Лесной бегун

НАЗВАНИЕ СЦЕНАРИЯ: "ЛЕСНОЙ БЕГУН".

ЖАНР: фантастический триллер/хоррор.

ФОРМАТ: полнометражный игровой фильм.

ХРОНОМЕТРАЖ: 90 мин.

ЦЕЛЕВАЯ АУДИТОРИЯ: 18+

ГОТОВНОСТЬ: написан.

КОНТАКТЫ: +7 (910) 434 03 64, loktin0364@gmail.com

ЛОГЛАЙН: В закрытом городе приезжая молодая мать-одиночка пытается найти похищенную дочь, несмотря на странное противодействие полиции. С помощью сестры — помощницы прокурора — мать узнает о пропавших детях других приезжих и выходит на сотрудников тайного госпроекта по клонированию неандертальца.

ТЕМА: самопожертвование родителя ради ребенка.

СИНОПСИС (ЗАВЯЗКА):

В наше время молодая мать-одиночка Мария с малолетней дочерью Дашей приезжает из Москвы в закрытый город Краснознаменск, чтобы присмотреть за домом знакомой, уезжающей в отпуск на море. Заодно мать и дочь хотят отдохнуть в тихом месте.

Знакомая оформляет Марии и Даше пропуск, поселяет их в своем доме в коттеджном поселке, после чего уезжает. Мария знакомится с Евгенией, проживающей в соседнем коттедже. Между тем, СМИ сообщают о нарастающей угрозе ядерной войны из-за локального конфликта США с Россией в Сирии.

На следующий день на улице неизвестная старуха похищает Дашу.

Мария сообщает о пропаже дочери в полицию, извещает об этом сестру Надежду — молодую помощницу московского прокурора, проживающую в Москве. Страдающая бесплодием Надежда хочет разыскать любимую племянницу.

Надежда пытается въехать в Краснознаменск, но ее не пропускают на КПП: Мария не вправе оформить сестре пропуск.

Надежда возвращается в Москву, где узнает, что правоохранительные органы Краснознаменска скрывают пропажу пяти детей мигрантов. Уголовные дела изъяты ФСБ; родители пропавших детей депортированы.

В Краснознаменске Мария с помощью Евгении расклеивает объявления о пропаже Даши.

В Москве журналист сообщает Надежде о тайном госпредприятии в Краснознаменске, якобы клонировавшем неандертальца...

ГЛАВНЫЕ ПЕРСОНАЖИ:

Мария — 25 лет, бухгалтер, одинокая мать Даши.

Даша — 9 лет, дочь Марии, школьница.

Надежда — 27 лет, незамужняя сестра Марии, помощник московского прокурора.

Евгения — 50 лет, соседка Марии по коттеджному поселку Краснознаменска.

СЦЕНАРИЙ

[Здесь опубликована завязка сценария; у автора есть полный сценарий, написанный в "американской" форме записи.]

Все события и персонажи вымышлены, любые совпадения случайны.

Я серьёзно убеждён, что миром правят совсем сумасшедшие.
Лев Толстой

Шло лето 2019 года.
Дело происходило в России, в Московской области.
Днем по автостраде в транспортном потоке ехал легковой автомобиль.

В салоне едущей машины за рулем сидела Мария — лет двадцати пяти, в блузке и джинсах. На переднем правом сиденье ерзала ее дочь Даша — лет девяти, в футболке и джинсах. Ветер из приоткрытого окна ворошил волосы девочки.
Из радио-магнитолы звучала музыка.
— Мам?.. — спросила Даша. — Ну, мам? Я устала терпеть... Долго еще?
— Скоро приедем, — сказала Мария и переключила магнитолу.
На волне другой радиостанции голос диктора быстро говорил:
— Угроза войны между Россией и Соединенными Штатами становится реальностью. К Сирии подошли корабли ВМФ США, вооруженные крылатыми ракетами. Американцы наносят ракетные удары по сирийским войскам в провинции Идлиб, наступающим при поддержке российских военных с применением химического оружия...

Автомобиль Марии свернул с автострады на шоссе, перед въездом на которое на столбе висел маршрутный указатель с надписью: «ЗАТО "КРАСНОЗНАМЕНСК"».

Вскоре автомобиль Марии ехал по шоссе среди лесов.

...Миновав знак-указатель с надписью: "ЗОНА ДЕЙСТВИЯ КПП. ВЪЕЗД СТРОГО ПО ПРОПУСКАМ", автомобиль подъехал к зданию контрольно-пропускного пункта, остановился перед решетчатыми железными воротами в опутанном колючей проволокой заборе из бетонных плит.
В стороне стояла пара противотанковых "ежей".
За воротами дежурили двое рядовых солдат в форме, с автоматами.

В салоне автомобиля Мария сказала по смартфону:
— Наталья Ивановна, мы подъехали.
— Вижу, вижу, — прозвучал женский голос из смартфона.

