День пионерии...

                Сегодня девятнадцатое мая - день пионерии. Но мы с Сашкой Шофлером - моим соседом по тираспольской пятиэтажке, уже взрослые.

                Десятый класс. Впереди выпускные. Только совсем недавно, кажется, вселились в наш новенький дом. А прошло почти шесть лет. Был он в октябре шестьдесят пятого чистеньким: окна немного заляпаны от финальной побелки, скамеечки у подъездов ещё клеились от свежей краски, родители озабоченно носились в суете, связанной с переездом.

                Правда, все улыбались друг другу и наперебой знакомились. Особенно активничали бабушки-пенсионерки и мы - десятилетние пацаны.

                На улице стоял традиционный для Тирасполя солнечный конец октября . На улицах ,  в деревянных ящиках,  на пригреве, вкусно пахли  большие поздние помидоры по десять копеек за килограмм.

                Это было в несколько раз дороже трёх-пяти копеек, которые платились ещё недавно,  в щедром и обильном августе.

                Первое воскресенье после сдачи дома, когда можно было переехать в новые квартиры со всем скарбом и не затронуть рабочие дни, началось рано. Проснувшись в новой обстановке, я , первым делом, кинулся в туалет.

                После удобств во дворе, где  мы снимали одну комнату на улице Котовского, это было настоящим раем. На старой квартире , чтобы добраться до туалета, надо было прихватить веник. Только он помогал отбиться от воинственного петуха, нападавшего у самой двери . Причём, хозяев квартиры, которые его в последствии , все равно, сварили на холодец, он не трогал. А нас - квартирантов, пожалуйте.

                Поджидал он очередную жертву неподалеку от туалета, примостившись на заборе. Все норовил взлететь на шею и пребольно клюнуть в голову. После мирных сокирянских петухов , этот тираспольский,  был сущим бандитом...

                Наконец, я выскочил в наш новенький двор. Вокруг расположилась асфальтированная дорожка, сверкавшая на солнце битыми стеклышками так, будто ее усыпали бриллиантами. Строители спешили сдать дом к седьмому ноября - годовщине революции, и, конечно, не удержали несколько оконных стёкол . Вот они, разбившись вдребезги, и создали праздничную утреннюю иллюминацию.

                -Милик? Что за имя?,- удивился Сашка при знакомстве. Он тоже поднял с дорожки кусочек стекла и по моему примеру направил солнечный зайчик в ближайшее окно. Мы , присматриваясь, медленно обошли дом.

                - Вот это пространство! Пятьдесят пять квартир,- важно заявил я, вспомнив вчерашние восторженные переговоры родителей.

                - Здесь и пацанов должно быть много! ,- добавил Сашка.

                - А мы сейчас посмотрим!,- уверенно заявил я и направил солнечный зайчик прямо в одну из комнат второго этажа. Оттуда немедленно появилась взлохмаченная голова.

                - Привет, соня!,- увидев как мальчишка протирает глаза, Сашка,  видно,  этим прозвищем  его не обрадовал

                - А ты , Дунька!,- заявил он в ответ

                - Ладно, не ссорьтесь ! Меня зовут Милик, а тебя?

                - А я - Юрка Возмилов,- ответил сосед важно, пригладив свою светлую шевелюру,- хочу быть летчиком!

                - Ладно , Юрка, выскакивай побыстрее. Во дворе дел полно. Надо ещё со всеми знакомиться!

                А важного ещё было , действительно, очень много. До выхода Юрки мы обнаружили, что под тяжеленной металлической крышкой , прямо во дворе, находится настоящее богатство: большие и малые вентили, трубы и счетчики с цифрами.

                Открыв люк, можно было, стоя на одном из вентилей крутить настоящий штурвал. Это разворачивался , и корабль дальнего плавания, и танк, и космический корабль...

                - А ну, брысь отсюда!,- Наш сосед- молодой парень лет двадцати пяти, которого все звали Серегой Куляницей, быстро прикрыл люк,- вы сейчас, пацаны,  такого накрутите, что потом ни горячей воды, ни холодной не будет! Вон, бегите, там дом старый одноэтажный разрушают для новой стройки. Точно, много интересного найдёте.

                - Ничего себе!,- Юрка подбежал к этому домику первым и уже держал в руках стеклянную табличку с адресом дома на немецком языке.

                Надпись была видна четко, будто  ее нарисовали только вчера.

                - Здесь что? Шпионы жили?,- вопросы возникали один за другим.

                - Почему на немецком написано 25 Октобер Штрассе? Неужели немцы во время войны  не знали, что это дата Октябрьской революции? Вот дураки!

                - Пацаны! Давай сюда,- кричал смуглый парнишка, выскочивший из среднего подъезда.

                - Это тоже Сашка! Только Кинер. Мой сосед по балкону четвёртого этажа,- важно представил его  Шофлер,- он нас , как и Возмилов, старше аж на целый год

                - Быстро за мной,- приказал Кинер,- вон там, у забора мясокомбината, выставили тухлые яйца. Их никто не охраняет. Айда! Заберём и пойдём на соседнюю рыпу кидать . Кто лучше прицелится и попадёт, тот и король...

                Тогда ещё не было никакой дороги по улице Правда, не было и магазина « Прогресс», парикмахерской , троллейбусной линии и прочих новостроек, На Бородинку можно было проехать только по улице Карла Либкнехта.

                Наша пятиэтажка, зажатая маленькими старыми строениями, мясокомбинатом и рыпой, наполовину наполненной стоками и нечистотами, одиноко возвышалась и казалась тогда настоящим высотным зданием.

                Когда же рызыгралась осенне-зимняя слякоть, к нам оставалось добираться только осторожно перебираясь по десяткам железобетонных плит, с коварными отверстиями, куда можно было свободно угодить невнимательному пешеходу...

                И, все же, девятнадцатого мая семьдесят второго мы с Сашкой пропустить не могли. Пионеры, надев галстуки, разъезжают себе бесплатно на всех троллейбусах, катаются без билетов на каруселях и колесе обозрения в Парке Победы. А мы? Обидно!

                - Поехали! Черт с ним, заплатим за троллейбус , а на каруселях, все равно, всех катают бесплатно!

                В продовольственном , неподалеку от входа в парк, Сашка уверенно купил бутылку сухого вина Аллиготэ за семьдесят копеек. С рубля сдачи хватило ещё  на горячий батон и сто пятьдесят грамм пахучей докторской .

                После выпитого, мы кинулись к бесплатным аттракционам. Колесо обозрения насытило нас за три круга. А вот Карусель ? Карусель, гремя цепями, крутилась как-то слишком быстро.

                На десятом круге меня стошнило. Хотя держался я что было сил ещё целый  оборот, казавшийся бесконечным.

                Затем центробежная сила направила  поток веселого вина, вырвавшегося на свободу, прямо на зевак. Пулеметная очередь, думаю, была бы менее эффективной.

                Толпа стала разбегаться с криками и ужасающей скоростью. Карусель удалось остановить не сразу. Хватило и на мою вторую попытку, к которой уже вовсю подключился Сашка.

                Потом мы лежали на траве. Над нами весело кружилось бесконечно синее небо, кроны деревьев и встревоженные лица работников парка развлечений...

                Детство заканчивалось. А жалко.


Рецензии
И правда, жалко))) Спасибо,Эмануил! И детство вспомнила своё, тоже пионерское, и посмеялась от души!:)))Успехов Вам!

Татьяна Бабина Берестова   23.05.2019 10:36     Заявить о нарушении
С Счастью готова?
Всегда...

Эмануил Бланк   23.05.2019 18:43   Заявить о нарушении