Салтыков- Щедрин. Щедрая душа

Российская власть должна держать свой народ в состоянии постоянного изумления.

. Если на Святой Руси человек начнет удивляться, то он остолбенеет в удивлении, и так до смерти столбом и простоит.
.
Ну, у нас, брат, все не так.
У нас бы не только яблоки съели, а и ветки-то бы все обломали!
У нас, намеднись, дядя Софрон мимо кружки с керосином шел — и тот весь выпил!

У нас нет середины: либо в рыло, либо ручку поцеловать пожалуйте!

Нет, видно, есть в божьем мире уголки, где все времена — переходные.

. Увы!
Не прошло еще четверти часа, а уже мне показалось, что теперь самое настоящее время пить водку.

Нынче, маменька, и без мужа все равно что с мужем живут. Нынче над предписаниями-то религии смеются. Дошли до куста, под кустом обвенчались — и дело в шляпе. Это у них гражданским браком называется.

Для того чтобы воровать с успехом, нужно обладать только проворством и жадностью.
Жадность в особенности необходима, потому что за малую кражу можно попасть под суд.

.
— Барышня спрашивают, для большого или малого декольте им шею мыть?

Идиоты вообще очень опасны, и даже не потому, что они непременно злы, а потому, что они чужды всяким соображениям
и всегда идут напролом,
как будто дорога, на которой они очутились,
принадлежит им одним.

— Кредит, — толковал он Коле Персианову, — это когда у тебя нет денег… понимаешь? Нет денег, и вдруг — клац! — они есть!
— Однако, mon cher, если потребуют уплаты? — картавил Коля.
— Чудак!
Ты даже такой простой вещи не понимаешь!
Надобно платить — ну, и опять кредит!
Еще платить — еще кредит!
Нынче все государства так живут!

.
Это по русски! Один принимает у себя другого и думает: «С каким бы я наслаждением вышвырнул тебя, курицына сына, за окно, кабы…», а другой сидит и тоже думает: «С каким бы я наслаждением плюнул тебе, гнусному пыжику, в лицо, кабы…» Представьте себе, что этого «кабы» не существует — какой обмен мыслей вдруг произошел бы между собеседниками!

.

Многие склонны путать два понятия: «Отечество» и «Ваше превосходительство».

Страшно, когда человек говорит и не знаешь, зачем он говорит, что говорит и кончит ли когда-нибудь.

Талант сам по себе бесцветен и приобретает окраску только в применении.