С противоположной стороны к воротам подошла Наталья Ивановна — лет пятидесяти, с добродушным лицом, одетая со вкусом. Улыбаясь, она помахала Марии и Даше рукой, поманила их к себе.
Мария и Даша вышли из автомобиля, подошли к воротам.
— Здравствуйте, Наталья Ивановна, — сказала Мария.
— Здравствуйте, — сказала Даша.
— Здравствуйте, девочки... — Наталья Ивановна, глядя на Дашу, улыбнулась. — Это кто у нас такая красивая? А? Дашенька?
Даша смущенно опустила взгляд. Мария улыбнулась.
— Ну, красавица, — сказал Наталья Ивановна, — давай документы.
Мария достала из сумочки паспорт и маленькую фотографию, через воротную решетку вручила их Наталье Ивановне.
Наталья Ивановна подошла к окну для приема заявлений, над которым была прикреплена вывеска с надписью: "БЮРО ПРОПУСКОВ". Она подала в окно письменное заявление, приложив к нему паспорт и фотографию.

...Сотрудница Бюро оформила разовый пропуск, наклеив на него фотографию Марии.

...Ворота раскрылись. Автомобиль Марии въехал на территорию контролируемой зоны, остановился. Мария вышла из-за руля, подошла к окну Бюро, получила пропуск и расписалась на заявлении. Она вернулась за руль машины. Даша пересела с переднего сиденья на заднее; Наталья Ивановна села впереди.
Автомобиль Марии тронулся с места и поехал в город.

Вскоре автомобиль Марии ехал по улице Краснознаменска.
В салоне едущего автомобиля Мария сидела за рулем, Наталья Ивановна — на переднем правом сиденье, Даша — сзади.
Ведя машину, Мария осматривала утопающий в зелени город, застроенный многоквартирными домами. Она видела, что по велодорожке ехали велосипедисты, на площади старухи торговали зеленью. 
Заметив шедших по тротуару таджиков-мигрантов, Мария спросила:
— Зачем запрещать въезд в город после двадцати двух, если здесь — куча мигрантов?
— Военные тупят, — сказала Наталья Ивановна. — Зато у нас машины не угоняют. Две недели можете жить и ничего не бояться.
— Хорошо, — сказала Мария и улыбнулась.

Вскоре в здании продуктового магазинчика Мария, Даша и Наталья Ивановна стояли у прилавка, укладывали овощи в пакеты.
За прилавком сидела продавщица, пробивала товар на кассе и смотрела телевизор, транслирующий выпуск новостей:
—  В Сирии под удары американских крылатых ракет попали системы ПВО России, погибли десятки российских военных. Министерство обороны России заявило, что квалифицирует смерть российских военных в качестве акта агрессии, оставляя за собой право на ответный удар. Мир замер в ожидании войны между Россией и США...
— Кажись, война скоро, — испуганно сказала продавщица.
— Не дай бог, — сказала Мария.

...Из магазинчика вышли Мария, Даша и Наталья Ивановна. Они сели в автомобиль Марии, который тронулся с места и поехал в сторону коттеджного поселка, расположенного возле леса.

Вскоре в коттеджном поселке, в коттедже Натальи Ивановны, Мария, Даша и Наталья Ивановна вошли в спальню.
— Уютно, — сказала Мария, осматриваясь.
Наталья Ивановна указала на дверь соседней комнаты и сказала:
— Там вторая спальня, для Даши.
— Даша привыкла спать со мной, — сказала Мария.

...На кухне Мария сидела за столом.
Наталья Ивановна подсыпала кошачий корм в кормушку и сказала:
— Главное — не перекармливать.
Присев, Даша гладила кошку, рвущуюся к кормушке.
По телевизору транслировалось выступление политического аналитика, который говорил:
— Если в Сирии начнется война, она будет вестись с использованием обычных вооружений. И соотношение сил будет не в нашу пользу. У нас с американцами паритет только по ядерным баллистическим ракетам…
Мария выключила телевизор пультом дистанционного управления.

...Мария, Даша и Наталья Ивановна вышли из задней двери коттеджа на садовый участок, огороженный забором, осмотрелись.
Наталья Ивановна держала в руках листы бумаги с планами земельного участка. Она указала на соседний садовый участок с коттеджем и сказала:
— Там живет Евгения, она незаконно отняла у меня почти сотку земли.
Наталия Ивановна подвела Марию к забору, показала ей план участка.
— Геодезисты измерили мой участок, вот заключение: граница проведена неверно. Забор надо перенести на два метра в сторону Евгении.
Из-за забора соседнего садового участка показалась женщина лет пятидесяти с веселым лицом, в рабочем комбинезоне, держащая в руке садовую тяпку. Она посмотрела на Наталью Ивановну и сказала:
— Наташ, успокойся уже, а?
Наталья Ивановна сердито посмотрела на женщину и сказала:
— Женя, даю тебе две недели. Когда я вернусь, забор должен быть передвинут. Или я пойду в суд.
— Смородину тоже передвигать? — спросила Евгения.
— Твоя смородина, — сказала Наталья Ивановна, — ты и решай.
Евгения покрутила головой, принялась рыхлить тяпкой грядку.
Наталья Ивановна вручила Марии связку ключей от дома и сказала:
— Ну, красавицы, отдыхайте. А я поеду в Сочи.
— Счастливо и вам отдохнуть, — сказала Мария. — Спасибо.

