Поэма Морская дива или Ксения

Кульков Виктор Константинович
(лит. псевдоним Петр Лирэнский)
поэт, поэзии талант прозы
рожден 13.11.1984.., г Судогда


13.04.2019 – 19.04.2019
Поэма «Морская дива или Ксения»

Как тихо здесь, родной мой город
И небо грозною скалой.
Герой мужик, а силой молод.
Волной осилил он прибой.
Он в славных битвах к жёнам в чувствах
Страдал, но парус белый свой
Воздвиг в поэзии искусством
Остаться девственником ой.
Мой дивный край - трава по пояс
Природе ласку только шлю,
Выращивая зерна колос,
Я больше женщин не люблю.
Не веселит меня похмелье,
И водка нет, не веселит,
Я рад, что занят трезвым делом,
А страстью-бабой не убит.
Реки у Судогды морская
Волнуясь, тает, воды гладь,
Поднялся я, за чувства, каясь,
И не влюбился больше в ад.
Вершины неба отражают
Небес не кошенный убор
И в переливах лишь мерцают,
Снимая облаков узор.          
Ах, этот благодатный край
Начало Судогды порою
Мутит вне взгляд листвы игрою,
Но только здесь лишь жизни рай.
Свой дом, квартира, ветерок
Мой счёт роскошный при Сбербанке,
Рукою сильной член-цветок,
Дрочу, молча, кончав без ранки.
Ах, чистое моё дыханье
Среди лугов – нет баб шальных,
Цветов святых благоуханье
И запах роз в ноздри красных.
Цветет пусть дева королева
У мужиков и соловьев.
А я один и фаллос слева.
Рукой по - дрочить – смерть- любовь.    
Она лишь знает трели звонки,
Я не рассыплю, нет себя,
Её полюбят лишь подонки,
А я, умней и не любя,
А свой конец, как розу нежен.
На фото, приласкаю лишь,
Огонь инстинкта, неизбежен,
Один останусь в ночи тишь.
Пред ней лишь солнце рассыпает
Лучами нежным из роз,
Её простор ночи ласкает
И я томлён один до слёз.
Ее лелеет вся природа,
Она небес вся красота.
В земле лишь только непогода,
Она же ярка и ясна.
Она улыбкой смотрит ясной
Небес, уничтожая дар,
Не подарил цветов прекрасной,
Я побоялся -чувств пожар.
Для нас двоих местечек много,
Приютов скромных у листвы.
Мужик силён, а недотрога,
Тайник наш чувств – всех чувств яства.
Я отказался от притона,
Таясь в скале – сказал я нет,
У девственности святы тоны,
Солдат я и моряк у лет.
Прости святая королева.
Над морем солнце загорит,
Не бьёт уже, а сердца слева,
Любовью душа не болит.
Я брошу слёзы издалёка
И капли – изумруд огня.
В вечерней тишине высоко,
Свободным умирать у дня.
Да здесь прекрасная страна.
С любовью, страстью превосходно
Я справился и стал холодным,
Но мне нужна она-она,
Чтоб с ней общаться без пощады.
Счастливый мир – он краток так
И королева будет рада
Не чувствах, слов ей только мак.
Да жизнь кипит разгульной страстью
Ее я нет, нет, не люблю,
А просто свой привет, на части
Когда душа, красотке шлю.
Здесь небо светлое от рая
Начало Судогды и мгла,
Я знаю нет совсем не злая
Она – не дикий рой из зла.
С ней не буду о природе,
О красоте с ней говорить,
О девственности и свободе,
Но только нет и не любить.
Её полюбят да подонки,
Но верю Ксения умна
И красота её с иконки,
Нет не исчезнет как весна.
Я горд собой мужик-крестьянин,
Работал просто на себя.
Квартира, дом, счет банк – не таен,
Имущество, талант и я
Не подарю цветов прекрасной,
Стих прочитаю – я создал
Наследие из книги красной
Словесности святую даль.
А коль умру, то наклонится,
