В ад за любовью

Порой  на все толкают чувства,
Они нас за собой ведут.
Бывают и причиной буйства,
И даже в ад нас приведут.
Средь свиста пуль, снарядов взрывов,
Любовь не просто обрести.
А на войне, чтоб стать счастливым,
Все надо сохранить, спасти.

  Он сидел в полутемном подвале, на куске грязной мешковины, постеленной прямо на грязный бетонный пол. Тусклый свет от одной единственной лампочки освещал его камеру. Это была даже скорее не камера, а какое то подвальное помещение, используемое раньше под склад, а теперь приспособленное под тюремную камеру. На полу камеры валялись грязные оборванные этикетки и мука, смешанная с грязью, от чего она приобрела грязно-серый цвет.
Как же невообразимо саднят ссадины на лице, руки затекли за спиной крепко связанные скотчем. Игорь, прислонившись к бетонной стене подвала пытался задремать, но боль от ссадин и затекшие руки не давали заснуть. Так сидя на мешковине и прислонившись к стене, Игорь погрузился в воспоминания.
1
Игорь вспомнил Белгород, куда он после детдома приехал поступать в институт.  Он был спортивного телосложения юношей выброшенного из инкубатора детдома на улицу со всеми её реалиями. Приехав в Белгород, он любовался этим чистым и ухоженным городом. Его знакомство с городом началось на железнодорожном вокзале, куда прибыл его междугородний автобус. Вспомнил, как сдавал вступительные экзамены в БГТУ имени Шухова, как с замиранием сердца искал свою фамилию среди поступивших на отделение информационных технологий и управляющих систем. В группе было очень мало девушек, в основном эту профессию старались получить представители мужского пола. Жил в общежитии, деля свою комнату с тремя одногруппниками.
Воспоминания все лились и лились, заставляя забыть о боли. Пошли самые нежные, трогательные воспоминания. Эти воспоминания заставляли сердце биться чаще, они отзывались во всех уголках его души с самой трепетной нежностью. Конечно же это были воспоминания о любви.
Он вспоминал свою любовь, девушку по имени Маша. Маша была с Украины из города Славянск. Маша, девушка с огненно-рыжим цветом волос. Длинные волосы ниспадали на плечи, развевались на ветру и блестели медным блеском в сумраке ночного клуба. Но самое обворожительное в ней, это был её взгляд. Он был и лукав и искрист в сочетании с изумрудным цветом её глаз, он казался настоящим бриллиантом. Игорь был просто заворожен, он смотрел на неё, не отрывая взгляда. В какое то мгновение их глаза встретились, и после этого он заметил, что эта девушка украдкой бросает на него взгляды. После одного из визитов в ночной клуб, Игорь и Маша, наконец-то познакомились. Они сразу поняли, что созданы друг для друга. Их отношения развивались очень быстро и бурно. Они были без ума друг от друга и на четвертом курсе решили пожениться.
2
Образы его воспоминаний внезапно померкли и исчезли. Лязг отпираемого замка вернул его в реальность. Дверь отворилась и двое военных без опознавательных знаков и знаков различий, грубо, куда то потащили Игоря. Пришел в себя он в какой то комнате без окон, где из мебели были всего лишь три стула и старый письменный стол. На одном из стульев сидел Игорь, руки его были примотаны скотчем к спинке стула. На столе были разбросаны бумаги, но это был скорее не беспорядок, а вид интенсивной работы. На бетонном полу были видны засохшие бурые пятна. Видимо это были пятна крови, которые никто не удосуживался убирать. Где то в коридоре раздались шаги, Игорь сразу понял, что идут за ним. В комнату вошло двое военных в неизвестной ему военной форме. Один из них был молодой около 27 – 30 лет, второй намного старше лет около 45.  Молодой СБУ-шник, а сомнений в этом у Игоря не оставалось, не смотря на то что он был без всяких знаков различий, сразу начал с места в карьер. Обвинил Игоря в шпионаже в пользу России и поддержки местных Донбасских сепаратистов. Он потребовал, чтобы Игорь во всем признался и дал показания. Игорь стал рассказывать и в голове снова зазвучали воспоминания.
С Украины приходили тревожные вести, свержение президента Януковича, факельные шествия фашиствующих молодчиков и узурпация власти спикером Рады. Но, не смотря на тревожные вести, Игорь и Маша твердо решили пожениться. Свадьбу решили сыграть после праздника православной пасхи. Мужчин на территорию Украины не пускали, говоря, что они приезжают из России специально, чтобы дестабилизировать обстановку. Поэтому Маша решила поехать в Славянск сама и привезти оттуда на свадьбу своих родителей. И во второй половине марта Маша села поезд и поехала в родной Славянск. На перроне Игорь долго смотрел в след уходящему поезду, в глазах стояли слезы, а в груди мешал дышать огромный ком. Так тяжко он воспринял расставание, хотя и не знал, что разлука продлится дольше, чем они думали. На следующий день, Маша позвонила и сказала, что прекрасно доехала, на вокзале её встретили родные. Игорь считал дни до возвращения Маши и копил деньги на свадьбу, подрабатывая в частной фирме системным администратором. В апреле обстановка в Украине очень сильно ухудшилась и тревожные новости стали приходить из самого Славянска. Город был в блокаде и вокруг велись боевые действия. Какое то время они имели возможность созваниваться, но когда на окраинах города развернулись активные боевые действия, звонки стали не возможны. Связи с любимой больше не было. Игорь принял твердое решение ехать в Славянск к своей невесте. Зная, что через границу его не пропустят, Игорь перерыл весь интернет в поисках, где можно перейти границу. Наконец в одном из антимайдановских чатов ему подсказали место на границе, где редко появляются пограничники. Место это находилось на границе между Ростовской областью в России и Донецкой областью на Украине. Быстро собравшись в дорогу, Игорь поехал в Ростовскую область.
