Не считайте меня сумасшедшим

                «В действительности, всё совершенно иначе,
                чем на самом деле.»
                Антуан де Сент-Экзюпери.               
               
               
     От автора.
 Взяться за написание этой книги меня заставил абсолютно дикий и необъяснимый случай, который не даёт мне покоя на протяжение всей жизни. Это настолько невероятное событие, что «унести его с собой», я просто не имею права. Может быть, этот рассказ послужит кому-то утешением по пропавшим родным, кому-то откроет глаза на этот мир, а кому-то и поможет в подобной ситуации. Ведь от такого ужаса никто не застрахован.
Можно по-разному относиться к этой истории.
Можно покрутить пальцем у виска, и пройти мимо.
А можно прочесть и хорошенько подумать: - а если автор не лукавит, и с ним действительно это было? А это точно было, ведь придумать такое я бы никогда не смог. Рекомендуется прочесть даже тем, кто не верит ни во что. Думаю, скучно не будет, да и мой опыт может пригодиться, в случае подобного происшествия.
 В рассказе нет каких-либо выводов или умозаключений, ведь я и сам до сих пор не знаю, что это было!
Так что, выводы придётся делать вам самим.
И помните, никто не застрахован, я просто вас предупредил!
   

             Аннотация.

Часто ли вы задумывались куда бесследно исчезают люди? Думаю, вряд ли. Только если у вас не пропал никто из родных или друзей.
  А ведь люди по всему миру просто исчезают, безо всяких на то оснований.   Статистика просто пугающая, проверено.
Пропадают как обычные люди так и высокопоставленные чиновники, полицейские и военные.
 То есть, вполне нормальные, адекватные люди просто ушли из дома и не вернулись. Некоторые, буквально исчезают прямо на глазах у свидетелей, среди белого дня. То есть, не убиты, не похищены, а просто исчезли. Скажете, не бывает?
Так, прежде думал, и Артём, пока его самого в кампании с огромной собакой, не угораздило, оказаться, в чужой, сумасшедшей реальности.
Этот рассказ- свидетельство всего того ужаса, который он испытал, блуждая почти двое суток по угрюмой и неприветливой территории чужого мира. Может быть, эта абсолютно дикая и невероятная история послужит, кому-то утешением по пропавшим родственникам. А кому-то поможет в подобной ситуации и вселит веру в спасение!
Ведь Артём как-то, всё-таки выжил, вернулся и даже не сошёл с ума.
 В рассказе нет каких-то умозаключений и выводов, ведь автор и сам не может объяснить, что это было
 Изложены только реальные, голые факты. Выводы конечно, делать вам.  И помните, никто не застрахован.


       Предисловие.

 Сумасшедший двадцатый век лихорадочно отсчитывал своё последнее десятилетие, готовясь навсегда войти в историю человеческой цивилизации.
На Земле было неспокойно. Где-то вспыхивали локальные конфликты, где-то бушевали цунами и землетрясения. На одной шестой части суши погибал великий, могучий Советский Союз.
Жизнь на нашей планете бурлила и клокотала, грозя выплеснуться через край.
 Но для молодого, жизнерадостного Артёма, все эти конфликты и катаклизмы, были где-то совсем далеко от его небольшого приморского городка.
У Артёма была нормальная, хотя и непростая работа, любимая жена, маленький сынишка и его по большому счёту, больше ничего не волновало.
Он был полон сил, здоровья, жизненной энергии и оптимизма.
Ещё наш Артём не верил ни в Бога, ни в Чёрта, и жил в этом мире легко и весело, особо не задумываясь о происходящем.
Наверное, он так бы и прожил свою жизнь, как большинство людей на земле, не задаваясь вопросом, как на самом деле устроен наш мир.
Но однажды сумасшедшее и абсолютно необъяснимое происшествие, заставило Артёма кардинально пересмотреть все свои знания об этом мире.  Ведь они, к сожалению, оказались абсолютно неверными.
Почти двое суток пребывания в чужой, совершенно непонятной реальности, едва не сгубили его и не лишили рассудка.
Лишь каким-то чудом, Артёму удалось вернуться назад.
 И вернулся он уже совершенно другим человеком.
События, изложенные в этом рассказе, являются абсолютно достоверными, хотя и совершенно необъяснимыми.
 Шёл сентябрь 1993 года…


 Глава 1. Пропавшие на обочине.

 Тёплый осенний день уже потихоньку сворачивал, все свои бесконечно хлопотные дела, готовясь передать законные права наступающему вечеру.
Тени, на примятой и местами уже пожелтевшей траве, всё удлинялись, принимая самые причудливые формы.
 Бабье лето, всей своей пронзительной красотой, обнимало сидевших на крыльце домика, четверых молодых людей, даря им своё последнее драгоценное тепло.
 Немного уставшие, но довольные они неспешно курили и слушали очередной анекдот, от весельчака и балагура Лёшки, который знал их неимоверное количество.
 И не удивительно, что, когда рассказчик, хитро прищурившись, умолкал, народ взрывался отчаянным хохотом. И нередко, кто-то из слушателей оказывался на траве, в приступе безудержного веселья, держась за живот и дрыгая ногами.
Выражение «надорвать животы» очень точно подходило почти к каждому Лёхиному «шедевру».
Он действительно, был рассказчик от Бога и рассказывал анекдоты и бесконечные, невероятно смешные истории, с таким удовольствием и вдохновением, что слушатели, отсмеявшись и откашлявшись, предлагали ему тотчас же идти в артисты.
Где он пополнял свою коллекцию историй и анекдотов, оставалось для всех загадкой.
- Эй, народ, хорош там ржать без меня!
- Лёха, я тебя грохну! – послышался невдалеке громкий, командный голос. Это где-то совсем рядом, возмущался Александр.
Сашка был бригадиром, этой небольшой бригады, то ли плотников, то ли слесарей, в общем парней как говорится «от скуки, на все руки».
- Артём! Ты, топор в душевой, бросил?! – показался из-за кустов, Сашка
- Сколько раз говорить, инструмент заносить в пятый домик! – подходя к ним, раздражённо выговаривал он, бросая под ноги Артёму небольшой топорик, с чёрной, обожжённой огнём ручкой.
- Аллё, начальник! Ты, на кого батон крошишь! – поднимаясь со ступеньки и улыбаясь, весело закричал Артём.   
- Я сегодня в душевой смесители шаманил, и на фига мне там топор, дядька!
- Всё своё - ношу с собой, босс! – пнув небольшой брезентовый саквояж, с красным крестом на боку, забавно расшаркался он перед бригадиром.
- Сань, да это я забыл, Артём не причём – виновато поднялся Коля и подобрав топор, направился к домику, где они хранили инструмент.
 Ребята были хорошо знакомы между собой, и беззлобная перепалка между ними была, скорее просто развлечением после работы. Да и бригада у них возникла абсолютно добровольно и неожиданно.
 Этим, так внезапно прошедшим летом, все они отдыхали здесь, на базе отдыха «Радуга». База располагалась на высоком берегу, живописной бухты Японского моря.
Широкая деревянная лестница вела вниз, к прекрасному пляжу с кристально чистой водой. Целыми днями народ плескался и дурачился в тёплом море. Катались на катамаранах с детьми вдоль берега. Парни ныряли за морскими ежами и тут же жарили икру на костре.
В общем, как пошутил кто-то из ребят, «жизнь удалась». В столовой их прилично кормили, а вечером устраивались шумные дискотеки. Но всё когда-то заканчивается, а в отпуске беззаботное время, как известно, вообще летит с сумасшедшей скоростью.
Сашкина жена Татьяна, была комендантом базы и всем здесь командовала.
Сезон официально уже закрылся, отдыхающие разъехались, и она попросила ребят остаться - помочь привести базу в порядок.
Нужно было кое-где подремонтировать двери, окна, посмотреть электроплиты в столовой, отладить смесители в душевых кабинках, в общем, подготовить базу к следующему сезону. Работы было вроде немного, погода была все ещё тёплой, и они согласились помочь с ремонтом.
 Комендантша была безвредной, радушной женщиной, так почему бы не продлить себе отдых, одновременно сделав доброе дело. Тем более, Татьяна обещала парням, по окончанию работы «накрыть поляну» в ресторане.
Ребята были почти ровесники, им всем было под тридцать.
Лёха с Сергеем, не в первый раз приезжали на эту базу из Хабаровска, чтобы лето провести на море.
Сашка, Артём и Николай были местные и тоже каждое лето “гасились“ здесь.
- Саня, да сядь, перекури, никуда твой инструмент не денется – отодвинувшись, пригласил его на ступеньку Алексей.
- Где подругу свою потерял, Александр? – спросил он, подавая бригадиру пачку «Магны».
- Ты не подмазывайся хитрован, давай анекдот рассказывай – улыбаясь, взял сигарету довольный Сашка и уселся на ступеньки.
- Ника, ко мне! – негромко крикнул он и тут же из кустов показалась огромная, чёрная псина. С невозмутимым видом она остановилась возле сидящих на крылечке, сладко потянулась, зевнула, широко разинув пасть с белоснежными клыками и рухнула в траву.
- Во, лошадь! Ты, опять спать, что ли? Ника! – попытался привлечь к себе внимание сонной псины Сашка. Но тщетно. Ника уже не подавала признаков жизни, она явно наслаждалась последним теплом уходящего дня.
- Так сторожу и положено днём спать – заступился за животное Сергей.
- Вы же ночью дрыхнете, а Ника службу тащит – продолжил он.
Ночами, Сашка действительно, выгонял собаку из домика, благо было ещё тепло и Ника вынуждена была сторожить базу. В основном, конечно, от мышей.
- Эй, народ, а жрать мы сегодня что, не будем? – послышался голос Николая, подходившего к крыльцу. Он с озабоченным видом, протиснулся через сидящих на ступеньках и зашёл в домик, где у них стоял холодильник, плита и хранился весь провиант.
- Насяльника, однако, кусать хочется – весело подмигнув сидевшим, Саня поднялся и прошёл следом за Николаем, который уже вовсю гремел кастрюлями на кухне.
- Что, проголодались, Ваше Величество? – послышался его насмешливый голос.
- Так, можно было бы уже и пожрать, чего-нибудь – недовольно бурчал тот в ответ.
- В обед надо было нормально есть, а не шарахаться где попало! – доносился из домика их громкий разговор.
- Оба на, а хлеба то и нет! – весело закричал из домика Сашка.
- Кто хлеб последний, сожрал? – выходя на крыльцо, грозно окрикнул он сидящих.
- Царь трапезничать желает, а холопы последний хлеб извели! – давясь от смеха, продолжал подначивать он Коляна.
- Сань, да завязывай прикалываться, сейчас опять надуется – негромко произнёс Артём, заглядывая в двери домика.
 Николай был самый младший из них, и шутки в свою сторону он переносил с трудом. Особенно, когда его называли царём.
 Небольшого росточка, худенький и щуплый, Николай больше смахивал на подростка лет пятнадцати. К тому же характер он имел обидчивый и ребята старались не задирать его, но вот Сашку сегодня что-то прорвало. Видно, ему очень не понравился, хозяйский тон последнего.
- Колянтий, ну чё тогда? Пошли в магазин, курить у меня тоже заканчивается – крикнул в домик Артём, подмигивая парням.
— Вот, вот – топайте! И зайдите на почту. Артём, позвони Татьяне, пусть завтра продуктов привезёт, нам ещё тут на пару дней работы! – довольный Сашка уселся в кресло, которое предусмотрительно вынес из домика и с удовольствием развалился в нём.
 Никто и не обратил внимания на Нику, которая после слов Артёма встрепенулась и подскочила. Лишь Сергей, до этого молчаливо сидевший на краю ступеньки и не встревавший в разговор, обернулся к Сашке и показав рукой на собаку, произнёс: - Укусил, что ли, кто?
Ника молча стояла возле крыльца, фыркала носом как лошадь и мотала своей лохматой башкой. Она была, явно чем-то встревожена.
Артём зашёл в домик и вскоре из кухни послышался их разговор с Николаем.
- Ну что, пошли, бабки я взял. Погнали. Давай, догоняй! – Артём показался из дверей.
- Ну всё, пацаны, мы пошли, скоро будем. – спускаясь с крыльца, бросил он ребятам.
И не дожидаясь Николая, Артём, не спеша, направился к воротам. Ника, перестав мотать головой, тут же последовала за ним.
 От внешнего мира, базу отделял невысокий железный забор, с воротами из витой арматуры, в которых имелась небольшая калитка. Открывались ворота, только когда заезжали машины отдыхающих, либо в столовую привозили продукты.
- Ника, ко мне! – послышался грозный окрик Сашки, который всегда заставлял беспрекословно подчиняться, эту добродушную и немного неуклюжую псину.
Собака заметно побаивалась своего строгого хозяина, и всегда была ему послушна.
Но, не в этот раз. Ника будто и не слышала грозного крика хозяина.  Подойдя к Артёму, который остановился неподалёку возле ворот, ожидая Николая, она села на задние лапы и внимательно уставилась на него.
 Идти нужно было в посёлок, где и находился магазин. Нике, туда дорога была давно заказана, так как при её появлении, все многочисленные местные собаки устраивали, такой жуткий гвалт, что весь посёлок буквально «стоял на ушах».
 Одного раза было вполне достаточно, чтобы навсегда запретить собаке появляться там.
Расстояние до посёлка было километра три, может чуть больше.
Грунтовая дорога, укатанная автобусами, легковушками местных жителей и отдыхающих, не доставляла особых неудобств и ребята не раз ходили в магазин.
А если им везло, то едущий в посёлок автобус, подхватывал путников и они с комфортом, ехали почти до самого магазина.
К тому же, затяжных осенних дождей ещё не было, и дорога была в полном порядке.
 - Ника, ко мне, зараза! – вновь раздался злой голос Александра.
- Артём, дай ей по загривку! Ника, место! – орал удивлённый Сашка, спустившись с крыльца.
Реакции от собаки, не последовало никакой. Ника даже не оборачивалась на его крик. Она сидела напротив Артёма и преданно заглядывала ему в лицо.
- Ника, ты чего? Иди к хозяину, с нами нельзя, там собаки опять хай поднимут.
Легонько отталкивая её ногой, Артём повернулся и подошёл к воротам.
Коля, подходя к калитке, тоже прикрикнул на собаку, но та и ухом не повела.
Сашкины крики так и остались не замеченными Никой, а вот Артём, открывая небольшую калитку на воротах, не успел и глазом моргнуть, как эта огромная и с виду неуклюжая псина, с изяществом ящерицы скользнула в неё и отбежав на приличное расстояние, остановилась. И осталась стоять на дороге, повернув голову назад, с невозмутимым видом посматривая на удивлённых парней.
- Ника, иди сюда, кому говорят! – кричали ей ребята от ворот, не закрывая калитку, но всё было бесполезно. Ника не желала слушаться и явно хотела прогуляться с ребятами.
- Сань! Да, фиг с ней! Колян её на остановке подержит, я сам сгоняю в магазин, да на почту! – крикнул Артём, рассерженному другу. Сашка, в сердцах, махнул рукой и вернулся на крыльцо.
- Ну пошли, непутёвая псина. Щас тебя, собачары деревенские, там порвут на клочки – подходя к Нике, он слегка потрепал ей голову.
Насчёт «порвут», Артём конечно же, пошутил. Ведь ни одна мелкая, поселковая шавка, которых носилось по улицам бесчисленное множество, не осмеливалась приближаться к этой здоровенной псине.  А крупные, серьёзные псы, сидели у хозяев на крепкой привязи и в бессильной злобе, лишь хрипло голосили из-за заборов, чуя здоровое, молодое животное. Была Ника из породы ньюфаундлендов и для своих полутора лет, выглядела очень внушительно.
 Конечно, поведение собаки было очень странным, ведь она всегда подчинялась хозяину, и никто из ребят не ожидал от неё ничего подобного.
Но делать было нечего, идти в магазин, нужно было всё равно.
 Они спустились с возвышенности, где находилась база и вышли на грунтовую дорогу, которая и вела в посёлок.
Солнце почти скрылось за сопкой и ребята не спеша шли, иногда оглядываясь назад, в надежде увидеть желанный автобус.
Справа вдоль дороги, в неглубокой лощинке, рос редкий, невысокий кустарник. Слева, почти до самого посёлка тянулись поля с капустой.
 Николай шёл немного впереди, Артём с собакой сзади.
Ника, словно привязанная, бежала слева от него, иногда вскидывая лохматую голову на Артёма, и ни на шаг от него не отставала.
Ребята не торопливо шли, обсуждая, какая кара ждёт взбунтовавшуюся Нику от Сашки, и повезёт ли им с автобусом.
Так, болтая ни о чём, они прошли примерно половину пути, когда Николай услышал сзади негромкий голос Артёма.
- Я, сейчас – прозвучало сзади и обернувшись, он успел увидеть, как Артём спрыгнул в придорожные кусты. Ника, не раздумывая, тут же прыгнула следом за ним.
 Остановившись, Николай вытащил из-за уха сигарету, которую он предусмотрительно «стрельнул» у Серёги и закурил, ожидая товарища.
Он не совсем понимал, зачем Артём спрыгнул в кусты, ведь «отлить» можно было и на дороге. 
Вокруг не было ни одной, живой души. Даже проходящих машин, сегодня пока не наблюдалось.
Николай, не торопясь, докурил и выбросив окурок, негромко вздохнул. Затем, взглянул на часы и крикнул:
- Артём, ну ты чего там, так долго? Что, конкретно припёрло?
Ответом ему послужила полная тишина. Он подошёл к месту, где Артём с Никой спрыгнули в кусты и опять позвал друга. Ничего не изменилось, в ответ не доносилось ни звука. Николай позвал и собаку, но тщетно, никто не отзывался.
- Артём, ну хорош уже дурковать, что блин, как дитё малое?!
- Пошли уже, хорош придуриваться!
- Щас, каменюку брошу!
И он действительно, подобрав небольшой камень в придорожной траве, несильно подбросил его вверх, рядом с предполагаемым местонахождением Артёма с Никой.
Но снова, реакции от Артёма не последовало.
Николаю вдруг внезапно показалось, что вокруг стало как-то подозрительно тихо. Но особого внимания он на это не обратил.
- Артём! Да ты достал!
- Деньги ведь у тебя, вылезайте, хорош дурковать! Жрать охота!
Внимательно вглядываясь в кусты, где прятался Артём с собакой, он решительно ничего не видел, хотя кусты были и не очень густыми и просматривались до самого пригорка.
Ему надоело играть в прятки, он уже действительно сильно проголодался. Злой и удивлённый, Коля решительно спрыгнул в кусты и прошёл пару шагов вперёд, раздвигая ветви руками.
 Его взгляду, открылся вытоптанный «пятачок» травы, словно кто-то долго топтался на одном месте и примял мелкие кусты и траву в радиусе примерно двух метров. Но вокруг этого «пятачка», стояли нетронутые кусты и некоторые, были в какой-то белёсой, лохматой паутине.
Николай молча смотрел на это, казалось, никем не тронутое место и кричать, звать Артёма ему вдруг совершенно расхотелось.
Он медленно, задом попятился назад из кустов, упал на задницу, но тут же вскочил и пробуксовывая на склоне, бросился назад на дорогу.
Тяжело дыша, он ещё некоторое время, в недоумении, озираясь по сторонам, стоял напротив этих злополучных кустов, но через минуту бросился прочь.
Глава.2 Поиски пропавших.

