Перекрёсток, ч. 3

  Шаман задумчиво смотрел под ноги. Уже с минуту, наверное.
  На земле прямо перед ним медленно впитывалось в почву большое тёмное пятно. Будто кто-то, проходя мимо, выплеснул тут ведро машинного масла.
  Только вряд ли кому-то взбрело в голову тащиться с ведром масла так далеко в лес.
  Но смущало не это. И даже не буровато-чёрные брызги на пучках травы вокруг прогалины. Шоно поднял с земли сухую ветку и пошевелил ею груду грязного тряпья рядом с пятном.
  Так и есть. Окровавленные остатки чьей-то одежды.
  Отличать кровь на ткани от других красных жидкостей шаман со стопроцентной уверенностью не умел, но сильно сомневался, что рвань у его ног облита вишнёвым соком. Похоже, у какого-то косолапого намедни состоялся обильный завтрак.
  Пятна блестели влагой. С происшествия минуло совсем немного времени – скорее всего, не более часа. Дорожка пятнышек поменьше тянулась через полянку куда-то вглубь леса.
  И ни намёка на отпечатки лап, ног или обуви. Да и следов, как если бы кто-то что-то тащил, тоже нет. Что бы это ни было, оно либо растворилось в воздухе, либо улетело.
  Интересно, куда ведут капли? К месту, откуда пришёл хозяин тряпья, или куда он направился после? Шаман смущённо покачал головой. Охотник он был не ахти, следы читал плохо. Единственное, что он мог сказать точно: кровавая дорожка уходила ровно в том же направлении, куда шел он сам.
  Неприятное обстоятельство. Мало ли, на что можно наткнуться, идя по таким неординарным "хлебным крошкам". Видимо, придётся забрать чуть глубже в лес.
  Звериная тропа потерялась в траве, едва шаман сделал пару шагов в чащу. Заросли дикого шиповника мгновенно обступили его со всех сторон. Птицы продолжали старательно играть в прятки высоко в ветвях, у земли же стелилось странное молчание. Мерный шорох ветра нисколько не разбавлял угрюмую тишину. Создавалось ощущение, будто лес покинут. Не сердит, не молчалив. Просто пуст.
  Запаха раздавленной ягоды под ногами Шоно почти не замечал – всё его внимание пополам делили стрелка компаса и чувство, что кто-то глядит. Щекотку этого чужого взгляда на левом плече он начал ощущать ещё до того, как обнаружил тряпьё. Теперь оно стало сильнее. Человек то, зверь или её какая тварь лесная, он не знал – и, откровенно говоря, не стремился выяснить. Глядит и пусть, лишь бы не кусалось.
  Ещё через полсотни метров лес заметно поредел. Стало так тихо, что можно было услышать собственное дыхание. Смолк даже ветер. Комары – и те пропали!
  Хмурясь, Шоно рефлекторно потянулся к ближайшей хилой сосенке – и тут же отдёрнул руку. Ладонь наткнулась на что-то омерзительное.
  Сосна была мертва.
  Нет. Не так. Сосна сгнила заживо.
  Вместо дерева из земли торчал полуразложившийся труп. Ощущение оказалось настолько непохожим на прикосновение к обычным гнилым деревьям, что обескуражило шамана. Он начал брезгливо вытирать руку о штаны, когда заметил что-то мохнатое у самых корней. Шаман присел на корточки. В небольшой норе под выпирающим корнем лежало истлевающее мышиное тельце. Шоно хотел было вытащить мышь, но передумал. Что с одинаковой лёгкостью гробит и деревья, и животных, ничего хорошего после себя не оставит. И прикасаться к этому второй раз ему не хотелось.
  Поднявшись на ноги, шаман огляделся. Невдалеке чуть правее поблескивала черепица. Вот, видимо, и оно – то ненавистное Пню строение. Интересно, чем таким страшным могли заниматься здесь колдуны, что против них ополчилась вся местная тайга с лешим во главе?
  Мёртвая, лишённая дыхания, пульсации, запахов, даже цвета растительность редела с каждым шагом.
  Вскоре деревья с широкой поляны исчезли окончательно. За кустарником теперь хорошо просматривалось двухэтажное здание. Обитель "магов", чтоб их через три прогиба, угробивших всё живое в радиусе нескольких метров.
  Шоно прикрыл глаза и постарался расслабиться. Мысленно ещё раз "оглядел" окружающее пространство, поляну, крыльцо… Невидимые "щупы" потянулись из его тела в сторону здания. Этот фокус он освоил очень давно – ещё когда по юности водился со всякими любителями Кастанеды. Сам до конца не понимал, как это работает, но пользоваться приёмом умел, а этого обычно вполне достаточно. Подобно множеству змеиных языков, "щупы" пробовали пространство на вкус, нюхали, прикасались. Искали.
  Энергия, сила, мёртвое, живое…
  Ничего. Ни опасности, ни намека на потустороннее, ни даже просто чьего-то присутствия.
  Полная пустота.
  Шаман вдохнул и начал убирать сенсоры. И в тот самый миг, когда потянул "щупы" назад, на краю его сознания блеснула вспышка.
"Живое".
  Кто-то был в здании. Шёл наружу. Напуганный. Возможно, раненый. Но живой.
  Шоно двинулся вперёд, собираясь встретить его, кем бы он ни был. Но, уже почти дойдя до крыльца, застыл.
–––––––––


  Дуло пистолета смотрело незнакомцу точно в лоб. На лице того застыло чистое недоумение.
–Ты кто? – голос – не высокий и не низкий, в тембрах Ирвиш не смыслила, – казался вполне приятным. Даже несмотря на лёгкую сиплость.