3
 В небольшой приграничной деревеньке Игорь постучал в избу на окраине деревне, дверь открыл очень пожилой мужчина весь седой, лет ему на вид было около семидесяти. Игорь попросился переночевать и хозяин радушно пригласил его в дом. В доме старик пригласил Игоря к столу. Стол был не богат, но как говорится все со своего огорода. За столом Игорь поведал старику свою историю. Старик проникся к Игорю, ведь по глазам было прекрасно видно, что человек говорит правду. Видно было,  как человек страдает от любви. Старик подсказал, что переходить границу надо ночью, когда пограничники редко патрулируют границу на машинах. Но в последнее время действия пограничников стали непредсказуемыми. Игорю посоветовали подождать и понаблюдать за границей, но влюбленный юноша сильно торопился к Маше. Едва начало темнеть, Игорь поблагодарил хозяина за гостеприимство и отправился к границе. Вдоль границы был выкопан огромный ров, неизвестно зачем, потому что любой современный танк запросто перепрыгнет этот ров, а для пехоты он тем более не является преградой. Где то около полуночи, Игорь пересек ров и побрел уже по Украинской территории. Вдруг внезапно раздался окрик с приказом лечь на землю и положить руки за голову.
4
Игорь подчинился приказу и лег на землю, откуда то из-за кустов вышло несколько вооруженных людей в форме украинских пограничников. Наставив на Игоря оружие, они обыскали его. В нагрудном кармане пограничник нашел его паспорт и подставив под свет фонаря разглядывал документы. Затем позвал другого пограничника, сказав: «Дивись Микола, москаля поймали, шпиёна». Второй пограничник, взяв рацию, отошел в сторону и стал, что-то говорить и объяснять. В это время пограничник, который читал документы, ударил кулаком Игоря. После этого он ударил несколько раз прикладом автомата и был бы еще, но его вовремя остановил пограничник, говоривший по рации. От сильных ударов Игорь потерял сознание. Он уже не слышал, как старший объяснял, почему он нужен именно живым. Когда Игорь очнулся, его руки были связаны скотчем, а на голове был одет какой то мешок. По тряске, Игорь понял, что его куда та везут, но адская боль избитого тела, побрасываемого на дорожных ухабах, заставила его вновь провалится в небытие. Второй раз очнулся Игорь уже в камере.
5
Игорь закончил свой рассказ, но молодой СБУ-шник не поверил и опять стал требовать признания в шпионаже. Свои доводы он подкреплял кулаками. От ударов Игорь в третий раз потерял сознание. Его бесчувственного снова отволокли в камеру и бросили на бетонный пол. Между тем пожилой СБУ-шник сказал молодому: «Я внимательно слушал рассказ задержанного и наблюдал за ним. Он говорил правду. Но отпускать его нельзя. Если мы вывезем на границу и депортируем, он снова будет пересекать границу. Давай вывезем его в Киев и пускай там сами решают, а мы заодно и деньги от Коломойского получим». Молодой опер с ним согласился.
Холодный пол вновь привел Игоря в чувства, и он открыл глаза, застонав от боли. Время в камере текло очень медленно, казалось, он находиться в камере целую вечность. Больше всего пугала неизвестность. Игоря больше не вызывали на допросы, раз в день приносили какую то едва съедобную баланду. Вместо туалета стояло помятое ведро, в которое Игорь справлял свою нужду. Так пробежало три дня и наступила очередная невольная ночь.
6
Игорь опять погружался в воспоминания и вспоминал все встречи и свидания с Машей. Как вечером в Белгороде они прогуливались по набережной реки Северский Донец. Как стояли, обнявшись, и глядели на медленно текущую реку. Как впервые там, на берегу Игорь первый раз поцеловал Машу. Он до сих пор помнил вкус её губ. Как же это было сладко, как же не хотелось её выпускать из своих объятий. Но вот видение потускнело и Маша стала стремительно отдаляться….
Треск выстрелов и звуки взрывов разбудили Игоря. Это были близкие взрывы, от которых осыпалась штукатурка, и сотрясался бетонный пол. Внезапно все стихло, так же как и началось. Игорь услышал шум шагов, раздававшийся за дверью камеры. Ну, вот и все, подумал он это за мной, наверное, меня расстреляют. За короткое время перед глазами пробежала вся его жизнь. Послышался лязг поворачиваемого ключа в замке, и тяжелая дверь со скрипом отворилась. На пороги стояло три человека в камуфляже и масках закрывающих лицо. Поверх камуфляжа на рукаве были повязаны оранжево-черные георгиевские ленточки. Один из вошедших достал большой армейский нож и подошел к Игорю. Игорь зажмурил глаза и сжался в комок. Но человек в камуфляже ловко перерезал скотч, связывающий руки Игоря. Они помогли Игорю подняться и повели к выходу. На дворе было темно и только свет нескольких уцелевших после боя фонарей освещали местность. По располагающимся рядом строениям было видно, что он находился на пропускном пункте Украинской границы. Игоря и еще несколько человек, очевидно освобожденных из других камер, повели к КАМАЗу синего цвета. Там им помогли забраться в кузов, вслед за ними в кузов КАМАЗа запрыгнули и вооруженные люди в камуфляже. Затем в КАМАЗ погрузили носилки с окровавленным человеком в камуфляже с георгиевской ленточкой. Человек был явно ранен и находился без сознания. После этого колонна из трех КАМАЗов тронулась в неизвестность.