 Парни, коротая время, слушали очередную историю от Алексея, когда возле ворот показался взъерошенный Колька и открывая калитку, никак не мог нащупать засов.
- Глянь, глянь, чуваки! Что это с ним?! – поднявшись со ступенек, показал рукой на ворота базы, Сергей. Леха, тотчас прервал своё повествование и тоже удивлённо обернулся, на уже бегущего к ним Коляна.
Лишь Сашка спокойно курил, полулёжа в своём кресле и без особого интереса наблюдал за происходящим.
- Пацаны! Я ни чё не понял, там их нет! – заикаясь и запинаясь, заорал Колька на парней. Тяжело дыша, подбежав к домику, он схватился рукой за перила крыльца и согнувшись пополам, едва переводил дух.
Ребята обменялись недоуменные взглядами, и молча смотрели на запыхавшегося друга.
Тут Сашка в своей привычной, издевательской манере, усмехаясь спросил:
- Что, сигарет в магазине нет? - и приподнявшись в кресле, насмешливо уставился на Николая.
Тот лишь исподлобья, обиженно глянул на него и махнул рукой.
- Колян, да ты чё, в натуре, загадками разговариваешь? Поясни чего нет, и где это там? – Алексей подошёл к взволнованному Николаю и положив руку ему на плечо, заглядывал тому в лицо.
- Да там, где же ещё! – опять повторял, явно перепуганный Колька.
- Тебя что, пыльным мешком из-за угла огрели. Ты чего такой перепуганный? – вмешался Сергей в этот непонятный диалог друзей.
- Ты с кем там бодался - вон, в паутине какой-то, весь?
- Дай сигарету, щас расскажу! – чуть отдышавшись, выпалил Николай.
- В общем, так – начал он, прикуривая дрожащими руками сигарету, которую ему дал Серёга. Все немного напряглись и с интересом ожидали, что такого может рассказать их перепуганный товарищ.
- В общем, так. Идём мы, короче, по тихой по, дороге. Базарим о том, о сём, автобус выглядываем. Ну, ехать то лучше, по-всякому. Ну, автобуса нет и вообще никого нет, пусто на дороге…
- Пацаны, блин, я щас ему врежу. Какой на хрен, автобус?! – взорвался Сашка.
- Где Ника, где Артём? – подскочив с кресла, он спустился с крыльца и подошёл к неумелому рассказчику.
- Ну, блин, я и говорю, идём себе, никого нет на дороге – испуганно попятился Николай и сбивчиво продолжал.
- И это, ну. Я чуток впереди иду, а Тёма с Никой сзади. Ну, и эт самое, я короче, слышу; Артём сзади и говорит: – Я типа, щас!
- Ну и? – нетерпеливо спросил Саня, торопя опять умолкшего Коляна.
- Ну и спрыгнул в кусты, а Ника следом! – почти кричал взволнованный рассказчик.
- Я думаю: - ну, может, живот прихватило у Тёмыча, ну и закурил, жду стою.
- Блин, Колян, да ты точняк, уже достал! И где Артём щас? – вмешался, заинтригованный Серёга.
- Ага, а я знаю?! – возмущённо и обиженно, закричал Коля.
- Так, так, стопэ всем! – подняв правую руку вверх, громко произнёс Александр.
- Ты можешь не мямлить, как маленький мальчик, а толком объяснить куда Артём свалил! – в его голосе уже чувствовалась, плохо скрываемая злость.
- Сань, блин! Да гадом буду, я сам ни чё не понял!
- Я покурил, подождал, потом начал орать, звать его. Только без толку!
- Ну, я за ними потом следом спустился, а там никого!
- Кто-нибудь, что-нибудь понял? – Сашка обернулся к Лёхе с Серёгой.
- Да по ходу, Тёма дуркует. Спрятался, чтобы Коляна напугать, он же любит прикалываться. Щас сам всё купит и придёт.
- Жути он, просто на Коляна нагнал, а тот и повёлся, как корюшка на поролон! – подвёл итог всему Колиной рассказу, невозмутимый и улыбающийся Лёха.
- Я то и взаправду подумал, что-то серьёзное случилось. Щас придёт, вместе поугараем! – хлопнув легонько друга по плечу, Лёшка отошёл от перепуганного Кольки.
- Колян, не обижайся, но ты как дитё неразумное, что Артёма не знаешь? – облегчённо вздохнув, Саня поднялся на крыльцо и зашёл в домик.
- Не, может, конечно, оно и так, только где же там спрятаться?
- Там же, всё видно! Да, я бы и услышал, как кусты трещат, если бы Артём куда свалить решил! – обиженно рассуждал, явно обескураженный Николай.
- Вы мне что, не верите? Они ведь точно, просто исчезли в кустах. Я ведь не псих и не дебил, они точно пропали – продолжал упрямо бормотать, обиженный Коля.
- Там в кустах и место какое-то странное, утоптанное – не унимался он.
- Стой, стой, Колян! – вдруг, обернувшись весело закричал Лёха.
- Так, похоже чувака с Никой, инопланетяне похитили! - откровенно смеясь, над испуганным и растерянным товарищем, продолжал веселиться Алексей.
- Тарелка там была? – с серьёзным видом, приставал он к нему.
- Да, ну вас на хрен! Какая на фиг, тарелка? Не верите, не надо! –  насмерть оскорблённый Николай, уселся в траву и отвернулся от друзей.
- Не, ну что за бред, Колянтий? Не может ведь, человек просто так, взять и исчезнуть?
- Да и ещё с таким псом! Ника ведь, ни в одну тарелку не влезет! – продолжал прикалываться Лёха
- Серый, это похоже по твоей части! –  улыбаясь во весь рот, Лёха толкнул в бок, теперь уже Серёгу.
- А я-то, каким боком, здесь? – удивлённо откликнулся тот.
- Ну, ты ведь в прошлом году, здесь тётку видел - всю в белом?! – не унимался Лёха.
- А, ты про тот случай? Так спросонок, наверно показалось. Дак и после дискотеки, не то ещё, в пять утра привидится – улыбаясь и чуть смущаясь, неловко оправдывался Серёга.
 А смущаться ему, действительно, было от чего. В свой прошлый заезд Серёга достал всех, своим рассказом о виденной им девушке, в белых одеждах.
Он якобы, утром вышел из домика по нужде, и к своему удивлению, увидел девушку, которая плыла в воздухе, в небольшой полосе густого тумана, не касаясь травы, буквально в пяти метрах от него.
В том году ему крепко досталось от весёлых отдыхающих. Как только они не подначивали, бедного Сергея. Тот уже и сам был не рад, что рассказал о своём «видение» друзьям. Они быстро разнесли эту «тему» по базе и Серёге пришлось тогда не сладко. Отстали лишь тогда, когда он заявил, что специально это всё «для поржать» придумал.
- Всё, блин, достали уже! Не своровать - не покараулить! – выходя из домика, раздражённо матерился Сашка.
 - За хлебом, и то нормально сходить не могут!
- Пошли, покажешь, куда они там, на хрен, спрыгнули!
- Мне Артём ваще по барабану, мальчик взрослый - не потеряется!
- Вы куда собаку мою дели, упыри? – спустившись с крыльца, продолжал ругаться Александр.
- Чуваки, хоть картошки почистите, щас баламута найдём, придём – бросил он друзьям.
- Пошли уже, чудик! – легонько подтолкнув, приподнявшегося Кольку, Сашка направился к воротам.
- Не, не, я с вами! Мне тоже интересно, где он там спрятался! – возмущённо закричал Сергей, подскакивая с места и присоединяясь к парням.
- Да идите уже, сам всё сделаю. Вот раздолбаи! – беззлобно бурчал Алексей, улыбаясь в густые, чёрные усы.
  Александр, явно раздосадованный, странным поведением Ники, быстро шагал по дороге впереди друзей и постоянно крутил головой.
- Блин, кобылу щас найду, на цепи будет сидеть у меня – непонятно кому, зло выговаривал он. Никакой цепи, естественно, у него не было, но разозлившись на непослушную собаку, он придумывал ей какое ни будь наказание.
Двигаясь по знакомой дороге, Сашка все ускорялся и Колян с Серёгой уже едва поспевали за ним.
- Сань, да постой, куда летим то? – вконец запыхавшись, взмолился Коля.
- Уже почти пришли. Вон, у того куста! – показал он рукой, на большой придорожный куст, метрах в десяти впереди.
- Где, прямо вот здесь, спрыгнули? – дойдя до указанного Колей куста, спросил Саня.
- И что, вот так, от не хрен делать, взял и с дороги сиганул? – внимательно озираясь по сторонам и вглядываясь в кусты, спросил он Николая.
- Не, я точно слышал, как он сказал: - Я сейчас - растерянно указывая пальцем на кусты, ответил тот.
- Ты слышал, как его кто-то позвал? Или как? Что молчишь? – зло допытывался Сашка.
- Не, Сань, я честно, ничего такого не слышал, я немного впереди шёл – оправдывался Коля.
- Не блин, дурдом какой-то! – проворчал Сашка, спускаясь с дороги в кусты.
Николай с Серёгой молча стояли и наблюдали за действиями друга.
- Ну и куда, дальше то? – послышался его голос, вместе с треском ломающихся веток.
- Саня, ну и что там? – взволнованно крикнул Серёга, вглядываясь в колыхающиеся кусты.
- Да, ни хрена, там! Иди, да посмотри! – недовольно бурчал, Сашка выбираясь на дорогу, весь в какой-то паутине и в колючках.
- Колёк! Ты, блин, ничего не напутал, случайно?
- Если вы с Тёмой, какую-нибудь шутку придумали, то признаю! Зашибись! Очень смешно. Только где Ника?
- Артём, выходи! Мы повелись - дурни! – хитро оглядываясь вокруг, заорал Сашка, отряхивая с себя налипшую паутину и отцепляя с рукава колючки.
- Ника, ко мне, зараза! Ника, рядом! - кричал он на всю округу.
Сергей тем временем не выдержав, всё-таки спрыгнул в кювет и затрещав кустами, принялся вероятно, тоже исследовать злополучное место.
- Серый, хорош там уже ковыряться, пошли в посёлок! – окончательно освободившись от упрямой паутины и колючек, закричал Сашка товарищу, который упорно что-то искал в кустах.
- Не, блин! Нас тут разводят как оленей, а мы дурни и рады! - прикурив, закричал он Серёге.
- Ну, добро, Артёмыч! Я, тебя ещё и не так приколю – злорадно выговаривал он, невидимому Артёму.
- Нет, Сань, а ты заметил, место там какое-то в натуре, странное? – выкарабкиваясь, на дорогу заявил Серёга.
- Место, как место! Что там, такого странного?
- Не, ну, а кто там, всю траву примял? Там похоже, кто-то долго топтался.
- Да вот, такие же придурки, как мы с тобой!
- Пошли уже, хорош здесь тупить.
 Сзади послышался гул мотора и следом из-за поворота, показался автобус, едущий в посёлок. Обрадованные путники тут же замахали водителю руками и тот великодушно притормозил, распахнув среднюю дверь.
Запрыгнув в почти пустой автобус, Сергей с Николаем уселись на сиденья, а Сашка, заплатив кондуктору, прошёл к водителю и поздоровавшись, начал с ним о чём-то разговаривать.
Автобус едва тронулся, как Колька тут же вскочил с места, встал посреди салона и крутя головой, пытался осматривать дорогу с обеих сторон.
Он, вероятно, хотел разглядеть хитрого Артёма, который так ловко его обманул.
Но напрасно Николай крутил головой. На всём отрезке оставшегося пути ему не удалось увидеть ни Артёма, ни собаки.
 На конечной остановке скопилось довольно много народу и Сашка, увидев своего давнего знакомого, подошёл к нему.
- Степаныч, ты здесь давно автобус ждёшь? – обратился он к пожилому мужчине, пожав тому руку.
- Да минут двадцать сидел, ждал - ответил тот, немного задумавшись.
- Ты, здесь парня с собакой такой, чёрной, не видел? Здоровая собака. Водолаз.
- Да, нет, не было такого. Тут бы вон, сторожа, хай такой бы подняли, мама, не горюй. -  улыбнувшись, он показал на двух деревенских собак, позади Сашки, которые лежали в траве возле остановки.
Народ, не спеша рассаживался, в салоне автобуса, наполняя его, смехом и разговорами, незаконченными на остановке. Все были знакомы между собой и тем для обсуждения, здесь хватало.
- Ну и где этот кабан? – сердито спросил Сашка, обернувшись, к стоящему неподалёку Николаю.
- Что, блин, в город, на попутке свалил, что ли? – подозрительно смотрел он, на Колю.
Тот, лишь с виноватым видом, молча развёл рукам и отвёл взгляд.
- Не, ну что, за хрень, Колян? – не успокаивался Сашка.
- Блин, взрослые мужики, а какой-то фигнёй маетесь! – махнув рукой, он направился к тропинке, ведущей в посёлок.
- Серый, в магазин сходите, я на почту, позвонить - обернувшись, крикнул он Сергею.
Автобус, натужно зарычав стареньким двигателем, тронулся в обратный путь, подняв небольшое облако пыли. Потревоженные собаки подскочили, с травы, и дружелюбно махая хвостами, приблизились к парням, явно надеясь на подачку. Но ребята, не обращая внимание, на четвероногих попрошаек, молча пошли по своим делам.
Сергей, идя впереди по тропинке, оборачиваясь назад, допытывался у Николая, про подробности пропажи Артёма с Никой, но тот, лишь раздражённо отмахивался от расспросов.
- Серый, блин, не верите и фиг с вами! – обиженно бурчал, тот в ответ.
- Как было, я так и рассказал. Я сам, ни хрена не понял! Отстань!