...Мария и Даша проводили Наталью Ивановну с чемоданом до легкового автомобиля-такси, стоящего перед забором садового участка.
Таксист погрузил чемодан в багажник, сел за руль, завел двигатель.
Наталья Ивановна села в такси, помахала рукой Марии и Даше.
Машина тронулась с места, поехала по улице коттеджного поселка.
Мария и Даша проводили взглядами уезжающее такси.

Вечером на садовом участке позади коттеджа Мария и Даша жарили шашлык на мангале, переворачивая шампуры с мясом.
Из-за забора соседнего садового участка показалась Евгения и сказала:
— Добрый вечер, девочки.
— Здравствуйте, — сказала Мария.
— Вы — родственницы Наташи?
— Нет. Я познакомилась с ней по интернету.
— А что вы здесь делаете?
— Наталья Ивановна пригласила нас пожить здесь две недели, пока она отдыхает на море. Будем ее кошку кормить. У меня как раз сейчас отпуск.
— Откуда вы?
— Из Москвы.
— Понятно, — Евгения улыбнулась. — Здесь-то лучше, чем в Москве.
— Да, здесь хорошо... — Мария улыбнулась. — Заходите на шашлык.

...Ночью при свете кемпингового фонаря Мария, Даша и Евгения сидели на раскладных креслах за столиком. Они ели шашлык, обмакивая мясо в кетчуп, закусывали лавашем и зеленью.
— Даш, — сказала Мария, — иди, готовься ко сну.
— Ну, мам... — попросила Даша. — Можно я еще посижу?
— Умываться и спать, — сказала Мария. — Давай.
Надув губы, Даша встала и ушла в коттедж.
Евгения достала из пакета бутылку вина, поставила ее на столик, вынула из кармана штопор.
Мария поставила на столик пару пластиковых стаканов.
Евгения откупорила бутылку, разлила вино по стаканам.
— За знакомство, — сказала Евгения.
Женщины "чокнулись" стаканами, выпили вино.
— Как думаешь? — спросила Евгения. — Мне передвигать забор?
— Не знаю... — сказала Мария. — Я бы передвинула, чтобы с соседкой не ссориться... Вы давно здесь живете?
— Пять лет уже, — сказала Евгения. — А сократили меня лет десять назад, в рамках реформы военной медицины.
— У меня мама была военврачом, ее тоже сократили. Она так и не смогла устроиться, переживала, умерла от инсульта... Странная реформа.
— Это разгром военной медицины. Лет шесть назад меня звали работать в рентген-кабинете, но я не пошла. Чтобы майор медслужбы работал рентгенологом? Продала квартиру в Москве, купила здесь дом. Живу на пенсию, плюс аренда со второй квартиры. Детей нет. Замужем не была.
— А я в шестнадцать родила, по залету, — Мария горько улыбнулась. — Первая любовь, блин... Дашин папа слился, как только узнал, что я залетела... Хотела аборт сделать, но мама отговорила, слава богу... Сеструха моя Надя залетела в двадцать два. Сделала аборт. Карьера у нее была в прокуратуре. А потом ей диагностировали бесплодие. Из-за аборта.
— Бывает... — Евгения вздохнула. — Ты замужем была?
— Да, вышла в двадцать три, через год развелась.
— Чего так?
— Дурак был и пьянь... Нормальный с прицепом не возьмет.
— Ну, это ты зря. Нормальный, он и с ребенком возьмет.
Евгения вновь разлила вино по стаканам.
— Жаль, денег мало, — сказала Мария. — Второй год не могу свозить дочь на море... Давайте за то, чтоб не было войны.
Женщины вновь "чокнулись" стаканами, выпили вино.

Ночью в спальне коттеджа Мария и Даша спали на кровати под двумя одеялами.
Даша заворочалась, проснулась, разбудила Марию.
— Мам, — тихо сказал Даша, — писать хочу.
— Иди, — сказала Мария и перевернулась на другой бок.

...Даша в трусах и майке вышла из спальни в темный коридор, подошла к туалету, включила там свет.
Из-за стены коттеджа донеслись быстрые шаги, словно кто-то пробежал по садовому участку.
Даша замерла, прислушалась.

...В спальню вошла Даша и прошептала:
— Мам, там кто-то бегает по огороду. Я боюсь.
Открыв глаза, Мария посмотрела на Дашу, села на кровати.
— Даш, не выдумывай. Кто там может бегать?
— Не знаю, — прошептала Даша. — Послушай.
Девочка подошла к окну, приоткрыла окно, затянутое противомоскитной сеткой.
Мария прислушалась.
С садового участка донесся топот бегущего человека, затем — шум, словно кто-то перелез через забор.
Мария изменилась в лице, встала и сказала:
— Жди меня здесь. Не выходи.

