Испытание

                «Я так больше не могу!» – думала Люся, проснувшись субботним утром от звона посуды на кухне. Это муж, как всегда, встал ни свет ни заря и готовит завтрак.
                «Все. Или психушка, или развод!»
- Люсенька, ты проснулась? Я накладываю. Поторопись!

                От этих слов Люсю подбросило на кровати как от вакуумного взрыва. Досада разлилась жаром по груди, просочилась сквозь диафрагму и тяжелым шаром свернулась в районе желудка. Ставшая привычной утренняя тошнота погнала Люсю в ванную. «Какая я стала ужасная!»- думала она, разглядывая свое лицо в зеркало.
Действительно – глаза помутнели, припухли, тонкие бледные губы изогнулись в презрительной усмешке. Кожа поблекла, пожелтела.
 «Это все сделал он!»- мысль прозвучала приговором.
               
                Все началось, когда Люсин муж – Сан Саныч – вышел на пенсию.
                Его сократили через полгода после достижении пенсионного возраста. Поначалу Люся надеялась, что Сан Саныч подберет себе что-то полегче, для души, скажем вахтером на завод. Ну не сидеть же сиднем дома здоровому и еще не дряхлому мужику! Однако, вопреки здравому смыслу, Сан Саныч сам работу не искал, от найденных Люсей вариантов наотрез отказывался.
- Ты что же, работать больше не собираешься?  - строго спросила Люся.
- Люсенька, государство освободило меня от этой обязанности перед обществом! Я – законный пенсионер.
- Ты собираешься сидеть на моей шее? Или пенсионный фонд открыл тебе тайну - как прожить на 13 тысяч рублей в месяц?
- Люсенька, у меня есть кое-какие сбережения – пенсия за шесть месяцев. Кроме того, я, наоборот, собираюсь с твоей шеи слезть. Теперь всю работу по дому делать буду я! - Сан Саныч светился от самодовольства и ожидал выражения бурного восторга от супруги.
                «Что там уж за домашние дела, - подумала Люся, - дочка с мужем живут отдельно, внуков пока не предвидится. Впрочем, это шанс! Вскоре все это ему осточертеет так, что он сбежит на любую работу как можно скорее!» И Люся совершила самую страшную ошибку за свои последние годы. Она согласилась.
                Поначалу ей даже нравилось – супруг исправно пылесосил, мыл полы, готовил, ходил в магазин. Причем, делал все это с видимым удовольствием.
                «Ничего, - думала Люся, - это эффект новизны. Скоро начнет надоедать. Вот тогда-то я и скажу: или продолжаешь вести дом, или идешь на работу! Уговор дороже денег!»
                Вскоре Люся привыкла к новому образу жизни.
                Сан Саныч оказался рачительным хозяином. Он педантично отслеживал скидки и закупал продукты по выгодным ценам. Подешевле и побольше. Холодильник был забит едой. Правда, не той, к которой привыкла и которую любила Люся.
 Это раздражало.
 Но экономия была реально ощутима и с этим приходилось считаться. Вместо баварских, приходилось есть молочные сосиски, вместо языковой колбасы – любительскую.
                На кухню Люся теперь не совалась – там хозяйничал муж. Сан Саныч вполне сносно готовил простые блюда – макароны, картошку, щи, сосиски. Правда, макароны и картошку он недоваривал, а щи пересаливал, но это же мелочи. Гораздо хуже то, что муж не умел готовить мало, приходилось есть эту стряпню по несколько дней. Но он очень старался – утром вставал на полчаса раньше Люси, обжаривал подсохшие трехдневные макароны и накладывал их на тарелочку. Через полчаса, когда Люся жевала остывший завтрак, Сан Саныч заботливо спрашивал: «Ну как, вкусно тебе? Еще подогреть?»
                Это, конечно, раздражало.
Но Люся терпела. Во-первых, утром самой готовить некогда. Во-вторых, еще не забыла, как сама варила борщ на три дня, потому что в будни не было ни сил, ни времени на кулинарию. Вздыхая, она доедала по настоянию мужа «еще одну сосисочку», «еще пол ложечки супа», «еще вот этот кусочек» - просто, чтобы добро не пропадало. А тем временем Сан Саныч наготавливал новые запасы, и Люся доедала, доедала, доедала…
                Раздражало, конечно, но ведь жалко продукты, не очень-то расбрасаешься на одну-то зарплату!
                По выходным ей больше не надо было пылесосить и мыть полы. Правда, Сан Саныч делал уборку только посередине комнаты, в углах скапливались крошки и шерстяные катышки от кота. Пыль он тоже вытирал только с краю, не поднимая предметов, стоящих на полках. Мало того, Люся замечала, как постепенно вместо ее вазочек, шкатулочек, пузырьков появлялись коробочки, провода, бесконечные отверточки и гаечки.
                Это, конечно, раздражало.
Но все же из-за такой ерунды скандалить не стоило. Чтобы не обижать супруга, Люся украдкой бегала с тряпкой и доделывала, переделывала, исправляла.
                Еще Сан Саныч стирал и гладил белье. Как мог.
                Выброшено: два свалявшихся шерстяных свитера, три полинялые блузки, пиджак (как вообще пришло в голову его запихать в машинку!) Теперь Люся тщательно сортировала вещи для стирки и оставляла Сан Санычу для машинной стирки только постельное белье и полотенца. Остальное втихаря стирала сама руками.
А гладил муж неплохо. Сжег всего-то  итальянский платок из натурального шелка. Брюки отпаривал без тряпочки, швы не проглаживал. Приходилось перестирывать. 
                Сказать, что это раздражало – ничего не сказать.
                «Как же у меня с годами характер стал портиться», - думала она, стоя перед зеркалом в мятом костюме и потирая зудящий правый бок.
                Но, Люся – женщина добрая, не скандальная, стыдилась своей раздражительности и, боясь обидеть мужа, ничего ему не говорила.
                Впервые у нее сдали нервы, и она разрыдалась, когда радостный Сан Саныч объявил:
- Люсенька, я буду разнообразить наше питание. Я закупил в «Дикси» по скидке пять разных сортов макарон!
                Люся кричала, топала ногами, разбила чашку.
                Сан Саныч растерянно хлопал глазками, отпаивал ее валерьянкой и повторял:
- Люсенька, это нервы, надо сходить в поликлинику. Не хочешь макароны, я тебе сосисочку сварю. Молочную. А то уже срок годности кончается.
Люся затряслась от нового приступа рыданий. Ей было стыдно. И очень гадко!
                Проснувшись утром от позвякивания посуды на кухне, где муж готовил ей на завтрак макароны, она впервые подумала о разводе.