    Глава. 3 Возвращение в реальность.

 Сознание медленно, но неотвратимо возвращалось к человеку, наползая на него как страшная, пугающая неизбежность.
Он, словно в немом, замедленном фильме, выкарабкивался из холодной тьмы забытья, пытаясь стряхнуть с себя липкую паутину страха, тоски и тревоги.
Реальность была настолько ужасной и нелепой, что его обескураженный мозг просто отказывался в неё верить.
Человек обречённо стоял, согнув ноги в коленях и опёршись  спиной о ствол дерева. Он находился в каком-то полуобморочном состояние, не в силах что-либо предпринять.
 Человек уже пытался открыть глаза, но от увиденного, веки тут же инстинктивно сомкнулись вновь.
Мысли бешено, в хаотичном беспорядке, носились в голове, натыкаясь друг на друга и ухватиться за какую-нибудь из них, было невозможно.
Человека било мелкой, противной дрожью, его одеревеневшее, насквозь промокшее тело, отказывалось подчиняться. Память растерянно молчала.
 Артём, а это был именно он, неимоверными усилиями пытался хоть что-то вытянуть из глубин своего деформированного сознания, но увы, все было тщетно.
- Как же так, - в отчаянии, спрашивал он себя, - ведь я помню, как меня зовут, сколько мне лет. Значит, я не сошёл с ума и ведь точно не пьян.
- Но тогда что со мной, где я? И что здесь, вообще случилось? – кричал его мозг.
- Погоди, погоди, может быть я уже умер и попал в какое-то преддверие ада, - мелькнула нелепая мысль.
- Но почему тогда, так ужасно холодно?
- Ведь в аду, должно быть наоборот нестерпимо жарко.
- Ну что, за бред, ты несёшь, дядька? - спрашивал он себя,
- Скорее всего, просто крышу тебе, где-то снесло – отгоняя дурацкие мысли, продолжал мучительно соображать человек.
 Однажды, в далёком детстве, он побывал в клинической смерти, но тогда было всё по-иному.
Было тепло, уютно и просто чертовски любопытно - что это с ним такое происходит. Он сидел, свесив ноги, на крыше своего дома и с удивлением смотрел вниз, как его, закутанного в одеяло, несёт отец в машину «Скорой помощи».
Следом за ним, босиком по снегу, рыдая, бежит мама. Этот фрагмент прошлого, вдруг яркой вспышкой, мелькнул где-то в подсознании.
- Погоди, погоди, как так, ведь это я помню, как будто это было вчера, но что было вчера вообще не помню.
 Приободрившись, что он наконец то, начал хоть что-то соображать и вспоминать, Артём попытался успокоиться.
Может быть, это всего лишь очень реальный сон, попытался представить он себе. Ведь снятся же людям кошмарные сны, вот и ему такой «повезло» увидеть. Сейчас он проснётся и снова будет ласковое солнце, тёплое море, смех детворы и прочие прелести летнего отпуска.
Но тут же, поймал себя на мысли, что этим он просто пытается себя обмануть – не бывает таких реальных снов. Нужно было хоть что-то делать, а не сидеть и не мечтать, что скоро все закончится.
 Артём, решив, что хуже наверняка уже не будет и что он, не раз попадавший в различные передряги, во всем разберётся, решительно открыл глаза.
Как и в первый раз, взгляд его вновь упёрся в зелёную стену растений, похожих на папоротник.  Хотя хорошо всё разглядеть, из-за шквала воды, рушившегося на него, было сложно.
 А с неба действительно, буквально падали столбы воды, прогибая своей мощью, этот лес непокорных растений. Казалось, с десяток пожарных расчётов, встали в круг и направили свои брандспойты в одну точку на небе, и эта точка находилась прямо над Артёмом. Вода мешала смотреть, противно щекотала нос и подбородок, но вытираться было бесполезно, да и нечем.
Он скользнул взглядом на свою правую руку и обомлел - в кулаке были зажаты четыре стебля папоротника, каждый толщиной с его указательный палец. Не знал он, что папоротник может достигать таких размеров.  Выходит, он использовал его в качестве зонтика?
- Что за бред, как это может спасти от дождя, тем более от такого водопада?
- Наверное, головой я всё-таки где-то вдарился и у меня конкретный провал в памяти - пытался хоть как-то соображать и хоть что-то вспомнить, Артём.
 Парализованная память равнодушно молчала!
 Ливень, между тем, хлестал с прежним усердием, не останавливаясь на достигнутом. Казалось, он хотел просто утопить это странное место и человека вместе с ним.
Артём, не пытался встать, куда-то бежать, кричать – он, вероятно ещё не совсем пришёл в себя и полное безразличие, всё ещё владело им.
А может он просто боялся увидеть, что-нибудь ещё более непонятное и странное.
- И сколько же, я тут стою? – спрашивал себя Артём, пытаясь хоть как-то осмыслить своё дурацкое положение.  Соображать последовательно, всё-таки плохо получалось и человек просто стоял в бесконечном потоке воды, в полном отчаянии и тревоге.
 Внезапно, он почувствовал какое-то движение под собой и в ужасе подпрыгнул, но тут же рухнул как подкошенный.
 Дикая боль разорвала икры ног, выворачивая их, как ему казалось, мясом наружу.
В глазах потемнело и фиолетовые круги в них, лишили Артёма зрения, не позволяя нормально видеть.
Как раненый зверь, он в страшных судорогах катался и крутился по залитому водой папоротнику, сминая и ломая упругие стебли.
Артём дико орал от нестерпимой боли, не в силах справиться с ней. Слёзы, вперемешку с дождём, противно горчили во рту, крик перешёл в хрип, а боль всё не проходила. На какое-то время ему казалось, он терял сознание.
Лёжа лицом в мокром папоротнике, он пытался руками растереть икры ног, но правая рука не хотела разжимать кулак, в котором был зажат этот чёртов «зонтик». Похоже, она была парализована. Одной рукой массировать икры ног, получалось плохо и Артём пополз к дереву, от которого, он так отчаянно отпрыгнул.
В глазах было ещё темно, и он почти вслепую, подполз к нему. Боковым зрением, человек всё же уловил, что-то чёрное, слева от себя, но не понял, что это.
 Да и сумасшедшая боль не разрешила отвлекаться.
 Перевернувшись на спину, Артём развернулся и обхватив ногами изо всех сил, ствол дерева, принялся массировать, свои измученные конечности. Одновременно, левой рукой он пытался разжать кулак правой, в котором торчали останки измочаленного папоротника, но это у него плохо получалось. Правая рука, была словно из дерева, и Артём не чувствовал её совсем. Похоже, она действительно, была парализована.
Дождь, пот, слёзы – все смешалось на его лице, и стало так противно и муторно, что хотелось плевать, материться и орать благим матом. Но у него не оставалось уже ни сил, ни голоса.
 Зато вдруг, появилась дикая злоба – острая и непонятная.
Злоба на всех и вся. Ему казалось, что все его предали, обманули и бросили в этом странном и жутком месте.
Человек лежал в воде, раскинув руки, и шёпотом выл, как одинокий волк, попавший в капкан охотника. Дождь безжалостно хлестал ему в лицо, но теперь Артём был ему благодарен – хоть смоет пот и слёзы.