...Из задней двери коттеджа вышла Мария в халате, с фонариком в руке. Она остановилась посреди участка, включила фонарик, огляделась. Светила почти полная луна. Стрекотали насекомые. Из леса доносилось ночное пение птиц.
Посветив фонариком вокруг, Мария посмотрела на лес, темнеющий неподалеку. Из-за забора раздался топот убегающего человека. Мария посветила фонариком на забор, но никого не увидела. Испуганно оглядевшись, она сказала:
— Эй! Кто там?!
Никто не ответил.
Постояв, Мария развернулась и пошла к коттеджу.

На следующий день на кухне коттеджа Мария стояла перед газовой плитой, помешивая ложкой варящийся в кастрюле суп.
Даша сидела за столом, терла морковь.
Кошка пила воду из поилки.
Мария подошла к Даше, отобрала у нее терку с морковью.
— Даш, ты так руки поранишь... У нас хлеба мало.
Даша встала и сказала:
— Схожу за хлебом.
— Помнишь, где магазин?

...Из передней двери коттеджа вышла Даша с пакетом в руке. Пройдя через калитку в заборе, она пошла по улице коттеджного поселка.

На кухне Мария стояла у окна и смотрела вслед уходящей Даше.

Вскоре на улице коттеджного поселка Даша шла по тротуару, неся в руке пакет с хлебом. Перед ней ковыляла седая старуха в очках, опирающаяся на клюку; она несла в руке сумку с продуктами. Старуха сутулилась так, что ее лица не было видно. Приглядевшись, можно было узнать в ней переодетую и загримированную Наталью Ивановну. По проезжей части мимо них проехал легковой автомобиль.
Когда Даша обогнала "старуху", та остановилась и позвала:
— Девочка... девочка.
Даша остановилась, оглянулась на "старуху".
— Девочка... — "старуха" задыхалась от одышки, — помоги сумочку донести. Мне тут недалеко. А то сил нет... совсем.
Даша взяла у "старухи" сумку с продуктами, пошла рядом с ней.
Позвонил Дашин мобильный телефон.
Даша перехватила обе сумки в одну руку, свободной рукой взяла трубку и сказала:
— Да, мам.
— Даш, — прозвучал из телефона голос Марии, — прости, совсем забыла. Купи еще сметану.
Пока Даша говорила по телефону, "старуха" чуть отстала от нее и словно преобразилась. Она огляделась, нагнулась, положила клюку на землю. Выпрямившись, она быстро надела на руки резиновые перчатки, достала из кармана шприц с жидкостью. Когда Даша убирала телефон, "старуха" схватила ее сзади, сделала ей укол в плечо. Даша ойкнула, выронила телефон с сумками, упала.
"Старуха" убрала шприц, подняла сумки, схватила девочку за ногу и оттащила ее в кусты. Вскоре "старуха" вышла из кустов, подняла клюку и Дашин телефон. Выключив телефон, она бросила его на проезжую часть.

...В кустах "старуха" стала на колени, достала из сумки мешок, натянула его на бессознательную Дашу. "Старуха" сунула сумки с продуктами в мешок, затянула его шнуром. Разорвав пакетик с молотым перцем, она рассыпала его под кустами.

Вскоре на кухне коттеджа Мария расхаживала вперед-назад и звонила по смартфону, из которого звучал голос-автоответчик: "Абонент недоступен или находится вне зоны действия сети".

...На улице коттеджного поселка Мария быстро шла по тротуару.

...В продуктовый магазинчик вошла Мария, подошла к сидящей за прилавком продавщице и сказала:
— Здравствуйте, я ищу дочь. Помните, вчера со мной была девочка? Вы ее видели?
— Да, — сказала продавщица, — заходила, хлеб брала.
— Когда?
— Полчаса назад. Может, минут сорок.
— Даша не вернулась домой. Куда она пошла? Вы знаете?
— Нет.
— Она что-то говорила?
— Да нет. Хлеб купила и ушла.
— С ней кто-то был?
Пожав плечами, продавщица отвернулась к телевизору, на экране которого транслировалось выступление военного аналитика:
— Согласно Военной доктрине России, мы оставляем за собой право использовать ядерное оружие в ответ на применение против нас ядерных и других видов оружия массового уничтожения. В Сирии Соединенные Штаты не используют ядерное оружие. Но я боюсь, что дальнейшее развитие ситуации может выйти из-под контроля...
— Я ей звонила, — сказала Мария. — Кажется, с ней кто-то был.

...Из здания продуктового магазинчика вышла Мария, огляделась.
Мимо проехал легковой автомобиль.