–Это ты кто? – вопросом ответила Ир.
  Среднего роста, крепкий на вид мужчина смотрел на неё как-то по-детски растерянно. Широкоплечий, плотно сбитый, твёрдо стоящий на земле – он, тем не менее, совсем не выглядел опасным. Впрочем, это как посмотреть…
–Я здесь живу вообще-то.
–Прямо здесь? – Ир кивнула себе за спину. – В заброшенной части?
  Незнакомец непонимающе свёл брови – густые и тёмные, очень гармонично смотрящиеся на лице с тяжеловатыми скулами. Кажется, ему было лет двадцать пять. Может, двадцать восемь. Без бороды такие лица обычно выглядят моложе.
–Да не в части, – он с досадой фыркнул. – Неместная что ли? Про сёла ближайшие не знаешь?
–Сельский, значит, – женщина нехорошо прищурилась. – И какого чёрта ты тут забыл?
  Что-то неуловимо изменилось в лице незнакомца.
–Не понял. Мне что, разрешение нужно, чтоб по лесу гулять?
–По территории военного объекта – да, представь себе, нужно.
–Чего-чего военного? – незнакомец, забыв об осторожности, махнул рукой, указывая ей за спину. – У тебя глаза есть? Это развалины!
  Ир мгновенно напряглась, сжала оружие крепче. Плечо застонало. Она едва сдержалась, чтобы не поморщиться от боли. Не лучшее время обнаруживать свои слабости.
–Одно другому не мешает.
–Если это что-то важное, где забор? Колючая проволока? Охрана с собаками?
  Незнакомец снова махнул руками, подаваясь вперёд. Эмоции. Ир невольно сделала подшаг, принимая устойчивую позу для стрельбы. Вообще-то она сомневалась, что стрелять действительно придётся, но нервы с разумом обычно не советуются.
–Стой на месте.
  Мужчина выпрямился, опустил руки.
–А то что? Пристрелишь?
–Вынудишь – пристрелю.
–Ну тогда валяй.
  Ир повела бровью:
–Смелый сильно?
–Всё лучше, чем стоять тут, препираться. Только время впустую тратится. Да и сомневаюсь я, что ты с твоим интеллектом умеешь им пользоваться.
  Ир чуть прикрыла глаза, начала медленно выдыхать.
  Щёлк.
  Она знала, что незнакомец просто не удержал язык за зубами. У многих эта мышца своевольничает в неподходящий момент. Но и её нервы железными не были. За сегодняшнее утро их потрепали больше раз, чем за весь предыдущий месяц. И терпеть ей уже надоело.
  Пуля шаркнула мужчину по воротнику куртки. Наверняка вызвав оглушительный звон в ушах, но не задев даже край мочки. Разве что оставив лёгкий ожог…
  Пистолет едва заметно дрожал. Чёртово плечо. Хорошо хоть на меткость пока не влияет. А то быть бы языкастому "гостю" без глаза.
  Сильно дернувшись, мужчина выругался. На сей раз не постеснявшись подобрать эпитеты для её умственных способностей пожёстче. Ирвиш успела досчитать до восьми, пока поток ругани иссяк. Тон её остался абсолютно спокойным:
–Вторая будет в лоб. Теперь ещё раз. Что ты тут забыл?
  Отдача напомнила о невидимой ране нещадной гулкой болью, прокатившейся от шеи до самой лопатки.
  Во взгляде едва не подстреленного читалась настоящая ярость. Его правая рука подёргивалась от желания потрогать обожжённое ухо, но он тоже предпочитал сдержаться.
–Точно ненормальная! Ты по гражданским палишь боевыми, ты в курсе?!
–Мне насpать, гражданский ты или нет, – голос Ир едва не сорвался на злой шёпот. – Я на задании и могу застрелить любого, если решу, что он представляет угрозу.
  Небольшое враньё, ради благих целей можно и приукрасить. Или припугнуть. Тем более если никто серьёзно не пострадал. Маленькие ожоги не в счёт.
  Мужчина снова выругался. Затем вдруг на середине фразы закрыл глаза и пару раз глубоко вздохнул. Считал до десяти, наверное. Потом вновь посмотрел на Ир и поднял руки в жесте "безоружен". Отличное самообладание. Или врождённый талант, или спецподготовка. Ир склонялась ко второму.
–Я живу в соседнем селе, – заговорил он приглушённо, слегка растягивая слова. – Я часто хожу по этому лесу. И иногда даже дальше, чем сейчас. Имею на это полное право. Как и любой гражданин своей страны.
–Право бродить по лесу с пистолетом, –  даже для неё самой голос Ир прозвучал чересчур едко. Но злости в нём поубавилось, – И с какой это целью, "гражданин"? 
  Он рефлекторно потянулся к кобуре на поясе, но остановился.
–Тут хищники водятся.
–И кого ты собрался отстреливать из пистолета? Волков или медведей?
–Слушай, я не обязан перед тобой оправдываться. Ты не егерь, не лесник и точно не из милиции. К тому же, это не я тут по людям в их родной тайге палю.
–Ещё большой вопрос, в родной ли ты тайге, – Ир немного расслабила плечи. Не могла иначе. Ещё чуть-чуть – и больную руку свело бы судорогой. – Брось пистолет и иди, откуда пришёл.
  Мужчина недоверчиво прищурился:
–Извини – что?
–Со слухом проблемы?
–Вообще-то да, ты мне чуть ухо не отстрелила!
–Оружие. На землю. И иди домой, – повторила женщина.
–А если нет?
  Ир тяжело вздохнула. Ей эта ситуация уже осточертела.
