В чём смысл Горя от ума?

С ответом сошлось.*

Рецензия на статью Е. Цимбаевой «В чём смысл "Горя от ума"?»

(Семь не школьных сочинений), журнал "Наука и жизнь", №4, 2013

 

     Неужели я оказался единственным, кто не нашёл в статье Е. Цимбаевой ответа на поставленный ей же самой вопрос в заголовке? Если прав я, то в чём смысл её статьи?

     Так в чём же смысл комедии «Горе от ума». Уж точно не в выдумывании биографии героев комедии. Зрителям/читателям комедии, любой комедии, нет смысла, а тем более необходимости, вникать в подробности жизни персонажей до момента события, а уж размышлять о том, будет ли Теодоро из «Собаки на сене», которого, кстати, никто не упрекал за метания между двумя женщинами, рогат и через сколько лет, могут только люди с вообще уже неуёмной фантазией. Если автор не раскрыл образы своих героев на тех немногих страницах, что заняла пьеса, то бесполезно делать построения их прошлого и будущего.

     Е. Цимбаева не открыла ничего нового, она добросовестно переписала то, чему учили и учат школьников на протяжении последних 100 лет, дополняя всё это фантазиями, иногда, как в случае с Лизой или польским вояжем Чацкого, ни на чём не основанными. Главное же в этой статье то, что она сошлась с тем ответом, который обязан дать каждый школьник при описании образов героев комедии.

     По инерции, заданной и Пушкиным, и Гончаровым, и многими-многими другими авторитетными читателями, центральной фигурой комедии считается Чацкий, а на кого ещё могли обратить своё внимание читатели-дворяне, ну не на разночинца же! Почему результат дворянской спеси перенесся и на пролетарские времена мне неизвестно и непонятно, если не принимать во внимание, притянутое за уши утверждение, что Чацкий против царя, крепостничества и вообще декабрист, в политическом понимании этого слова. Вряд ли А.С.Грибоедов надеялся на то, что его комедия широко распространится среди молчалиных и произведёт в их умах и поведении кардинальные изменения. Да и кем был Грибоедов для этих, ежедневно суетящихся, дабы снискать хлеб свой насущный, молчалиных? Они о нём просто ничего не знали, а узнав, сказали бы: «Барчук от безделья бумагу марает». Неужели кто-то предполагает, что Грибоедов стал бы что-то писать для тех, кто его не читает?

     Если кто-то сумеет построить интригу комедии, считая Чацкого главным действующим лицом, то я с большим интересом выслушаю эту версию, хоть и вряд ли она будет интересной. Чацкий в комедии не действует, он даже не триггер, он лакмусовая бумажка, которая выявляет суть тех, с кем он общается, и то только потому, что ни Репетилов, ни Загорецкий, ни все прочие абсолютно не дорожат его мнением и не притворяются умнее или значительнее, чем они есть на самом деле.

     Смею утверждать, что именно Софья и Молчалин главные действующие лица в комедии «Горе от ума», к тому же, Софья первична, а действия Молчалина только реакция на действия Софьи. Ниже приведена моя трактовка сюжета.

     Начитавшаяся любовных романов Софья, дочь хозяина дома, вообразила, что влюблена в Молчалина, служащего и живущего в доме её отца Фамусова. Вполне возможно, что, закончившаяся на начало действия комедии, ночь была первой и единственной, которую Молчалин и Софья провели наедине. Хотя рассказы Софьи Лизе дают основания предполагать, что и ранее они засиживались, если не до утра, то глубоко за полночь. Оно бы и ничего иметь взаимную любовь с дочерью хозяина, если бы не её стремление обходиться со служащими её отца, как со своими крепостными. Сама она преспокойно высыпается днём, а Молчалину приходится ещё и, даже не зевая, работать целый день. Даже выкушав три самовара чая, Софья не чувствовала бы физиологического дискомфорта, так как дочь хозяина всегда найдёт благовидный предлог чтобы, в случае надобности, выйти по своим делам. Мы все люди взрослые и в состоянии представить мучения человека лишённого возможности отправлять самые естественные надобности в течение целой ночи. Увы, в любой поэзии, даже самой возвышенной, много прозы. Любовь, если её и испытывал Молчалин к Софье, сделала ручкой уже где-то после полуночи. Молчалин искал и не находил способа или предлога выскочить хоть на мгновенье. Какой бы Вы предложили ему? Я теряюсь в догадках… Любой предлог будет оскорбительным для ушек этой девицы. «Как это? Какое-то… дело для него важнее её общества? Ну не в самом же деле вы ждете звонка Его Величества? Пусть звонит на мобильный, а всё остальное подождёт!». Они оба к тому же понимают, что выйдя, Молчалин уже не сможет вернуться, так как засидеться, это одно, а зайти в девичьи апартаменты глубокой ночью – совсем другое. Вот Молчалин и молчал, и вздыхал. Но этой… самозваной Дульцинее ещё взбрело на ум играть дуэт – тут и сидишь-то еле-еле, так нет, вставай, тащись к роялю, а хочется бежать от ненавистной уже… Дульцинеи, от её музыки и вздохов… не скажу куда.

     Молчалин не видит перспективы у этого романа, так как сам он не влюблён в Софью (см. выше), а пользоваться расположением её для достижения преференций по службе, из-за своей порядочности, даже не приходило ему в голову. Вот Молчалин и придумывает план, как ему сохранить место у Фамусова, и разойтись с Софьей, так сказать, малой кровью. Он решает посвятить те немногие часы, которые свободны от притязаний Софьи, ухаживанию за Лизой, наперсницей и молочной сестрой Софьи, чтобы та доложила Софье о ветрености Молчалина. Но Молчалин, которому вообще не было дела, ни до Софьи, ни до Лизы, не учёл, что Лиза, считающая мужское внимание к себе, как нечто само собой разумеющееся, и об очевидном не сплетничает. Другое дело о мнимых и сущих увлечениях хозяйки. В продолжение комедии Молчалин предпринимает три попытки убедить Лизу в том, что он ветреник и не достоин любви Софьи, но все они оказались тщетными.

     Могу поручиться, что до дня действия комедии, Молчалин не проявлял никакого интереса к Лизе, иначе бы она непременно остудила восторги Софьи по поводу скромности Молчалина.

