полную бутылку водки и опустил её в рядом стоящую урну.
- Теперь у нас друзья будет новая, другая жизнь! – вселил уверенности А.Н., и тут же, без всякого вызова, двигаясь по пешеходной аллее, к ним подъехало такси. «Директор» объяснил водителю, куда следует отвезти его сотоварищей, и напоследок, высказал им свои пожелания:
- Вы там не стесняйтесь, обустраивайтесь пока, а к вечеру я приеду, и мы вместе поужинаем…


Рецензии