О Родном Человеке

Сегодня 10 марта 2019 года. 

 

Именно это я отметил в голове, поймав очередной флешбэк из прошлого сегодня в метро. Неимоверно длинный день. 

 

Знаете первые свои годы, провел на самой окраине города Бишкек. В микрорайоне настолько новом, что с одной стороны расположились близкие склоны гор, а в другой стороне поля сахарной свеклы. Поля прямо за границами двора и грядой небольших гаражей. Микрорайон и сельскохозяйственные угодья разделял лишь большой арык(оросительный ручей), который мы преодолевали по скользким камням и уходили в поля. Жгли там костры и варили ворованную сахарную свеклу в котелке, делая «сироп». Но я чаще пропускал эти мероприятия, потому что для 6 летнего паренька выход за границы двора был почти закрыт. получить разрешение можно было лишь по большому попустительству родителей или по важной причине. И вот я получил полулегальное право выйти, «за двор, но не дальше арыка» и почувствовал вкус свободы. Перепрыгивая через водную преграду (ваш покорный слуга уже тогда не отличался координацией) и соскользнув, промочил ноги, до самых коленей. Но оказался на той стороне…А мой товарищ и сверстник Данил, замыкающий колонну умудренный моим горьким опытом, сдрефил. Отказался от экспедиции, пустившись бегом домой. У меня неимоверно стыли ноги в промозглой осенней погоде, но якобы сладкий вкус свеклы и участия в настоящем приключении захватывали мой дух. И тут мое здоровье настигло спасение. Данил по пути меня сдал. Сдал самой мягкой силе на земле. Моей Бабушке, бабушке Зое. Бабушка ругала меня, гоня домой впереди себя и тихонько плакала. Потому что очень обижалась на саму себя за то, что пожурила меня чрезмерно. Что уж говорить, почти замахнулась прутом, который взяла, что бы произвести хоть какой-то эффект. Плакала потому, что я тоже плакал. Но если честно, плакал я потому, что расстроил бабушку, подвел ее… Ну и еще замерз до степени синих ног. 

 

Я был ребенком и много не осознавал, но теперь самое понятие «любовь» ассоциируется у меня с Бабой Зоей ( да «Бабой» именно так в моей семье зовут «Дедушек» и «Бабушек» и не иначе). Потому что Баба Зоя вложила такое количество жизненных сил создавая мое детство, что это сила всецело стала моим фундаментом. Вы скажете это слишком высокопарно, но ее помощь нельзя недооценить. Я видел глаза родителей, задыхающихся в борьбе за нормальную жизнь в середине девяностых, ведь им было чуть-чуть за двадцать. А меня бабушка в это время сажала в санки, запряженные спаниелем Стифом и бегала по двору, что бы пес догонял. А собака тянула санки и катала меня. А потом Стиф догонял бабушку и мы все вместе опрокидывались в снег. Такие были мои «масленичные» катания. А потом дома в тепле процеживала мне борщ и закидывала красный бульон белым хлебом. Не ел его я иначе. 

 

Мне 23, но я до сих пор самый привередливый эстет-гурман в мире, потому что Баба Зоя делая рукодельные пельмени или манты, первым делом делала мне ушки из теста. Я был единственный, для кого они предназначались. 

 

Первый человек, который познакомил меня с картами, это бабушка. Столько было этих вечеров в свете советского абажура и сломанного телевизора. Мы играли в «Балду», реже в «Дурака». В «Балду» мне фартило и ругал ее за то, что она поддавалась мне потом в «Дураке». 

 

Я помню первую книгу «Дядя Степа», которую я прочел на обклеенной клеенкой кухне, бабушка хлопотавшая делами на кухне успевала заглядывать в книгу, подсказывая, как читается тот и иной слог в истории о карьерном продвижении в МВД, высокорослого гражданина. 

 

Помню, что у моего дядя был «Денди» и он строго настрого запрещал мне играть в свое отсутствие. Когда он возвращался с работы по-раньше, она не открывала ему дверь, пока «Денди» и телевизор не остыли, дабы замести любые следы. 

 

Помню, очень много, но эти времена из воспоминаний резко минули. Русскоязычное население бежало из окраин Бишкека, работы к началу двухтысячных почти не было и родители моей мамы, приняли решение уехать в Россию, в Сибирь, Барнаул. Мы расстались и мои встречи с бабушкой переросли в короткие очаги, когда редко приезжали мы, либо она посещала нас после долгой разлуки. Из них помню мало, но тонкой линией через эти моменты идет. ощущение любви. Пожалуй, одно из самых важных чувств в жизни ребенка, чувство, когда тебя любят из-за того, что ты есть, просто на этом свете. Не потому что ты отличник, чемпион, послушный мальчик или похож…Потому что ты такой есть, какой ты видишь себя в зеркало: стриженный под полубокс, с густыми бровями, серьезным лицом и серо-зелёными глазами. Я это запомнил, пронес через годы. 

 

Потом в моей жизни была Казань, каждый год намеревался отправиться к ней на поезде ведь тут «почти рукой подать», но останавливал себя отговорками, про тяжелую сессию, отсутствие денег, отпуска, возможности. Занимался тем, что откладывал, полагаясь на чувство, что вся жизнь впереди. 

 

Сегодня ее не стало. 

 

Ненавижу себя сегодня и все последующие дни. Я не дома и у меня нет даже в руках фотографии. Но я помню ее, помню ее густые волосы, прямо как у меня сейчас. Помню цвет глаз, вижу его в зеркале. Помню руки, руки рабочей женщины, но самые нежные на земле. Помню смех, смеялась так заливисто, можно сказать по-сибирски. Но я потерял счастье, услышать этот смех вновь. По своей вине. 

 

Не пишу этот текст, что бы вызвать жалость к себе. В этом не нуждаюсь. Это мое горе и вам незачем в него лезть. Я лишь хочу призвать вас, не повторять моих ошибок. Ненавижу этот парадокс своего времени, когда по решению каких то паршивых старых парт. секретарей, разделили мой мир, до того как я родился. Разделили мою семью, раздав родственникам разные паспорта, разделили наши встречи, взвинтив цены на транспорт и перелеты, оставив лишь голос в трубке. Но через всю эту чушь, прошу вас, заклинаю вас, пожалуйста, если вы чувствуете, что вам нужно навестить кого либо из дорогих вам людей, не откладывайте, это не за что на свете. Увольняйтесь с работы, если вам не дают отпуск, бабушка вас накормит. Сдадите на доп. сессии или комиссии, восстановиться можно всегда. Пожалуйста, будьте с ними, телефоны ничего не спасают, они зачастую делают только хуже. 

 

Вы есть продолжение жизни своих бабушек и дедушек. И есть видимо очень простая аксиома, которую я лишь сознаю, задыхаясь во внутренней пустоте : «Что чем больше мы проводим с ними времени, тем больше времени жизни мы им дарим».