     Положение Молчалина усугубляется ещё и тем, что нежданно-негаданно и невесть откуда появляется Чацкий, воспитанник Фамусова, некогда живший в его доме и, несмотря на большую разницу в возрасте, не менее 11 лет, обучавшийся совместно с Софьей у домашних учителей. Своими неуместными и нелогичными репликами и монологами Чацкий раздражил всех участников комедии, а более всех Софью, до такой степени, что его, с её подачи, сочли сумасшедшим. Отсутствие такта, чести, достаточного ума, вообще полная никчёмность Чацкого ускорили развязку, но сделали её излишне драматичной и болезненной для всех участников. Чацкий, неудачник и на военной, и на гражданской службе, оказался ещё и разрушителем чужих карьер, судеб и иллюзий не только без выгоды для себя, но к вреду своему и всех его близких. Разразившись пространным монологом, который по набору вымыслов и глупостей сродни претензиям капризного ребенка всему свету, исчезает неизвестно куда.

     Все изощрения ума Молчалина оказались тщетными, но место на службе он, скорее всего, не потеряет, хотя Фамусов, наверное, отдалит его от себя и из дома. Софья, немного погодя и поняв, что это была не любовь, а каприз, и как глупо она себя вела, успокоится и обратит благосклонный взор на Скалозуба: ум, лаконичный юмор, а, главное, надёжность которого, начнёт понемногу понимать. Ни в какой Саратов она, конечно же, не будет отправлена. Впрочем, зачем нам предполагать их будущее?

     Вообще, мне трудно представить, что А.С. Грибоедов всей мощью своего таланта обрушился на маленького человека, вероятнее, что он ещё до Гоголя привлекал к нему внимание: «Вот человек, неглупый, «деловой»**, вежливый, предупредительный, делает своё маленькое дело, никому не мешая, никого не расталкивая локтями. Так не мешайте же ему, не вешайтесь на него, не играйте им, не изнуряйте его физически и нравственно, не вредите ему, не травите его, не выставляйте его причиной всех бед, к которым он и отношения-то не имеет! Дворяне, братья по классу, посмотрите на себя! Чем заняты вы? Между собой вы грызетесь, как пауки в банке. Одного, ругателя всего и вся, в виде багажа без ощутимого результата возят три года неизвестно где в поисках ума. Другой только шумит и всеми силами пытается пристроиться к теплому месту под крыло тестя, чтобы воровать, третий угодничает так, что может служить образцом угодничества, четвертый в расцвете сил и лет только тем и занимается, что в одиночку твердит «дуэт А-мольный»... и вы недовольны Молчалиным? А пятый, а шестой..?»

     Молчалин абсолютно лишен сочувствия, симпатии читателей и зрителей, а, главное понимания трудности его положения, и травят его, как будто получили команду «Ату!». Вот уж кто гоним, а не Чацкий!

     Единственное и очевидное горе в комедии, это горе Молчалина. Без его на то воли став слугой двух господ, Молчалин принуждён днём заниматься служебными делами, а ночью держать руку Софьи и вздыхать. Его хитроумный план, как отделаться от Софьи, с наименьшими для всех сторон потерями, потерпел крах. Под угрозой находится его служба у Фамусова, проживание в его доме и дальнейшая карьера. И всё из-за чего? Из-за капризов взбалмошной девицы, на которой Молчалин, даже знай, что он рассматривался Фамусовым в качестве её жениха, уже никогда бы не женился, настолько она его, говоря современным языком, достала ночными посиделками.

     Если и критиковал Грибоедов какое-то общество, то никак не фамусовское – какой смысл критиковать то, что и так отмирает естественным образом. Его гнев был обращен на современное ему дворянское, то есть не обладавшую достаточным образование и воспитанием его загорецко-репетиловскую часть, которая ценила чацких, характерных её представителей, за производимый ими треск и грохот, за недовольство всем и вся. Люди же низкого происхождения, занимающиеся нужными для государства делами, презирались, наверное, как раз за то, что занимались именно делом, ну и за происхождение, конечно.

     Сочинение первое: «Женские образы».

     Лиза – непременно молочная сестра Софьи, выросшая с ней вместе, делившая с ней и игры, и забавы, и ученье. Только такой степени близостью можно объяснить её вольность в обращении со всеми персонажами начиная с Фамусова. «Просто девушка» или «горничная» никогда не решилась бы отчитывать своего хозяина за приставания. И читать, и писать, и считать она умела обязательно, так как именно она сопровождала Софью на Кузнецкий мост и торговалась, и рассчитывалась в модных лавках с лихими и желающими поухаживать за ней, приказчиками. С чего бы Чацкому плакаться «просто девушке» перед отъездом? «Седьмой, осьмой, девятый» произнесено было либо спросонья, либо с желанием попугать Софью и Молчалина. Не следует также забывать, что «седьмой, осьмой, девятый» 19 века соответствует в 21 веке «осьмому, девятому и десятому», то есть времени, когда прислуга в доме уже давно не спит, да и хозяин час или два уже на ногах. Лиза наперсница Софьи, веселая, разбитная, привыкшая к мужскому вниманию девушка. Грамотная, но не особенно образованная. Неплохо разбирается в людях, иногда излишне восторженная, любит посплетничать, на что и рассчитывал Молчалин.

     Лиза возвела Петрушку в ранг буфетчика явно с большим ему авансом, а вот зачем г-жа Цимбаева ей вторит – судить не берусь. Слуга без слов, «с разодранным локтём», читает «как пономарь» и вдруг такой объём обязанностей! Этот мальчишка, в лучшем случае, помощник буфетчика, максимум лет 17-18, но зато кудрявый, а как играет на гребешке!