–Ты – вооружённый тип, бродящий по территории бывшей воинской части с "Макаровым" на поясе. Я не дам тебе шанса оказаться у меня за спиной с оружием в руках. Поэтому либо ты оставляешь его и уходишь, либо я пристрелю тебя прямо сейчас. Пистолет на землю. Медленно.
  Мужчина поиграл желваками, затем зло хмыкнул и потянулся к поясу. Вытащив из кобуры пистолет, он неторопливо, не сводя взгляда с Ир, присел и положил его на траву. Затем так же неторопливо выпрямился и показал пустые ладони.
–Молодец. Теперь назад. Без резких движений.
  Он отступил.
–…и где вас только таких ненормальных нанимают.
–Со словами осторожнее.
Не снимая его с мушки, Ир спустилась по ступенькам, подошла к лежащему на земле "Макарову" и подняла, собираясь засунуть за пояс. Не слишком-то лёгкое это дело, приседать и наклоняться, держа кого-то на прицеле. Но она справилась.
–Теперь кругом и шагай.
  Незнакомцу очень хотелось возразить. Но он не стал. Сжав зубы, тихо ругнулся и направился туда, где по её прикидкам должен был находиться ближайший населённый пункт. Видать, и правда местность знал.
  Ир не сводила с него взгляда. Она собиралась держать нового знакомого в поле зрения, пока тот не удалится на достаточное расстояние. Местный или нет, но появился он здесь явно не случайно. Слишком странное совпадение. С другой стороны, на сатаниста или колдуна он тоже не похож…
  По-хорошему, конечно, его стоило бы допросить, но теперь, когда мужчина утопал на добрых двадцать метров, догонять его было как-то… глупо?
  Деревья сзади зашумели.
  Ир и не заметила, как сама отошла от крыльца. Задумалась о причинах и следствиях. На автопилоте пошла вслед за этим странным типом, удаляясь от здания. Не проверила тылы. И пожалуйста, теперь её спина оказалась открытой.
  Серьёзная ошибка.
  Не удержавшись, она тут же совершила вторую: обернулась на шум, теряя мужчину из виду. Её оправдывали только сработавший безусловный рефлекс – поймать опасность в поле зрения. Засечь, оценить и решить, как спасаться.
 Что-то приближалось со стороны здания. Что-то массивное – массивнее невидимой зверюги в подвале – и ещё менее дружелюбное.
  …твою-то налево!
  Ирвиш вскинула пистолет.
–Опусти, – негромко произнёс мужчина. – Только разозлишь.
  Бросив быстрый взгляд за плечо, Ир обнаружила, что он стоит гораздо ближе, чем должен бы. Нехорошо. Время даже не обед, а её бдительность уже в глубокой яме. Если так пойдёт, ни до нанимателя, ни до дома она уже никогда не доберётся.
–Ага. Разбежалась.
  Женщина сделала несколько шагов, чтобы держать в поле зрения и нового знакомого, и шумящие деревья. Теперь помимо деревьев надсадно хрустели и ближайшие кусты.
–И что ты собралась делать своей пукалкой, если там медведь, например? – поинтересовался мужчина.
–А ты что своей собирался? – парировала Ир.
  Закончить спор им не удалось.
  На поляну у здания из зарослей вывалилось… нечто.
  Больше всего оно действительно напоминало медведя. И вполне возможно, оно им когда-то было. С тех пор, правда, прошло достаточно времени, чтобы шкура вылиняла и истрепалась – теперь она свисала с боков рваными свалявшимися клочьями. Сквозь иссиня-зелёное мясо местами проглядывали жёлтые кости. Тощие, но по-прежнему огромные ступни напоминали садовые грабли. Бока ввалились, массивный угловатый таз проступал под тонкой шкурой.
  На лысой оскаленной морде белели слепые глаза без радужек и зрачков.
  Тварь шла молча. Если не считать тихих хриплых звуков, вырывающихся из раскрытой пасти при каждом шаге. Гораздо больше шума создавали сминающие всё на своём пути тяжёлые лапы.
  –….йо-о6 твою… – вырвалось у женщины. Глаза её расширились от шока. Брови сделали несмелую попытку забраться на лоб, челюсть – лечь на грудь. Сердце гулко заколотилось о рёбра.
  Чудище, чем бы оно ни было, не походило на куклу. И выглядело слишком натуральным для галлюцинации.
  Нет, это точно не то же, что напало на неё в подвале. Навались ей на спину ЭТО – от спины бы ничего не осталось.
  Ир на секунду крепко зажмурилась, снова открыла глаза. Медведь не пропал.
  Плохи дела.
  Мужчина сделал осторожный шаг в её сторону. Ирвиш мгновенно навела на него пистолет:
–Стоять!
  В собственном голосе ей послышались истерические нотки. И неудивительно: при таком зрелище нелегко сохранить здравый смысл.
  Чудище издало сухой рокочущий всхрап и взметнуло лапой почву.  Клочки травы полетели во все стороны. Ир дёрнулась и снова повернула ствол в его сторону.
–Тихо ты, – прошипел мужчина.
Судя по выражению лица, он и сам не знал, от кого следует защищаться в первую очередь: от медведя или от нервозной бабы с пистолетом. Но вёл он себя гораздо спокойнее, чем можно было ожидать. Не удирал, не орал в панике, не пытался кидаться в чудовище камнями…
  Почему он до сих пор не сбежал?
  Хотя как сбежишь от такой твари?!
  Ир глянула на крыльцо. Слишком далеко.
  Но даже если удастся попасть в здание, минуя тварь – что дальше? Сидеть, трясясь и прислушиваясь, не вошёл ли косматый труп следом? Скакать по этажам, рискуя попасть под обвал?