 Боль, между тем, понемногу стала затихать, но пошевелиться он всё ещё боялся, ноги словно вросли в ствол дерева, и отпускать его явно, не хотели.
 Вдруг, кто-то ткнулся в его левое плечо и тут же на щеке, Артём почувствовал чей-то горячий, шершавый язык. Странно, но он нисколько не испугался, им овладела полная апатия от пережитой боли, да и злость не позволила уже, чего бы то ни было, бояться.
 Открыв глаза и повернув голову влево, он к своему удивлению, и нескончаемой радости, увидел знакомую, лохматую морду Ники – огромного ньюфаундленда, собаку своего лучшего друга Сашки, и любимицу всей детворы. Молодую, немного неуклюжую, но беспредельно добрую и ласковую псину.
— Вот это дела - подумал Артём, - а ты то, как здесь?
- Час от часу, не легче – прошептал он, хотя, конечно, был необычайно рад, что хоть одна живая душа появилась рядом.
 Память, по-прежнему упрямо молчала! Да и от пережитой боли, Артём был не в силах, что-либо осмыслить и вспомнить.
 А ливень, тем временем, вероятно передумав топить, этих двоих несчастных, сошёл на нет, а вскоре и совсем затих.
Но человек и собака, всё так же лежали, на хлюпающем папоротнике, голова к голове, не обращая внимания на все эти безумства природы, главное, они были всё ещё живы.
Так, по крайней мере, думал Артём, глядя на свинцовые тучи, которые были словно приклеены к небу. Отсутствие ветра, наверное, это объясняло.
 Необъяснимо было другое - он ничего не слышал! 
Вернее, он слышал себя, когда дико орал, катаясь и сгребая под собой папоротник. Слышал теперь даже дыхание собаки у себя на плече. Но почему же, он не слышал шума этого бешеного ливня, который чуть не утопил их и который, почти повалил могучий папоротник?
От него то наверняка, шум был приличный.
 Осторожно разжав ноги, он аккуратно опустил их на землю боясь, что боль вернётся, но икры лишь неприятно покалывало. Похоже, боль всё-таки отступила.
Тогда Артём, поджал ноги под себя, повернулся на правый бок и левой рукой принялся разжимать непослушный кулак правой, которую, он по-прежнему, совсем не чувствовал.
Наконец, промучившись минут десять, ему удалось разжать его, и встав на колени, он принялся разминать затёкшую руку, оглядываясь вокруг.
Ника пристально следила за его манипуляциями и лишь иногда вяло помахивала хвостом.
 Артём оглянулся назад и увидел небольшую поляну, которую он сам и «выкосил» своим телом, когда корчился от невыносимой боли, исполняя кульбиты, словно на арене цирка.  К нему неожиданно вернулось чувство юмора и это был хороший знак. К тому же нестерпимо захотелось курить.
Ощупывая карманы джинсов и «олимпийки», он обнаружил на левой руке свои верные японские часы, которые он носил не снимая, уже не первый год. Как же он мог забыть про них, снова озадачился Артём.
К сожалению, японская электроника равнодушно мигала восьмёрками. Потыкав по кнопкам, он понял, что время ему узнать не удастся, так как и затянуться сигаретой – карманы были абсолютно пусты, не было даже зажигалки. Зато под мышкой правой руки, он обнаружил кобуру, из которой торчала рукоятка пистолета. Он аккуратно вынул его и стал внимательно разглядывать. Это был газовый пистолет «Берета», Сашкин подарок и это он прекрасно помнил. Но почему он был без обоймы, вспомнить не смог. Память ехидно молчала.
 Время действительно, хотелось бы знать, потому как было непонятно, что здесь сейчас; утро или вечер, мучительно соображал Артём.
 Взглянув на небо, он увидел всё те же свинцовые тучи, которые как видно и не собирались никуда проплывать. Было абсолютно непонятно, светает или темнеет, в этом странном месте.
 - Да Бог с вами, лишь бы не повторился этот долбанный потоп - с досадой и тревогой размышлял Артём. Восстановив чувствительность правой руки и обеих ног, он поднялся в полный рост и опять удивился.
Такого папоротника ему не приходилось видеть ни разу. Высотой он был похоже, больше двух метров и горделиво возвышался над Артёмом, весь одинаковый, как строй кремлёвских курсантов. И хотя его изрядно согнул и потрепал, этот сумасшедший ливень, но повалить совсем этот строй, стихии не удалось. Видимость из-за этого, высоченного папоротника, была весьма ограничена, и Артём не мог видеть, что скрывали за собой эти заросли.
 Оглянувшись назад, он попытался восстановить картину произошедшего. Кроме одинокого, невысокого дерева, и промокшей напрочь, собаки под ним, кругом высился проклятый папоротник.
- Стало, быть я сидел, а вернее стоял, прислонившись к дереву, в позе «стула», а Ника пряталась подо мной от ливня? - пытался понять Артём.
 - И сколько же я здесь так стоял, если от судорог ноги чуть не оторвались?
Он подошёл к стволу дерева и зачем-то попытался повторить процесс пребывания под ним. Но едва Артём присел, как боль вновь выстрелила со всех стволов, и он рухнул лицом в папоротник.
Тело его, вероятно не хотело повторять ошибок своего хозяина и отказывалось стоять в таком положении, да ещё и неизвестно зачем.
Беззвучно матерясь и проклиная себя за глупую затею, Артём снова закрутился ужом по ломаному папоротнику, пытаясь унять вспыхнувшую боль.
 На сей раз, Артёму удалось быстрее справиться с болью, к тому же руки теперь работало две. Во рту у него появился забытый привкус крови. Сплюнув в папоротник, он убедился, что губу себе он всё-таки прокусил.
 И теперь, сидя на поверженном папоротнике, он поглядывал на дерево, прикидывая, как можно будет на него взобраться.
К сожалению, на досягаемой высоте ветки отсутствовали, но Артём решил всё-таки попробовать влезть повыше.
Но, ободрав кору с дерева и кожу с ладоней, он бросил это бесперспективное занятие. Взобраться наверх не получалось.
- Зато, хоть согрелся - иронично заметил про себя, Артём.
После безуспешных попыток взобраться наверх, чтобы оглядеть окрестности, ему стало немного теплее и прежнего дискомфорта Артём уже не испытывал.
Мысли были об одном, как выбраться из этого непонятного места.
Собака печально взирала на человека, как бы спрашивая, - ну что будем делать, дружище?
Артём встал на колени (присаживаться на корточки, было смерти подобно) и принялся гладить её мокрую морду, шепча ласковые слова, успокаивая скорее себя, чем собаку.
Странно, но ведь по крайней мере, прошло уже не менее часа, как он пришёл в себя, а окружающая обстановка нисколько не менялась. Вокруг было все так же серо и уныло. Либо раннее утро, либо наступающий вечер.
 Артём взглянул в небо и уже не удивился. Тучи были на своём месте и не собирались никуда двигаться.
Ника поднялась с земли и принялась лизать Артёма в лицо, так как теперь они были почти одинакового роста.
Легонько оттолкнув от себя ласковую и вероятно, тоже напуганную псину, Артём поднялся на ноги - надо было что-то предпринимать.
 Выход был один и не самый приятный. Нужно было просто ломиться в эту густую, мокрую и наверняка, непролазную чащу папоротника, иначе они просто замёрзнут ночью, когда она настанет.
Негде было даже сломать ветку, чтобы хоть как-то себе помочь.
Артём мысленно собирался с духом и одновременно прислушивался, в надежде услышать, хоть какие-то признаки жизни.  Но вокруг по-прежнему, была абсолютная тишина.
 Сняв с себя «олимпийку», он отстегнул кобуру и положил её на землю.

Тщательно выжав куртку, снял и футболку, но тут же пожалел, что почти разделся. Его начало опять трясти от холода, а надевать сырые вещи было очень неприятно. Но выхода не было и наскоро надев футболку, он нацепил кобуру и накинул «олимпийку»
Хорошо заправившись, насколько это было возможно, и застегнув до самого подбородка воротник «олимпийки», Артём обернулся к собаке и протянул к ней руку, подзывая её к себе. Ника радостно завиляла своим огромным, мокрым хвостом и с готовностью подошла.
- Ну что, зверюга, прорвёмся - нет? - шёпотом спросил он скорее себя, чем собаку и тут же ответил сам: - да куда мы на фиг, денемся!
 Последний раз зачем-то взглянув в небо, он решительно раздвинул заросли папоротника и его тут же окатило ледяной водой. Отпрянув назад от неожиданности, он едва не наступил на Нику, которая и не собиралась отставать от него.
Артём, конечно, знал, что его окатит дождевой водой с крон папоротника, но не ожидал, что она будет настолько холодная. Идти дальше сразу расхотелось, и он принялся снова осматривать всю полянку, в надежде найти хоть какой-то просвет среди этой чащи.
Но всё было тщетно. Ника смотрела на него, как бы спрашивая, - так мы идём или как?
- Да, щас пойдём, не гони лошадей – прохрипел Артём собаке, потому что от этой гнетущей тишины, ему становилось немного жутко, и он хотел хоть что-то услышать.
 Медлить было нельзя, ведь он не знал, сколько времени будет ещё светло и когда он выйдет к людям. Ночевать в лесу было никак нельзя, и он с отчаянной решимостью ринулся напролом.
Насчёт «ринулся», автор, конечно, сильно преувеличил, так как двигаться вперёд было довольно трудно в этих непролазных зарослях гигантского папоротника. Но злость придавала сил, и Артём упрямо лез вперёд, хотя и абсолютно не представлял, куда он направляется.
 Сил хватило может, минут на сорок, ведь определиться по времени, человеку было весьма сложно. Чувствуя, что силы оставляют его, Артём бухнулся навзничь на мокрый папоротник, так как замёрзнуть, теперь уже не боялся, ему наоборот было невыносимо жарко. Он вытирал пот широкими листьями папоротника, промокая их себе на лицо.
 Ника все это время, неотступно следовала за ним, даже не пытаясь вырваться вперёд. Теперь, она тоже легла рядом и внимательно наблюдала за Артёмом.
Человек лежал на спине и в растерянности смотрел на небо.
Ему становилось действительно страшно – картинка там, была всё та же!
- Что, за чертовщина? – удивился человек.
- Ведь, если эти чёртовы тучи, не хотят плыть по небу, то я-то точно уже далеко свалил от той долбанной поляны? – размышлял Артём.
 - И почему-то, не становится ни темнее, ни светлее?
- Какой-то бред, надо не обращать внимания, а идти вперёд, потом разберёмся - думал он.
 Отдохнув и восстановив дыхание, человек встал и потрепав собаку за ухо, сказал: - Ну что, двинулись? Скоро куда-нибудь, да выйдем.
 Они опять, иногда недолго отдыхая, всё лезли и лезли сквозь этот нескончаемый лес папоротника. Вернее, лез Артём, а Ника спокойно двигалась по проторённому пути.
Останавливаясь на отдых, человек мучительно вслушивался в тишину, пытаясь хоть что-то уловить из этого неестественного звукового вакуума, но все было тщетно - звука не было. Он и на собаку, теперь смотрел внимательнее, ведь у неё то слух отменный и она как-нибудь должна среагировать, если что-нибудь услышит или учует.
Но Ника, была совершенно невозмутима и лишь иногда, ловя на себе внимательный взгляд Артёма, виновато помахивала хвостом.
Человек непрерывно пытался вспомнить, как он очутился в этом странном лесу, что было незадолго до этого и как это вообще возможно.
Но напрасно – ответа не было. Память равнодушно молчала!
 Последнее, что он помнил - было лето, он пришёл с рейса, был в отпуске и они всей семьёй и друзьями жили на берегу моря.
Купались в тёплой, чистой воде, дурачились, ныряли за ежами и потом жарили на костре вкусную икру. В домики заходили только поспать, а детвора, наверное, и спала на берегу, загнать их на базу было почти невозможно.
Но ведь было лето, почему же сейчас так холодно и похоже на осень. На этом воспоминания обрывались, словно срезанные острым лезвием бритвы.
 Наконец-то, на последнем привале, Артём, сидя на примятом папоротнике, неожиданно для себя заметил, что впереди явно становится светлее, там наверняка есть открытое пространство.  Забыв про усталость, он вскочил и на самом деле, ринулся вперёд, круша и сметая на своём пути ненавистный папоротник.



   Глава.3 Вам бы здесь побывать.
            
 Выбравшись из зарослей, он остановился как вкопанный.
Минуту человек стоял, ошарашенно озираясь по сторонам и стал медленно оседать на землю.
Перед ним открылась до боли знакомая поляна, с единственным деревом на краю.
Ни разу в жизни он не чувствовал себя таким одураченным. Ведь, он был уже почти уверен, что выбрался наконец-то из этих проклятых зарослей.
 Артём был растерян, подавлен и чувствовал себя полным идиотом. Он почти утратил чувство реальности. Уверенность, что они отсюда выберутся, начала исчезать. Ещё в школе он где-то читал или слышал, что у человека левая нога чуть короче правой, и если заблудиться в лесу, то через сутки можно вернуться, на то же самое место.
- Можно, наверное, но ведь через сутки - беззвучно орал Артём.
- Я ведь от силы, часа три здесь брожу, в этом проклятом папоротнике, не мог я заблудиться и ноги у меня нормальные! - стоя на коленях, и закрыв ладонями лицо, как сумасшедший повторял он.
Сколько времени, Артём так стоял на коленях и не верил в произошедшее, сказать трудно.
Из ступора его вывела Ника. Видно, ей надоело смотреть как человек потихоньку сходит с ума, и она, сев на задние лапы напротив него, принялась лизать ему руки, своим огромным, похожим на детскую лопатку языком, как бы успокаивая своего, впавшего в отчаяние спутника.
Как ни странно, но это помогло.
 Артём оторвал свои исцарапанные, саднящие ладони от лица и обнял мокрую, вонючую голову собаки. Человек начал понемногу успокаиваться и отбежавшая недалеко, уверенность в свои силы, возвращалась назад.
- Не раскисать, мореман – приказывал он сам себе.
- Вспомни, ведь в море, ты не раз прощался с жизнью, когда накатывался такой шторм, что казалось, мир встал вверх ногами!
- Ведь тогда, точно думал, что конец?

 Он вдруг, отчётливо увидел себя в каюте, лежащим на шконке в бушлате и в спасательном жилете. Наглухо задраенные «броняшки» иллюминаторов и страшные удары в борт судна. Вероятно, его обессилевшее, испуганное сознание, специально вырвало этот кусок из памяти и вставило именно сейчас - наверное, сработала защитная реакция психики.
 Артём отчётливо видел, как под крен судна на левый борт, он сам встаёт в своей постели, чувствовал, как волосы на голове шевелятся, тоже вероятно вставая.
- А здесь-то! Ну заблудился в незнакомом месте и что?
- Не ты первый, не ты последний - выберемся!
С этими мыслями Артём поднялся с колен и гладя Нику по голове, начал соображать, в какую сторону ему теперь идти.
 С полянки выходило две его тропы - одна из них была входом, другая была выходом и ни одна из них, никуда его не приведёт.
Значит, идём в противоположную, по возможности сторону, решил он и смело двинулся, в ненавистные заросли папоротника.
 Теперь человек, раздвигая мокрые заросли, инстинктивно пытался контролировать свой путь, насколько это было возможно, ведь он теперь боялся своей левой ноги и что он опять сделает круг.
 Двигаясь, насколько хватало сил, он был в полной уверенности, что Ника бежит за ним следом и даже не оборачивался. Каково же было его удивление, когда, решив отдохнуть, Артём оглянулся назад и не обнаружил за собой собаки. Немного пройдя назад, стал звать её голосом, но вместо слов из горла вырвался лишь слабый хрип. Попытался свистом подозвать отставшее животное, но из этого тоже ничего не получилось - во рту пересохло напрочь.
Чертыхаясь и матерясь шёпотом, злой и очень удивлённый, Артём пошёл назад.
Ведь бросить свою единственную спутницу, он не мог, да и одному среди этих зарослей стало как-то очень неуютно.
Проделав обратный путь, он снова вышел на поляну и увидел Нику, лежавшую посредине сломанного папоротника и виновато помахивающую хвостом.
Человек, внимательно смотрел на собаку и не понимал, что случилось.  Почему вдруг, эта молодая, сильная собака, разлеглась, посреди этого, проклятого папоротника.
Но злость и раздражение сразу исчезли, настолько виноватым был её вид. Подойдя к ней, он встал на колени и глядя в её глаза, спросил хриплым шёпотом: - Ник, ты чего? Устала что ли? Вставай и потопали, скоро стемнеет, замёрзнем на хрен.
Едва это прохрипев, он вскинул голову вверх.
Свинцовые тучи были всё так же приклеены к небу. Картинка абсолютно не поменялась и темнее не становилось. Артём насилу оторвал взгляд, от этой, почти завораживающей картинки и несильно толкнул Нику в бок - ну, ты идёшь, или как?
- Всё, я пошёл, оставайся, если хочешь - Артём, встав с колен, и последний раз, взглянув на собаку, с решительным видом двинулся в заросли, в надежде, что на этот раз, она пойдёт за ним. Углубляясь все дальше, в чащу папоротника он постоянно оглядывался, ожидая увидеть знакомую морду, но Ника, зараза и не собиралась следовать за ним.
Человеку не оставалось ничего другого, как вернуться на проклятую поляну, и убить эту чёртову собаку. По своей, уже натоптанной тропе, двигаться было гораздо легче, и он вскоре, опять вышел на полянку.
 Ника, похоже, даже и не собиралась подниматься с травы. Лишь её морда стала ещё печальнее и хвостом, она уже не приветствовала Артёма. Человек подошёл к собаке и опустился на землю.
- Ну, ты чего, «Собакина», помирать здесь, что ли будем или к людям пойдём? - гладя мокрую псину, уговаривал её Артём.
 Он почему-то абсолютно был уверен, что Ника его прекрасно понимает и глядя в её глаза, заметил, что собака как будто бы плачет. Да, в глазах псины, стыли то ли дождинки, то ли слезы.
Артём и сам, чуть не заплакал, до того ему стало жалко и себя и собаку, попавших в непонятную, дурацкую ситуацию, из которой нужно было срочно выпутываться.
Каким образом это делать, он уже плохо себе представлял. Ника отказывалась с ним идти, бросить он её не мог, оставаться же здесь, на этой проклятой поляне не было никакого смысла, они попросту замёрзнут, если не будут двигаться.
 - Мы, что, уже не выберемся? - спрашивал он у собаки, как будто та, могла ему   ответить. Положив свою мокрую, лохматую морду на лапы, она безучастно смотрела, казалось, в никуда, словно точно знала – нет, нам отсюда никогда не выйти, зря все это.
- Эй, подруга, ты завязывай меня пугать, меня и так шугань прёт, - хрипел человек, которого, и в самом деле, начал охватывать неподдельный страх.
Он принялся тормошить и поднимать, равнодушное ко всему животное, ободряя при этом ласковыми словами, даже целовал её в холодный нос, но всё было бесполезно – собака была словно под наркозом, тело было расслабленно, и она даже не пыталась сопротивляться.
 Поняв, что заставить Нику следовать за ним не удастся, Артём стал прикидывать, сможет ли он её утащить на руках.
Зайдя к ней со спины, он нагнулся и взял бедное животное на руки.
Это «бедное животное» весило как самосвал, отметил он про себя. Но, другого выхода не было и человек двинулся уже в третий раз прочь, от этого странного места.
 Идти на руках с собакой, да к тому же, ещё такой тяжёлой, было очень непросто.
Её морда и задние лапы, цеплялись за стебли папоротника, а боком, Артём хоть и попытался, но идти не смог. Хватило его ненадолго и не дойдя, даже до места своего первого привала, он опустил Нику на тропу и сам уселся тут же.
 Переводя дух, он снова мучительно пытался понять, почему не темнеет или не светает, чёрт его разберёт, почему по небу не плывут тучи, а стоят на месте и что здесь происходит на самом деле.
И почему отсутствует звук, ведь кроме треска подламывающегося, под его напором папоротника и своего сбитого дыханья, он ничего не слышал!
Может, это чья-то, злая шутка, но каким образом можно организовать такую «шутку»? Поняв, что если он будет зацикливаться на этом, то у него взорвётся мозг, Артём переключился на собаку, а вернее на то, каким «макаром» её нести дальше, ведь руки уже сильно устали, и долго он не выдержит.
 Ника тем временем, всё так же безучастно лежала вдоль тропы и, если бы, не открытые глаза, можно было подумать, что собака мертва.
Человек никак не мог понять, что происходит с бедным животным, почему из молодой, активной собаки, оно без видимых причин превратилось в парализованное существо.
Без движения становилось всё холодней и Артём, поднявшись, подошёл к своей обездвиженной спутнице, встал на колени и с трудом взвалил собаку себе на плечи. Ника была всё так же безучастно ко всему происходящему и никак не реагировала на действия Артёма. Приложив немало усилий, он пристроил животное как можно удобнее себе и ей, он поднялся и пошатываясь, под весом псины, продолжил свой путь.
 Вскоре, его тропа закончилась и идти стало неимоверно трудно, вернее почти невозможно. Но с каким-то отчаянным упрямством, словно кому-то назло, доказывая свою силу или волю к жизни, человек с собакой на плечах, всё лез и лез в дебри этого, (ставшим для него, самым ненавистным растением), папоротника.
Падая и вновь поднимаясь, он обозлённый на весь мир, казалось, не знал больше усталости и совершал свой переход автоматически, словно какой-то робот.
Мозг, вероятно, отключился напрочь и из всех чувств, присущих человеку, осталась только злость. Вернее, нестерпимая злоба на себя, на собаку, и на этот чёртов папоротник, который, никак не хотел расступаться перед ним.
Человек перестал ориентироваться во времени и пространстве. Да это было, наверное, и невозможно.
Так что, определиться, сколько продолжался его странный вояж в джунглях папоротника, он не мог. Одно Артём, знал наверняка – он должен выйти к людям и спасти, и себя и эту чёртову собаку, ведь Санька не простит потери своей псины.
 Лёжа на спине, на очередном привале, человек смотрел на знакомые тучи, и мучительно пытался представить, как он мог попасть под то странное дерево.
 Хотя в самом дереве, не было ничего странного. Дерево как дерево. Но ведь вокруг, был сплошной лес папоротника и каких-либо тропинок к нему не было.
- Выходит, они с собакой спустились под дерево, на парашюте? - горько иронизировал он над самим собой, но ответа не было.  Память ехидно молчала.
 