     Софья – … Берусь за этот образ в большом недоумении, а как от девушки, которой только что минуло 16 лет, домашнего воспитания и образования вообще можно требовать устоявшегося характера, сложившихся и незыблемых принципов, ярких поступков и всего того, что и составляет образ героя. Впрочем, если и есть в комедии главный герой, а точнее, главное действующее лицо, то это Софья. Именно она является главной и основной заботой Фамусова. Именно для неё устроен вечер с танцами. Мы предполагаем, что любовь к Софье (или к её приданому) заставила Чацкого мчаться в Москву и именно Софье он обязан своим диагнозом. Софья манипулирует всеми основными участниками комедии, и только Скалозуб сумел от этого уклониться, надолго ли? Софья по своему усмотрению распоряжается временем Молчалина, а тот, понимая это, не может никак и ничем противостоять ей. Его ум бессилен против её желаний. Действия всех остальных участников только реакция на действия, слова и желания Софьи. В Софье вполне присутствует и трезвость в оценке людей, и идеалистическое о них представление. Судя по тому, как она провела день, у неё нет обязанностей по дому, и было бы удивительно, если бы они были. Она не поддерживает детские воспоминания Чацкого, вполне резонно понимая, что взрослая жизнь сулит ей много больше интересного и увлекательного, чем халат и колпак географа, предложенные для обсуждения Чацким. Вряд ли Софья жестока, она просто увлечена своим пробуждающимся чувством (или властью) и не хочет замечать грубую прозу жизни, а может и намеренно пренебрегает ею. Явная холодность Софьи при встрече с Чацким объяснима тем, что она ещё не вполне остыла от впечатлений оставленных им при его отъезде. Его умение «всех пересмеять», его «взыскательность и огорчённость» давно уже не кажутся ей оригинальными, и она не ждёт от Чацкого ничего радостного, что он блистательно и подтвердил, приступив к описанию своих эпических подвигов, а затем к насмешкам над ней и её роднёй. Может быть, я и не в курсе, но мне кажется, что и нынешние девушки к «взыскательности и огорченности» кавалеров, к насмешкам над ними и их роднёй относятся не с большим сочувствием, чем Софья 200 лет назад. Кто может поручиться, что Софья любила Молчалина, а не упивалась своей властью над ним? Что её: «что за него, что в воду», сказанное о Скалозубе, не обернётся через день-два в: «Я жить без него не могу»? Только не я. Софья нормальная взбалмошная девица, которая себя ещё не понимает, прелестная в своей молодости и безоглядности. Её нельзя судить строго. Упрекнуть же Софью за то, что она плохо развлекала гостей, может только та дама, которая в 17 лет делала это безупречно. Софья явно представляла себя героиней какого-то романа, вряд ли это предосудительно в наш век, когда даже взрослые люди читают, цитируют и реконструируют «Гарри Потера» или «Властелина колец».

       А.С. Пушкин волен был говорить о Софье всё, что ему было угодно, как волен он был поощрять в своих vis-a-vis женского пола то, что он порицал в Софье, а нас его поэтический гений совсем не обязывает смотреть на Софью исключительно его глазами.

Наталья Дмитриевна ; этот образ не дает возможности развернуться фантазии историка, а просто любопытному читателю интересно, почему же так резко изменился тон общения Чацкого и Натальи Дмитриевны после известия о её замужестве? Почему младший по возрасту, званию и общественному положению Чацкий стал так свысока говорить с Горичем? Почему Наталья Дмитриевна в разговоре о возможном алкоголизме Чацкого стала его, алкоголизма, сторонницей? Не та ли она, к которой Чацкий ездил «… не за этим»? Не оттого ли охладел к ней Чацкий, что понял: продолжения не будет, и не оттого ли так посуровела Наталья Дмитриевна, поняв, что Чацкий, как и всегда, не силен в женской логике?

Старуха Хлестова ; Грибоедов, скорее всего, погорячился, рекомендовав Хлестову, как свояченицу Фамусова - вряд ли у его жены могла быть такая старая сестра, особенно учитывая возраст, который определила Фамусову Е. Цимбаева. Хлёстова, вероятно, свойственница Фамусова и внучатая тётка Софьи, потому и интересуется состоянием возможного жениха. Хлёстова вообще не пустой человек, а охранительница устоев семьи и основ нравственности. Не сказала ни одного глупого слова.  Она ещё и антипод Чацкого в обращении с крепостными.

Сочинение второе: «Молчалины блаженствуют на свете…»****

«Образ Молчалина обычно не вызывает вопросов» - так как он, как и любой другой образ этой комедии, должен был улечься на прокрустово ложе учпедгиза. Редкий ученик решится высказаться в пользу Молчалина, а его ненавистники ни в комедии, ни на уроке не дают примера правильного поведения в подобных ситуациях. Вообще не понятно, на какие амбразуры должен был лечь Молчалин, чтобы заслужить хоть один положительный отзыв? Он виноват уже тем, что его принято обвинять.

     Если у кого-то, из прочитавших мою версию сюжета комедии, возникло впечатление о блаженстве Молчалина, то они явно склонны к мазохизму. Если бы от Чацкого можно было ожидать глубокомыслия, то эту его фразу следовало понимать так: «жизнь в полном её диапазоне от страдания до наслаждения и есть блаженство, это не то, что валяться на полке ненужных вещей, на которой находится он сам, и которую не расчищают из-за жалости, лени или недосуга».

     Молчалин умён, прочитайте внимательнее его диалоги с Чацким, они язвительны, суть их не доходит до Чацкого, но, ориентируясь на интуицию, Чацкий всегда оправдывается. Молчалин не тютя и не мямля, и Чацкий понимает это. Он ни разу не высказал Молчалину в лицо то, что говорил за его спиной, так как, дослужившись до 8 класса, Молчалин получил право на личное дворянство и вполне может вызвать Чацкого на дуэль, а смелость злословить за спиной весьма отличается от той, которая может потребоваться у барьера.

     Молчалин нищий только в понимании Фамусова, он официальный госслужащий и получает жалованье, а как бы он мог содержать себя в порядке и купить «туалет», поездка за которым началась так драматически. А вот именно Чацкий, скорее всего, служил, пока служил, не за жалованье, так как мог это себе позволить, но и не за чины.

     Вряд ли Софья кривила душой, когда рассказывала Лизе о проведенной с Молчалиным ночи. По этому рассказу можно судить, что её ожидания вполне оправдались, то есть поведение Молчалина вольно или невольно, но никак не оскорбило Софьи отсутствием напора с его стороны, и мне непонятно, какие претензии могут быть у г-жи Цимбаевой к Молчалину за его поведение, если их не было у Софьи? Г-же Цимбаевой, конечно же, лучше, чем мне, известно, чего ожидает 17-летняя девушка от мужчины на первом, втором или третьем свидании, но думаю, что её мнение не универсально для всех девушек.