7
В кузове КАМАЗа кроме Игоря находилось еще трое освобожденных и десятка полтора ополченцев. Игорь спросил, куда их везут, на что один из ополченцев сказал, что в Донецк. Игорь узнал, что накануне должны были переходить границу добровольцы из России.  Они связались с ополчением и те должны были их встретить, но из-за боевых действий ополченцы опоздали к границе. В результате трое из добровольцев попали в руки СБУ-шников. Этого допустить было нельзя, и поэтому был организован налет ополчения на пропускной пункт. Пограничники сначала открыли огонь, но после того как ополченцы пальнули раза три из РПГ и постреляли в воздух для острастки, украинские пограничники сложили оружие. Потерь не было ни с той ни с другой стороны. Но был один раненный из тех добровольцев, которых схватили пограничники. Теперь КАМАЗы с ополченцами и освобожденными добровольцами, с захваченным трофейным оружием, возвращались на свою базу в лагере ополченцев под Донецком. Пока ехали в Донецк, Игорь впервые после камеры почувствовал себя в безопасности и заснул.  Ни дорожные ухабы, ни свежий приток воздуха не помешали его сну. Так и проспал Игорь всю дорогу до лагеря ополченцев.
Во сне он опять видел Машу, пытался схватить её за руку, но между ними как будто вырастала невидимая стена. Он постоянно натыкался на эту стену и никак не мог подойти к Маше близко. И вот, наконец, он с разбега бросился на эту стену, зная, что именно сейчас он её, наконец-то пробьёт. И вот он уже врезается в стену, которая рассыпается на тысячу мелких прозрачных осколков. Маша трясет его плечо…
8
Игорь проснулся, от того что его тормошил один из ополченцев. Кузов КАМАЗа у же практически опустел, все ополченцы уже занимались разгрузкой трофеев. Освобожденные находились около машины и ждали, когда их проводят и разместят. Лагерь находился, в каком то лесном массиве, так как кругом было много деревьев. Стояло много разных брезентовых палаток, около которых горели костры. Чуть поодаль велись сварочные работы, на автомобиль ГАЗ-66 варили раму и устанавливали пулемет ДШКа, получилась импровизированная современная тачанка. Другие возились, с какой то установкой, судя по всему это была зенитная пушка. Около костров сидели  люди, кто то играл на гитаре и пел песни, остальные слушали и подпевали. Игоря и других освобожденных провели к одному из костров и накормили. Где то через час их стали по одному уводить в местную службу безопасности. Как заверили ополченцы это простая формальность, так как есть вероятность, что к ним могут просочиться, люди из «Правого сектора» или СБУ. Правый сектор здесь не очень любили и называли одним коротким словом - Псы. Игоря вызвали и отвели самого последнего. Его провели в палатку, которая на фоне всех остальных выглядела поновее. В палатке находилось три человека. Один из них лет сорока – сорока пяти, попросил Игоря рассказать, как он попал в плен к СБУ-шникам. Игорь рассказал все с самого начала, при этом он был очень эмоционален, что сразу показало, что Игорь говорит правду. Служба безопасности поверили Игорю еще и потому, что на пограничном посту разоружив СБУ-шников, их допросил командир ополченцев. Командир ополчения и представители службы безопасности рассказали Игорю, что сам Славянск контролируют ополченцы, но вокруг него расположился винегрет из представителей национальной гвардии, украинских военных и спецназа. Попасть легче всего по Донецкой трассе, но на дороге есть два поста национальной гвардии. До Дружковки можно добраться без помех, а за блокпостом за Дружковкой располагается первый пост национальной Гвардии. Второй располагается за Краматорском, хотя сам Краматорск находится под контролем ополченцев. Из рассказа приходило понимание, что расположение сил под Славянском напоминала слоёный пирог. Существовала опасность при обходе блок постов нарваться на одно из расположений карателей Украины. Кроме того после взятия Украинскими силами под контроль горы Карачун, была опасность попасть на дороге под артиллерийский обстрел. Но все таки ополченцы вошли в положение Игоря и сказали, что чем могут, тем помогут. Они дали Игорю пропуск, немножко припасов и отвезли на блокпост трассы Донецк – Славянск.