         Глава.4 Попробуй не сойти с ума!

 Непонятно, что придавало сил Артёму, но казалось, он скорее умрёт на ходу, рухнув замертво вместе с собакой, чем откажется от своей цели выйти к людям.
Выйти и узнать наконец, чёрт побери, что всё это значит и кто всё это придумал. Неимоверная злость и нестерпимое любопытство, вероятно и двигали его вперёд.
Ника пребывала, всё в таком же состояние и была безучастна ко всему происходящему. Артём же, словно настырный муравей, все тащил и тащил на плечах, эту бедную псину, пока у него не начинали дрожать ноги и он, обессиленный не опускался на колени и не падал лицом в мокрый папоротник.
Вот и сейчас лёжа на спине и закрыв глаза, он мучительно искал выход из этой дурацкой ситуации и понимал, что с этой ношей он просто больше не сможет идти. Нужно было оставлять собаку и одному выбираться к людям, ведь потом он вернётся за ней по своим следам.
Он приподнял голову и взглянул на Нику. Та, словно читая мысли человека, печально смотрела на него и вдруг стала помахивать своим огромным хвостом.
- Ну, хоть что-то - грустно прохрипел Артём.
- Ты что, мысли научилась читать или просто оживаешь?
- А может, ты просто «косишь» под дурочку? - принялся разговаривать он с собакой, потому что тишина уже просто резала уши.
- Старая, вот сейчас не пойдёшь сама, я тебя честно, оставлю здесь.
-  Я уже все, выдохся – увещевал он Нику, поглаживая её мокрую морду и теребя, за огромные, холодные уши.   
-  Давай сделаем так, я сам найду людей и вернусь за тобой, хорошо?
- А ты пока отдохнёшь, хотя тебе то, что отдыхать, ты ж зараза, мне все плечи уже раздавила, и руки вон, смотри, трясутся – по-настоящему, всерьёз уговаривал человек псину.
 Собака, лишь жалобно смотрела на человека, словно прекрасно понимая, что тот говорит и что её ждёт, в ближайшем будущем.
- В общем, так! Я иду, ищу выход, ты лежишь здесь и ждёшь меня. Я за тобой скоро вернусь.
- Лады? - потрепав Нику по голове, Артём с трудом поднялся и прислушавшись к полнейшей тишине, двинулся в заросли.
Идти стало невероятно легко и человек довольно быстро углубился в ненавистный папоротник. Артём, матеря себя последними словами, за то, что оставил свою беспомощную спутницу, но понимая, что иначе они не выберутся, старался пробираться быстрее, насколько позволяли эти зелёные джунгли.
 Путь человека, внезапно оборвал страшный, дикий вой, от которого, он даже присел на корточки и по телу побежали мурашки.
Артём, сразу даже и не понял, откуда несётся этот невыносимо истошный вой, а скорее крик, погибающего животного.
 Вскочив на ноги, он бросился назад, упал, запутавшись в зарослях, опять поднялся и почти бегом, забыв, про усталость и боль во всем теле, кинулся на этот крик. Добравшись до места, где он оставил собаку, Артём увидел Нику, сидевшую на тропе, спиной к нему и не переставая, воющую.
Артём упал на колени возле неё, обнял это лохматое чудовище и разрыдался как маленький ребёнок, которого бросила мама одного.
Ника, не обращая никакого внимания на человека, продолжала выть куда-то в пустоту, задрав голову в серое, равнодушное небо.
Так они и сидели – человек безутешно рыдал, обняв собаку – собака, не переставая, выла.
Похоже, они были одни, в этом беззвучном мире и помощи им ждать было неоткуда. Трудно сказать, сколько продолжалось это безумие.
 Ника, вдруг резко оборвала, свой душераздирающий вой и насторожилась, повернув морду в направлении, откуда вернулся Артём.
Человек отпустил собаку из своих объятий и тоже повернулся назад, вглядываясь в стену папоротника и на тропу, по которой он вернулся.
Но ровным счётом, ничего не происходило – стояла всё та же абсолютная тишина!
Не шевелился ни один куст, не пролетела ни одной птицы, лишь на небе всё так же висели, свинцовые тучи, явно не предвещая, ничего хорошего.
 Артём поднялся с земли и осмотрелся вокруг, пытаясь понять причину беспокойства собаки. Постояв в растерянности, некоторое время, он вновь взглянул на Нику. Она сидела на задних лапах и внимательно смотрела на Артёма своими большими, чёрными глазами.
Как бы говоря человеку - ты на самом деле ничего не слышал?
– Да, ни черта, я не слышу! – вдруг, истошно заорал он своим охрипшим голосом.
–Ты, блин, будешь тут выть сидеть, сука, или мы всё-таки, куда-нибудь идём!
- Или давай, тварь, сдохнем, здесь оба – почти в истерике, орал Артём.
Ему было стыдно за своё малодушие, за свои слёзы, хоть их и никто не видел, всё равно было очень мерзко и гадко на душе. Просто, он очень давно не плакал и видно забыл, как это делается.
- Всё, я пошёл, подыхай здесь одна, сука, если тебе так хочется, а я умываю руки, ты достала меня, тварь не благодарная, другой бы и тащить тебя не стал, а сразу бы бросил – продолжал в истерике, орать Артём.
 Но Ника, лишь виновато виляя хвостом, снова легла в мокрый папоротник, и теперь снизу, на человека смотрели такие жалобные и полные горя, глаза, что сердце человека готово было лопнуть от боли.   
 Выпустив пар и вдоволь наоравшись, он опустился к собаке и не глядя в её глаза, взвалил эту, уже почти непосильную ношу на плечи и тронулся по проторённой дороге, совершенно не представляя, сколько он выдержит.
 Шатаясь и спотыкаясь, человек медленно двигался в неизвестном направлении, мечтая, что вот, вот, эти мокрые чащи расступятся, он увидит людей, стрельнёт сигаретку, упадёт в траву и наконец-то отдохнёт.
 Пот градом лился с него, горчил во рту, глаза непрерывно щипало, он буквально весь промок от него, но вытереться не было никакой возможности. Артём прекрасно понимал, что, если он сядет отдохнуть, собаку он больше не сможет поднять и взвалить себе на плечи.
 Но судьба решила иначе, он всё-таки запнулся и рухнул навзничь. Ника, скатившись с него, вдруг встала на все свои четыре лапы и стояла уже на тропе, глядя на обессилившего спутника.
Немного остыв и переведя дух, Артём перекатился на тропинку и лёжа на животе, осмотрелся. Оказывается, не так уж мало он прошёл, так как его тропа заканчивалась метрах в десяти, от места падения.
 – Ну что, старая, да ты никак ожила? – грустно спросил он у собаки. Та в ответ радостно махая хвостом, подошла к человеку и принялась лизать ему руку, своим горячим языком.
– Да иди ты в баню, чудо в перьях – отмахивался от неё, обессиленный, но довольный Артём.
- Надо было тебе давно по башке треснуть, может сразу бы в себя пришла.
- И как, я баран, сразу не догадался?!
- Всё, вали отсюда, вперёд! – скомандовал он, махнув рукой, и, как ни странно, Ника повернулась и довольно бодро затрусила по тропе.
Артём нехотя поднялся и двинулся следом. Добравшись до конца тропы, собака обернулась к человеку, ожидая, когда тот подойдёт.
– Ну и что мы встали, опять мне дорогу тропить? – подходя к ней прохрипел Артём. Виновато отодвинувшись, Ника уступила ему дорогу и человек не останавливаясь, снова врезался в проклятые, мокрые заросли. 
 Казалось бы, за то время, что он блуждал по этим незнакомым местам, дождевая вода должна была либо стечь с папоротника, либо высохнуть, но на Артёма по-прежнему лился поток холодной воды. Ника теперь неотступно следовала за ним, едва не наступая Артёму на пятки.
- Ага, боимся потеряться, зверюга? – оглянувшись назад и остановившись, спросил он у собаки и погладил её мокрую голову.
Озираясь по сторонам, Артём заметил чуть левее от себя, какое-то просветление, похоже, что там было открытое пространство.
– Никуся, за мной родная, кажется, пришли!
С этими словами он двинулся на это светлое пятно. И действительно – впереди, что-то было.
Раздвинув последние кусты, Артём выбрался наконец из зарослей и в немом оцепенение застыл, озираясь по сторонам. Постояв некоторое время, он рухнул как подкошенный – это снова была его полянка!







    Глава.5. Безумие не заканчивается.

 – Нет, нет, нет!!! - в ужасе, орал человек, снова катаясь по мокрому, изломанному папоротнику, не в силах поверить в происходящее.
Ника прыгала вокруг, своего, почти сошедшего с ума спутника и отчаянно лаяла, как бы, пытаясь помочь. Человек, не обращая на неё, никакого внимания, продолжал кататься по траве, в приступе бессильной ярости, рвал и кромсал, ненавистный папоротник, бил кулаками землю и не переставая, кричал.
Наконец силы совсем закончились, и Артём затих. Наверное, он всё-таки потерял сознание, либо находился в каком-то анабиозе, и мозг полностью утратил способность работать. Неизвестно, сколько он так лежал, мокрый и растерзанный, уткнувшись лицом в землю, но из забытья его вывела собака. Схватив зубами воротник его «олимпийки», она принялась стаскивать её с Артёма, словно пытаясь поднять своего обездвиженного спутника. Они будто поменялись ролями, и теперь нужно было тащить человека. Но тот был по-прежнему неподвижен и не подавал никаких признаков жизни.
 Наконец, оставив в покое его воротник, Ника встала передними лапами на спину человека, и задрав морду в серое равнодушное небо, отчаянно завыла своим душераздирающим воем, от которого, казалось, должны были рухнуть небеса. К счастью, небеса остались на месте, а вот человек не смог вынести такой пытки и наконец то зашевелился.
- Заткнись, убогая, живой я, но щас точно сдохну, если не заткнёшься – перекатившись на спину, прохрипел Артём.
Обрадованная псина тут же подскочив к нему, принялась лизать человеку лицо, руки, при этом наступая ему на живот, и так неистово махая своим огромным, мокрым хвостом, что тот, казалось, того и гляди отвалится.
Будто вместо Артёма здесь лежал её хозяин Саня, которого она не видела пару лет и вот только что, нашла.
- Ты, чё, старая, опять за своё? Или ты решила, что я, ласты склеил? – отпихивая от себя эту радостную, мокрую морду, чертыхался Артём.
Но, отбиться от такого напора нежности, было непросто и ему пришлось подняться на ноги. Непонятным образом, Никин вой вывел его из ступора и способность соображать, вновь вернулась.
 Получается, они просто ходят по кругу, ни на метр, не отдалившись от этого странного места. Теперь, здесь было, четыре тропы и ни одна из них, никуда ни вела.