     Россия тех времен была ареной самых неожиданных карьер: кто предполагал графа в певчем, сыне казака Розума? Какой-то де Рибас, испанец из Италии, дал своё имя главной улице Одессы. Может быть, Сперанский был непримиримым борцом с царизмом? Нужны ещё примеры? Из Молчалина может получиться что угодно, а может не получиться ничего – узнать мы это не можем, а гадать бессмысленно, но на день действия комедии он являет собой пример вертикальной мобильность в тот период российской истории.

Скалозуб – все построения г-жи Е. Цимбаевой о героическом или не очень героическом пути полковника Скалозуба разбиваются о его фразу «другие, смотришь, перебиты», которую только и возможно понимать так, что он заступал на место убитых в бою, а не на плац-параде или в канцелярии, товарищей. Что может добавить его национальность к его образу, мне непонятно – да хоть турок! Я не расист.

     В пользу Скалозуба говорит и тот факт, что он бежал от дамских капризов к Молчалину, упавшего с лошади, кстати сказать, от недосыпания, то есть туда, где его помощь, как опытного человека, могла потребоваться.

     Высказывания Скалозуба лаконичны и полны смысла. Неуклюжесть в беседе с Хлёстовой и фраза «С ней вместе не служил» - показывают, что он не паркетный шаркун, не завсегдатай модных салонов, а офицер, озабоченный боевой подготовкой вверенной ему части. Рассказы Скалозуба о неудачных наездницах – прозрачный намёк Чацкому, суть которого он понял с одного взгляда, где именно тому следует искать невесту себе по плечу и что тот способен только подпирать женщину, а не руководить её.

     «Москва – дистанция огромного размера» - достаточно посмотреть «Женитьбу Бальзаминова» чтобы понять, что Скалозуб не так уж и далек от истины. А фразой «Фельдфебеля в Вольтеры дам» он четко определил интеллектуальный уровень князь-Григория и иже с ним. Эта же фраза показывает, что нет в нём ни низкопоклонства, ни искательства. Что характерно, Чацкого за презрение к князь-Григорию хвалят, а Скалозуба за то же – ругают. Школьников намеренно приучают к двойной морали?

Сочинение четвёртое: «Московское барство в «Горе от ума».

 Фамусов – всеми критиками этого образа старательно обходится факт, что он призрел сироту Сашеньку, а для этого необходимы, как минимум, высокие представления о долге дружбы, которая возникла явно не за ломберным столом, о верности слову, о чести и честности. Как-то с трудом верится, что у родителей нынешних сирот не было ни родни, ни друзей. Фамусов… ещё один персонаж, который испытывает нешуточное горе из-за того, что его воспитанник вырос ни на что не годным человеком, который даже о трехлетнем путешествии не смог составить никакого мнения, кроме унылости пейзажа за окном. Нет сомнения, что Фамусов сделал всё возможное, чтобы обучить и воспитать Чацкого, даже, рекомендуемый сейчас, метод совместного воспитания и образования проблемного ребёнка с нормальным применил. Но «на гнилом суку не вырезать узора, стену из навоза не оштукатурить». Чацкий даже посвататься-то толком не может, а способен только грубить и оговариваться, зачастую невпопад.

     Немаловажен факт, что Фамусов не женился вторично, а безгрешно вдовел и вдовеет, дабы дочь его и воспитанник не подверглись влиянию мачехи, а литературные образчики этого типажа не дают нам примеров искренней любви к падчерице и приемным детям мужа. Фамусов вполне мог бы настоять на своих притязаниях к Лизе, если бы они были, а не так, бес в ребре пошевелился, да и с наперсницей дочери…совершенно исключено.

     Фамусов вполне самодостаточен. Рассуждения г-жи Цимбаевой о его банкротстве ни на чём не основаны. Странно, почему она привела пример некоего Бегичева, а не А.С. Пушкина, нашего всего, между прочим. У Пушкина было 220 душ, 200 из которых были заложены. Что-то неслышно было о богатстве Пушкина, а вот о долгах – сколько угодно. Некто Плюшкин имел до 1000 душ, но только очень снисходительный человек назовёт его богатым. Если Фамусов был бы разорён и подл, а имение Чацкого имело бы для него значение, то Фамусов добился бы признания Чацкого недееспособным, пока тот был у него под опекой, а оснований для этого комедия даёт нам предостаточно.

     Мне бы хотелось, чтобы г-жа Цимбаева привела пример, из жизни или литературы – не важно, в котором недалёкий, малограмотный зять-солдафон спасает разорившегося тестя, у которого, если верить всё-таки Грибоедову, дом - полная чаша, тогда её размышления о «увивании» Фамусова перед Скалозубом обретут менее фантастические очертания. Мне же это «увивание» представляется вежливостью и радушием, а ещё уважением к перспективному боевому офицеру. Не исключено, что они в прошлом сослуживцы по кампании 1812 года, а сослуживец, это вообще особая статья! Сцена представления Чацкого Скалозубу дает основания полагать, что Скалозуб знал его отца, но Чацкий сидел таким букой, что неискусный в светских беседах Салозуб не нашёл подходящей фразы для начала разговора.

     Но коль скоро кандидату наук г-же Цимбаевой так необходимо считать Фамусова банкротом, а толпы кредиторов, по её мнению, непременный, хоть и недоказуемый, атрибут передней Фамусова, то пусть так и будет. Но тогда финальная сцена обретёт уже совсем невероятный драматизм в присутствии стольких свидетелей.

     Если Фамусов является характерным представителем какого-нибудь общества, то я завидую тем, кто в таком обществе живёт.

Семейство Тугоуховских – привлекло внимание г-жи Цимбаевой, вероятно, возможностью порассуждать о возрасте князя. Она, наверное, не видела картины художника Василия Пукирева «Неравный брак», жених, изображённый на ней, находится в таком возрасте, который к сроку замужества его будущих дочерей станет преклонным, а может быть, и весьма преклонным. На мой взгляд, Грибоедовым был применён уже и тогда не весьма оригинальный приём - смешить публику, не склонную к размышлениям, тщетными усилиями отца, которому повезло иметь шесть дочерей вместо одного сына, пристроить своих дочерей, перед тем как сойти в могилу. Судьба дочерей, вот единственное что держит князя Тугоуховского на этом свете. Матушка же этих княжон молода и энергична, у неё вполне хватило бы разума не искать женихов в доме хозяина-банкрота. Ей тоже надо сбыть дочерей, но по другой причине.