  Медведь повернул к ней слепое рыло и молча открыл пасть. Похвастался клыками. Зоодантисты пришли бы в восторг.
  На дерево лезть тоже не вариант. Медведи – приличные древолазы. И что-то подсказывало Ир, что некоторым не в состоянии помешать даже собственная смерть.
  И что остаётся? Бежать?
  Чудище снова махнуло по земле, поднимая в воздух комья почвы. Из раззявленной пасти вырвался сухой хрип. Будто пергамент о пергамент потёрли.
  По коже Ир пополз мороз.
–Опусти пистолет, – шёпотом проговорил мужчина, протягивая к ней руку. Вторую он тянул к медведю, будто мог его остановить.
–Ты нормальный?! – тоже шёпотом поинтересовалась Ирвиш.
–Ты его взбесишь!
–А ты, значит, знаешь, что именно его бесит?!
–Представь себе!
  Медведь переступил с лапы на лапу. Острые треугольники лопаток чётко проступили под натянутой шкурой спины. Мотнув головой – вправо, влево, – он сделал шаг, второй, третий. Видя, как дохлый медведь набирает скорость, какой позавидовала бы любая савраска, Ир окончательно растерялась. Чудовище шло прямо на неё, варианта оставалось два: бежать или отбиваться.
  Она выбрала второе.
  Щёлк.
  Медведь остановился. В оголенном черепе появилась дыра размером с пятак. Из отверстия, стекая по морде смолой, полилась аморфная чёрная субстанция.
  Рядом послышалась тихая ругань.
  Тварь захрипела. Опустила голову к земле, раскрыла пасть так широко, как позволили истлевшие сухожилия, и – рванулась вперёд. С места, без разбега.
  Вот от такого точно можно потерять рассудок.
  Ир выпустила в чудовище всю оставшуюся обойму прежде, чем поняла, что бежать уже поздно. Курок защёлкал вхолостую.
  Медведь пригнулся, подбираясь. Ир зажмурилась.
  Чёрные когти полоснули по рукаву, зацепились за тонкую ткань. Руке стало горячо. Мощная лапа потянула её к себе, когда Ир ощутила ещё один рывок. Что-то грубо дёрнуло её в другую сторону. Совсем рядом с носом промелькнула оскаленная пасть, лицо обдало плотным ароматом старой падали.
  Ир приземлилась в метре чуть сбоку от чудища. По крестцу вверх побежали колючие мурашки. Женщина осоловело заморгала, силясь прийти в себя. Разум пребывал в таком шоке, что отказывался реагировать на происходящее как-то, кроме ступора.
  Мужчина, только что выдернувший её из оскаленной пасти, на ходу вынул из-за пояса охотничий нож и по рукоять всадил его в облезлую медвежью шею. По телу твари прокатилась страшная судорожная волна.
  Ножны. На поясе под курткой. А Ир заметила лишь пистолет. Отлично. Если удастся выбраться живой, надо будет пропить витаминки для внимательности.
  Тварь замотала башкой, захрапела, зашарила лапами, пытаясь достать противника. Мужчина, схватив её за загривок, навалился на тушу всем телом. Да, не в каждую светлую головушку придёт кататься на разлагающемся трупе, но попробуй мужчина отступить хоть на полшага в любую сторону – и его тут же достали бы чёрные изогнутые когти. Держался он браво, но Ир видела: ещё пара минут – и тварь стряхнёт его с себя. Или зацепит лапой за ногу.
  Мозг наконец прекратил попытки анализировать. Тело вспомнило армейскую подготовку и начало действовать на автомате.
  Встать. Найти оружие.
  Ир рывком поднялась на ноги. Разумом даже не помня о его наличии, выхватила из-за пояса конфискованный "Макаров". Движения стали чёткими, отточенными – будто на зачёте по боевой подготовке.
  Чудо, что пистолет не выстрелил прямо за поясом: огнестрел не любит безалаберности.
  Не думая, Ир ткнула дулом в белеющий костью медвежий висок. Буф. Простреленная башка мотнулась в сторону.
–Уйди, не лезь! – рявкнул мужчина.
  Не слыша, Ир упёрла ствол в основание черепа. Тварь начала подниматься на дыбы.
  Щёлк, шёлк, щёлк…
  Пять выстрелов. Медвежья голова повисла на остатках шкуры, огромную мёртвую тушу сотрясло от жуткого спазма. Осколки раздробленных пулями позвонков торчали из связок белесыми шипами.
–Режь, – скомандовала Ир.
  Мужчина не спорил. Выдернул нож из шеи твари и несколькими мощными движениями срезал голову. Та глухо стукнулась о траву.
  Тварь рассеянно затопталась на месте. Из шеи хлынула смоль. Такая же, как текла из черепа, из дырки от выстрела. На земле тут же образовалась целая лужа. Нерешительно потоптавшись ещё пару секунд, чудище тряпичной куклой осело на землю.
  Ир, глубоко и часто дыша, отступила на шаг. Руки сильно тряслись. В боку кололо, будто от долгого бега. Мозг начал потихоньку выходить из боевого режима, но пока смутно сознавал, что произошло.
  Незнакомец (хотя после такой драки он с полным правом мог называться соратником), сидя верхом на облезлой туше, тоже пытался отдышаться. Ир только сейчас поняла, насколько тварь была огромной. Не меньше двух с половиной метров, с головой размером с тумбочку, каждая ступня – в её локоть длиной. И как же оно отвратительно пахло! Как мясо, забытое в подвале на годик с небольшим.
–Что. Это. За хеpня лесная? – не своим голосом пробормотала Ир.