Сол мной слезами лишь проститься,
Не скрою – всё-таки одно –
Единое чувство – оно.
Любовь и страсть, талант и дружба,
Единство – нет ни страсть, ни жаба.
В её ланитах день лежит,
Рукою тяжкой солнца тленье
По ним горячим сном бежит
Без девственности разрушенья.
Я знаю эта королева
Рукой в порки не влезет мне,
А улыбнётся только слева,
Как сне слева бьёт во сне.
Она щемящей красоты
Сиянье просто неземное.
Её печальные черты –
Наверное, небес святое!
Встречая ночь и сумрак вечный,
Но у меня не грустный вид,
Я только плачу лишь беспечно,
Глядя на женственный ланит
Её, но не мне тепло Марина
Людмилу, Аню – знать она
Мне заменила эта мина –
Божественная весна!
Но только мой холодный лоб,
А может скор в могиле жлоб,
Ведь сердце бьёт с такою силой,
Лишь ветер стонет над могилой
И грустью тихой над рекой
Мне шлёт воздушною рукой.
Кого встречаем мы – порой-
Не знаем сами – смерти злой,
Но я смирен и самовластен ,
Спокоен и пускай несчастен,
Но жизни всей рассудок трезвый
Поможет мне с победой резвой
Не в силах Ксению забыть
Морскую диву – дальше плыть.
Когда и мой кончины час,
Ах, Судогда – мой край чудесный
Пробьёт – я жив пока сейчас
И на неё гляжу прелестно.
Да жизнь моя увянет кратко
Так женственности не познав,
Но мне мечтать о ней так сладко!
Слюной и соплями, икав.
Краса, нет сделать не успела
И покорить во всём меня,
На леденеющее тело
Посмотрит только солнце дня.
Жизни последнее мерцанье
Последний груди моей вздох,
Я по дрочу и в том старанье,
Пока ведь молод не плох.
Её лучи блестят, но сила
Таланта слов сильней любви
Таланта – только лишь могила
Всё уровняет без крови.
Икра у солнца догорает,
Копать я землю начал вдруг,
Ведь огород -есть пища рая,
Без химикатов верный друг.
Герой лишь слова вдохновенный –
Я вышел писю в огород
Дрочить – молится незабвенно,
Чтоб не родился один урод.
Страна у кризиса долин,
У женских ног -не тех вершин.
Лишь девственность и находила
Отказ от секса – онанизм,
Да поколению – могила,
Зато талантам коммунизм.
Ох я дрочу – геройства храма
От баб осталась ничего,
Моя колбаски только рама,
Я кончил, мне и от всего
Плевать – разорваны все цепи
Свободный воин онанист
Я уважаю женщин лепит,
Нор я талант и чистый лист.
Потомков доблестных отцов
А не создаст реальность тема,
Мы сперму из своих концов    
Траву удобрим – травы лемма
А мы трава и очертанья
И Ксения – краса пройдёт
Река – одно брега названье –
Умоет мои раны лёд!
Да я с позорными цепями
Онаниста-девственника лишь
Иду все бабы пред вами,
А что не дали в ночи тишь.
А королевы очертанья
Нет не забыть, но берег мой
Реки родимой под названьем
Судогда – забудь любовь ой.
Восстань талант, а волны станут
Слова водой к себе притянут
И девственность – священных прах
Ты береги в родных волнах.
Я за талант – бесстрашный вождь
Лучами солнце разливает,
Свет острием в весенний дождь
Земле славянской посылает.
В борьбе неравной я сражён,
Коль окунутся просто выйду
В июне летом погружён,
Я утону – уже не выйду.
За ней пустился в воду я,
Водой лишь глотка захлебнулась,
А Ксения одна – моя,
Пловцу лишь только – улыбнулась.
В борьбе неравной – выжил я
Три года не ходил купаться,
А помысел сокровенный, тая,
По телефону с ней общаться.


Рецензии