Сочинение пятое. Век нынешний и век минувший – всегда мужчины женились… не по моде или капризу Е. Цимбаевой, а в соответствии с собственными предпочтениями. Сорокадевятилетний мужчина не позволит себя называть стариком дворовой девке, а она ни в коем случае себе этого не позволит, так как в доме видела много разновозрастных мужчин и ориентируется в этом, тем более, что 49 лет пик физических и интеллектуальных сил мужчины. Лет на 10 г-жа Цимбаева омолодила Фамусова, а то и более. Молодость мужчин-дворян обычно посвящена карьере, чаще всего военной, а, как говорил капитан Тётькин «военному человеку жениться - не чихнуть, можно и подождать». Вот и Фамусов, в отличие от Андрея Чацкого, не торопился. У нас нет свидетельств о героизме Фамусова, как на поле брани, так и в эвакуации, но крепкая дружба не возникает в бальных залах или трактирах, следовательно, и Фамусов, и Чацкий старший побывали в основательных переделках и знали, что один другого не подведёт никогда.

     Наверное, надо определить для себя… ретроград Фамусов или воспитан в духе просвещения? Если просвещение на него оказало такое большое влияние, то почему он против книг? Почему не поддерживает передовых (знать бы только, каких) идей Чацкого?

     Фамусов очень хорошо знал «способности» Чацкого, а тот по приезде их блистательно подтвердил, вот и пришлось Павлу Афанасиевичу давать ему советы и очень неглупые, но не в коня корм и Фамусову пришлось указать единственный путь, на котором мог преуспеть Чацкий, то есть стать подобным дядюшке Максиму Петровичу. В комедии нет точного указания, чей он дядя***** и совсем не исключено, что это дядя Чацкого по материнской линии, которому Андрей Ильич не решился доверить маленького Сашу. А почему, собственно маленького? Саша в дом Фамусова вполне мог попасть и 10-летним подростком и 14-летним юношей.

     Не знаю как сейчас, но в мои школьные годы наш учитель старательно уходил от вопроса о возрасте Чацкого. У Тургенева, по крайней мере два раза, встречается фраза «Мне исполнилось 25 лет, я вышел в отставку и уехал за границу». По некоторым свидетельствам самостоятельный выезд за границу разрешался не ранее 25-летнего возраста, а ранее, на учёбу или лечение, только в сопровождении. Поскольку сопровождать Чацкого мог только человек Фамусова, то последний обязательно имел бы сведения о месте пребывания Чацкого. Следовательно, Чацкому было не менее 28 лет, когда он вернулся неизвестно откуда.

     Из-под опеки Фамусова он вышел в 17 лет, поступив в военную службу, которую затем бросил или был попрошен из полка за разгульный образ жизни, отставным корнетом. К периоду его службы относятся фразы: «стал редко посещать наш дом», «в друзьях особенно счастлив», а скорее всего в шалопаях-собутыльниках, двух, их которых, мы имели честь наблюдать в комедии. Состояние его оскудело, Чацкий под видом влюбленного***** в 9-летнюю девочку явился в дом Фамусова за помощью. Фамусов через Ирину Юрьевну пристроил его к её знакомым министрам в Санкт-Петербург, а сам занялся делами его имения и, вероятно, привлек к этому Молчалина, которого, за успехи в управлении, Чацкий и возненавидел, а ещё за то, тот стал коллежским асессором, занял комнату в доме Фамусова, ранее принадлежавшую ему и якобы претендует на приданое Софьи! Никакого польского вояжа у Чацкого не было. Во-первых, без протекции Фамусова он никуда бы не пристроился. Во-вторых, поскольку Молчалин был в курсе его неудач по службе, а Фамусов упрекал Чацкого за то, что тот «три года не писал двух слов» и никто не имел никаких сведений о Чацком за последние три года, то вывод напрашивается сам. К тому же он сам говорил Софье, что поехал «развеяться, остынуть от любви». Утомлённый сердцеед нашёлся. Вряд ли существует более глупая причина для отъезда на три года, для того, чтобы оставить на развращение, так ненавидимому им фамусовскому обществу предмет своей любви. 

     Поездка… в поисках ума требует расходов, поэтому Чацкий продает сотню своих крепостных. Только этим объясняется разночтение в подсчётах Фамусова и Хлёстовой. Фамусов перестал заниматься делами Чацкого после его Санкт-Петербургского похода, а у Хлёстовой более свежие данные.

     При такой разнице в возрасте… совместное обучение с Софьей наводит на размышления о печальном состоянии ума Чацкого. Именно это подчеркнул Грибоедов, упомянув именно географа, так как задания по любому другому предмету ещё можно давать разновозрастным детям, а вот по географии затруднительно. Из-за того и ненавидел Чацкий географа, что элемента состязательности на уроке не избежать, а результат всегда был не в пользу этого недоросля. Единственно, в чем преуспел Чацкий, это в чистописании при копировании готового текста: «Он славно пишет, переводит». Фамусов, в каком виде представляет его учпедгиз, не мог хвалить Чацкого ни за сочинительство, ни за переводы иностранной литературы. Фраза «При этаком уме»… тоже вряд ли служит похвалой, так как нет указания автора, с какой долей сарказма она произносится, а впрочем, нужно ли это указание?

     Ни о каком систематическом, а, тем более, университетском образовании Чацкого не может быть и речи, впрочем, г-жа Цимбаева обошла этот вопрос, и я его более обсуждать не буду, как очевидный. Чацкий в свои 28 лет не стесняется вспоминать свои детские забавы, в том числе подглядывание и подслушивание.

