Дело с камнем или заборизация всей страны

Мода на установку заборов пришла в маленький город, где жила Лиза, можно сказать, по плану. Уже давно все крупные населенные пункты огородили все, что только было можно.  Пришел черед и небольших поселков.

До прошлого года Лиза обитала в областном центре, но потом пришлось переехать.  Она до сих пор помнила свою юность в городе. Как тогда легко было передвигаться по широким улицам, просторным аллеям, пересекать дворы, сокращая расстояния! Потом резко все изменилось. Появились заборы – те самые, из железных прутьев, с островерхими устрашающими пиками. Сначала –  вокруг консульских учреждений и детских садов ради безопасности их обитателей. А затем – везде, где только можно: у дворцов ветеранов,  школ, библиотек, больниц и даже  вокруг дворов многоквартирных домов. Вот эти напрягали больше всего. Только самые ленивые домохозяйства не спешили отдать дань новой моде. Островерхие решетки перегораживали пешеходно-проезжую часть, претендуя на звания частных домовых территорий, проход и проезд которых чужакам вроде бы как не полагался по закону.
 
Заборы ставились добротные – чтоб мышь не проскочила. Для этого особо богатые домоправления использовали чуть ли нано-технологии.  Зеленые заборы с вручную открывающейся калиткой давно не удовлетворяли насущных потребностей и существовали лишь в рассказах Марка Твена. XXI век принес цифровую коробку управления, бесшумный рельс, по которому мобильная решетка беззвучно ездила по мановению волшебного брелока и калитку, распахивающуюся только от соприкосновения с кодовым ключом.  В общем, пройти, как и выйти с такой территории, мог только либо счастливый обладатель кода, либо иллюзионист класса Гарри Гудини.

Но вот заборы добрались и до маленьких поселков. В той же самой последовательности: детские учреждения, больницы, поликлиники, дворовые зоны. Об установке заслонов никто никого не предупреждал, согласия не спрашивал, голосования не проводил. Создавалось впечатление, что где-то там наверху просто вышла федеральная директива, и собственники объектов все разом вдруг решили ее неукоснительно выполнять.

Утром Лиза, как обычно,  села в свою старенькую Тойоту и укатила на работу в областной центр. А, когда вернулась вечером, то въехать в свой собственный двор не смогла. Машину пришлось оставить на бесхозном пятачке метрах в 500 от дома.

«Спасибо, что хоть пустыри не оградили», - пробурчала Лиза, глуша двигатель.
Подойдя к дому, девушка поняла, что войти ножками во двор и далее в подъезд, она тоже не сможет – вокруг щетинилась своими копьями  капитальная ограда, которую с наскока взять было невозможно. 

«Ау, люди!», - не смело проворковала Лиза, надеясь хоть кого-то привлечь к своей проблеме. На счастье из подъезда вышла пенсионерка с первого этажа, и, узнав свою соседку, весело поведала ей:

«Здорово придумали, да? Теперь и враг не пройдет, и друг спросит разрешения. А то ходили тут всякие, то  лапшу на уши вешали, то лестничную клетку топтали! Вон, у Михайловны почти 400 тысяч выманили на какие-то там таблетки чудодейственные. А Вы, Лизонька, можете кодовый ключ взять у председателя ТСЖ. Вы же, наша, своя».

И, приложив круглый стальной штемпель своего ключа к замку на калитке, женщина открыла дверь, пожелала хорошего дня Лизе и отправилась по своим делам.

«Кому-то здорово, а кому-то ужасно», - запоздало откликнулась Лиза на соседскую радость.

Утром девушка вышла из квартиры пораньше – ей предстояло как-то выбраться за хитроумную калитку.
 
«Постою подожду, пока кто-нибудь мне ее откроет», решила она.  – «Все лучше, чем прийти на работу с опозданием». 

Долго ждать не пришлось. В восемь утра все куда-то шли: кто – на службу, кто – в детский сад с детьми, кто – просто к помойным бакам избавиться от накопившегося мусора.

«Странно, что все уже успели получить ключи, только я одна такая неорганизованная. Ну да ладно, вечером загляну к управдому, и тоже стану независимой», - решила  Лиза, просачиваясь через калитку вместе с жильцом из второго подъезда.

В следующие пару дней вроде бы все страсти улеглись, распорядок дня Лизы восстановился. Получив заветный ключ, она перестала обращать на ограду внимание. Ее неприступность постепенно отдалялась все дальше и дальше.

Пока однажды утром на воротах, ограждающих въезд к гаражным блокам, не появился клочок бумаги с призывом «Далой заборы!» Именно так: «Далой», что вместе с разлинованным в линеечку листом говорило о том, что проказничают чьи-то не совсем грамотные школьники.  Под запиской, приклеенной к одному из прутьев решетки, на земле лежал крупный булыжник, который плотно подпирал рельсу ворот так, что она отказывалась ездить туда-сюда по заданному направлению.
Лиза, чертыхаясь, что ей в офисной одежде приходится заниматься чернорабочими делами, еле убрала тяжелый валун и попробовала открыть ворота при помощи брелока, выданного  ей накануне вместе с кодовым ключом. Механизм тихонько заскрипел, как бы ворча, что кто-то посмел его потревожить  в такой ранний час, но проход не открыл.

«Видимо, что-то сбилось в настройках после булыжника», - подумала Лиза. Взглянув на часы и чертыхнувшись уже второй раз за утро, девушка решила не искать причину поломки, тем более что инженерной жилкой она не обладала. Надо было торопиться на работу. Поспешно повесив замок на гараж, она опрометью бросилась на автобусную остановку, ругая на ходу всех затейников, инициировавших установку умного забора.