 
 - Эй, это, чё за бред!? – задрав, голову в небо, вдруг заорал Артём.
– Где, я? Что тут творится? – подняв, руки вверх, продолжал орать человек, словно кто-то, мог дать ему ответ.
 Ника сидела, возле дерева и радостно мотала хвостом.
Закончив орать, в равнодушное небо, Артём оглянулся на собаку и видя её бодрое, весёлое состояние, вновь дико заорал, теперь, уже на неё.
 - А ты, чего радуешься, тупая псина?
- Что я не сдох? Так, погоди немного, скоро вместе сдохнем!
- Кто, чёрт возьми, из нас собака, ты или я?
- Где мы?
- Ты знаешь?
- Только и можешь, что выть да под дурочку косить.
- Иди, тварь лохматая, ищи дорогу, я не знаю где она!
- Достала сука, ты меня, я без тебя давно бы уже выбрался!
- Ты, вообще, как здесь, со мной, очутилась?
- Ты чего, вообще ко мне, привязалась?
- Что, подруга, обалденная или как? – продолжал негодовать, в бессильной ярости, Артём.
Умная животина при первых же криках человека перестала махать хвостом, легла на землю, положив морду на лапы и виновато уставилась на орущего.
 Вконец охрипнув, человек обречённо опустился на колени и содрал с себя «олимпийку». Накинув, её на голову, он обмотал лицо и упал навзничь, в траву – жить не хотелось – вообще!
  Если бы человек знал хоть одну молитву, самое время было молиться и просить Бога о помощи. Но воспитанный, на идеалах комсомола, Артём не знал, ни одной. Он и в церкви то, был один раз и то, из чистого любопытства.
Они как-то раз, сбежали с уроков и просто, шарахаясь по городу, вдруг набрели на старую церквушку недалеко от вокзала.
Кто-то предложил зайти и они, с любопытством первооткрывателей, отворили двери.
 Внутри было довольно-таки, темно и после яркого, весеннего солнца, Артём не сразу сумел разглядеть, всё происходящее, там. Они стояли у дверей, привыкая к темноте, как вдруг его кто-то, очень больно ущипнул за левый бок и он, отпрянув от неожиданной боли, услышал чей-то, противный шёпот:
 – Руки, руки, подлец! 
 Ничего не поняв, Артём вывалился наружу, а за ним следом и вся остальная его братия. Смеясь и толкаясь, они выбежали из церковной ограды и остановившись неподалёку, принялись тормошить, удивлённо улыбающегося Артёма.

- Ты, чего так рванул, Артём, как от «мастака» с утра?!
- Не понравилось или сдрейфил? – весело толкаясь, допытывались друзья.
- Да идите в баню, меня старушенция какая-то ущипнула за бок, я сам не понял ни фига!
- А я понял – вдруг тихо произнёс Денис – У тебя руки в карманах были.
- И чё? – оторопело спросил Артём, недоумевая, при чём здесь его руки.
- А то, старик, что нельзя в церкви руки в карманы совать!
- Во, блин, как? А ты почём знаешь?
- Да, так, знаю и всё – подвёл итог разговору Денис.
  Эта картинка настолько была реальна сейчас для Артёма, (память зачем-то вновь подкинула, давно забытые события) что, от отвращения к самому себе, он заскрежетал зубами.
- Ну вот вам и пожалуйста, попрошу рассчитаться – пробормотал зачем-то Артём и сбросив куртку с головы, и отгоняя от себя воспоминания, вскочил на ноги. Где-то в подсознание он понимал, что знай он молитву, хоть одну, ему стало бы намного легче.
Ника, пытаясь угадать настроение своего спутника, тоже подняла голову и внимательно наблюдала за происходящим.
Выжав куртку, с такой злостью, что затрещали нитки, Артём вытерся, оделся, и не оглянувшись на собаку, не проронив ни слова, врезался в ненавистный папоротник.
  Словно какой-то биоробот, не знавший усталости и без единой мысли в голове, он с каким-то ослиным упрямством, все лез и лез напролом, через эти проклятые дебри. И ему было абсолютно наплевать куда – только бы прочь, от этого чёртового места, которое уже не на шутку пугало его.
На очередном привале он оглянулся назад, и увидел Нику, стоящую на тропе и виновато махающую хвостом.
Человеку было уже всё равно, идёт за ним собака или нет, он перестал испытывать какие-то чувства, полнейшее равнодушие овладело им и видимо удивить чем либо, его уже не получится. Казалось, он уже целую вечность бродит в этих зарослях и для него все потеряло смысл – просто нужно было идти, а куда и зачем, он уже плохо себе представлял. Память обречённо молчала.
 
    Гла­ва 6 От­чая­ние.
 По­это­му он нис­коль­ко не уди­вил­ся, ко­гда его из­мождённые и пло­хо гнув­шие­ся но­ги вы­не­сли его, на до тош­но­ты, зна­ко­мую по­лян­ку.
И это ка­за­лось не­ве­ро­ят­ным - в тре­тий раз вер­нуть­ся на то­же са­мое ме­сто!  Это нуж­но бы­ло очень по­ста­рать­ся!
Че­ло­век, мол­ча по­сто­ял не­ко­то­рое вре­мя в за­дум­чи­во­сти, за­тем по­дошёл к сво­ему «лю­би­мо­му» де­ре­ву, об­нял его шер­ша­вый, про­хлад­ный ствол и при­нял­ся гром­ко хо­хо­тать.  Ему по­че­му-то ста­ло вдруг ужас­но ве­се­ло и лег­ко на ду­ше, слов­но он об­ни­мал не де­ре­во, а сво­его вер­но­го, на­дёжно­го дру­га, ко­то­рый при­шёл ему по­мочь.
 Ни­ка, ви­дя, что спут­ник её на­хо­дит­ся в та­ком при­под­ня­том на­строе­нии, се­ла воз­ле де­ре­ва и ма­хая хво­стом, при­ня­лась гром­ко ла­ять, как бы под­дер­жи­вая его.
Кар­тин­ка бы­ла ко­неч­но, не­ле­пой и бес­смыс­лен­ной – по­сре­ди не­по­нят­ной, воз­мож­но вра­ж­деб­ной сре­ды, сто­ял че­ло­век и об­няв­ши де­ре­во, ди­ко хо­хо­тал, а воз­ле не­го ра­до­ст­но гав­ка­ла ог­ром­ная пси­на. Че­му они так об­ра­до­ва­лись, бы­ло со­вер­шен­но не­по­нят­но. Сколь­ко дли­лось это бе­зу­мие, ска­зать слож­но, ведь вре­мя ка­за­лось, со­всем ос­та­но­ви­лось и дви­гать­ся ни­ку­да не пы­та­лось. Зна­ко­мые ту­чи, по-прежнему, так же ви­се­ли не­под­виж­но в не­бе, не дви­гал­ся не один лист на де­ре­ве, и во­об­ще ка­кие-ли­бо дей­ст­вия со­вер­ша­ли толь­ко че­ло­век и со­ба­ка, ос­таль­ные уча­ст­ни­ки со­бы­тий, ка­за­лось, бы­ли про­сто на­ри­со­ва­ны не­из­вест­ным ху­дож­ни­ком.
Про­дол­жая сме­ять­ся, Артём опус­тил­ся на зем­лю и об­нял со­ба­ку.
- Ты при­кинь, Ни­к, а ведь мы с то­бой здесь и сдох­нем – с ка­кой-то злоб­ной ра­до­стью объ­яс­нял он пси­не, не пе­ре­ста­вая хо­хо­тать.
- Жаль, пис­то­лет не бое­вой, так бы хоть за­стре­лил­ся, всё рав­но от­сю­да вы­хо­да нет!
   Ни­ка, ра­до­ст­но по­ма­хи­вая хво­стом, при­ня­лась об­ли­зы­вать сво­его спут­ни­ка, яв­но ра­ду­ясь, что тот не кри­чит на не­ё, а по­че­му-то си­дит и смеётся.
Артём и не пы­тал­ся от­мах­нуть­ся, а про­дол­жал си­деть, об­няв пса, и гром­ко хо­хо­тал на весь этот без­молв­ный мир.
  Ве­ро­ят­но, че­ло­век та­ким об­ра­зом и со­шёл бы с ума, но вне­зап­но в го­ло­ве у него прояснилось, и он вдруг по­нял, что у не­го ис­те­ри­ка и до до­б­ра, она его не доведёт.
 Артём рез­ко обор­вал смех и под­нял­ся на но­ги. К не­му вер­ну­лась спо­соб­ность мыс­лить и он с ужа­сом по­нял, что ещё не­мно­го и он с сой­дёт с ума.
 Но что де­лать даль­ше, че­ло­век уже со­вер­шен­но не пред­став­лял, хо­ж­де­ние по зло­ве­ще­му кру­гу бу­к­валь­но сло­ма­ло его, и про­дол­жать по­пыт­ки вы­брать­ся от­сю­да, ка­за­лись ему те­перь бес­по­лез­ным и смеш­ны­ми. Ка­кая-то не­из­вест­ная, злая си­ла удер­жи­ва­ла его на этом мес­те, не да­вая вы­брать­ся к лю­дям. Артём в этом был на­столь­ко уве­рен, что поч­ти фи­зи­че­ски ощу­щал её дей­ст­вие на се­бе.
Вы­хо­да, дей­ст­ви­тель­но, не бы­ло.
Тя­же­ло вздох­нув, он об­речённо опус­тил­ся на зем­лю и сел, при­сло­нив­шись спи­ной к де­ре­ву. Ни­ка, ви­дя пе­ре­ме­ну на­строе­ния сво­его спут­ни­ка, пре­кра­ти­ла гав­кать и уле­глась воз­ле че­ло­ве­ка.
Те­перь в этом тре­вож­ном и не­по­нят­ном ми­ре, не дви­гал­ся ни­кто – Артём си­дел, под­тя­нув ко­ле­ни к гру­ди и за­крыв ла­до­ня­ми ли­цо, Ни­ка ле­жа­ла ря­дом, то­же за­крыв гла­за и ка­за­лось, они оба спят. Стоя­ла аб­со­лют­ная, ка­кая-то не ре­аль­ная ти­ши­на, ко­то­рую не на­ру­шал ни еди­ный звук.
- А ведь, не­прав был тот ум­ник, ко­то­рый ска­зал, что всё в ми­ре течёт и ме­ня­ет­ся!
- Да вот хрен вам, ни­че­го здесь не ме­ня­ет­ся! – мыс­лен­но, исступлённо орал че­ло­век, си­дя не­под­виж­но под де­ре­вом и со­вер­шен­но не пред­став­ляю­щий, что де­лать даль­ше. Его ус­тав­шее, раз­би­тое те­ло на­чи­на­ло за­мер­зать, ужас­но хо­те­лось, что-ни­будь съесть, глот­нуть во­ды, да в кон­це кон­цов, за­тя­нуть­ся си­га­ре­той и пе­ре­одеть­ся в сухую, тё­п­лую оде­ж­ду. Но как это всё осу­ще­ст­вить, он не мог при­ду­мать и ос­та­ва­лось толь­ко меч­тать.
  И лишь од­но от­кры­тие, не­мно­го ус­по­каи­ва­ло че­ло­ве­ка – он по­нял, что здесь ни­ко­гда не стем­не­ет. Он при­нял это как долж­ное и не пы­тал­ся най­ти объ­яс­не­ние, это­му стран­но­му яв­ле­нию.
Ка­за­лось, этот не­мой, лишённый вся­ко­го смыс­ла фильм, за­стрял на од­ном кад­ре и дос­мот­реть его не­из­вест­ным зри­те­лям, вряд ли уда­ст­ся.
Но не­прав был Артём, ко­гда мыс­лен­но кри­чал, спо­ря с за­бы­тым фи­ло­со­фом. Что-то долж­но бы­ло здесь про­изой­ти, ведь не мог­ли они про­сто ти­хо, мол­ча по­гиб­нуть на этой про­кля­той по­ля­не. 
 От горь­ких раз­ду­мий его от­влек­ло шур­ша­ние тра­вы. Он от­нял ру­ки от ли­ца и от­крыл гла­за. Ни­ка, при­жав­шись к зем­ле, полз­ла на про­ти­во­по­лож­ный край по­ля­ны, точ­но со­би­ра­лась на­пасть на не­ви­ди­мо­го про­тив­ни­ка.
Но че­ло­век рав­но­душ­но взи­рал на эти стран­ные дей­ст­вия сво­ей спут­ни­цы, спо­кой­но и без­у­ча­ст­но, на ка­кие-ли­бо эмо­ции у не­го не ос­та­ва­лось уже сил.   За­крыв гла­за, Артём, ка­за­лось ли­бо ус­нул, ли­бо про­сто сбе­жал от этой страш­ной дей­ст­ви­тель­но­сти, не же­лая при­ни­мать в ней ни­ка­ко­го уча­стия.
В за­кры­тых гла­зах не­слись бес­ко­неч­ным по­то­ком, по­че­му-то цвет­ные кар­тин­ки, ли­ца зна­ко­мых лю­дей, ни­как не свя­зан­ных ме­ж­ду со­бой ни­ка­ки­ми со­бы­тия­ми. Ли­ца бы­ли все по­че­му-то весёлые, и все при­вет­ли­во улы­ба­лись.
- Ну вот и кран­ты – рав­но­душ­но за­ме­тил мыс­лен­но Артём – при­плы­ли, даль­ше не­ку­да.
- Ви­дать, по­ра сли­вать во­ду. По­хо­же, я со­шёл с ума.
 – Трам­вай идёт в парк, то­ва­ри­щи пас­са­жи­ры – от­ку­да-то со сто­ро­ны, слы­шал он, гром­кий, муж­ской го­лос. За­тем, ка­кая-то жен­щи­на, за­кри­ча­ла на пла­чу­ще­го ребёнка. Зву­ча­ла гром­кая му­зы­ка, где-то шла жизнь боль­шо­го го­ро­да. Труд­но ска­зать, сколь­ко про­дол­жа­лось это бе­зу­мие, или вре­мен­ное по­ме­ша­тель­ст­во че­ло­ве­ка, спал он или бре­дил, так и ос­та­нет­ся для не­го за­гад­кой. Но он про­сто си­дел, слу­шал чу­жие го­ло­са, всмат­ри­вал­ся в ра­до­ст­ные, зна­ко­мые ли­ца, и на этой по­ля­не его уже не бы­ло, Артём был где-то сре­ди лю­дей, в шум­ном го­ро­де, и был сча­ст­лив, что все за­кон­чи­лось.
    Сказ­ка, пре­рва­лась так же вне­зап­но, как и на­ча­лась. Гром­кий лай Ни­ки воз­вра­тил его в ре­аль­ный, ну, или поч­ти ре­аль­ный, мир. Он до­но­сил­ся из­да­ле­ка, и бы­ло по­хо­же, что пси­на не про­сто так над­ры­ва­ет свои связ­ки, а ре­аль­но на ко­го-то гав­ка­ет, и этот кто-то, на­хо­дит­ся да­ле­ко. Ка­за­лось бы, нуж­но бы­ло со всех ног бе­жать на этот лай, ведь яв­но, пси­на что-то на­шла. Но Артём по-преж­не­му, си­дел не­под­виж­но под де­ре­вом, и яв­но не со­би­рал­ся бе­жать на­встре­чу, ко­му бы то ни бы­ло. Он да­же ра­зо­злил­ся на бес­тол­ко­вую со­ба­ку, ведь она вы­рва­ла его из ска­зоч­но­го за­бы­тья, из ко­то­ро­го че­ло­век яв­но не хо­тел воз­вра­щать­ся. Да­же гла­за он от­крыл не сра­зу, а спус­тя не­ко­то­рое вре­мя, но под­ни­мать­ся не стал, а про­сто си­дел, как сто­рон­ний на­блю­да­тель, и ждал, как бу­дут раз­во­ра­чи­вать­ся со­бы­тия – ему бы­ло все рав­но, он уже ни­че­го не хо­тел. И да­же ес­ли бы в этом стран­ном, вра­ж­деб­ном мес­те вдруг на­ча­лось зем­ле­тря­се­ние, он бы не встал и ни­ку­да бы не по­бе­жал – бе­жать всё рав­но было некуда.
  А Ни­ка не уни­ма­лась, лай всё про­дол­жал­ся, ка­за­лось, она бе­га­ет за кем-то, или от ко­го-то, су­дя по­то­му, что звук пе­ре­ме­щал­ся и из­ме­нял­ся
  Артём, с не­ве­ро­ят­ным уси­ли­ем, всё-та­ки под­нял­ся на но­ги, за­пра­вил­ся, и по­пы­тал­ся по­звать со­ба­ку, но вряд ли его ох­рип­ший го­лос, мог кто-то ус­лы­шать. Ид­ти же на звук не­ути­хаю­ще­го лая, Артёму по-преж­не­му не хо­те­лось, и это бы­ло очень стран­но для не­го са­мо­го. Бес­цель­но блу­ж­дая взгля­дом, по рас­тер­зан­ной по­лян­ке, че­ло­век не мог ни­как со­сре­до­то­чить­ся, мыс­ли не вы­страи­ва­лись в ло­ги­че­скую це­поч­ку, ра­зум от­ка­зы­вал­ся под­чи­нять­ся. Как во сне, он всё-та­ки дви­нул­ся на со­ба­чий лай, но ед­ва Артём во­шёл в за­рос­ли, Ни­ка вдруг за­мол­ча­ла. Это бы­ло вы­ше его, и так не­боль­ших уже мо­раль­ных сил.
 Ка­за­лось, что кто-то про­сто из­де­ва­ет­ся над ним. Че­ло­век, упал ли­цом в па­по­рот­ник, и за­тих. Жизнь, по­хо­же, всё-та­ки за­кан­чи­ва­лась.
  Про­ле­жав не­ко­то­рое вре­мя не­под­виж­но, Артём всё же пе­ре­вер­нул­ся на спи­ну, и взгля­нул в не­бо. На не­го так же рав­но­душ­но и пре­зри­тель­но смот­ре­ли свин­цо­вые ту­чи, не­под­виж­но ви­сев­шие пря­мо над ним. Вгля­ды­ва­ясь в не­бо, он пы­тал­ся най­ти хоть ка­кое-то объ­яс­не­ние та­кой стран­ной не­под­виж­но­сти, но не мог, как ни ста­рал­ся. В ко­то­рый раз уже Артём по­жа­лел, что ле­тать он мо­жет толь­ко в сво­их снах, вновь жут­ко по­за­ви­до­вал пти­цам, и от­клю­чил­ся.
   Из оче­ред­но­го про­ва­ла соз­на­ния его вы­та­щи­ла Ни­ка. Она во­рва­лась мок­рой, лох­ма­той ла­ви­ной из за­рос­лей, не­по­нят­но с ка­кой сто­ро­ны, и тут же при­ня­лась на­ли­зы­вать Артёма сво­ей «ло­па­той», при этом бес­це­ре­мон­но ус­та­но­вив свои гряз­ные ла­пы ему на грудь.
- Ах, ты за­раза, ах ты тварь, ты вер­ну­лась, сво­лочь мок­рая? - оч­нув­шись, ра­до­ст­но за­при­чи­тал че­ло­век, об­ни­мая и це­луя со­ба­ку в нос. Ведь он уже не на­де­ял­ся, что она вернётся к не­му, а са­мо­му ид­ти опять не­по­нят­но ку­да, у не­го уже не бы­ло ни­ка­ких сил.
 - Стой, стой, ты где бы­ла, ты по­че­му та­кая гряз­ная!?- под­ни­ма­ясь на ко­ле­ни, вскрик­нул Артём.
Ла­пы у Ни­ки дей­ст­ви­тель­но, бы­ли в ос­тат­ках на­лип­шей зем­ли и к то­му же от не­ё, сильно воняло чем-то го­ре­лым, ве­ро­ят­но ко­ст­ром.
Со­ба­ка бы­ло не­обы­чай­но ак­тив­на, она бу­к­валь­но пры­га­ла на стоя­ще­го на ко­ле­нях Артёма и ва­ли­ла его на зем­лю, при этом, не пе­ре­ста­вая ра­до­ст­но гав­кать и об­ли­зы­вать сво­его най­ден­но­го спут­ни­ка. Всем сво­им ви­дом, со­ба­ка яв­но по­ка­зы­ва­ла че­ло­ве­ку, что их му­че­ния на­ко­нец то за­кон­чи­лись и она, вот та­кая ум­ная и слав­ная со­ба­ка, зна­ет ку­да нуж­но ид­ти и что де­лать.
 Ни­ка, буд­то кри­ча­ла ему – Ну, что ты си­дишь, Артём, вста­вай, бе­жим бы­ст­рей, там лю­ди, там жизнь! 
Гля­дя на это со­ба­чье «све­то­пре­став­ле­нье», Артём на­чи­нал при­хо­дить в се­бя, по­ни­мая, что ведь дей­ст­ви­тель­но, Ни­ка что-то или ко­го-то на­шла и нуж­но бы­ст­рей дви­гать­ся, по­ка ещё есть си­лы. Но, ви­ди­мо го­речь не­дав­них раз­оча­ро­ва­ний не по­зво­ля­ла ему вско­чить и ра­до­ст­но бе­жать на­встре­чу сво­ему спа­се­нию.
 Слег­ка от­пи­хи­вая от се­бя не­уго­мон­ную спут­ни­цу, че­ло­век мед­лен­но под­нял­ся с ко­лен, вы­тер ли­цо, хо­ро­шень­ко за­пра­вил­ся, ос­мот­рел­ся по сто­ро­нам, пы­та­ясь оп­ре­де­лить от­ку­да при­нес­лась эта «лох­ма­тая бес­тия» и про­изнёс: – Ну, и ку­да мы те­перь идём, чу­до ты моё?!».
 Ни­ка, слов­но толь­ко и жда­ла этих слов от не­го, тут же ри­ну­лась в за­рос­ли, не пе­ре­ста­вая ла­ять, как бы по­да­вая сиг­нал че­ло­ве­ку, и вско­ре её лай от­да­лил­ся, но не сти­хал.