   Явление этого непризнанного гения надо описать особенно. Ложь и оскорбления никогда не считались лучшей тактикой налаживания взаимоотношений, а Чацкий, почему-то, счёл их весьма уместными. «Чуть свет уж на ногах, и я у ваших ног» опровергается тем, что «я 45 часов глаз мигом не прищуря». Только «ветер-буря» дают какое-то оправдание спешке Чацкого, но «ветер-буря» ни в коей мере не способствовали скорости передвижения, особенно вкупе с падениями и движением в ночной тьме на протяжении 30 из 45 часов. На дворе, вероятнее всего, первая половина февраля (так как 17.02.1824 года начинался Великий пост, и ни о каких танцах под фортепиано не могло быть и речи до Пасхи). Конец февраля мог принести окончание санного пути, а непогоды в феврале не редкость. Колени Чацкий не преклонил, но оповестил об этом весь мир. Представить, что Чацкий, с сопровождающими его лицами, уехал на три года на перекладных, оставив своих лошадей в Москве, мне не удается. Но пусть я неправ, но представить, что частное лицо имеет первоочередное право на лошадей, а не сидит по несколько иногда дней на станции в их ожидании, я точно не в силах. В воспоминаниях Чацкого о дороге, помимо унылого пейзажа за окном ещё фигурирует ночлег на станции. Ямщики возьмут любые чаевые и прогонные, но ничто не заставит лошадь бежать сверх её возможностей, а возможности её довольно скромные****** и это было известно всем. Пушкин ехал в Москву иногда 30-50 верст в сутки, Петр I, по утверждению Натана Эйдельмана, от Санкт-Петербурга до Москвы доезжал за рекордные 2 суток, но у него возможности были немного другие, чем даже у самого Чацкого. Представить же, что на своих лошадях Чацкий делал в среднем по 16 км в час, то есть во время езды около 40 км/час… посмотрите в интернете возможности лошади сами. Я однажды видел верховую лошадь, пробежавшую 120 км на соревнованиях, Пробег занял часов 10-12, наездник – мальчишечка 15-ти лет тонкий, как тростинка. На следующий день лошадь только кормили и выводили на прогулку.

   Максимум, сколько мог проехать в сутки самый спешный курьер за двойные прогонные - 200 км. Максимальную среднюю скорость посчитайте сами.

   Вырванные из контекста выражения Чацкого разошлись на цитаты, но внимательный читатель увидит в них неприкрытое оскорбление и собеседнику, и Родине.

   «И дым отечества нам сладок и приятен» в контексте означает: дома и не с таким паноптикумом смиришься. «Блажен, кто верует…» - я вам не верю, но не будем об этом. «Чины людьми даются, а люди могут обмануться» - не более, чем оправдание свои неудачам. Почему-то все обманываются в одну сторону.

   «Тот, на ножках журавлиных» может переадресовать Чацкому его же упрек в вездесущности, но явно не в университетских аудиториях или библиотеках.

   Все сплетни у Чацкого, как минимум трехлетней свежести. Его претензии к Фамусову ни на чём не основаны: если бы Сашеньку не возили на поклон к Фамусову, то он годился бы в отцы отечества? А если бы возили не «с пелён»? Откуда он знает, что делает «тот Нестор», в «часы вина и драки»? Не от того ли, что разделял их с этим Нестором? А в отцы отечества Нестор не годится, потому что продешевил с обменом слуг на собак? Какие представления у Чацкого о дворянской чести, если её могут спасти слуги? Может Чацкий представляет, как велик объем труда тех, кто набирает балетную труппу? В его представлении можно любого обучить делать фуэте, может он сам пробовал стать в четвертую или любую другую позицию? «От матерей отторгнутых детей» звучит очень драматично, а он в силах представить, что эти матери на коленях упрашивали взять в обучение их детей к наукам, музыке, в тепло, к гарантированному рациону, от надсмотрщиков - к педагогам. После их продажи «поодиночке» они попадут не на скотный двор, а опять к балетному станку, в тепло и т.д. Может основная претензия к любителю балета и меценату в том что «поодиночке», а не «оптом»? и только в последнем случае он годился бы в отцы отечества?

   « И где не воскресят клиенты-иностранцы Подлейшего житья подлейшие черты»??? Чацкий хочет, чтобы воскресили?

   Чацкий, в сцене воскрешения Софьи, не иначе, как предок по прямой дядюшки Поджера (см. Джером К. Джером). Всё необходимое и достаточное проделала Лиза, а все лавры присвоил Чацкий.

Сочинение шестое. Декабрист ли Чацкий?

   Трудно сказать, что может навести на такую мысль непредвзятого читателя. Вообще, если даже считать, что декабристы были людьми высочайших качеств, что их помыслы были направлены исключительно на благо Родины, а не теми, кто нарушил присягу и подставил под пушки ни в чём неповинных солдат, то и тогда нельзя отрицать, что результатом их деятельности была николаевская реакция. Но я не об этом. Представить, что малообразованный, недалёкий ворчун и враль имеет какое-то место среди лучших людей эпохи мне невозможно. Посмотрите, как Чацкий обращается с крепостными, своими и Фамусова. Это он против крепостничества? «Добрый русский наш народ» Чацкого точно не примет за немца – он без нужды гонит их в дорогу «ветер-буря», ставя под угрозу их жизни, швейцара выталкивает взашей, своего кучера бросает на морозе на произвол судьбы, тогда как комическая Хлёстова озаботилась своей арапкой. И этот контраст дает нам сам Грибоедов.

   Вы вообще можете представить Чацкого в обществе на равных с его членами? С кем он на равных у Фамусова? Кому не выговаривает за чужие грехи, того упрекает за нелюбовь к себе, или молчит, как со Скалозубом, или говорит свысока (Загорецкий, Репетилов, Горич), или оправдывается перед Мочалиным, сам того не понимая.

   Очень было бы интересно увидеть не туманные намеки на идеи Чацкого, а сами эти идеи, оказавшиеся «сложным сплавом…» и какая, в конце концов, разница, что сказал тот или иной человек о Чацком? Важно не имя сказавшего, а его аргументация, как важно не то, кому сказал герой, а что сказал, и насколько его слова расходятся с делом.

   Спасибо г-же Цимбаевой за открытие – теперь я знаю, что Иван Грозный был не душителем ростков демократии, а её оплотом.

   Найдется ли модельер, который сошьёт фрак соответствующий рассудку Чацкого, то есть «чудный выем сзади, а хвост спереди». Это кто запрещает ему отрастить бороду или носить армяк или ферязь? Лично Александр I? А этот горячечный бред гордыни про «одного из нас»?

   Некоторые исследователи считают, что в деле декабристов присутствовало польское финансирование, допускаю, что это не так, а декабристы – образец патриотизма. Чацкий же со своим «Я чувствую, что в этот мой приезд/Она мне очень скоро надоест» патриотом может считаться с большой натяжкой. Его «дым отечества» тоже плохой комплимент родине.