9
Игорь шел по обочине вдоль трассы Донецк – Славянск, машин на удивление было немного. На спине Игоря был рюкзак с припасами. Оружия было мало, не хватало на всех ополченцев, да и Игорь сам не просил. Он не хотел брать оружие в руки категорически. Он считал, что если в руках оружие, значит, оно обязательно выстрелит. Участвовать в войне ему не хотелось. Так шел до самой Дружковки,  пройдя по пути несколько населенных пунктов и блокпостов.  На каждом блокпосте его останавливали ополченцы и просили документы. Игорь везде показывал свой пропуск и спокойно шел дальше. Автобусного сообщения как такового уже не было, всегда существовала прорыва украинских войск к Донецку. За Дружковкой стоял передовой блок пост ополченцев. Рассказывали, что на этом посту Правосеки убили священника, который пришел просить не стрелять друг в друга. После того как Игорь подошел к блокпосту, к нему вышло двое ополченцев с автоматами на перевес. Они были в камуфляжах с повязанными на них георгиевскими ленточками. Игоря спросили документы, и он показал им полученный под Донецком пропуск. Его спросили куда он и зачем направляется. Он рассказал ополченцам про Славянск и Машу. Ополченцы ему посоветовали  свернуть с трассы и пройти вдоль неё  полями. Желательно избегать лесополос, потому что в них обосновались солдаты и национальная гвардия. На этом они простились и Игорь, сойдя с трассы, пошел через пустые незасеянные поля. Но далеко Игорь не отошел, выбрав место среди колючих кустов терновника и раскидистых лип, он расположился на траве и стал ждать, когда стемнеет. Временами он наблюдал за местностью, чтобы не попасть в руки какого-нибудь военного патруля Украинцев. Усталость и солнечное тепло сделали своё дело и Игорь заснул.
Ему опять снилась Маша. Сон полный тревоги за неё. Сон был вперемешку с некоторыми воспоминаниями. Встреча с ней в парке, прогулки по вечернему Белгороду. Но постоянно, что то во сне, мешало им нормально встретится, возникали какие-то препятствия. То внезапно в сон вклинивались СБУ-шники, которые пытались похитить Машу и увезти в автомобиле. Сон был наполнен погонями и желанием спасти Машу.
10
Проснулся Игорь, когда уже стемнело. Вспомнив ориентир кустарники на другом краю поля, Игорь, пригибаясь к земле, побежал в ту сторону. До кустов он добрался без приключений, не было никаких окриков и очередей. Устроившись в кустах, он стал внимательно осматривать местность, вглядываясь в зловещую темноту и неизвестность. Недалеко светились окна, какого то поселка, на трассе и в густых зарослях небольшого леска мерцали огоньки. Игорь понял, что вероятно это горят костры. Некоторые костры были достаточно близко. Игорь дальше решил передвигаться ползком, ведь неподалеку могли быть часовые или охранение. Наметив для себя путь в сторону овражка с редким кустарником на краю, он пополз вперед, вслушиваясь в темноту. Игорь полз вперед, прошлогодняя солома боль колола и царапала руки. Вдруг в метрах пятидесяти вспыхнул огонек. Игорь как мог вжался в землю. Огонек то был ярче то тусклее, было понятно, что это тлеет сигарета. Взяв правее, Игорь медленно, бесшумно отползал подальше от опасного места. Когда он отполз метров на пятьдесят, то остановился, замерев, вслушиваясь в каждый шорох. Сердце бешено колотилось в груди,  было очень страшно. Ему казалось, что ото всюду за ним глядят и наблюдают. Игорь взял себя в руки и пополз дальше к намеченной точке на краю оврага, которую из-за сигареты он уже переместил правее. Наконец медленно и осторожно он дополз до кустика на краю оврага. Затаив дыхание он начал вслушиваться в ночную темноту. Левее в метрах двухстах слышались, какие то разговоры, и свет костра освещал брезентовую армейскую палатку. Возле костра сидело человек двадцать в черном камуфляже с автоматами. Не знаки различий не нашивки разглядеть было невозможно, может их и совсем не было. Но вслушиваясь в речь, было понятно что это явно не совсем русская. Решив не рисковать, Игорь прополз еще метров 100 вправо и стал медленно и тихо спускаться на дно оврага. Спустившись в овраг, Игорь, вжавшись в стенку в овраге, усиленно прислушался к звукам. Все было спокойно, его никто не заметил. Игорь подполз к противоположной стенке и начал подъём. Верхняя часть оврага оказалась сильно крутовата и чтоб взобраться наверх, Игорь ухватился за корень росшего на краю оврага дерева. Когда он же практически выбрался на поверхность, корень не выдержал и предательски хрустнул. Игорь в отчаянном усилии выпрыгнул на край оврага. Со стороны костра застрочили автоматы, несколько пуль просвистело около Игоря, подняв фонтанчики пыли на земле. Ему повезло, что стреляли наугад на звук хруста. Игорь стал потихоньку отползать от оврага. Была вероятность, что военные могут увидеть его следы и помчаться за ним в погоню. Игорь быстро пополз подстегиваемый страхом и успокоился только когда миновал два поля, остановившись возле очередного кустарника. Здесь немножко отдохнул и перевел дух.
