Белобрушка

  Мягкий угловой диван – любимое место Анны. Пушистая белая обивка, разные по форме и величине диванные подушки – всё для удобного положения усталого тела: ноющие ноги приятно приподнять на продолговатую и плотную, под руку – подушечка побольше, её можно под мышки поставить ребром, или положить под локоть. Как только Анна уютно устроилась на диване, кошка тут же прыгнула к ней и пролезла под руку за лаской. Анна с улыбкой наблюдала, как Белобрушка снова и снова толкалась головкой в ладонь. Пальцы нежно и привычно  почёсывали между ушками, шейку, животик, и, как только  приостанавливались, кошка настойчиво подставляла головку опять. Анна нежно гладила белую «брошечку» на груди, водила пальцем по белой полоске к уху. Пушистая любимица, нанежившись, уснула под ладонью, а под тихо мурлычущий «моторчик»  задремала и Анна.

Сон  увёл её, но её, девятилетнюю девочку, в предутренний туман, который плыл, поднимался  под тёплыми лучами и розоватыми клочьями прилипал к кронам берёз, что стояли  у края леса.
         Это был  повторяющийся сон, снился он всё чаще, лишь с некоторыми  изменениями. Мама и четырёхлетний братишка Юра непременно были в нём. Вот мама посадила  Юрчика на спину корове, тот ручками и ножками обнял тёплую спину кормилицы, затих. Так они направились к лесу. Примериваясь к шагу коровы, мама придерживала дремавшего Юру.
– Мы пойдём в Хлопенов лес или в Каченкин вишарник? – спросила Аня маму.
(Вишарник назывался Ткаченкиным, но первая буква в названии всё чаще исчезала в разговорах, и вишарник превратился в «каченкин»).
– В вишарник рано, пойдём к Левашову колку, там много земляничных полян и Тернов колодец  близко, –  ответила мама.

Во сне Аня шла рядом с мамой, смотрела на медленно приближающуюся берёзовую Левашову рощицу, колок, или околок, так чаще называли сельчане этот лесок. От села к нему протянулось ржаное поле, а за полем, у самого леска, роскошно расстелились земляничные поляны. Юра запросился на землю. Аня помогла Юрчику спуститься, наклонилась и раздвинула траву – ягоды земляники  густо заколыхались перед глазами. Юра уже присел рядом и ртом потянулся к ягоде. Аня засмеялась:
 –  Ты будешь пастись, как телёнок?
  Мама привязала корову к дереву на длинную верёвку, и присоединилась к детям собирать ягоды в корзинку. Корзина наполнялась быстро, солнце  двигалось к зениту, лучи его грели мягко, а лёгкий ветерок делал их тепло приятным.

 – Иди к колодцу, Аня, набери воды, а я приведу корову. Пора её напоить.
Вот и колодец, Аня взялась за ведро, которое было привязано к цепи,  накрученной на колодезный барабан. Она крутнула барабан в обратную сторону – ведро стало спускаться к воде, а Аня  взялась за цепь, наклонилась над колодцем, чтобы резким движением утопить ведро и набрать воды, но цепь со звоном полетела вниз, вслед за ведром. Падала и Аня, крича от ужаса…

Анна с криком проснулась и почувствовала мягкие прикосновения к лицу. Открыв глаза, увидела, как Белобрушка лапкой трогала текущие слёзы,  вытирала их снова и снова, толкаясь головкой в щёку, будила, прогоняла остатки страшного сна. Анна вытерла глаза, обняла спасительницу.
Этот повторяющийся сон… Иногда он снился с момента, когда она летела к воде, а иногда с того, когда мама привела корову и свободный конец верёвки, завязанный большой петлёй, бросила в колодец, просила сесть в петлю и крепко держаться за верёвку.  Юре она дала прутик и сказала, чтобы он потихонечку отгонял коровку, а она, мама, будет тянуть Аню из колодца. Верёвка останется  натянутой, так они все вместе спасут сестрёнку. Юра сразу почувствовал себя нужным помощником, мужиком,  и  Белобрушка  словно поняла, что от неё требуется. Вытащили они Аню. А в семье к Белобрушке стало особенно внимательное отношение: Аня не забывала побаловать её хлебушком, посыпанным солью, или морковкой, или свёклой. А имя Белобрушка через годы передавалось очередной тёлочке. Однажды к ним пришла односельчанка и попросила разрешения назвать Белобрушкой  родившуюся у её коровы тёлочку, потому что у неё такая же белая грудь и белое пятно от груди тянется по шее к ушам.  На лбу тоже белое пятно. Удивительно было то, что односельчане возмутились: разве мало красивых кличек. Советовали назвать Белошейкой, Белушкой, Белянкой. А Белобрушка – это характер. Эту кличку, это Имя, надо заслужить.