...На улице коттеджного поселка Мария шла по тротуару и кричала:
— Даша! Даша!
Из-за заборов залаяли собаки. Из ближайшего коттеджа вышла женщина.
Мария подбежала к забору, крикнула женщине:
— Вы видели девочку?! Полчаса назад! Здесь девочка проходила?!
— Чего орешь? — спросила женщина. — Пьяная, что ли?
Мария побежала по тротуару и закричала:
— Даша! Даша!
Мария догнала идущего перед ней старика, спросила у него:
— Вы видели девочку?! Полчаса назад?! Такую, светленькую?!
Идущий старик, удивленно глядя на Марию, покрутил головой.
Мария остановилась, достала смартфон, позвонила по нему и сказала:
— Наталья Ивановна, здравствуйте. Даша пропала... Не знаю, телефон отключен... Час назад ушла за хлебом и пропала... Нет, на улице ее нет.
Мария заплакала.
Из смартфона прозвучал голос Натальи Ивановны:
— Маша, успокойся. Я только приехала в Сочи. Не могу же я взять и вернуться... Успокойся. Даша найдется. Звони в полицию по "ноль-два".
...Мария набрала на смартфоне номер "02", позвонила по нему.
Из смартфона донесся голос:
— Оператор дежурной части Петровская Ирина Анатольевна.
Мария сказала по смартфону:
— Здравствуйте, у меня дочь пропала, примерно час назад.
— Ваше имя?
— Климова Мария Сергеевна.
— Адрес?
— Улица Лесная, дом... дом двадцать два.
— Имя и возраст дочери?
— Дарья Климова, девять лет.
— Ваше сообщение принято. Вам надо подать заявление о пропаже дочери в дежурную часть ОВД. Принесите ее свидетельство о рождении, фотографию и обувь, которую она носила.
— Я не местная, — сказала Мария. — Как проехать в ОВД из поселка?

Вскоре в комнате коттеджа Мария положила в сумочку свидетельство о рождении Даши, ее фотографию, достала из шкафа туфельку.

...Из передней двери коттеджа выбежала Мария с сумкой и туфелькой в руке, распахнула ворота в заборе. Она села за руль автомобиля, бросила сумку на переднее правое сиденье, завела двигатель.

Вскоре в кабинете отдела внутренних дел Краснознаменска за столом сидели Мария и младший лейтенант полиции в форме. На столе стоял компьютерный монитор, лежали папки с документами и Дашина туфелька.
Мария, теребя в руках носовой платок, спросила:
— Что сказали в ГИБДД?
— Ваша дочь не пострадала в ДТП, — сказал младший лейтенант. — Она не находится в больнице.
Всхлипнув, Мария тихо заплакала.
 — Успокойтесь, — сказал младший лейтенант. — Скорее всего, это самовольный уход... Сим-карта дочери оформлена на вас?
Мария покивала, вытерла слезы платком.
— Мы сделаем запрос оператору, пробьём мобилу по геолокации. Возьмите в салоне связи детализацию ее последних звонков. Отметьте там незнакомые номера и те, на которые Даша часто звонит.
Всхлипнув, Мария покивала.
Младший лейтенант положил перед ней лист бумаги и ручку.
— Напишите номер телефона собственницы дома, номер классной руководительницы Даши и адреса Дашиных страниц в соцсетях.
Мария принялась записывать на листе бумаги номера телефонов, сверяясь со списком контактов в смартфоне.
— Осмотрите вещи дочери, — продолжал младший лейтенант. — Возможно, найдутся какие-то подсказки... Проверьте одежду, ноутбук. Изучите переписку, историю браузера, на какие сайты она выходила. Позвоните классной руководительнице, узнайте телефоны одноклассников.
— Сделаю, — сказала Мария.
— Раньше Даша уходила из дома?
— Нет.
Младший лейтенант застучал по клавишам компьютерной клавиатуры, заполняя протокол.
— У нее есть подозрительные друзья?
— Нет.
— Она состоит в деструктивных группах соцсетей?
— Нет.
— Вредные привычки?
— Нет.
— Перед пропажей дочери у вас с ней был конфликт?
— Нет.
— Была ли она чем-то расстроена? Может, напугана?
— Нет, нет.
— Не показалось ли вам ее поведение в последние дни странным?
— Нет.
— Вспомните, не было ли в последние дни странных звонков? Вы не замечали, что дочь не хочет отвечать по телефону?
— Нет, — Мария всхлипнула. — Ничего такого не было.
— Успокойтесь, — сказал младший лейтенант. — Ваша дочь найдется... Если это похищение, похитители могут рассчитывать на выкуп?
— Да что с меня взять? Работаю бухгалтером в "Автодоре", квартиру снимаю. Богатых родственников нет.
— У вас есть враги или долги? Вы получали угрозы?
— Врагов у меня нет, никому плохого не делала. Никто мне не угрожал... Долгов сейчас у меня тоже нет.
— Знаете ли вы людей, которые, по вашему мнению, могут быть причастны к исчезновению дочери?
— Нет, не знаю.
— Подумайте.
— Просто не знаю.
— Нет ли у вас судебных споров с отцом о ребенке?
— Нет.
— Как вы думаете, может ли отец Даши быть причастен к ее исчезновению?
— Нет, это невозможно.