 Артём, не спе­ша дви­нул­ся вслед за сво­ей спут­ни­цей, но по­сте­пен­но ус­ко­рял­ся, бес­соз­на­тель­но опа­са­ясь, что лай опять стих­нет и он сно­ва ос­та­нет­ся один. Стран­но, но ид­ти ста­но­ви­лось лег­че, он два­ж­ды пе­ре­сёк на­вер­ное, свои тро­пы, но не об­ра­щая на них вни­ма­ния, он лез пря­мо на Ни­кин лай, бла­го, тот по­ка ещё не сти­хал.
 Не­ожи­дан­но пря­мо пе­ред ним от­кры­лась не­боль­шая по­ля­на с упав­шим де­ре­вом и вы­топ­тан­ной тра­вой воз­ле не­го, но Артём, бег­ло ог­ля­дев это, яв­но по­се­щае­мое людь­ми ме­сто, поч­ти бе­гом бро­сил­ся даль­ше.
 Мо­гу­чий па­по­рот­ник на­чал на­ко­нец-то мель­чать, рас­сту­пать­ся и по­па­дать­ся са­мый обык­но­вен­ный, да и во­круг ста­но­ви­лось не­мно­го свет­лее.
Ни­кин лай стал стре­ми­тель­но при­бли­жать­ся и Артём по­нял, что его вер­ная спут­ни­ца бе­жит к не­му. Так оно и ока­за­лось, вско­ре её лох­ма­тая, мок­рая мор­да вы­ныр­ну­ла из тра­вы, и сно­ва на­ча­лись «со­ба­чьи ра­до­сти», как на­звал их Артём. От­ку­да бра­лись си­лы у этой, ещё не­дав­но поч­ти па­ра­ли­зо­ван­ной пси­ны, он ни­как не мог взять в толк.
- Ну всё, хо­рош, хо­рош! Мо­ло­дец, ум­ная, обал­ден­но ум­ная со­ба­ка! – гла­дя дей­ст­ви­тель­но не глу­пое жи­вот­ное, радостно при­го­ва­ри­вал че­ло­век.
От­толк­нув легонько, от се­бя Ни­ку, он дви­нул­ся вперёд, не­пре­стан­но ог­ля­ды­ва­ясь во­круг, пы­та­ясь об­на­ру­жить при­зна­ки жиз­ни. Со­ба­ка не­пре­рыв­но кру­жи­ла во­круг не­го в тра­ве, слов­но что-то ис­ка­ла, но те­перь она не по­ки­да­ла его и все­гда бы­ла на ви­ду. Вда­ле­ке Артём уже ви­дел кро­ны де­ревь­ев и это при­да­ло ему сил. Те­перь они дви­га­лись в не­вы­со­кой тра­ве и это бы­ло дей­ст­ви­тель­но, лег­ко и при­ят­но. На­строе­ние Артёма бу­к­валь­но с ка­ж­дым ша­гом под­ни­ма­лось, и он уже на­чал за­ди­рать Ни­ку, шут­ли­во пи­ная ту под зад, ко­гда она ока­зы­ва­лась воз­ле не­го. Ведь впе­ре­ди бы­ла це­лая жизнь!

   
 Гла­ва.7 Спа­се­ние?