11
Игорь понимал, что когда рассветет, военные точно смогут увидеть его следы, поэтому он решил пока еще темно уйти как можно дальше от этого места. Понимая, что он слишком взял вправо от трассы, стал прокладывать свой маршрут левее. Вновь ощутив животом землю, Игорь пополз вперед. Он полз до самого рассвета через поля и овражки. Когда начало светать Игорь остановился в небольшом клочке зарослей Кустарников и деревьев. От трассы он находился не далеко и даже мог её видеть. С рассветом он стал внимательно присматриваться к местности, на которой находился. На горизонте был виден Краматорск. В зарослях небольшого леска и в овражке находилась, какая-то военная часть в камуфляжах и без знаков различий. Стояли брезентовые армейские палатки, рядом стояла их техника. Там было несколько БТРов и БМП. Проскочить в сторону города можно было лишь по полям и то ползком и только ночью. Здесь в этом кустарнике Игорю и предстояло переждать день и дождаться темноты. В отличии от Украинских военных Игорь не мог разжечь костер чтобы обсушиться и согреться, любой дым и огонь сразу бы его выдали. Тем более Украинские части находились довольно близко к его прибежищу. Спать тоже было опасно, так как был велик риск, что военные могут пойти осматривать местность. Игорь как мог, боролся со сном, но не смотря на это, он все равно уснул. Поспал он недолго всего лишь часа полтора – два.  Проснулся он от шороха и тяжелого дыхания. Оглядевшись, он увидел собаку, которая с  высунутым языком тяжело дышала от жары. Ошейника на собаке не было, породу определить было не возможно, так как это была дворняга. Ели нет ошейника, это не значит, что у собаки нет хозяина. Возможно, собака прибежала с близлежащего села сама, а возможно и где то рядом находится её хозяин. Он протянул собаке оставшиеся бутерброды из рюкзака, но собака с опаской на него посмотрела и еду с рук не взяла. Тогда Игорь кинул их немного дальше от себя, собака не спеша подошла к бутербродам, обнюхала их и только после этого стала есть. Игорь панически боялся, что собака вдруг залает и выдаст его местонахожде-ние. Но все обошлось, после того как собака съела бутерброды она приветливо вильнула хвостом и убежала, видимо понимая что больше еды тут не будет. Игорь вздохнул с облегчением и посмотрел на солнце, судя по расположению светила на небосклоне, время перевалило далеко за полдень. Он занялся тем, что внимательно разглядывал окрестности и мысленно прокладывал свой ночной путь как навигатор. Солнце уже клонилось к закату.
12
Наступил вечер, солнце уже спряталось за холмистую местность и стремительно начало темнеть. Ночь накрывала окружающую местность темным покрывалом с прорехами звезд. Тишина и пение цикад придавала романтическую атмосферу, что Игорь даже подумал о Маше. Но время пришло, пора было выдвигаться вперед. Выбравшись из кустов, Игорь пополз по маршруту, который еще днем проложил в своей голове. Он полз через поля между оврагов и зарослей в сторону трассы возле Краматорска. Все ближе и ближе были огни спящего города, который был для него как маяк для судов в море.  Наконец он выбрался на окраину города и смог, наконец то встать и выпрямится во весь рост. Так не спеша он добрался до блокпоста на въезде в Краматорск. На блок посту его остановили ополченцы с георгиевскими ленточками, попросили предъявить документы. Игорь показал пропуск и свой Российский паспорт. После осмотра документов, ополченцы рассказали, как добраться до коменданта, но посоветовали это сделать утром. Так ка Игорю ночевать было негде, то ополченцы предложили ему поспать у них на блокпосту, на что Игорь, конечно же согласился. Его отвели в небольшое помещение неподалеку. В помещении мебели никакой не было, матрасы лежали прямо на полу. Отдыхающие ополченцы спали,  кто, в чем был, автоматы лежали тут же возле матрасов. Игорь лег на свободный матрас, положил рядом с собой рюкзак и тут же провалился в глубокий сон.  Долго спать не пришлось, так как раздались далекие звуки треска выстрелов и грохота взрывов. Игорь подскочил с матраса, но увидев, что остальные ополченцы спокойно спят, снова лег на матрас и попытался уснуть. Недосыпание и усталость все же взяли верх, и Игорь снова уснул, не смотря на звуки далекого боя.