...Из здания отдела внутренних дел Краснознаменска вышла Мария, подошла к автомобилю, открыла дверцу. Она села за руль и расплакалась. Достав смартфон, она позвонила сестре Надежде.

Тем временем в Москве, в спальне квартиры Надежды, голые мужчина и девушка совершали половой акт на кровати.
Девушкой была Надежда — лет двадцати семи, коротко стриженная, похожая на Марию. Мужчиной был Сергей лет сорока. Он совокуплялся со стоящей на коленях Надеждой в позиции "мужчина сзади", обхватив ее за бедра; она держалась руками за спинку кровати и стонала.
Позвонил один из двух мобильных телефонов Надежды, лежащих на тумбочке.
Она взяла телефон, посмотрела на дисплей.
Сергей, продолжая толкать ее, прохрипел:
— Я же сказал, выключи мобилы на фуй.
— Это нерабочий, —  сказала Надежда, вздрагивая от толчков. — Сестра звонит... Подожди, Сереж... Подожди. Вдруг что срочное.
Сергей отпустил бедра Надежды и повалился на кровать, тяжело дыша.
Надежда села на кровати, ответила по телефону:
— Да, Маш... Что?! Когда?!. Заявление подала?.. Так, не реви. Я еду к тебе... Закажи пропуск. Как подъеду, звякну... Хватит реветь, Маш!
Надежда бросила телефон на кровать, вскочила, принялась одеваться.
— Что стряслось? — спросил Сергей.
— Племянница пропала в Краснознаменске, — сказала Надежда, одеваясь, — два часа назад... Даша пропала. Я еду туда. Сделай мне отгул.

Вскоре из подъезда многоквартирного дома вышли Надежда и Сергей в прокурорских мундирах; на ней были погоны юриста 1-го класса, на нем — старшего советника юстиции.

...На авто-парковке Надежда подошла к припаркованному легковому автомобилю, открыла его, села за руль. Заведя двигатель, она вытащила из пачки сигарету, щелкнула зажигалкой и закурила.
Сергей подошел к автомобилю, стал рядом с Надеждой и сказал:
— Не дрожи. Найдется твоя племянница.
— Сереж, не надо... — Надежда затянулась сигаретой. — Я знаю статистику. Если это похищение, шанс найти ее живой есть только в первые три дня... Так, всё, я погнала.
Надежда захлопнула дверцу машины.

Вскоре автомобиль Надежды ехал по шоссе среди лесов.

...Миновав знак-указатель с надписью: "ЗОНА ДЕЙСТВИЯ КПП. ВЪЕЗД СТРОГО ПО ПРОПУСКАМ", машина подъехала к зданию контрольно-пропускного пункта, остановилась перед решетчатыми железными воротами.
За воротами дежурили двое рядовых солдат в форме, с автоматами.

В салоне автомобиля Надежда сказала по мобильному телефону:
— Маш, я у КПП.

С противоположной стороны к воротам подошла заплаканная Мария.
Надежда вышла из машины, подошла к воротам и спросила:
— Есть новости?
Мария покрутила головой.
Надежда достала из сумочки паспорт и маленькую фотографию, вручила их Марии через воротную решетку.
Мария подошла к окну для приема заявлений в Бюро пропусков. Она подала в окно письменное заявление, паспорт и фотографию.
Сотрудница Бюро, сидящая за окном, сказала:
— По вашему заявлению пропуск оформить нельзя.
— Почему? — спросила Мария.
— Разовый пропуск оформляется по заявлениям жителей, имеющих постоянные пропуска. У вас — разовый пропуск. Сперва надо оформить постоянный.
— Сделайте мне постоянный.
— Вам надо представить свидетельство о праве собственности на жилое помещение в Краснознаменске или свежую выписку из реестра прав.
— Слушайте, я вчера приехала, по приглашению собственницы дома.
— Пусть собственница подаст заявление.
— Собственница вчера улетела в Сочи, на две недели. Ко мне приехала сестра, пропустите ее... У меня сегодня дочь пропала.
— Ничем не могу помочь.
— Позовите начальника.
Сотрудница Бюро нажала на кнопку. Раздался звонок.
Из здания контрольно-пропускного пункта вышел лейтенант в военной форме, лет двадцати пяти, и сказал Марии:
— Дежурный по КПП лейтенант Смирнов. Я вас слушаю.
— Ко мне приехала сестра, пропустите ее, пожалуйста. У меня сегодня дочь пропала, сестра поможет искать ее.
— По инструкции, мы не вправе впускать людей по заявлению лиц без постоянного пропуска. Если хотите оформить постоянный пропуск, покажите свидетельство о собственности на жилье в Краснознаменске.
...Мария подошла к воротам, вернула паспорт Надежде и сказала:
— Не пускают. У меня нет здесь жилья в собственности.
— Что за хрень? — спросила Надежда.
Достав служебное удостоверение, Надежда подошла к зданию, постучалась в окно.
Из здания вышел тот же лейтенант и сказал:
— Дежурный по КПП лейтенант Смирнов. Я вас слушаю.
Надежда показала ему служебное удостоверение и сказала:
— Климова Надежда Сергеевна, помощник прокурора. Пропустите.
— Мы не пускаем людей по заявкам лиц без постоянного пропуска.
— Ау, лейтенант. Я — помощник Дорогомиловского прокурора Москвы. Ты обязан меня пропустить.
Надежда попыталась обойти лейтенанта и войти на контрольно пропускной пункт.
Смирнов схватил ее за плечо, жестом дал знак рядовым.
Двое солдат подбежали, сняли с плеч автоматы, стали на входе в здание.
Смирнов оттолкнул Надежду от входа.
Отойдя в сторону, Надежда достала телефон, позвонила по нему.
— Сереж, удобно говорить?.. Меня не пускают в Краснознаменск на КПП... Потому что сестра не местная! Не может оформить мне пропуск!.. Да, да... Всё. Узнай и перезвони.
Мария, стоя с противоположной стороны ворот, тоже разговаривала по смартфону:
— Я сейчас на КПП... Вы скоро подъедете?.. Да, да, уже еду.
Убрав смартфон, Мария крикнула:
— Надя!
Надежда подошла к воротам, через решетку взяла Марию за руку.
— Звонил следовать, — сказала Мария. — Хочет приехать в поселок, допросить меня, как потерпевшую. Мне надо ехать.
Надежда пожала руку Марии и сказала:
— С богом.
Мария побежала к автомобилю, припаркованному в стороне от контрольно-пропускного пункта.
Позвонил телефон Надежды. Она взяла трубку и сказала:
— Да, Сереж.
— Пропуск оформим завтра, — прозвучал голос Сергея из телефона. — Возвращайся, есть плохая инфа по Краснознаменску. Не по телефону.
Надежда изменилась в лице.