  Мужчина окинул тушу долгим взглядом. Зачем-то потыкал кулаком в звериное плечо, попытался поднять лапу. Его руки не дрожали ни грамма, если не считать мелко подрагивающих от недавнего перенапряжения плеч.
–Похоже на медведя.
–На дохлого медведя.
–Ну да.
–Только вот он ходил.
  Сидящий на туше дёрнул плечами и устало оперся о костлявую спину рукой.
–Наверное, ты ему не понравилась.
–Засунь свои шуточки, знаешь…
–Ну, ты ж в него стреляла.
–А что я должна была сделать? Колыбельную ему спеть?
  Ир упёрлась ладонями в колени. Дрожь это, увы, почти не уняло. Последний раз её так трясло после встречи с маньяком, пытавшимся у неё глазах отрезать восьмилетнему ребёнку конечности ржавой ножовкой. Правая рука – та, которую зацепил медведь, – онемела и почти не слушалась. Зато дыхание пришло в норму. Она позволила себе со вкусом выругаться. Мужчина отреагировал на этот выплеск едва заметной невесёлой улыбкой. Слегка кружилась голова. Гипервентиляция, наверное…
–Что за гадость из него вытекает?
  Мужчина с неохотой наклонился, рассматривая лужу, скопившуюся под обрубком шеи.
–Видела фильмы про приведений?
–Ну.
–Считай, что это эктоплазма.
–В смысле, в него вселилось приведение?
–Что-то наподобие.
  Ир уставилась на, она надеялась, окончательно умершего медведя. Да, не одну ещё ночь он будет ей сниться. Как ей иногда хотелось взять и стереть некоторые воспоминания…
–…господи, твою мать, когда ж этот грё6аный день уже кончится…
–А сама-то ты откуда? – внезапно поинтересовался мужчина.
  Ир медленно выпрямилась. Крестец тут же противно заныл. Н-да. Нехорошо так резко садиться на задницу. Впрочем, когда выбор стоит между падением и медвежьими зубами…
–Я здесь по делам.
  Мужчина помолчал, рассматривая громадную облезлую башку в траве.
–А звать как?
–Ирвиш.
–Я Шоно.
  Ир кивнула. Спрашивать, что он тут забыл, второй раз ей не хотелось.
  Ей уже ничего не хотелось – только курить, чай и горячую ванну.
  Достав пачку сигарет, женщина вытащила зубами одну и закурила. Некоторое время Шоно с отсутствующим выражением наблюдал за сизым табачным дымком.
–Тебе бы раны обработать.
  Она глянула на правую руку. Осмотрела обе измазанные в крови, грязи и ещё бог знает чём кисти. Пальцы правой продолжали рефлекторно сжимать рукоять "Макарова".
–Придётся потерпеть до дома, – Ир вяло пожала плечами.
–А далеко дом?
–Часа три на поезде.
  Шоно задумчиво поглядел вдаль. Чуть пощурился, что-то обдумывая.
–У меня тут недалеко берлога, – наконец негромко проговорил он. – Бинты с антисептиком найдутся.
  Ирвиш выдохнула дым. Попыталась прикинуть варианты. Голова соображала туго и варианты прикидывать отказывалась. Зараза. Женщина выкинула окурок в траву и неуверенно кивнула:
–Да. Было бы неплохо.


–Заходи.
  Шоно открыл дверь, пропуская её вперёд. Ир переступила порог, осматривая помещение.
  Настоящая русская изба.
  Неширокое пространство, несмотря на ящики и вёдра, мешки, мётлы и прочую утварь на тяжёлых деревянных стеллажах, казалось просторным и аккуратным. Стены, сложенные из цилиндрованного бруса, ничем не обшиты, но тщательно покрыты лаком. С пола лак давно стёрся, но доски всё равно сияли чистотой. Кажется, это называется "сенями"?
  Разувшись, Шоно поставил ботинки на полку для обуви.
–Тапки, если захочешь, вон там.
  Ир последовала его примеру. От тапочек она вежливо отказалась, но куртку оставила на вешалке.
  Жилое помещение за обитой кожаным материалом дверью оказалось ещё уютнее. Пол устилал мягкий ворсистый ковёр с тёмно-зелёным в красную крапинку узором, брус стен закрывала пропитанная чем-то янтарным горизонтальная вагонка под бревно. Аккуратный, но тяжеловатый шкаф в углу, заполненные книгами и коробочками, собирала та же рука, что и полки, висящие почти на всех стенах. Низенький и коренастый диванчик под стать шкафу ютился в дальнем конце комнаты, подальше от двери и сквозняков. У маленького сибирского окна слева разместились квадратный обеденный стол и пара крепких самодельных стульев. И стол, и стулья – настоящее произведение столярного творчества: ладно пригнанные, тщательно ошлифованные и покрытые лаком, не лишённые своего грубоватого очарования.
  Где-то наверху зажглась лампочка, и комната сразу стала уютнее. Оранжевый свет вообще делает любое помещение уютным. Ир глянула на потолок – и поняла, почему в доме так приятно пахнет травами. Между массивными балками перекрытий на металлических струнах сушились пучки всевозможных растений, ягод и даже грибов. Интересно, сколько с них налетает мусора? Хотя, может, хозяину это наоборот нравится…
  Мимо, бесшумно ступая босыми ногами, прошёл Шоно. Подойдя к окну, он приоткрыл форточку, забрал со стола полотенце и скрылся за одной из двух дальних дверей. Ир проводила его взглядом. Не его ли руками здесь всё построено?
  Мужчина появился через минуту с маленькой жестяной миской в руке. От миски поднимался пахнущий чем-то растительным пар.