13
Проснулся Игорь, когда уже во всю рассвело, надел на спину свой рюкзак и вышел из помещения. Где то далеко в стороне Славянска бухали редкие взрывы. Ополченцы подсказали, как найти их штаб в городе и пожелали удачи. Игорь в ответ пожелал удачи ополченцам и побрел вдоль по улицам Краматорска. Штаб ополченцев располагался в здании городской администрации, к ней он как раз и направлялся. Не смотря на военное положение и близость боёв, город казалось жил своей привычной мирной жизнью. Люди все так же спешили на работу, ходили в магазины за продуктами, молодежь сидела на скамеечках компаниями. Единственным напоминанием о войне были следы от пуль и от взрывов снарядов да сооруженные из подручных средств баррикады. Так разглядывая город, Игорь дошел до здания администрации города. Возле здания городской администрации тоже громоздились баррикады из мешков с песком, покрышек от автомобилей и бетонных блоков. Возле баррикад дежурило два бойца ополчения, на крыльце стояло еще человек пять. На крыльце пятеро ополченцев курили и что то оживленно обсуждали. В другой стороне расположилась группа ополченцев в камуфляже без оружия,  сидя на мешках с песком кого то ожидали. У стоящих на крыльце Игорь спросил, где найти командира, ему подсказали номер кабинета на втором этаже администрации. Игорь вошел внутрь здания и поднялся по лестнице на второй этаж. Там он увидел нужный кабинет и постучав вошел внутрь. Внутри находилось трое мужчин в камуфляже. Один из ополченцев был коренастый, не высокого роста, в черных очках и с седой бородой. На голове у него была казацкая папаха с красным околышком, ну ни дать не взять Ковпак нарисовался. Остальные, заметив, что Игорь так пристально разглядывал ополченца в папахе, сказали это наш знаменитый Бабай. Игорь не удержался и сказал: -«Пугали нас в детстве Бабаем, пугали, вот он и пришел». Ополченцы расхохотались, да и сам Бабай посмеялся над собой со всеми. После этого Игорь дал им свой пропуск и рассказал, какие силы и где он видел поблизости от Краматорска. Его стали спрашивать, куда и зачем он направляется и Игорь рассказал свою историю. Командир, Бабай и другой ополченец слушали очень внимательно, не перебивая. Игорь рассказал и про то, как переходил границу, про плен,  про своё освобождение и про свою дорогу в Краматорск. После того, как Игорь закончил рассказ, повисла недолгая молчаливая пауза, затем Командир спросил: « А если мы тебя будем останавливать, все равно пойдешь?» Игорь, совершенно не колебавшись, ответил: «Да, пойду!». Да подытожил Бабай: «Любовь  - это не излечимо, пациента здесь не спасти». – Вот что, у нас прибыло пополнение для Славянска, мы как раз туда его переправлять будем. Давайте и его отправим с ними - сказал третий ополченец. Командир ополченцев с ним согласился и сказал, чтоб Игорь подошел к той группе безоружных ополченцев, что сидели на мешках с песком.  Там посидишь с ними, как транспорт подойдет, так и отправим. Попрощавшись с ними и поблагодарив, Игорь вышел из кабинета и пошел вниз на улицу к людям из Славянского пополнения.
14
Подойдя к группе безоружных людей в камуфляже, Игорь поздоровался и присел рядом с ними. Люди были явно не молодые и имеющие довольно богатый опыт в обращении с оружием. Это Игорь понял, прислушиваясь к разговорам, которые велись между добровольцами. Н хотел присоединиться к разговору и узнать обстановку в Славянске, но не успел, так как подъехал грузовик. Добровольцы покидали в кузов свои рюкзаки и стали запрыгивать, перебираясь через борт кузова. Водитель сказал, чтобы если что пригибались. Дорога простреливается Украинскими военными и не только стрелковым оружием, но и минометами и артиллерией. Игорь тоже закинул в машину свой рюкзак и подтянувшись перелез через борт. В кузове он расположился возле борта, проложив рюкзак между бортом и спиной. Грузовик развернулся и поехал прочь от здания городской администрации Краматорска. Проезжая по улицам города были видны на некоторых зданиях не заживающие раны, оставленные этой войной. Не смотря на все разрушения и жертвы мирные люди по прежнему старались жить своей привычной жизнью. Кто-то по-прежнему спешил на работу, кто-то прогуливался с детьми, но людей как то стало меньше. Видимо многие жители по возможности старались покинуть зону боевых действий. Машина остановилась и Игорь вышел из своих раздумий по увиденному в городе. Они остановились у блокпоста на окраине города.  Блокпост, сооруженный из железобетонных блоков и мешков с песком. Водитель о чем-то разговаривал с одним из ополченцев около блокпоста. Игорь оглядел кузов грузовика, помимо ополченцев грузовик был загружен какими-то ящиками и мешками с надписью «гуманитарная помощь». Тут ополченец на блокпосту дал отмашку, водитель сел в кабину и машина, съехав с трасы на проселок помчалась вперед, оставляя Краматорск далеко позади.
15
Грузовик мчался по ухабам проселочной дороги, ящики и мешки так подбрасывало, что добровольцы начали их придерживать. Вдруг раздались хлопки выстрелов, сначала это были одиночные, затем они переросли в очереди и непрерывный грохот. К грохоту выстрелов прибавился свист пролетающих вблизи пуль, некоторые даже попадали в металлические борта грузовика, высекая снопы искр. Затем заухали орудия и за грузовиком прогрохотали первые взрывы. Взрывы с каждым разом становились все ближе и ближе к их грузовику. Укры, уже успели пристреляться. Вдруг взрыв, от которого подбросило их грузовик, и тут же комья земли полетели в кузов грузовика. Взрыв прогремел в опасной близости, но слава богу, никто не пострадал. К грохотам орудий, звукам выстрелов прибавился противный свист мин из минометов. Чем ближе подъезжал грузовик к Славянску, тем плотнее становился обстрел. Все, кто ехали в кузове уже не просто пригнулись, они полностью легли в грязный кузов грузовика. На зубах хрустел песок, все волосы были засыпаны землей. Глаза просто зажмурил, чтобы в них не попала земля после какого-нибудь взрыва. Несколько раз грузовик подбрасывало от близких разрывов, но машина, как заговоренная продолжала мчаться вперед. Если спросят, что ты видел по пути в Славянск, то Игорь бы ответил, что ничего кроме грязного кузова. Выстрелы стали стихать, а артиллерийская канонада наоборот все больше и больше разгоралась. Вдруг с грохотом очередного разрыва, машину опять сильно тряхнуло и Игорь ощутил сначала жжение, а потом боль в правом боку. Боль становилась все сильнее и сильнее, каждый ухаб каждая неровность проселочной дороги, казалась изуверской пыткой. Игорь старался, крепился изо всех сил, сжав пальцы в кулак и стиснув зубы. Но боль стала полностью не выносима и его губы выдали стон. Игорь еще раз сильно застонал и потерял сознание. Его как будто резко накрыло черной пеленой, которая погрузила его в небытие.