                В поликлинике, куда она пошла пожаловаться на нервное истощение, после обследования ей поставили диагноз: язва желудка, жировой гепатоз печени,  диабет.
                «Все, – решила Люся, - я так больше жить не могу! Я заболею и умру. Я уже заболела и уже умираю! Все из-за него. Я не могу с ним жить.  У меня нет выбора – если все останется по-прежнему, я погибну. Я буду бороться за жизнь! Мы должны развестись.»
                Люсе не хотелось идти домой. Надо было успокоиться и обдумать, как сказать Сан Санычу о принятом решении. Она побродила по улицам. Зашла в «Макдоналдс» и съела в задумчивости три гамбургера с пакетиком картофеля фри и кетчупом.
                Ночью ее увезли на скорой в больницу с приступом острого панкреатита.

                После выписки из больницы Люся села на строгую диету. Нервы пришли в норму вместе со снятием острой фазы ее "ливерных" заболеваний.
                Сан Саныч устроился вахтером на завод. Домашним хозяйством теперь ему заниматься некогда.
                Все вернулось на круги своя, жизнь наладилась.
                Следующим летом на пенсию должна выйти Люся…


Рецензии
Приятно удивлен стилем написания и отсутствием обычных орфографических ошибок. Очень жизненно, хотя в основном преобладает бытовуха. А где досуг и супружеские отношения, постельные сцены незаслуженно забыты, а жаль. Муж постарше, а Люся-то еще ого-го! Может причина в этом? У себя на страничке Вы написали, что любите, когда Вам пишут. Я написал, что думаю. А Вы, прочитав мое, ничего не написали. Ну да ладно, успехов!

Александр Ренке   13.08.2019 18:45     Заявить о нарушении
Спасибо, Александр, мне очень приятно! Супружеские отношения - вещь тонкая и многогранная, скорее тема для отдельного рассказа. Не написала сразу по банальной причине - читаю обычно с телефона, а писать с него очень трудно - пальцы не попадают и текст не влезает. Сейчас исправлюсь :)

Ольга Горбач   14.08.2019 11:01   Заявить о нарушении
На это произведение написано 8 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.