Ирина Анатольевна

Ирина Анатольевна работала в техническом ВУЗе, преподавала, вела на кандидатскую, некоторых, продвинутых, и сама была остепенённой, имела сына- рокера, который про химию и слышать ничего не хотел, бросил вуз, и бил по барабанам.
Мужа у Ирины Анатольевны не было, разошлись, когда Антошке  было тринадцать - ушёл к тренеру по аэробике, и всем вокруг говорил - подчеркивал, что она умная и многого читает. Ирина Анатольевна  пострадала, немного, смирилась, и жила себе, работала, тянула сына, и особых нотаций ему не читала.
Вставала Ирина Анатольевна рано, привычка, долго крутилась на кухне, смотрела в окно, тёрла плитку, в фартуке, готовила на день, тихонько играло радио, и это были счастливые минуты для Ирины Анатольевны.
Вставал  сын, журчал в душе, выходил к Ирине Анатольевне , с мокрым торсом, высоченный, басил - " Мам, я яичницу".. - и уходил к себе в комнату.
Ирина Анатольевна розовела, тепло разливалось по всему её телу, это был пик счастья, ей хотелось петь, или кричать, открыв окошко - скверику, остановке, людям, собакам , гуляющим на поводке. Причём своему бывшему и его аэробике кричать не хотелось, она просто забыла про них, и счастлива была вполне, с поварёшкой в одной руке, и полотенцем в другой.

Но была у Ирины Анатольевны одна проблема, о которой все знали, и смущались, умолачивали, похохатывали, если в узком кругу. Дело в том, что Ирина Анатольевна  на больших банкетах и вузовских гулянках, выпивала, и плясала на столе без юбки. Причём, нельзя было сказать, что вот она прямо напивалась, вульгарно выглядела, шаталась и пр,  нет, но на определённой минуте, Ирина Анатольевна начинала смеяться, причём смех это как- бы начинал переливаться, как стукаться бусинками, потом мгновенно, вскакивала на стол, расстегнув юбку, и оставалась в блузке- рубахе. В туфлях, простых, даже без рисунка, колготах, она дробила, красиво наклонялась, выставляя вверх локоток, наверное чувствуя себя Любовью Орловой.
Аспиранты и молодняк, первый раз попавшие на банкет, сидели открыв рот, пока им не похлопывали по плечу, типа, все в порядке, ребята, все по плану.. Все под контролем.
Поплясавшую  коллеги снимали  со стола, профкомша Аникеева  уже стояла с юбкой, и её, Нину Анатольевну,  в неё погружали, а она не сопротивлялась, благодарила.. Вызывали такси.
Утром Ирина Анатольевна, наверное, переживала, но никто этого не знал..
А дома  и спиртного не держала, и вообще, никогда не выпивала..

- Это что- то по Фрейду- говорили молодые, продвинутые, из отдела кадров. - Танцы эти... На людях. Может, с детства что тянется..


Как- то предвиделся большой банкет "по случаю".. Ожидали иностранцев.
Из Индии.

- Валентина Ивановна, Ирину Анатольну.. Подстрахуйте.. Ну, понимаете.. -  Просил первый проректор Аникееву..               
- Да, Виктор Петрович, конечно..

Аникеева держала Ирину Анатольевну  "при себе", рядышком, салат подкладывала, за рюмочкой следила..
А высокий худой индус следил за ними. Индусу понравилась Ирина Анатольевна, а почему среди многих и многих женщин индийский карий глаз высветил её, объяснить никто не сумел. И она почувствовала это, увидела, и в самый момент, когда никто и не ждал, отодвинув с визгом стул,  дернула молнию, послушную, гладкую, черный туфель ступил на освободившийся стул, и она уже на столе, а вилки - ножи летят на пол..
Ах, как похожа же она на Наталью Варлей, выписывающую твист в подвязанной на бедрах, цветастой, с кистями, шали!
Даже вазы с фруктами замерли, любуясь Ириной Анатолевной!

Индус увёз её в Индию, это было событие.
Ирина Анатольевна прожила там два года, готовила кофе в золотой турке, но затосковала, совсем, так что слезы лились, и плакала в подушку, полосатую, колючую,  и парчовую..
Ирина Анатольевна вернулась домой. В родной вуз. Но, то ли, климат резко сменила, то ли, что другое, мучили головные боли. Особенно с утра, когда она привыкла быть счастливой и смотреть птиц..

 Ирину Анатольевну прооперировали - рак. В паричке, улыбающаяся, вернулась на работу.
Работала потихоньку, вела на кандидатскую особо продвинутых. Утром яичница, радио..
А Антошка женился, на рокерше Маришке, она пришла в дом со своей гитарой, в два раза её больше, и из своей комнаты они теперь почти не выходили, даже завтракали в комнате. Ирина Анатольевна ела одна, но не сдавалась.

- Ты всю жизнь игнорировала спорт! - звонил муж, обещал специальную гимнастическую программу, облегченную,  для больных..

- Она опробованная, Танечка ведёт реабилитационную группу для пожилых онкологических- Танечка молодец, она такая креативная.. Мы запишем тебе на видеокассету..


Юбилей ректора обещал быть грандиозным, конечно, Ирину Анатольевну позвали.  Не смотря на некоторую слабость, и сомнения, Ирина Анатольевна пошла. Она сидела и рассматривала знакомые, с юности, лица, жен, бывших и новых, официально выступающих, лицемерно заискивающих, верных, подобострастных, тихой сапой двигающихся к докторской, юных аспиранток, наглых и робких, и аспирантов, въедливых, или наоборот, равнодушных, но готовых отодвинуть конкурента, слицемерить, состарившихся профессоров, молодящихся их жён, бухгалтеров, (почему- то всегда высоченных женщин, с длинными руками и кошельками в них), и в какой то момент, в голове что-то переменилось, сложилось внутри, как- будто , новое, как кубик Рубика, застучало, как призыв, горн, знакомый такой звук, как команда- вперед, и Ирина Анатольевна смело встала, чирк! - и молния освобождена, свободная нога на стуле, в старых чёрных туфлях, вполне стройные ноги, кокетливо встали в позицию, и под музыку, очень естественно и легко задробили..
От неожиданности установилась тишина, осетрина замерла, а рюмки остались в воздухе..
И ничего кроме музыки и прекрасной Ирины Анатольевны!

Ирину Анатольевну погрузили в такси,  ( ректор даже целовал ей руку), а Антошка с женой приняли и уложили.
Утром Ирина Анатольевна не встала, а Антошка не тревожил.
Ирина Анатольевна не вышла на работу, чего никогда не бывало.
Антошка с Мариной вернулись поздно, и маму не тревожили.
Но наутро, мамы не было в кухне.

Маришка тогда очень испугалась, Антоха, не позавтракавший, стоял и не знал что делать.. Приехал отец, Ирина  Анатольевна лежала одетая, только парик чуть- чуть съехал, и улыбалась...
На стульях , рядом, было разложено сари, бордовое, с золотой тесьмой, и маленькими колокольчиками..
Рядышком- аккуратно чёрные туфли..


Рецензии