16
Игорь открыл глаза, обстановка была очень незнакома. Он был в каком-то помещении, белый потолок, давно некрашеные стены. Куда он попал, где Маша, где я? Он хотел приподняться, но застонал от боли в правом боку. Тут же он услышал женский голос: - «Доктор! Раненный очнулся». Игорь первым делом подумал – Маша, но голос явно её. Вошел мужчина в белом халате и сел на стул рядом с койкой, на которой лежал Игорь. Человек в белом халате первым делом проверил пульс и потрогал лоб Игоря. Игорь спросил: «Где я?» Доктор сказал: - «Вы в городской больнице, в Славянске». – «Вам очень повезло, хоть ранение и не сильно тяжелое, но вы потеряли очень много крови. Попади вы в больницу минут на пятнадцать позже, вас бы уже не спасли. Грузовик разбило прямым попаданием, вас выкинуло взрывом из кузова. Те, кто остались в кузове погибли от второго попадания снарядом. К счастью двое добровольцев, которых тоже выкинуло из кузова, смогли дотащить до блокпоста тебя и еще одного добровольца. Вам не хватило дотянуть до блокпоста буквально метров пятьсот. Скажите спасибо тем добровольцам и ополченцам на блокпосту. Их оперативность вам спасла жизнь». Игорь спросил у доктора: «А давно я здесь?» Доктор ответил: - «Второй день, лежите, поправляйтесь, вам пока нельзя вставать. Если процесс выздоровления пойдет хорошо, то дня через два вы сможете вставать и ходить».  Затем доктор повернулся к медсестре, дал ей указания относительно Игоря и вышел из палаты. Медсестра принесла кашу в аллюминевой миске и стала ложкой кормить Игоря. Игорь ел медленно даже с некоторой неохотой, но понимая, что это надо для выздоровления, заставлял себя есть усилием воли.
17
Два дня прошли очень медленно, казалось, даже время играет против Игоря. Все часы и минуты тянулись невообразимо скучно, кто бы знал, как до отвращения надоел белый потолок и скрипучая панцирная кровать, на которой лежал Игорь. Ежедневные звуки близкой канонады, стрельбы  и разрывов больше не пугали его, он к ним уже привык. Только воспоминания о Маше, в которые он всегда глубоко погружался, давали ему силу терпеть постельный режим. Два раза в день заходил врач и его осматривал, говорил, что молодой организм быстро восстанавливается.  На третий день пришел врач и сказал, что он может потихоньку пробовать вставать и сидеть на койке. Игорь с усилием поднялся и присел на койку, рана при этом болела, но не настолько сильно. Все это было терпимо, тем более, что после того как он провел несколько минут в сидячем положении, боль сама по себе ушла. Теперь его уже не кормили, он сидел сам на койке и ел самостоятельно. Через день – два Игорь начал уже потихоньку передвигаться по палате и даже придерживаясь за стены, доходил до туалета. Рана заживала относительно быстро и через неделю, Игорь уже мог спокойно передвигаться по больнице и даже выходить дышать свежим воздухом.  Как то к нему в палату пришел  усатый человек в камуфляже. Когда он вошел в палату один из раненых попытался вскочить с койки, но человек в камуфляже его осадил. Он спросил раненного как его самочувствие, на что получил обнадеживающий ответ. Из разговора Игорь узнал, что зовут его Игорь Иванович и что он у них тут командир. Затем Игорь Иванович повернулся к Игорю и сказал: - «Здорово тезка! Мне тут уже Бабай названивал, все спрашивал, добрался ли Ромео до Славянска. Вещи мы твои забрали, они у нас в комендатуре в сохранности лежат. Давай выздоравливай и ищи свою Джульету». Игорь сказал: - «Да я бы хоть сейчас пошел на поиски, но врачи не пускают». На что Игорь Иванович ответил: - «Ну, раз не пускают, значит надо еще подождать с поисками. Знаешь, говорят, что ни делается, всё к лучшему. Ладно, мне пора. Скорейшего выздоровления, Ромео». После этого он положил на кровать сверток и вышел из палаты. Когда Игорь открыл сверток, он увидел там новенький камуфляж. Игорь очень обрадовался, ведь его одежда вся была изорвана и грязная. До этого он даже как то не задумывался в чем выйдет из больницы.