Белобрушку знали в селе, она отличилась и прошлой ранней весной, когда отбилась от напавшего волка, защитила своего телёнка. А всё произошло так. Однажды пастух решил сделать пробный выгон стада и направил его в сторону леса: там сжатое просяное  поле оставили под пары, и оно покрылось первой травой. Снег же остался только глубоко в лесу, под деревьями. А нужно сказать, что зима в том году была особенно лютой и голодной для зверья. Волки зимой не раз забирались в село, даже собак съедали. Так вот, когда пастух к вечеру пробного выпасного дня  направил стадо к селу, из леса показались волки. Коровы почувствовали  их  и всем стадом  побежали к селу.  Белобрушка была с телёнком, поэтому отстала от стада. Волк выбрал жертвой её. Белобрушка  загораживала телёнка, фыркала, отбивалась от нападавшего зверя рогами. Пастух кричал, щёлкал кнутом, бежал на помощь. Хорошо, что это был пробный выгон стада, многие хозяева вышли встречать своих коров, среди них были и мужики. Белобрушку встречала Аня, а рядом с нею спешил к стаду брат её отца, дядя Никифор с лопатой, так как неподалёку поправлял водоотводную канаву. Он сразу понял, что случилось, и тоже побежал, стуча по лопате палкой, которую выхватил у Ани. Это стало примером для остальных людей,  они с криками и свистом бежали  на помощь стаду. Волки остановились, отступили, втянулись в лес, но напавший на Белобрушку не отставал. Возможно, это была волчица и очень голодная. От крайней избы села донёсся  выстрел. Это был холостой выстрел, и он был слышен далеко; зверь отпрыгнул  и широкими, маховыми прыжками побежал в лес.
           Белобрушку и её телёнка спасли  и обоим  вылечили волчьи укусы.

Анна  рада была, что  измучивший её повторяющийся  сон  прервался: она  и на этот раз проснулась с острым ощущением неразрывности с родной землёй, где родилась и выросла, как и её родители. Эту землю обживал её дед, приехавший сюда по Столыпинской реформе в 1907году. Анна поднялась с дивана, направилась на кухню. Пора поесть и покормить кошку. Она поставила подогреть суп с фрикадельками. Белобрушка привыкла и любила есть рядом с хозяйкой, и Анна это видела, но не на стол же её пускать, а вот рядом – можно. Стол стоял  у окна. Вот подоконник  и стал местом обеда для её любимицы, её выкормышу. А в доме кошка появилась так. Однажды  Анна услышала писк под кустом во дворе и, подойдя, поняла, кому он принадлежит. У котёнка даже глазки ещё не раскрылись, не оставлять же его погибать. Она принесла найдёныша домой, увидела, что это кошечка, с поразительно красивым окрасом. Казалось, находка была не только заботой  о ней, об Анне, но и … подарком свыше. Зачем ей, одинокой женщине –  пенсионерке, жить одной? Она ещё может позаботиться о живом, совсем беспомощном  существе. Анна молочком кормила найденыша из пипетки, и беспомощный комочек  на глазах превращался  в удивительно умную, пушистую красавицу. А кличка? Однажды  кличка невольно вылетела изо рта Анны, когда она обводила пальцем белую брошь на груди кошечки, скользила  к ушкам, переходила на лоб: Белобрушка.  И тут же вспомнилось сказанное тогда, в той далёкой жизни: это не просто кличка, это характер, Имя. Его надо заслужить. Ах! Когда это было! Теперь не только колхозов нет, страна другая, да и вся та жизнь – за плечами.

Готовясь обедать, Анна с улыбкой наблюдала, как Белобрушка следит за её руками, смотрит, как  плошка наполняется супом. Как только мисочка  оказалась на подоконнике, Белобрушка мягко вскочила на него и стала обнюхивать парок над супом. Ещё, ещё разок понюхала и начала лакать. Тут вбежал щенок. Можно сказать,  ничейный щенок. Он недавно  появился во дворе их дома. Никому не надоедал, но вежливо и терпеливо ждал, когда кто-нибудь догадается угостить его, покормить. Постепенно осмелел, стал заглядывать в открытую дверь. Так как его из дома никто не выгонял, он потихонечку пробирался и оставался в комнате. Анна назвала его Баксиком. И теперь Баксик быстро оказался рядом с подоконником. Белобрушка перестала лакать, посмотрела на Баксика, ловко подцепила фрикадельку из супа и сбросила на пол. Баксик мигом проглотил фрикадельку. Белобрушка немножко полакала и опять выловила лапкой фрикадельку для Баксика. Так повторилось несколько раз. Анна улыбалась: она убедилась, что её кошечка получила Имя, она достойна называться Белобрушкой.

          А какие игры затевали Белобрушка и Баксик! Это можно было наблюдать часами. Но сейчас Анна помыла посуду и взяла альбом. Старый семейный альбом.


Рецензии