Талая вода

Дорога провалилась в песчаное лето. На бровке застыли  развалы неряшливого снега. Машина неугомонно шлёпала узорчатой резиной по глинистой жиже. Белизна снега подчёркивала черноту придорожных ёлок. Зимние сапоги и куртки прятали людей от неприветливого  апреля.  На солнце уже припекало, но стоило лишь зайти в тень, как тут же, в шею вцеплялся ледяной ветер.
Разговоры на любую тему, каким-то непостижимым образом утягивались к прогнозу погоды. А вернее, во всякий разговор втискивалась весна. Всеобщее ожидание скапливалось где-то над посёлком и накрапывало мелким  дождичком. Лёд на реке всё дальше отползал от берега. Веселее играла вода в лучах несмелого северного солнца.
Пятидверная Нива вскарабкалась на ледяной панцирь зимника и побежала к искрящейся на том берегу воде. Не доезжая двадцати метров, остановилась.
Дядя Володя с двумя десятилитровыми флягами осторожно побрёл к промоине.
  - Владимир Михайлович, а зачем тебе вода с реки? - поинтересовался я.
  - У нас вода в деревне с известью. В чайнике постоянно скапливается белый налёт. А это вода - речная талая, очень полезная. Не зря к нам птицы летят с юга. Первым делом, как прилетят - воду пьют.
  - Так вот и летят, чтоб воды попить? - удивился я.
  - Первым делом воды, а потом всё остальное - на пары разбиваются и на гнёзда садятся.

Эх, знали бы орнитологи, как они глубоко заблуждаются в своих многолетних наблюдениях...