18
Наступил долгожданный день, когда Игоря выписали из больницы. Конечно, в прежние времена его держали бы дольше, но время было военное и раненые все прибывали и прибывали, а мест, само собой разумеется, не хватало. На выписке Игорь уточнил у врача,  где находится комендатура и как туда пройти. Получив на руки все свои бумаги и обрывки прежней одежды, Игорь вышел из здания городской больницы. Дойдя до мусорного контейнера, Игорь выкинул свою старую изорванную одежду. Избавившись от прошлой жизни, он зашагал к бывшему зданию СБУ,  где ныне располагалась комендатура. Она находилась совсем недалеко от здания городской больницы. Обилие баррикад из мешков с песком и железобетонных блоков, вооруженных людей в камуфляжах и даже бронетехники ассоциировала город с крепостью, приготовившейся к обороне. Самих зданий затронутых войной почти не было, и все же в воздухе города присутствовали следы гари и пороха. Так осматривая улицы и окружающий городской ландшафт, Игорь дошел до здания комендатуры. Возле здания комендатуры его остановили и попросили предъявить документы. Игорь сказал, что его только что выписали из больницы после ранения и его личные вещи хранятся в комендатуре. Он также показал свою выписку и Российский паспорт. Его пропустили, второй раз его остановили на крыльце комендатуры и снова проверяли документы. Но тут из здания комендатуры вышел Игорь Иванович и сказал, чтобы Игоря пропустили. Игорь Иванович провел Игоря к себе в кабинет, где находился еще один человек в камуфляже. На стене в кабинете весела карта Славянска и его окрестностей с нанесенными на неё ручкой разными значками. Игорь Иванович сел за стол, рядом на стуле расположился человек в камуфляже.     – Знакомься, сказал Игорь Иванович, это мой заместитель Абвер. Человек в камуфляже протянул руку Игорю, и они обменялись рукопожатиями. - Я уже наслышан о твоих скитаниях и от командира батальон «Восток» и от нашего легендарного Бабая, сказал Игорь Иванович. Мне импонирует, и твой дух и твоя отвага, и я не против бы видеть тебя в рядах своего отряда, тем более что бойцов у меня не хватает. После этого Игорь Иванович спросил Игоря, где он учился и умеет ли он обращаться с оружием. Услышав про БГТУ и информационные системы, он оживился и стал расспрашивать поподробнее, видимо прикидывая в уме, где это можно применить. Автомат разбирал и собирал только на уроках ОБЖ, а стрелять довелось только один раз, когда их вывезли на стрельбище, дали стрельнуть три раза одиночными, вот была и вся практика. Игорь Иванович сказал: Стрелять это не беда, научится, самый главный опыт он уже приобрел. И это не знание оружия, это умение выживать. Ты подумай, подлечись, у нас воюют добровольно, и если надумаешь, приходи в комендатуру. Надеюсь, что мы еще увидимся. До встречи! Игорь Иванович пожал Игорю руку и отдал заметно похудевший рюкзак. Рюкзак был уже с прорехами, видимо его посекло осколками в грузовике. Игорь спросил, как ему выйти на улицу Фрунзе и получив объяснения, вышел из кабинета.
19
Улица оказалась всего в одном квартале от комендатуры. Поэтому Игорь нашел её довольно быстро. Сердце тревожно сжималось в предчувствии скорой встречи с любимой. Оказавшись на улице Фрунзе, Игорь выбрал сторону с четными домами и пошел вдоль улицы, ища нужный номер дома. Когда он увидел заветный номер, сердце его бешено заколотилось, и ноги предательски задрожали. По номерам квартир он определил нужный подъезд и остановился на крыльце, чтобы перевести дух и успокоиться. Собравшись с силами и духом Игорь отворил дверь и вошел в полутемное зево подъезда. Хоть на подъездной двери и был домофон, но он не работал, так как частые перебои с электроэнергией сделали своё дело. Игорь, не спеша с дрожью в сердце поднимался по ступеням. С каждой ступенькой его сердце билось все сильней и сильней. Когда он подошел к квартире, сердце казалось было готово выскочить из груди. Он остановился, немножко постоял, собравшись с мыслями, и постучал в дверь. Но дверь никто не открыл. Игорь стучал несколько раз и потом ухом прислушивался к звукам за дверью, но там было тихо. Обессилено, Игорь сел на ступеньки, обхватив голову руками.  У него в голове путались разные мысли, одна была страшней другой. Было даже обидно, пройдя через все кордоны, получить ранение, выжить, чтобы, в конце концов, оказаться перед пустой квартирой. Ему просто хотелось плакать, в груди стоял предательский ком. В мыслях было только осознание собственного бессилья. Вдруг скрипнула дверь в подъезд и по ступенькам зацокали женские каблуки. Игорь сразу как то необъяснимо вздрогнул и встрепенулся. Сердце вновь бешено заколотилась в груди. По ступенькам поднималась она, Маша. Игорь не выдержал и крикнул: - Маша! Маша увидела Игоря и от неожиданности выронила пакеты с едой. Игорь бросился к ней, перепрыгивая через ступеньки, а Маша медленно, как в замедленном кино сползала на пол. Игорь успел её подхватить и крепко прижал к себе. Маша слабым голосом заговорила: Игорь, ты откуда? Ты как здесь оказался? Как я по тебе скучала, как мне тебя не хватало. Но Игорь в ответ поцеловал её в губы, сказав потом Маша, потом. Главное, что ты рядом, теперь я тебя никуда не отпущу. Подобрав пакеты, Игорь и Маша пошли к квартире.
Вот и нашел он свою любовь, через огонь и воду пробираясь в осажденный город. И жизнь их в осажденном городе только начиналась. Впереди была пугающая неизвестность полная опасностей и приключений.

Написано в 2014 году. Долго лежало и вот решился опубликовать.