–Оперативно нагрелось, – Ир кивнула на миску.
  Шоно сделал неопределённый жест головой:
–Чайник в печи стоял. Садись. Бери табурет.
  Ир обернулась к столу – плечо тут же дало о себе знать. Ноющая боль  пульсирующей волной прокатилась от локтя в пальцы. Женщина прикрыла глаза. Не в её привычках жаловаться на каждую царапину, но некоторые "царапины" даже бравый воин бы не смог проигнорировать.
  Табурет нашёлся под столом. Старенький, гораздо старше прочей мебели в доме. Пока Ир сидела на нём, рассматривая детали обстановки, Шоно что-то шумно искал в шкафу у дивана. На мощной, хоть и не слишком широкой спине под мягкой клетчатой рубашкой заметно перекатывались тренированные мышцы. Владелец этой спины был хорошо знаком с физическим трудом.
  Ир отвернулась. Очень своевременные мысли. Провалила задание, ничего не выяснила, подралась с двумя непонятными чудищами – самое время сидеть и любоваться на мускулистые мужские спины.
  А с другой стороны, до завтра ведь всё равно больше нечем заняться.
  Шоно едва не уронил какую-то книгу. Тихо ругнулся, с лёгким раздражением запихал её на место и вернулся к Ир. Положив на стол две пачки бинтов, валик ваты в бумажной упаковке и йод, он открыл перекись. Ир повела бровью. Она-то ожидала знахарских снадобий, трав или хотя бы микстур. Шоно её ироничного взгляда не заметил. Или заметил, но предпочёл промолчать. Оторвав от бинта ленту длиной с локоть, он сложил её в удобный тампон и, смочив в воде, присел на корточки. Ир глянула на него – и столкнулась с внимательным взглядом бархатисто-карих глаз.
  Немного широковатые скулы, характерная для сибиряков квадратная челюсть, густые тёмно-каштановые брови. Мощные руки, от которых никак не ждешь деликатности, промывали её ссадины так аккуратно, будто у их хозяина за спиной не один год практики. Не всякая медсестра может похвастаться такой потрясающей мелкой моторикой.
  Под скулой защипало. Женщина по-детски скорчила мину – не смогла сдержаться. Когда она успела поцарапать физиономию? Медведь до неё так и не дотянулся. Падать она лицом вниз тоже не падала. Только на задницу… Похоже, грешить остаётся на нечто из подвала-калейдоскопа. Видимо, даже нематериальные твари способны оставлять материальные следы.

–Ну… – шаман отодвинулся, рассматривая плоды своих трудов. Глаза женщины горели настороженностью. Она ему не доверяла – и вряд ли начнёт в ближайшее время. Но сей факт он как-нибудь переживёт. – Не так всё страшно. Давай-ка теперь плечо.
  Ир молча закатала рукав до локтя – выше никак не удавалось. Шоно протянул руки, чтобы помочь. Грубая ткань серо-синей рубашки залубенела и сгибаться отказывалась – пришлось повозиться. Чёрные дорожки запекшейся крови покрывали весь локоть и спускались почти до самой кисти.
  Шоно недовольно цокнул:
–Говорил же: не стреляй.
–И как ты себе это представлял? – Ирвиш сморщилась, когда он начал осторожно подтягивать рукав наверх. – На меня мчится жуткое гниющее чудовище, рыча и скалясь голым черепом, а я должна стоять и смотреть?
  Ссадины обострили и без того грубоватые черты её лица. Пропорционального, почти симпатичного – почти. Скулы, будто вырубленные из камня. Нетипичная для девушки жёсткая челюсть. Нос в детстве явно ломали, и хотя сросся он удивительно хорошо, переносицу украшала тонкая прямая линия. Шрам, несовместимый с понятием "женственность".
  Шаман повёл плечами.
–Есть и другие способы остановить врага.
–Да ну? – женщина иронично прищурилась. – Расскажи-ка?
  Короткие тёмные волосы "под мальчика" делали свою владелицу визуально моложе, но цепкий сосредоточенный взгляд, так старавшийся быть дружелюбным, всё портил. Двадцать, двадцать три. Не меньше. Достаточно, чтобы окончить институт МВД и иметь за плечами некоторую практику. Недостаточно для чего-то посерьёзнее.
  Но по какой-то необъяснимой причине слово "девушка" к ней не клеилось от слова "совсем".
  Шаману удалось наконец подтянуть прилипший рукав достаточно высоко. Царапина повыше локтя оказалась единственной и небольшой, но глубокой.
–Это придётся зашивать.
–Если умеешь, то… эй, эй, ты что делаешь?!
  Ирвиш едва не выдернула руку, когда Шоно начал растягивать края раны.
–Мне надо посмотреть, есть ли внутри грязь.
  Грязи не было. Рана оказалась чистой, но промыть её всё равно было необходимо. Шоно смотал новый тампон и окунул в миску.
–Давно ты практикуешь?
  Приятный у неё всё-таки голос. Чуть низковатый, с хрипотцой – наверное, из-за курения. Но приятный.
–Практикую?
–Ты же врач?
Шоно усмехнулся.
–А. Есть некоторый опыт. Не переживай, умереть не дам.
–Ну, успокоил.
  Кровь остановилась быстро. Да и со швами особых проблем не возникло, несмотря на рваные края раны. Ирвиш перенесла манипуляции с иголкой молча, только морщась временами. Терпеливая. Может, и правда служила? Нет. Вряд ли.
  Шоно уже затягивал повязку, когда ощутил лёгкий укол. Он удивлённо посмотрел на собственную ладонь. Ни заноз, ни царапин. Показалось что ли…
–Что такое? – озадаченно спросила женщина.
