Отдых на реке

   Конец учебного года… Ждешь его с нетерпением — так надоедает суета и неумолчный гвалт ребятни, снующей по коридорам на переменках, планы, отчеты, совещания, собрания… В мае начинаешь подумывать об отпуске, планах на лето, походах и ночевках у реки с ароматной ушицей. О многом думаешь.

Коллектив учителей нашей школы был дружным, сплоченным в единых мыслях, цементируемым на встречах различных советских праздников и юбилейных днях рождения. Единственное, чего не было, так это походов на природу.

С появлением новых учителей жизнь стала более интересной — появились новые веяния, идеи.
Однажды, собравшись на переменке в школьной мастерской, был предложен план проведения мальчишника на реке, с ночевкой и рыбалкой. Идею выдвинул молодой учитель географии Сергей Михайлович, начавший работу в школе первый год.
Новая мысль была принята на «ура!» Обмозговали стратегию поездки, обсудили, кого пригласить в компанию, что брать с собой, на чем ехать.
 
Физрук Константиныч предложил: «Берем школьный ГАЗик, грузим с моего спортзала палатки, спортивные маты, волейбольный мяч — и вперед!»

Возражений не было… Пригласили в нашу компанию всех желающих.
Выезд на природу назначили на тридцатое июня.

Утром, после итоговой линейки, стали собираться у школы, погрузили маты, палатки, свои рюкзаки и снасти для рыбалки, поехали.

Место для отдыха было выбрано отличнейшее — долина Чумыша с живописными скалами, бурлящим перекатом на реке, заводями для рыбалки, и полянкой для бивака и игры в мяч.
День стоял великолепный! Жаркое утреннее солнце разогнало туман, прогрело воздух и растительность, в траве заверещали цикады, запели дневные птицы — красотища!
Не торопясь, поставили палатки, разложили маты, часть мужиков отправилась собирать сушняк для костра. Остальные, расправив невод, пошли ловить пескарей и чебачков на отмели.

Улов был отменным! Завели раза четыре, и почти полведра отборных, один к одному, пескариков и десятка два ершей.
— Ерши — вещь незаменимая для ухи! — торжественно подняв палец, сказал наш водитель Акрамович, опытнейший и старейший рыбак Ельцовки, — говорят, что из одного ерша можно сварить пять ведер ухи! Сам я не пробовал, но так говорят, — под смех окружающих, закончил он.
Принесли рыбу, всем составом сели на берегу чистить.

— Ё-ё-ё!!! — раздался вопль Иваныча, — зараза, ёрш, уколол палец до крови!
— А ты обязательно высоси место укола, — посоветовал Михалыч, — у ершей слизь ядовитая и это место будет болеть долго! Как биолог тебе говорю, слушай!
Иваныч приложился к пальцу, ворча что-то про себя.

Начистили рыбку, слегка посолили, поставили в тенек под ивы, для вечерней ухи.
Пообедали тем, что взяли с собой из дома, нашли занятия: одни начали игру в волейбол, другие — купаться, загорать, в общем, наслаждались солнцем, теплом и летом…

День пролетел мигом, вот и вечер… Золотистый диск солнца медленно опустился за черемшанские горы. С реки потянуло холодком, в ивняке запели первые, нетерпеливые соловьи. Комары, почуяв прохладу, зазудели над головами.
 
Развели костер, поставили на треногу ведро для ухи и рядом ведерко для чая.
Константиныч, походив по лугу, принес пучок зверобоя и душицы, добрую пригоршню листьев дикой смородины — лучшего чая на природе не придумаешь!

Стемнело… Ярко горит костерок, постреливая искорками, освещая полянку, на небе появилась полная, серебристая луна. Активизировались комары, заставив укрыться капюшонами курточек. Мы накрыли вечерний стол.
В воздухе витали ароматнейшие запахи: несравненный запах ухи смешивался с ароматом копченого сала, свежей колбы, домашней снедью. Настроение у всех было радужным!

— Михалыч, ну где ты там, — раздались призывы, — слюной уже давимся!
Михалыч возился в кузове ГАЗика, доставая самые главные припасы, без которых отдых на реке — простая ночевка, как будто у себя на травке в ограде.

— Не подавитесь, — смеясь, сказал Михалыч, разливая в подставленные кружки винцо, — приступайте! Приятного аппетита!

С космической быстротой опустели чашки с ухой и кружки. Процедуру повторяли много раз… Наконец, все наелись до отвала, и стали придумывать, чем бы занять вечер.
Васильевич, преподаватель машиноведения, привез с собой баян, развернул меха и полилась по долине Чумыша лихая казачья песня: «Распрягайте хлопци коней».
Показалось, что даже соловьи удивленно стихли — до чего дружно и слаженно, в один голос пели певцы. Песни чередовали друг друга, прерываясь возгласами: «Михалыч, ты где там, уснул, что ли? Народ добавки просит!»

Михалыч ходил по полянке, звякая горлышком о края кружек, плескал по глоточку желающим.
— Михалыч, ну, мало, плесни чуток еще! — просил паренек, работавший у нас на практике, — душа просит! Михалыч, видя состояние паренька, только делал вид, что наливает, касаясь горлышком кружки. «Во, всё, харэ, радостно восклицал паренек, опрокидывая в себя каплю жидкости,в самый раз!»

Веселье разгоралось… Васильевич заиграл «Ламбаду», на круг выскочили несколько человек, изображая страстный танец. Смеху было!!!

— Жарко мне! — вдруг завопил Иваныч, сбрасывая с себя одежду, взял из коробки свечку, зажег от костра и пошел в воду…
— Куда ты, мать твою, — загалдели все, — там же глубина, быстрина, с ног собьет, утонешь!
— А-а-а, — беспечно махнул рукой, Иваныч и погрузился в воду, сбитый с ног быстрым течением. Все забеспокоились не на шутку, забегали по берегу, окликая его.
 
Взяв фонарики, побежали вниз по течению, за перекат — может быть, там выплывет? Пусто… Полазив по прибрежным тальникам, изжалившись о крапиву, вернулись на поляну.
Что делать? Где теперь его искать? Ночью поиски на реке бесполезны — можешь сам потеряться. Решили ждать утра.

— Может быть, заведем машину, да поедем в деревню, милиции надо сообщить! — предложил Константиныч, — дело серьезное, всех к ответу призовут!

Кто-то из нас, не помню уже, стал залезать в кузов ГАЗика, и наступил на торчащие из-под задних колес ноги Иваныча… А если бы не увидел, и машина поехала?
Тогда уж точно — пахло бы серьезным расследованием.

Иваныч, искупавшись в реке, немного протрезвев, молчком пробрался по берегу к биваку, завернулся в чей-то овчинный тулуп. Заполз под машину и сейчас тихонько похрапывал под колесами…
Радость находки смешалась со злостью: "А вдруг бы?" Сели, потрясенные, у костра…
Да-а-а-а… отдохнули…

— Михалыч, есть там еще запасы? — спросил я у друга, — давай сюда, стресс снимем!
Возражений ни у кого не было. Сняли стресс, разбрелись по палаткам.

Утром поднялись, стали спрашивать у Иваныча: «За каким хреном полез ночью в воду?»
— Не помню, мужики, ей Богу, ничего не помню,заспал, — потерянным голосом бормотал Иваныч, — вы не шутите?  Рассказали ему, что было ночью — не поверил.
После этого случая были еще выезды на природу, но уже без таких приключений…