Продуктовый заказ. 1989 год

Продуктовый заказ

Я ждал обещанной встречи два месяца. Наконец эта незнакомая молодая женщина позвонила, пригласив «поговорить о моём деле». И вот сейчас она сидит напротив меня. По манерам преподаватель или, бери выше, замдекана. Одета дорого, почти без макияжа.

Разговор был какой-то вязкий, ничего конкретного.

Есть квартира в центре, потолки высокие, этаж хороший, третий — очень большая сталинка. Есть дедушка, Виктор Сергеевич, который там живёт. Одинокий, глухой и никому не интересный. Сам он не выходит, продукты раз в месяц бывшие ученики привозят. Он преподавал когда-то.

— Борис, дедушке вы скажите, что из собеса, что привезли ему продуктовый заказ ветерану к 9 Мая. Приготовьте макароны, сушки, возьмите коробку побольше, напишите на ней крупно «Продуктовый заказ», он вас впустит.

— И что я должен ему предложить?

— Предлагать ничего не надо. Вы же нуждаетесь в квартире?

— Да. Но я инженер. А ваш Виктор Сергеевич за квартиру мало не попросит.

— Деньги за работу я вам выдам после. Купите себе однушку на окраине. Но только после.

— После чего?

— Но вы же нуждаетесь в квартире?

И так по кругу, много раз.

Не знаю почему, но чересчур властные женщины у меня вызывают улыбку. А тут почти ровесница, немногим старше меня, меньше тридцати. Глаза строгие, движения чёткие, голос низкий и требовательный. Этот голос честно пытался что-то мне объяснить. Я улыбнулся, потому что чувствовал себя, как на экзамене по неизвестному мне предмету, перед грозным преподавателем, которого вижу впервые. Просто студент ошибся аудиторией. Сейчас мне поставят двойку и выгонят. Поскорее бы. Но нет, женщина упорно продолжала:

— Борис, вам сейчас сколько? Двадцать шесть? Живёте у родни жены. Недавно вы встали в очередь на получение квартиры. Вам её дадут лет через тридцать. Как семейному. Готовы ещё тридцать лет улыбаться и ждать?

— Шутите. Меня предупредили, что вы поможете, а я обязан буду отработать. Должна же быть ускоренная очередь для нас, для внеочередников.

Она посмотрела на меня долгим взглядом, как будто решалась на что-то.

— Город уже пять лет жилья не строит, инвалиды, «афганцы» живут по знакомым. А этот дедушка, ему восемьдесят семь лет, родственников нет. Он может поскользнуться, утонуть в собственной ванне. Обидно будет, если квартира достанется государству. Пропишем вас к нему задним числом, как внука. Через полгода обменяете квартиру по нашему варианту. Тогда и деньги получите, ровно через полгода. Значит, вы согласны?

— Да. А на что?

Насчёт жилья она врала — краны торчали над всем городом, — но звучало убедительно. Я очень хотел выглядеть толковым, ещё больше хотелось иметь свою квартиру — отдельную от родственников жены. Я готов был её отработать, хоть во вторую смену, хоть как. Что тут непонятно?

Эта женщина всё понимала, она не понимала, как объяснить мне задачу, назвав вещи своими именами. Шёл 1989 год, и все мы были наивны. И убийцы, и жертвы.

— Борис, адрес запишите. У вас есть три дня. Считайте, что вам повезло, за вас похлопотали, — и дама подняла глаза наверх.

Я послушно записал адрес. И правда, самый центр — Ленина, 5. Сунув бумажку в карман джинсов, как зачётку с честно заработанной тройкой, я вышел из кабинета. Зачем она мне звонила, какого рожна хотела? И я убрал этот разговор в дальние отделы памяти. Утро вечера мудренее. В моей жизни были проблемы и посерьёзней. Например — Вова.

Когда брат жены Вова отслужил в ВДВ, он сразу женился и пошёл работать милиционером. В армии с ним что-то сделали. Он иногда пил водку, а по выходным — непременно. Если мы с ним сталкивались на кухне, Вова брал хлебный нож и пристально смотрел мне в глаза или чуть ниже. Просто смотрел, пока я не заканчивал свои дела и не уходил. Поэтому домой мы с женой намеренно возвращались за полночь, когда в смежной комнате утихали детский крик, женский визг и мужской мат. Жена рассказывала, каким милым мальчиком он был до службы.

Просветление пришло наутро после той нудной беседы, пришло, как всегда, в рассветной дрёме. К 7-00 мой мозг просыпается и сам обозревает прошедший день чуть отстранённо. Давешний разговор всплыл во всех подробностях, да так, что не осталось сомнений: меня нанимали убить дедушку. Очевидно, это — мафия. У них есть данные очередников с телефонами, они обзванивают нуждающихся мужчин и вербуют прямо по списку городского совета. Надо срочно предупредить деда. Мысли позвонить в милицию не возникло. Звонить туда было всё равно что бросать бутылки с просьбой о помощи в океан.

Ни на следующее утро, ни через день, ни через два я на Ленина, 5 не пошёл. Ноги не несли. С трудом заставил себя сделать это на четвёртый день. Как объяснить пожилому человеку, что его «заказали» — хотят убить, а меня наняли? И зря, конечно, я притащился с этой дурацкой коробкой.

— Виктор Сергеевич, давайте мило посидим, попьём чай с сушками, раз уж так случилось. Да поймите, дорогой, меня не из собеса прислали с заказом, я — киллер. Но вы не беспокойтесь. Ещё чайку?

Или как?

На третий этаж я поднимался словно на Голгофу. Коробка казалась тяжёлой. Дверь мне открыл парень лет двадцати пяти, неуловимо похожий на меня.

— А дедушка умер, — сказал он грустно. — Захлебнулся в ванной. Ещё вчера утром.

Я зачем-то попытался пройти в квартиру, но парень преградил мне вход. За его спиной, на паркете коридора я успел заметить картонную коробку с надписью «Продуктовый заказ». Больше, чем моя.

Вот и попил чаю с сушками. Пришёл бы сразу… Надо было возвращаться.

Дома меня ждал Вова, почему-то трезвый и в форме.

— Знаю, знаю, обскакали нас, опоздал ты на день. Пропал заказ. А коробку поставь, пригодится ещё. Я ведь за тебя, дурака, вписался. Теперь придётся другого ветерана искать.

Он без замаха пнул меня носком сапога в голень. Больно. Учили его так, что ли?

— Смотри, Борька, в следующий раз, когда она тебя на разговор пригласит, ты ей голову не морочь, у нас в организации дураков не держат. Вставай, я больше тебя бить не буду. — И Вова дружески протянул мне руку, помогая подняться, но перестарался, слишком сильно дёрнул и врезал коленом в пах. На встречном движении поймал, гад. Я опять упал.

Хорошо, что жена не вошла. Стыдно.

— Или буду, — добавил Вова. — Тебе решать. А с завтрашнего дня сиди у телефона как приколоченный, жди звонка.

Через полгода я купил однушку на окраине.