Вскоре на кухне коттеджа Мария подсыпала корм в кошачью кормушку. Кошка подбежала, принялась есть. Через окно Мария увидела, что к забору подъехали два легковых автомобиля, остановились перед воротами.
Из машин вышли пятеро мужчин: трое из них были в полицейской форме, четвертый — в мундире с погонами лейтенанта юстиции, пятый — в штатском. Человек в мундире держал в руке портфель.

...Из передней двери коттеджа вышла Мария, открыла калитку в заборе.
На садовый участок вошли мужчина в мундире лет тридцати и мужчина в штатском лет тридцати пяти, подошли к Марии.
— Климова Мария Сергеевна? — спросил мужчина в мундире.
— Да, — сказала Мария.
Мужчины достали служебные удостоверения, показали их Марии.
— Камышев Сергей Васильевич, — сказал мужчина в мундире, — следователь военного следственного отдела Следственного комитета по Краснознаменскому гарнизону.
— Петров Алексей Михайлович, — сказал мужчина в штатском, — оперуполномоченный отдела уголовного розыска. По факту пропажи вашей дочери возбуждено уголовное дело по пункту "в" части второй статьи сто пятой УК РФ "убийство малолетнего".
— Убийство? — испугалась Мария. — Даша убита?
— Нет, — сказал Камышев, — это обычная практика в таких случаях.
— Уголовка дает нам полномочия для розыска, — сказал Петров.
Камышев достал из портфеля пакетик с мобильным телефоном в чехле.
— Это мобильник вашей дочери?
— Кажется, да... — сказала Мария, глядя на телефон. — Где нашли?
— На улице, метрах в трехстах отсюда, — сказал Камышев, — на месте предполагаемого похищения. Нам нужно осмотреть ваш дом и участок. С нами — следственно-оперативная группа: эксперт-криминалист, инспектор по делам несовершеннолетних и участковый.
— Конечно, — сказала Мария. — Проходите.