 Как не пы­тал­ся Артём дви­гать­ся бы­ст­ро, но ус­та­лость ско­ро взя­ла своё и он был вы­ну­ж­ден ос­та­но­вить­ся, что­бы пе­ре­дох­нуть, хо­тя вер­хуш­ки де­ревь­ев бы­ли уже так ма­ня­ще близ­ки. Усев­шись в тра­ву, че­ло­век вновь по­пы­тал­ся ос­мыс­лить про­изо­шед­шее. Те­перь он уже не бо­ял­ся за­блу­дить­ся, ка­ким-то шес­тым чув­ст­вом он по­ни­мал, что все его зло­клю­че­ния за­кон­чи­лись, и у тех де­ревь­ев, что бы­ли уже не­да­ле­ко, он най­дёт от­ве­ты на все во­про­сы.
Взгля­нув в не­бо, он вдруг вско­чил с зем­ли и сло­жив на обо­их ла­до­нях, фи­гу­ры из трёх паль­цев, от­ча­ян­но за­орал, ты­ча ими в не­бо: - А, вот вам, чер­та с два, слы­ши­те! Слы­ши­те, слы­ши­те?».
 Ко­му, так са­мо­заб­вен­но орал этот, на­сквозь мок­рый, из­му­чен­ный, смер­тель­но ус­тав­ший че­ло­век, бы­ло не со­всем по­нят­но.
Но, яв­но бы­ло од­но - туч на не­бе, не бы­ло! Это-то и вы­зва­ло та­кой бе­ше­ный вос­торг Артёма, ведь они бы­ли для не­го, как знак че­го-то страш­но­го и не­по­нят­но­го. Те­перь не­бо бы­ло без еди­ной ту­чи, но всё рав­но, ка­кое-то се­рое и мут­ное, слов­но за­тя­ну­тое гряз­ным по­ли­эти­ле­ном, ок­но.
Ни­ка, буд­то раз­де­ляя вос­торг сво­его спут­ни­ка, то­же ра­до­ст­но пры­га­ла во­круг че­ло­ве­ка и гром­ко лая­ла, в это мут­но-се­рое, рав­но­душ­ное не­бо.
На­ко­нец ус­тав орать, гав­кать и пры­гать, бе­до­ла­ги ус­по­кои­лись и бро­си­лись в тра­ву.
- Всё, под­ру­га, ка­жись всё кон­чи­лось, ско­ро бу­дем на ба­зе, я те­бе точ­но го­во­рю! – си­дя на тра­ве и гла­дя пси­ну, де­ло­ви­то рас­су­ж­дал до­воль­ный и ус­по­ко­ив­ший­ся Артём.
 Он, ок­рылённый та­ким удач­ным ис­хо­дом сво­его ду­рац­ко­го при­клю­че­ния, по­пы­тал­ся вновь рас­тор­мо­шить свою ус­нув­шую па­мять, но всё бы­ло на­прас­но. Па­мять ус­та­ло мол­ча­ла.
 По­ра бы­ло вы­дви­гать­ся и Артём под­нял­ся с зем­ли, ещё раз за­чем-то взгля­нув в не­бо. Ни­че­го но­во­го там не поя­ви­лось, всё то­же мрач­ное, без ка­ких-ли­бо при­зна­ков жиз­ни, не­бо. Артём, бод­ро ша­гая в на­прав­ле­нии де­ревь­ев, раз­мыш­лял: - Ну хо­ро­шо, про­кля­тые ту­чи смы­лись или, до­пус­тим, я всё-та­ки от них убе­жал, но по­че­му всё рав­но нет зву­ка, нет ни од­ной пти­цы, нет ни­че­го?». Эй­фо­рия на­чи­на­ла по­нем­но­гу про­хо­дить и Артём всё ус­ко­ряя шаг, поч­ти бе­жал, под­бад­ри­вая Ни­ку сво­им хри­п­лым го­ло­сом: - Вперёд, ста­руш­ка, вперёд!».
 Жи­вот­ное ра­до­ст­но реа­ги­ро­ва­ло, на ок­ри­ки че­ло­ве­ка, лая в от­вет и пы­та­лось да­же ух­ва­тить сво­его спут­ни­ка за но­гу.
 Ко­гда до де­ревь­ев ос­та­ва­лось мет­ров три­ста, Артём вдруг ос­та­но­вил­ся и за­мер. Ни­ка тут же вста­ла, как вко­пан­ная, вни­ма­тель­но на­блю­дая за дей­ст­вия­ми че­ло­ве­ка, при этом за­мер­ла в стойке, как охот­ни­чий сет­тер. Так они и стоя­ли, за­ме­рев, слов­но на охо­те, вслу­ши­ва­лись в ок­ру­жаю­щий их мир.
Но этот мир по-преж­не­му без­молв­ст­во­вал и не по­да­вал никаких при­зна­ков жиз­ни.
 – Чёрте что, блин, это ко­гда-ни­будь кон­чит­ся? – гля­дя на это без­мол­вие, гру­ст­но про­изнёс Артём. Но от­ве­том ему бы­ла вся та же гне­ту­щая, три­ж­ды мёрт­вая ти­ши­на.
 Вы­ру­гав­шись, Артём ре­ши­тель­но за­ша­гал к те­перь, со­всем уже близ­ким де­ревь­ям. Вид­ны бы­ли толь­ко их кро­ны и Артём спра­вед­ли­во под­ме­тил, что сто­ят они в ни­зи­не. Так оно и ока­за­лось, и вско­ре они с со­ба­кой стоя­ли на краю об­ры­ва. Вер­нее, сто­ял Артём, а Ни­ка по-хо­зяй­ски гроз­но ры­ча и гав­кая, тут же бро­си­лась вниз.
Но че­ло­век не спе­шил спус­кать­ся. Он вни­ма­тель­но раз­гля­ды­вал от­крыв­шую­ся пе­ред ним кар­ти­ну.
 Вни­зу стоя­ло ка­кое-то бре­вен­ча­тое со­ору­же­ние и воз­ле не­го мет­рах в пя­ти, две ма­ши­ны – «ЗИЛ» и «Урал». Лю­дей по­ка что ни­где не бы­ло вид­но.
Об­ра­до­ван­ный ви­дом жи­ло­го мес­та и зна­ко­мой тех­ни­ки, Артём сбе­жал вниз, бла­го об­рыв был по­ло­гим и на­пра­вил­ся к это­му ост­ров­ку ци­ви­ли­за­ции. Ни­ка тем вре­ме­нем, ку­да-то ис­чез­ла из ви­ду, но Артёму бы­ло не до не­ё, его ин­те­ре­со­ва­ло строе­ние на краю по­ля­ны. С лю­бо­пыт­ст­вом под­хо­дя к не­му, он за­ме­тил, что вы­со­та из­буш­ки (как сра­зу ок­ре­стил он её) край­не ма­ла и хо­тя он не был вы­со­ко­го рос­та, жить в та­кой низ­кой постройке он бы не смог.
Дли­на строе­ния бы­ла при­мер­но мет­ров пять, а ши­ри­на, приблизительно три с по­ло­ви­ной.
Сло­же­на она бы­ла из же­лез­но­до­рож­ных шпал, ок­на от­сут­ст­во­ва­ли, вид­но строи­те­ли не ста­ли за­мо­ра­чи­вать­ся. А вот дверь, по-ви­ди­мо­му, всё-та­ки бы­ла, су­дя по ос­тав­шим­ся на­ве­са­ми, но её ку­да-то умык­ну­ли.
  - Эй, хо­зяе­ва, есть кто в ха­те? – крик­нул Артём, под­хо­дя вплот­ную к из­буш­ке.
 От­ве­том ему по­слу­жил со­ба­чий лай, вы­ныр­нув­шей не­весть от­ку­да Ни­ки. Она по-хо­зяй­ски за­бе­жа­ла внутрь и Артём по­сле­до­вав её при­ме­ру, при­гнул­ся и шаг­нул в по­строй­ку.
   Внут­ри бы­ло аб­со­лют­но тем­но и лишь свет, па­даю­щий сна­ру­жи, по­зво­лял раз­гля­деть это убо­гое, как сра­зу за­ме­тил Артём, жи­ли­ще.
Воз­ле вхо­да стоя­ла не­боль­шая, за­копчённая печь с от­кры­той двер­кой. Вдоль даль­ней сте­ны гро­моз­дил­ся гру­бо стру­га­ный стол и две ши­ро­кие лав­ки по обе сто­ро­ны.
 Кру­гом ца­рил аб­со­лют­ный бар­дак, му­со­ром был за­ва­лен бу­к­валь­но ка­ж­дый сан­ти­метр по­ла. При­чём сте­ны из­нут­ри бы­ли пол­но­стью об­го­рев­шие до за­пёкшихся уг­лей на шпа­лах. Вы­хо­ди­ло, что весь этот хлам за­та­щи­ли сю­да, по­сле по­жа­ра? Но это ведь бы­ло пол­ным аб­сур­дом, та­щить му­сор в сго­рев­шее жи­ли­ще. Раз­мыш­ляя, над эти­ми стран­но­стя­ми, Артём при­нял­ся раз­гре­бать но­га­ми весь этот хлам, в на­де­ж­де най­ти хоть оку­рок си­га­ре­ты, ведь ку­рить хо­те­лось до не­воз­мож­но­сти.
Тош­но­твор­ный за­пах го­ре­ло­го де­ре­ва и ка­ко­го-то сма­зоч­но­го ма­те­риа­ла ста­но­вил­ся не­вы­но­сим и Артём да­же на­тя­нул за­стёгнутый во­рот­ник олим­пий­ки на нос, сде­лав се­бе по­до­бие про­ти­во­га­за.  Но это пло­хо по­мо­га­ло и ему ни­че­го не ос­та­ва­лось, как тер­петь. 
Ни­ка, вид­но не най­дя для се­бя ни­че­го ин­те­рес­но­го, вы­ско­чи­ла на­ру­жу.
Артём упор­но пы­тал­ся най­ти хоть ка­кой-то на­мёк на ни­ко­тин, но всё бы­ло тщет­но. По­хо­же бы­ло, что здесь жи­ли не­ку­ря­щие лю­ди.  Бес­по­лез­ные по­ис­ки пре­рвал ­гром­кий со­ба­чий лай сна­ру­жи. Артём с раз­оча­ро­ва­ни­ем пнув ка­кую-то ко­роб­ку, вы­шел из этого во­ню­че­го и вид­но, дав­но бро­шен­но­го строе­ния.
- Аллё, га­раж! – оглядываясь по сторонам вскрикнул Артём.
- Лю­ди, есть кто?! – снова за­кри­чал он, под­хо­дя к Ни­ке, ко­то­рая си­де­ла в тра­ве, воз­ле ближ­ней к нему ма­ши­не и лая­ла на ка­би­ну...
 
По требованию продающего сервиса вынужден был удалить полную версию повести из свободного доступа.
 
   Кого интересует конец этой истории пишите на почту. glebovmaikl555@gmail.com


ОТЗЫВЫ ЧИТАТЕЛЕЙ.

Наталия Чудикова
Прочла всё махом. Да история жутко интересная, вопросов, конечно, больше, чем ответов. Письмо, это нечто конечно. Наталкивает опять на мысли, которые я не раз думала.

Дмитрий Шиковец
 Здесь могу добавить, что ДАЖЕ ЕСЛИ эта история (про Артема) является плодом вашей фантазии или игры подсознания, то читать всё равно интересно. И форма (изложение) и содержание (сюжет) достойны того, чтобы поделиться с читателями. Кроме того, с доработкой (основано на реальных событиях) смело можно предложить это произведение в виде сценария. Гораздо интереснее многой хрени, которую порой снимают
Сугубо личное мнение.

 Величайшая благодарность автору. У меня свой личный опыт. Например, когда попадаешь в мир, в котором нет никакого движения. Абсолютно никакого. Это трудно себе даже представить. У нас все чувства заточены на изменение. Мысль и та не движется. Или проживаешь отрезок своей ближайшей будущей жизни (тебе "как бы" показали ее, но переживаешь реально) и она здесь в действительности тут же абсолютно точно повторяется и ты совершенно ничего не можешь изменить и понимаешь собственное бессилие. Этот мир очень непрост. Фактически мы его не знаем. Спасибо автору.

Дмитрий Чистяков.
Обалдеть история, Константин!!! Очень благодарен вам за нее!


Света Иванова.
 Очень приятно и легко читается! Реально представляешь всё происходящее. С нетерпением буду ждать продолжение!

Дмитрий Чистяков Ну чем не Лукьяненко, а?))))Читается также легко и затягивает!)
Читаю продолжение)

Olga Kurbatova Матрикс, это какой-то гипноз, только вас и ищу, чтоб почитать. Есть писатели покруче. а вы пишете жизненно, и влечёт. Спасибо вам....


Olga Kurbatova
Уж так сжилась с Артёмом, что хожу как прибитая, что он ушёл из моей жизни. Повесть очень интересная читали её сотни людей, с огромным интересом. Я вам очень благодарна за неё. Пусть она написана несовершенно, но, потрясающе интересно. Рылась в поисках продолжения, а теперь.... Пусто как-то стало. Напишите ещё одну повесть -быль. У вас получаются, полные жизни и сюжетные опусы. Спасибо. Не исчезайте. будьте добры.

Елена Плахова
Как и многие из присутствующих, нахожусь под впечатлением... И думаю, как и многие (включая Автора), испытываю определенное разочарование в связи с полным отсутствием ответов на огромную кучу вопросов. То, что произошло с Вами - необъяснимо. Вам довелось нащупать и "потрогать рукой" границу непознанного в самом прямом смысле этого слова. Таких как Вы в мире очень не много. Возможно, вы самый обыкновенный Гений, в классическом понимании этого понятия (аналог. - обыкновенное чудо).
Вы обладаете сверхтонкими настройками, способными улавливать не только нашу реальность, но и альтернативные. Возможно, этим свойством в той или иной мере обладают и Ваши родные. Считаю, что мне крупно повезло, что довелось общаться на прямую с таким уникальным человеком - я абсолютно серьёзно! В любом случае, огромное спасибо Вам за то, что рассказали нам о своём удивительном опыте!

Белая Ворона.
Здравствуйте! Спасибо, Вам, автор, за столь увлекательный рассказ! Прочитала с начала до конца за ночь, до сих пор под впечатлением! Если этот случай на самом деле произошёл с вами, и Вас "отпустили", то скорее всего не просто так! Может, чтобы Вы рассказали нам об этом? Я думаю, немало людей так же, как и Вы, находят выход оттуда, но большинство не помнят об этом (просто мозг стирает информацию, которую не может осилить, иначе просто сгорит)! У кого такое сохранилось в памяти, чаще просто сходят с ума или скрывают от людей, чтобы не посчитали сумасшедшим. Если это ваша фантазия, то рассказ получился больше, чем убедительным и захватывающим! Конечно, нужно отредактировать (думаю, Вы с этим справитесь). Мне особенно понравился живой язык (особенно в диалогах). И очень интересно - кто Вы по профессии? Удачи, Вам, MATRIX!


Astap Blander
4 месяца
Странно, но почему то, с неким страхом, захотелось побывать в подобной ситуации. Такие желания, вообще нормальны? Удивительно, но я начинаю Вам завидовать...ей Богу! Наверно заболеваю. В то же время мозг категорически не хочет воспринимать за явь описанные Вами события. Жду продолжения…

Елена Плахова
Обалденно интересно!!! Я вот думаю, как нам повезло узнать все это от очевидца! Вы просто человек-легенда(я серьёзно). И главное, ведь Вы могли остаться. Там навсегда! Но Вы вернулись — это чудо просто. Как мало все-таки мы знаем о нашем мире.


Olga Kurbatova
Всё интересно. Жду каждую главу с нетерпением. Не дай Бог никому пережить такое. Если уж попасть так в будущее, но не в другое измерение.

Владимир Новгородов
О х р е н е т ь !!! Вот это поворот!...Вот это реалити шоу!...Насколько нужно быть психически сильным...чтоб не сломаться!...вы молодец!...если бы память помнила всё с самого начала...весь переход и всё остальное...наверное было бы труднее!...А без собаки вообще кранты...умное животное...сама же напросилась!...круто!...жду дальнейших событий с нетерпением!...спасибо!

Olga Kurbatova
И мне понятно. вообще мастерски закрученный сюжет. Все ждут, с нетерпением, продолжения. Вы ,главное, пишите. И побыстрее. А кто чего не допёр. пусть по два раза читает и снизойдёт просветление.

Елена Плахова
Кому надо - тот все понял. Не переживайте, на счёт стиля. Вся ценность вашего описания именно в том, что события эти происходили в реальности, с реальным человеком. Вообще-то, это уникально уже само по себе. Ваша ценность не столько как писателя, сколько - как очевидца совершенно уникальных, по сути, событий. Сказать, что нам всем очень интересно - ничего не сказать. Поэтому, не парьтесь - пишите, как получается!


Елена Плахова
Почитала комментарии - оказывается, и у нас случаи подобные были. Просто люди молчат об этом, бояться негативной реакции. Вот бы создать такой "клуб" очевидцев, чтобы спокойно люди рассказывали об этом, не боясь троллинга. Тема-то какая интересная! Эта область ещё практически не изучена и каждый очевидец -на вес золота!

Olga Kurbatova
Всё, ложусь и не двигаюсь... не иду на работу. Забиваю на стирку и варку. врагов и друзей…ЖДУ ПРОДОЛЖЕНИЯ...

Елена Плахова
Как и многие из присутствующих, нахожусь под впечатлением... И думаю, как и многие(включая Автора), испытываю определенное разочарование в связи с полным отсутствием ответов на огромную кучу вопросов. То, что произошло с Вами - необъяснимо. Вам довелось нащупать и "потрогать рукой" границу непознанного в самом прямом смысле этого слова. Таких как Вы в мире очень не много. Возможно, вы самый обыкновенный Гений, в классическом понимании этого понятия (аналог. - обыкновенное чудо).
Вы обладаете сверхтонкими настройками, способными улавливать не только нашу реальность, но и альтернативные. Возможно, этим свойством в той или иной мере обладают и Ваши родные. Считаю, что мне крупно повезло, что довелось общаться на прямую с таким уникальным человеком - я абсолютно серьёзно! В любом случае, огромное спасибо Вам за то, что рассказали нам о своём удивительном случае.


Ирина Бочило
 Спасибо!!! За интересный рассказ! Что только в жизни не бывает!







 
 


Рецензии
А когда напишите продолжение?

Андрей Федоровский   11.08.2019 13:25     Заявить о нарушении