1. 58. Отработка

Группа ММ-61-4, это механики машиностроители, год 61, группа 4.
      
1963 год. Я староста группы, может быть по тому, что я действительно старше своих сокурсников. Ну, выбрали,  так выбрали. Зам. Факультета Миндлин говорит: «Осенью надо на уборку зерновых, вы машиностроители, вам и карты в руки». А карты были очень простые, ликбез, сдача экзаменов на комбайнеров, комбайна СК-4. В общем, дизель-двигатель, наверху кабина, впереди мотовило, сбоку бункер для зерна. Поучились. Сдали экзамены. Все парни на уборку. А я, да к тому времени женился я на Верке    землячке с прииска Октябрьского, помог ей поступить на ПГС (промышленное и гражданское строительство) в свой иркутский политех. Ну куда мне от молодой жены да на 1,5 месяца. Прошу у Миндлина другой отработки.  Ищи, говорит, препятствовать не буду. Нашел. Благо электрика 2-го разряда получил в свое время.
      
Нашел работу «зарядчика» электрокар и электроподъемников на Шелеховском комбинате. Это тот комбинат, который хранил в морозильных камерах мясные туши, делал мороженное, разную рыбу, готовил и птицу в том числе.
      
Комбинат большой, многоэтажный, этажей шесть, не меньше было.
      
Ну и территория вокруг него естественно огорожена была, да и охранялась к тому же.
      
В общем, стратегический объект продовольственных запасов.
      
Начальник эл/цеха принял, побеседовал и сказал: «Годишься «стюдент»».
       
Начал я работать. Заряжал аккумуляторные щелочные батареи электрических кар и Эл/подъемников. Получал за вредность молоко по плафону электрическому. Иногда появлялось и мясо в виде добавки к этому скудному рациону.
         
Прихожу утром как всегда, работаю. Вдруг такой запах по помещению где кары и подъемники стояли, что не передать, бараниной вареной пахнет, слюни текут, а запах шел от щитовой. Откуда аккумуляторы заряжались. По запаху подхожу к одному из них. Булькает. Кипит, варится мясо, значит. Пробую открыть – что это за фабрика-кухня такая? Рука на плече. Начальник эл/цеха стоит, улыбается: «Ну что, стюдент,  жрать хочется?»  «Да я всегда хочу», отвечаю ему. Открывает силовой шкаф, достает кастрюлю с плитки. Садимся всей сменой, едим, а потом молоком с хлебом на второе заканчиваем. Сытно.
         
Эл/подъемник на третий этаж морозильной камеры. Заходим,  отрубаем от приглянувшейся туши кусок мяса, кладем за аккумуляторные батареи. Это чтобы на обед. Делаем работу по перевозке согласно  наряд-заказа. А затем на обеденный перерыв. В общем, это было негласное разрешение. За счет усушки, утруски, т.е. за счет выморозки. Но не дай Бог что-нибудь за забор, да на улицу или продать. Пресекалось это, да и наказывали строго. В общем, ешь от пуза, но не выноси.
       
Чиферистом был мой начальник, понял я это, когда заварил чай на обед как обычно, а он мне, да ты пачку, пачку чая байхового в кружку, заварил, пьет, глаза соловеют, активным становится. Жил он рядом с комбинатом, домик снимал. Попросил однажд
ы: «стюдент» ты на каре опилки на завалинку привези мне завтра к обеду, а то утеплять надо домишко, больно холодные полы. Знакомо мне это, когда без завалинок полы холодные. Хорошо. Привез.
       
Еду на каре через проходную охранник – что везешь, да опилки на завалинки в бочках везу начальнику.
       
Ну, вези, говорит. Привез, начальник встречает, опилки высыпает, а там мясо. Обомлел я. В эл/цех приехал. Начальнику сказал, так не поступают, зачем подставляешь?
       
Зеленый ты «стюдент», отвечает. Мы мясо и через заборы кидаем, и в штанах своих широких с большими  карманами внизу проносим. Жить-то надо. Пил он много. До этого летчиком, командиром был, за какую-то грубую ошибку со смертельным исходом сел в тюрьму, отсидел, вышел. Но что-то сломалось в его душе, жизнь перекосилась.
       
С трудом доработал я на этой отработке. Тяжесть в душе какая-то осталось.