  Если в повязке шипица, может начаться воспаление. Шоно поводил подушечками пальцев по повязке – чисто. Провёл рукой выше, дошёл до плеча.
  Укол.
  Как разряд статического электричества. Щелчок от шерстяного одеяла.
  Медленно, едва касаясь ткани рубашки, Шоно ощупал пальцами плечо, воротник, перешёл на лопатку…
  Ладонь прошило острой болью.
  Шаман рефлекторно отдёрнул руку, посмотрел на ладонь. Ни следа.
–…это что ещё за хрень такая… – изумлённо пробормотал он.
  Женщина смотрела на него настороженно, даже тревожно. Брови почти сошлись на переносице, плечи, и без того напряжённые, закаменели. Она будто ждала удара.
  Шоно поднялся на ноги и внимательно сантиметр за сантиметром изучил её рубашку. Рукав, плечо, спина – ни одной колючки. Ничего способного травмировать. Только грубая серо-синяя ткань.
  Она – да ещё внезапно разлившееся в воздухе ощущение угрозы. Как едва слышное хриплое рычание раздражённого пса.
–Да что там? – не выдержала Ир.
  Источником угрозы была не она. От неё исходило беспокойство, лёгкая нервозность, немного усталости, но не агрессия. Агрессию излучало что-то другое.
–Сними рубашку.
–Это зачем ещё?
–Посмотрю твою спину.
–Зачем?
–Пока не могу объяснить.
–Так, – Ир начала подниматься. – Не знаю, что ты там себе надумал…
–Если у тебя травма позвоночника и ты пойдёшь с ней гулять – можешь к концу дня остаться калекой, – перебил её Шоно. –  Хочешь? Если нет – снимай.
  Долгую минуту Ир хмуро рассматривала его в упор. Затем всё-таки сняла рубашку. Возможно, причиной стало искреннее беспокойство шамана, ясно отражавшееся на его лице. Будь он актёром получше – мог бы с лёгкостью манипулировать людьми. Шоно прекрасно осознавал это, но пока что необходимости в том не возникало.
  Под рубахой у Ир оказалась мужская спортивная майка, так плотно облегающая тело, что казалась нарисованной прямо по коже. Узкая полоска белой ткани оставляла открытой практически всю верхнюю часть спины.
  Осторожно, будто собираясь погладить дикого зверя, Шоно поднёс ладонь к правой лопатке женшины.
  Что-то взъерошилось. Ощерилось невидимыми иглами, только что не зарычав. Не успей шаман убрать руку – иномирный агрессор проткнул бы её, как ёж лисью морду.
  Шоно испуганно выматерился – и одновременно услышал болезненное шипение. Ирвиш развернулась:
–Ты что творишь?!
–Я?! Ты в курсе, что у тебя в спине живёт невидимый дикобраз?!
  Ир изумлённо замолчала. В её взгляде читался такой шок, будто шаман только что вытащил из-за пазухи питона. Шоно рефлекторно подобрался, ожидая, что сейчас получит по морде. Или услышит, что он наркоман. Или грибов обожрался. В доме-то с вешенками под потолком – что ещё можно подумать о болтающем подобную ересь хозяине?
–Как ты его почувствовал? – вместо этого тихо спросила Ирвиш.
  Такого поворота шаман не ожидал.
–Он… кусается, – растерянно пробормотал Шоно.
–Он так защищается, да.
–От кого? Я ж тебя латаю…
  Шаман запнулся. Ир не выглядела напуганной. Сбитой с толку – да, но не тем, что он нашёл. Скорее, самим фактом, что он что-то обнаружил.
–Погоди. Так ты о нём знаешь?
–Ну естественно я знаю о невидимом дикобразе в моей спине, – иронично улыбнулась Ир.
  Улыбка вышла неискренней.
  Случалось шаману иметь дело и с паразитами, и подселенцами. Ни один ничего хорошего "владельцу" не принёс.
  А ещё ни один паразит на его памяти не вёл себя так нагло.
–От него надо избавиться
–А сможешь?
  В глазах Ир ему почудился проблеск надежды. Такой робкой, неуверенной, но яркой. Даже немного наивной. Как у ребёнка, загадывающего желание Деду Морозу в Новый Год.
  Шаман протянул руку и снова провёл ладонью над плечом женщины. Невидимые иглы казались жёсткими и обжигающе горячими. Десятки шипов щерились из тонкого мира, готовые вполне по-настоящему воткнуться в его руку.
–Давно оно с тобой?
  Шоно шагнул Ир за спину, продолжая "ощупывать" невидимые иглы, не касаясь кожи.
–Сколько себя помню, – Ир чуть повела плечами.
–И всегда было таким агрессивным?
–Если считает, что рядом опасность.
  Невидимое нечто замерло. Оно всё ещё щерилось, но уже не стремилось уколоть намеренно. Теперь оно просто предупреждало. Шоно слегка надавил на шипы. Те спружинили, будто и правда росли из живого тела. Один из шипов прошёл сквозь кожу. По руке тут же разлилась пульсирующая боль. Шаман посмотрел на ладонь и увидел несколько розовых точек.
–Что ты делаешь? – не оборачиваясь, негромко спросила Ирвиш.
–Изучаю.
  Шоно вновь поднёс руку к её спине – и обнаружил, что шипы стали немного меньше. Они всё ещё были и всё ещё излучали кусачий жар, но теперь тянулись к его рукам, напоминая голодные звериные носы.
–И как?