   Чацкий нацист и ксенофоб, и странно, почему «французик», а не «лягушатник»? Какое-такое, принадлежащее ему по праву, место занял этот «французик» или какой-то другой?

   Если Скалозуб неуклюж с барышнями и женщинами, то Чацкий просто невежа. Он оскорбляет Софью – его «и все-таки я вас без памяти люблю» призвано, хоть как-то микшировать предшествующую кучу оскорблений. В чём же вина Софьи? В том, что не любит Чацкого и никогда не любила.

   «Что нового покажет мне Москва?» - прямое указание Софье на то, что и в её 14 лет Чацкий считал её если не гулящей, то ветреной. 

     Как, оказывается, просто смягчить общественные нравы – надо ввести в моду не драные джинсы, а русский сарафан. Пусть прекрасный пол сам выбирает себе одежду в соответствии со своими представлениями о прекрасном.

     Чацкий не декабрист, по своим убеждениям он никто, а его речи это граммофонная пластинка с набором речей, иногда в тему, а чаще нет.

Сочинение седьмое. «Кто же Чацкий – победитель или побежденный?»

   Воля ваша, но мне кажется, что и на этот, поставленный г-жой Цимбаевой себе вопрос, она не ответила. Будет принят Чацкий в Москве или нет, не особо важно, поскольку своим «Вон из Москвы! Сюда я больше не ездок», он сам закрыл для себя московские… перспективы. Оставшиеся персонажи как-то доживут свои оставшиеся годы.

   Чацкий не победитель и не побежденный, он, говоря современным языком, абсолютный лузер или ноль. Чацкий – один из тех, кого годы спустя Достоевский назовет «созерцателями», с той только разницей, что он не дойдёт до Иерусалима, по незнанию географии, а если задумает что-то сжечь, то не сумеет развести огня, а если разожжёт, то сам первым и сгорит. Ни образования, ни профессии, ни желания чему-то научиться. Прожив 28 лет у него нет других воспоминаний, кроме как о подглядывании и подслушивании, да колпаке географа. Вся его жизнь прожита впустую. Скорее всего, таланты Чацкого, о которых он вспоминал и которые продемонстрировал в конце комедии, пригодятся в III отделении Собственной Его Императорского Величества канцелярии, особенно, если он научится совсем не обнаруживать своего присутствия. Вероятнее же всего, что Чацкий продаст оставшееся имение и уедет опять в неизвестном направлении с уже известными последствиями.

   Чацкий, это Митрофанушка XIX столетия.

   Как хорошо, что хоть в комедии присутствует один моральный авторитет – Марья Алексевна, а вот в жизни их очень не хватает. Кстати, о происшедшем в доме Фамусова, она узнает от самого Павла Афанасиевича, когда он приедет к ней посоветоваться. С другой стороны, не случайно, наверное, совпадение отчеств матери Чацкого, Анны Алексевны, и Марьи Алексевны. Рифма не пострадала бы и от Матвевны. Не тетушка ли она Чацкому, которой Андрей Ильич Чацкий не решился доверить Сашу? И которая ревниво следит за событиями в доме Фамусова? Во всяком случае она не М.А. Яковлева, как утверждают некоторые исследователи.

P.S. В статье г-жи Цимбаевой много удивительных фантазий и выводов из них, но более всего удивительно читать у кандидата исторических наук о ненужности работы «по архивам», что называется «no comments».

P.P.S. Интересный получается парадокс, назовём его «Молчалина – Чацкого»: если вы соглашаетесь с узаконенной трактовкой образа Чацкого/Молчалина, то вы Молчалин, а если нет, то вы Чацкий, опять же в соответствии с узаконенной трактовкой этих образов. То есть, чтобы разоблачить Чацкого, надо самому стать Чацким… а вы говорите Евгений Шварц.

______________

*          так назывался в школьные годы результат процесса подгонки под ответ.

**        очень интересны рассуждения Е.Цимбаевой по поводу различия слов «дельный» и «деловой». В. Даль, как очевидец эпохи, вероятно, ошибался, сделав их синонимами, и я более склонен согласиться со знатоком этой эпохи Е. Цимбаевой, но с небольшой оговоркой: деловой человек», но «дельная мысль» или «дельный совет».

***     этот заголовок я предпочёл бы читать с вопросительной интонацией.
****  очень часто ребенку говорят «дедушка», имея ввиду дедушку ребёнка, а не своего, то же и про «дядю», если не говорится «мой дядя», как в «Евгении Онегине».

***** почитатели Чацкого старательно игнорируют слова Софьи о том, что Чацкий «опять прикинулся влюблённым», а это «опять» наводит на размышления, сколько же лет было Софье, когда Чацкий в первый раз «прикинулся влюблённым» и сколько же раз он «прикидывался»? Не потому ли о слезах Чацкого Лиза поведала Софье три года спустя, что любовь его давно уже стала притчей во языцех?

****** «…но ведь кто ж ему в России докажет, что лошадь не может проскакать одним духом двести верст» М.Ю. Лермонтов «Кавказец».

 

 

Моя переписка с журналом "Наука и жизнь".
Здравствуйте господа!

У вас была опубликована статья Е. Цимбаевой «В чём смысл "Горя от ума"?» (Семь не школьных сочинений), журнал "Наука и жизнь", №4, 2013. При всем моём уважении сама её статья не отвечает на вопрос в заглавии, а аргументация с статье часто напоминает фантазии. Я считаю, что выводы Е.Цимбаевой сделаны не верно и могу подтвердить их аргументами из самой комедии, которую, смею вас уверить, знаю очень неплохо.

В общих чертах вы можете ознакомиться с моим взглядом на сюжет комедии, а он отличается от общепринятого, по адресу http://maxpark.com/community/88/content/6241602 и если вас заинтересует моя рецензия на статью Е.Цимбаевой, если вас вообще интересует исследование комедии «Горе от ума», то ответьте мне хоть пустым письмом и я вышлю вам рецензию. Тем, кому небезразлична тема, она будет интересна.

 

Уважаемый Александр!