На следующее утро Лиза вышла из квартиры на час раньше обычного.
«Эта ограда, как некий живой организм! Такое впечатление, что она хочет помериться со мной силами. Кто из нас сильнее: я или она?», - рассуждала она, подходя к воротам в ожидании новых пакостей. И они случились.

Булыжник снова был на своем вчерашнем месте. Записка же сияла новым афоризмом: «Ломать – не строить!»

«Вот философы ненормальные! Если так дела пойдут и дальше, то завтра я здесь застану пожар и признание от самого Герострата!» - подумала Лиза.

Она оглянулась, как бы ища того, кто мог бы осуществить все эти проделки. Но задний двор был тих и безлюден. Лиза решила задержаться у ворот, чтобы узнать хоть какие-то подробности от людей, которые вот-вот должны были высыпать из своих конурок. Такая парадоксальная ситуация, когда есть кодовый ключ и ворота, но открыть их никоим образом нельзя, ее совсем не устраивала.

Минут пятнадцать девушка топталась на пятачке, расхаживая взад и вперед как по подиуму. Своих соседей по этажам и по подъездам она знала плохо. Поэтому, даже если бы ее приперли к стенке и спросили «Кому это выгодно?», Лиза бы не смогла назвать ни одного кандидата, кроме самой себя. То, что с самого начала затея с заборами не нравилась ей абсолютно, она знала определенно точно. То, что она бы с радостью разгромила бы большинство оград в ее поселке и областном центре, она ощущала всей своей душой.

«Заборизация всей страны какая-то! И люди вокруг, как маньяки – все с толстыми связками ключей от разных решеток, заборов, изгородей. А тем, кто не маньяк - в пору сдавать норматив на прыжки в высоту с шестом, чтобы как-то передвигаться по улицам».

Только Лиза успела подумать о прыжках с шестом, как оказалась свидетелем захватывающего аттракциона.

У ограды появился мальчонка лет 7-8. Не обращая внимания на Елизавету, единственную фигуру у забора в это время, он сначала перекинул через острые копья свой школьный ранец, а потом сам ловко забрался на решетку. Секунда – и мальчонка на той стороне забора уже отряхивался от пыли, переместившейся с зубцов ограды на его школьный пиджак.

«Вот это трюки!» - Лиза стояла, открыв рот от изумления.

«А, если бы он поранился об эти зубья? Или слетел с высоты? Или подвернул ногу при прыжке?»  Она представила на мгновение возможные последствия, и ей почти стало плохо. Подбежав к школьнику, Лиза засуетилась и, помогая стряхивать пыль со школьной униформы, усиленно стала  всматриваться мальчонке в глаза, пытаясь понять, все ли у него в порядке.

«Тебе плохо, мальчик? Ты не ушибся? Переломов нет? Голова соображает? Зачем ты это делаешь?»

Вопросы сыпались из ее уст, как снаряды из артиллерийской установки – четко, равномерно, прицельно. Малолетка смотрел на нее своими ясными глазами, молчал, и, казалось, не понимал, зачем к нему привязалась эта незнакомая тетка. Наконец, когда, ему надоело, что его постоянно потряхивали за плечи, мальчишка вымученно произнес:

«Я просто в школу иду. Дежурный сегодня, вот и вышел пораньше. А Вам-то какое дело?».

Осознав, что ребенок адекватен и никаких повреждений тела у него нет, Лиза успокоилась. Задав еще пару вопросов, она поняла, что такой путь через ограду в школу являлся самой обычной и самой короткой тропой для многих школьников из соседнего дома. До установки умного забора ребята беспрепятственно проходили этот маршрут по асфальтированным междворовым дорожкам. Но с некоторых пор им пришлось заняться верховым паркуром. Другого способа быстро добраться от дома до школы, расположенной через пару дворов, не было.

«Ваш двор самый сложный для прохода»,  - мальчонка продолжал делиться своими секретами с Лизой. – «В соседнем, например, хоть калитку для нас оставили открытой. А у вас – все позакрывали наглухо. Но мы не расстраиваемся.. Мы теперь каждое утро как бы в игру играем. «Взятие крепости» называется. Знаете такую?».

Нет, такой игры Лиза не знала, и в своем детстве в такую ей играть не приходилось. В свое время она добиралась в школу на автобусе, строго соблюдая все нюансы маршрута, которые ей привили родители.

«Какая-то садистская игра – ей больше подходит название «Через тернии в школу», - подумала девушка, но вслух высказываться не стала. Она понимала, что была и ее косвенная вина в том, что детям приходилось заниматься верхолазанием по пути в школу.

«А булыжник на рельсу кто кладет», - поинтересовалась Лиза, когда после душевного разговора странная парочка вышла на другой конец двора.

«Мой брат. Он в 9 классе учится. Он считает, что негоже в его возрасте быть обезьянкой и по решеткам лазить. Вот и ждет, когда ваш двор поумнеет. А, чтобы это быстрее случилось, придумал вот такое дело с камнем».

Лиза улыбнулась. Она и сама считала, что только глупые напыщенные своей недвижимостью собственники, могли придумать запоры и заборы, имея при этом лишь квадрат-другой земли. А в итоге соорудили заградительное сооружение на пути к знаниям.

Отщелкнув свой кодовый ключ от калитки со связки, Лиза вручила его первокласснику:

«Это тебе – будете с братом по очереди пользоваться. Все лучше – чем заборы брать. Лучше знания берите! Удачи!»

Мальчонка засиял, как медный таз, и вприпрыжку побежал дальше. Положение дежурного  обязывало его прийти в школу вовремя. Лиза вернулась к злополучному забору. Потом прошла в свой гараж, нашла огрызок листа А4, и, написав на нем «Заборизация – зло», вывесила на прутья ограды.


Рецензии
На это произведение написано 6 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.