  Существо, чем бы оно ни было, с любопытством следовало шипами за его ладонями. Знакомилось? Или изучало, как он изучал его? На поверхности кожи остались лишь коротенькие тонкие колючки, вряд ли способные нанести достаточный вред. Шоно хмурился. Никак не мог понять, почему…

–…оно успокаивается… – шаман прижал ладони к её плечам, лопаткам, шее… Ир ощущала лишь слабое электрическое покалывание. – Что его успокоило?
  Женщина чуть повернула голову. Что-то неуловимо изменилось вокруг. Плечо прекратило зудеть. Спину, в том месте, где к ней прижимались ладони, окутывало бархатистое тепло. Золотистыми волнами оно прокатывалось прямо под кожей, успокаивая боль, вызывая приятную лёгкую дрожь.
  Тёплые чуть жестковатые ладони спустились с её плеч, скользнули вдоль спины, на миг задержались на талии. Ирвиш прикрыла глаза, ощутив губы, коснувшиеся её шеи. Голодное чужеродное жжение в позвоночнике медленно утихало, убаюканное этим мягким золотистым теплом. Ладони шамана поднялись вверх по животу и выше, накрыли грудь поверх тонкой облегающей майки.
–Интересный… способ изучать, – шёпотом выдохнула женщина. Выдох вышел прерывистым.
–Мне перестать? – так же шёпотом спросил Шоно.
–"Перестать"?
  Она накрыла его руки своими. Чуть откинулась назад – чтобы ощутить, как он в ответ придвинется ближе, и улыбнулась.
–Даже не вздумай.

_______________


  Утро робко вползло в комнату с первым солнечным лучиком. Прокравшись по ворсистому ковру к кровати, он медленно вскарабкался по одеялу, лениво вытянулся на подушке и ласково потрогал веки спящей.
  Ирвиш открыла глаза. Щурясь, она окинула комнату сонным взглядом, поморщилась и перевернулась на другой бок.
  Её переносицы коснулись тёплые сухие со сна губы.
–Привет, – Ир чуть поёрзала, устраиваясь поудобнее, и глубоко вздохнула.
–Как плечо? – почему-то шёпотом, не открывая глаз, поинтересовался Шоно.
–Пока не знаю.
–А твой питомец?
  Ир прислушалась к себе. Давно ставшее привычным ощущение горячей ткани, прилипшей к спине, сейчас казалось практически незаметным. Существо спало. Сытое и, кажется, совершенно безобидное.
–Дремлет.
  Шоно приоткрыл глаза. Он смотрел на неё с такого близкого расстояния, что почти не был в фокусе. Локоть одной руки он подложил под голову, вторая безмятежно покоилась у Ир на талии.
–Ты ведь не сможешь.
  Это не был вопрос. И взгляд её вопросительным не был.
  Шоно помолчал, рассматривая её лицо. Глаза, кажется. Они у Ирвиш были карими, с металлическим оттенком. Совсем не такие мягкие, как у шамана.
–Оно слишком крепко вросло.
  Ир тихонько хмыкнула. Примерно такого ответа она и ждала.
–Может, оно и правда родилось со мной.
–Может.
–Оно защищает меня, знаешь? Иногда.
–Вот как?
–Ага, – Ир рассеянно улыбнулась. – Я ж его миска с едой.
–Нет. Не ты. Оно высасывает окружающих.
–И тебя вчера?
  Услышав беспокойные нотки в голосе женщины, шаман демонстративно потянулся.
–К счастью, – …и не без удовольствия отметил, что, потягиваясь, придвинулся к ней теснее. – Меня не так-то легко съесть.
  Почувствовав его руку, скользнувшую пониже спины, Ир коснулась ладонью его груди:
–Мне надо идти. Я и так засиделась в гостях.
–Куда идти?
–Работать.
  Шоно снова помолчал. Подумал.
–Я помогу, если хочешь. Ты там кого-то искала?
  Ир тоже задумалась. В самом-то деле, он видел "соседа", живущего в её позвоночнике. Да что там – они на пару разделали ходячий труп медведя. Вряд ли такого человека можно чем-то напугать.
–Ловила культистов.
–Это тех, которые нам весь лес взбесили?
–Мне известно только о тех, которые в руинах.
–Тогда у нас общее дело.
  Нехорошее предчувствие на миг обожгло сознание. Ир вгляделась в лицо шамана – с расстояния в несколько сантиметров это было не слишком удобно.
–Тебя кто-то нанял?
–Можно и так сказать.
–Кто?
–Сначала наш лесник, – Шоно насколько мог пожал плечами. – Затем леший.
–Кто?! – губы Ир начали растягиваться в изумлённой улыбке.
–А ты зря смеёшься, – заметил Шоно. – Лешие, между прочим, встречаются гораздо чаще живых медвежьих трупов.
  Улыбка на лице Ирвиш немного потускнела.
–Видимо, не только я эту образину ещё нескоро забуду.
–Да её забудешь, как же.
–Твой леший мог такую сотворить?
–Нет, – Шоно закрыл глаза, будто собрался подремать, но через секунду заговорил вновь. – Сущности иногда вселяются во всякие предметы. Даже в животных, бывает. Но не в трупы.
–Может, ты не о всех их привычках знаешь?
–Может. Но в медведе было что-то не из этого леса. Не природное. И чем бы оно ни было, его надо гнать отсюда нахер. А лучше уничтожить, чтоб больше не чудило.
–Сможешь узнать, откуда оно взялось?
  Шаман открыл глаза. Мягко улыбнулся.
–Таки что, работаем вместе?
  Несколько секунд Ир рассматривала его, решая, как ответить. Затем улыбнулась и, придвинувшись, поцеловала.
–Чуть позже.


Рецензии