Каждый литературовед имеет право на свою трактовку.
Журнал был задуман как журнал факта.
И как журнал, где материалы печатаются
"из первых рук", то есть не через журналистов,
а именно от специалистов: кандидаты наук, доктора наук,
исследователи и экспериментаторы в той ли иной области знания.

Напишите, пожалуйста, в каком институте вы работаете?

С уважением,
...,
журнал "Наука и жизнь"

 

Здравствуйте ...!
Спасибо Вам за ответ. Я не профессионал в этой области, но это не мешает мне любить и изучать русскую литературу. Научных званий у меня нет, вообще я технарь, (а Е.Цимбаева историк) но это не препятствует мне сопоставлять факты, имеющиеся в произведениях, и делать из них, как мне кажется, достаточно обоснованные выводы. Иногда, мне кажется, и специалисту и интересно, и не грех пообщаться с дилетантом, тем более, что все настоящие кандидаты, доктора и т.д. начинали с исследований, т.е. с дилетантства, а не с получения званий и признания. Давайте считать, что я делаю первый шаг, а Вы меня открываете. А вдруг мои... исследования окажутся интересными, а выводы обоснованными? Неужели Вам жалко так 10-15 минут?

Все-таки я прикреплю своё мнение, а Вы решайте... Спасибо! Очень рад Вашему письму.


Добрый день, Александр!

Идея, что главный герой пьесы -- Молчалин, тоже не нова.
Я ее читала в нескольких версиях.
К сожалению, сейчас не могу вспомнить имен...
Я бы не сказала, что вы добавили к тем статьям что-то принципиально новое...
То, что вы имеете право на такую точку зрения, -- несомненно!

Но, как я вам написала, традиция журнала сложилась так,
что на его страницах печатают ТОЛЬКО специлистов.

Вы можете отправить свою статью
в "Вопросы литературы" или еще в какой-нибудь
литературный журнал,
где сложились иные условия публикации.

Желаю вам удачи!

Всего самого доброго!

С уважением,...

 

Многоуважаемая ..., здравствуйте!

Боюсь, что мне не удалось внятно изложить свою основную мысль. Дело не в статье и не в Цимбаевой. Дело не в моём желании увидеть себя напечатанным. Дело в журнале. Неужели для коллектива необходимость напечатать столько-то работ учёных или необходимость учёным опубликовать столько-то своих работ важнее реноме журнала? Ведь кто-то подписал в печать ахинею г-жи Цимбаевой, которая после публикации стала журнальной ахинеей! И это теперь навсегда!

Политика, публиковать только специалистов, совершенно правильная, но, к сожалению, есть специалисты и есть «специалисты». Боюсь, что г-жа Цимбаева относится к последней категории. Не важно, что у неё есть научная степень, важна доля новизны в её работе, а этой новизны в её статье minimum minimorum, если не меньше. Открытие двужильных лошадей, которые, вероятно, только и могли за 45 часов перенести Чацкого «со товарищи» через «верст больше седьмисот», сделано ещё до г-жи Цимбаевой в комедии «Женитьба Бальзаминова», но популяризатора этого открытия никто не стал опровергать, хотя бы в следствие очевидности состояния её ума, что и подтвердил её брат. Применительно к научной степени г-жи Цимбаевой вполне уместна одна из самых известных фраз Чацкого: «Чины людьми даются, а люди могут обмануться», только люди могут обманываться добросовестно и не очень. Если статья г-жи Цимбаевой не профанация науки и не дискредитация научного журнала, то прошу объяснить мне, что есть первое и что есть второе.

Извините меня, но название журнала теперь для меня приобретает несколько иное звучание. Наука невозможна без дискуссии, в ней нет безапелляционных мнений. В жизни дискуссии, мягко говоря, не приветствуются, то есть, их нет вообще. Жизнь нам даёт твердое убеждение, что сейчас только на весах чудака истина перевесит Платона. Иллюстрация когнитивного диссонанса?

Разумеется, пространные рассуждения, которые я Вам прислал, объясняют мою версию происходящего в комедии и не претендуют на публикацию, но вот игнорирование прямых неточностей и передёргиваний г-жи Цимбаевой делает коллектив журнала солидарным с её… мнением, отнюдь не научным. Мне трудно принять, что редакция и Вы лично не понимаете вреда, который наносит статья* кандидата исторических наук школьникам, которые читали, и ещё будут читать г-жу Цимбаеву в период изучения прохождения «Горя от ума», а ещё хуже, что редакция мирится с этим вредом. Не сложно заставить школьников повторять вслед за учителем, что Молчалин негодяй и подлец, а вот объяснить это гораздо труднее. В чем и перед кем он провинился? Из рассуждений г-жи Цимбаевой следует понимать, что только в том, что не склонил Софью к сожительству, а всё остальное её фантазии. Впрочем, если Вы не понимаете вреда предвзятого отношения к героям литературных произведений, которое потом переносится на реальную жизнь, то я напрасно трачу слова.

У Диогена не было звания, а его имя пережило тысячелетия. У подзащитных Диссернета званий хоть отбавляй, а вклад в науку…

Ни одна рецензия не открывает ничего нового – она указывает на недостатки работы рецензируемого, а недостатков, натяжек и прямых ляпов у кандидата исторических наук Е. Цимбаевой больше, чем достаточно, в том числе и исторических. Если она считается специалистом в истории XIX века, да ещё и преподает её, то я сочувствую и её студентам, и истории. Хуже того, то что «Наука и жизнь» публикует таких… специалистов, не подвергая их труды сколько-нибудь серьёзной экспертизе. Публиковать такие статьи, значит намеренно дискредитировать собственное издание.

Если идея, что Молчалин – герой комедии не нова, то идеи высказанные г-жой Цимбаевой настолько обросли мохом единодушного мнения, что ворошить их вообще не стоило, тем более, бездоказательно.

Мальчик из сказки Андерсена не был специалистом, но был честным… или наивным, а специалисты за 100 лет так и не определили, что было в 1917 году «революция» или «переворот», а в словарях их прописали синонимами.

____________

*Ссылка на эту статью есть на сайте для учителей “Первое сентября», как на авторитетный источник. Бедный дети!

 

Извините, если мой тон показался Вам излишне резким, так бывает при крушении иллюзий о добросовестности кого-либо.

С наилучшими пожеланиями Старостин Александр Иванович, Воронеж.


Рецензии