Всё о нём

  Он типичный гений позднего застолья, о чём говорит его собрание сочленений в пяти домах и он сам: "После меня себя читать трудно", за что ему и был выдан подряд "Читать всё подряд".
  Он полыхает на словах в пределах разумного, не тлея, поэтому навязчивые идеи представляются ему брюсельскими кружевами без политической окраски и подкладки, из-за чего, нагибаясь, чтобы зашнуровать нечищенные ботинки, он невольно запутывает брови в непослушных шнурках.
  В результате чего, он мучается неотвратимой мыслью - подступает время, когда белые вымажут себя гуталином, чтобы остаться в живых. А ведь он принц голубых кровей с лёгкой примесью красной, и донор - кровоснабженец при неотложном словесном переливании, придерживающийся одной рукой золотого правила супругов "Меньше знаешь, крепче спишь", при том что его коричневая половинка весом в две тонны отдает предпочтение однотонным немнущимся африканским хитонам.
  Он проникся завистью к холостякам, не расписывающимся... в собственной немощи.
  Ему годами вбивали в голову науки, и вместе с ними концепцию происхождения человека из Африки. И вот что из этого получилось - он перестал писать невзрачные стихи, перейдя на абсурдную прозу.