...В гостиной коттеджа за столом сидели Мария и Камышев, оформляющий протокол.
В стороне мяукала кошка.
По дому расхаживали Петров и эксперт-криминалист.
Через окно было видно, что по садовому участку бродят инспектор по делам несовершеннолетних и участковый.
Мария подвинула Камышеву листы бумаги с распечаткой последних телефонных звонков Даши и списком номеров ее одноклассников.
— Я изучила детализацию звонков, — сказала Мария, — по незнакомым номерам Даша не звонила. Вот номера ее одноклассников.
— Не думаю,  — сказал Камышев, — что стоит опрашивать одноклассников о возможном местонахождении Даши. Девочка вряд ли покинула город... Кинологи осмотрели место предполагаемого похищения, но собаки след не взяли. Там кусты посыпаны перцем. На улице нет камер наблюдения, зато на магазине есть. По этой камере мы нашли водителя, проехавшего там в период с одиннадцати до одиннадцати пятнадцати. Мы просмотрели запись с его регистратора и вот что увидели...
Камышев достал смартфон, на дисплее которого показал Марии отрывок записи видео-регистратора автомобиля, проезжавшего по улице коттеджного поселка. На записи было видно, что по тротуару идет Даша, неся в руке пакет с хлебом. Перед ней ковыляет седая старуха в очках с клюкой, неся в руке сумку с продуктами. Старуха сутулится, ее лица не видно.
Камышев поставил видео на паузу и спросил:
— Знаете эту бабулю?
— Нет, — сказала Мария.
— Раньше ее видели?
— Нет, — сказала Мария.
— Странно... — сказал Камышев. — Участковые обошли район, опросили соседей, сорок человек. И никто эту бабулю не знает.
— Вы ее подозреваете? — спросила Мария.
— Предварительно, да. Проверили бывших зеков-педофилов. Таких в городе всего двое, они опрошены, у обоих взяты образцы ДНК. Сейчас проверяем неблагополучные адреса... Кроме собственницы дома у вас тут нет знакомых?
— Нет, — сказала Мария.
— В приоритете версия похищения ради выкупа. Поэтому я прошу вас пока не размещать в соцсетях объявления о пропаже дочери. Мы надеемся, что скоро похитители выйдут на связь с требованием о выкупе. Лишняя шумиха может их спугнуть... К тому же, вам могут писать мошенники, которые, якобы, знают, где ваша дочь и готовы рассказать за деньги.
— Почему бы нам не привлечь к поискам добровольцев... —  начала говорить Мария, но Камышев ее перебил:
— Поисковиков сюда не пустят. Это и не нужно. В поисках задействовано сто пятьдесят полицейских.
В гостиную вошел Петров, положил на стол пакет с Дашиной расческой и сказал Камышеву:
— Следов борьбы в доме не обнаружено.
— Не обнаружено... — сказал себе Камышев, записав в протоколе.
— Зачем вы тратите время на дом? — спросила Мария.
— Как правило, — сказал Камышев, заполняя протокол, — детей редко похищают посторонние. Чаще всего похищают те, кого дети знают и не боятся. Например, родители... В связи с этим мы предлагаем вам пройти психофизиологическое исследование на полиграфе.
— Что? — не поняла Мария.
— Детектор лжи... — пояснил Камышев. — Вы согласны?
— Нет, — сказала Мария. — Я не хочу тратить время на детектор лжи.

Вскоре по шоссе среди лесов ехал автомобиль Надежды.

В салоне едущего автомобиля за рулем сидела Надежда и говорила по мобильному телефону:
— Что?.. Маша, следак сказал полную хрень. Если бы похититель хотел выкуп, он бы уже вышел на тебя... Нужно информационное давление. Когда похититель увидит, что Дашу ищут, он от нее избавится... Да не в смысле убьет, а бросит ее!
Из телефона раздался плач Марии.
— Хватит реветь, Маш! — продолжала Надежда. — У нас всего три дня. Выложи объявления в соцсетях. Распечатай листовки и расклей их везде: на остановках, у подъездов, на столбах. Везде.

Вечером в коттедже Евгении, в комнате, Мария сидела за столом перед компьютерным монитором. Рядом стояла Евгения.
Принтер черно-красным цветом печатал листовки, на которых рядом с фотографией Даши было написано: "КЛИМОВА ДАРЬЯ, 9 лет (2010 г.р.), г. Краснознаменск, Московская обл., 17 июня 2019 года вышла из дома в магазин и не вернулась. Приметы: рост 140 см, худощавого телосложения. Одежда: футболка, джинсы, кроссовки. Просим сообщить информацию по телефону +7 (910) 434-03-64. ПОМОГИТЕ НАЙТИ РЕБЕНКА!"
— Спасибо вам, — сказала Мария.
— Завтра помогу расклеить, — сказала Евгения.
— Я сегодня поклею.
— Нет смысла. Утром дворники сорвут объявления, они работают с шести утра до полудня. Лучше клеить завтра, часов с одиннадцати.
— Завтра еще поклею, — сказала Мария. — Всё равно ночью не усну.

...На садовом участке Мария стояла при свете кемпингового фонаря, записывая себя на видеокамеру смартфона.
— Ради бога, — говорила Мария, — пожалуйста, верните мою дочь. Если вы забрали мою девочку ради выкупа, в любом месте отпустите, я заберу ее. Не буду ребенка допрашивать, заберу заявление из полиции. Если у вас есть информация, где может быть Даша или кто ее мог похитить, звоните в любое время, пишите в личку или на электронку.
На дисплее смартфона было видно, что Мария выложила видео-обращение в группе социальной сети "Краснознаменск наш город!".

Тем временем в Москве, в кабинете здания прокуратуры, Надежда сидела за Т-образным столом.
Во главе стола восседал ее любовник Сергей. За его спиной стояли шкафы с папками и российский флаг. На столе находилась табличка с надписью: "ПОСТНИКОВ СЕРГЕЙ АЛЕКСЕЕВИЧ, ДОРОГОМИЛОВСКИЙ МЕЖРАЙОННЫЙ ПРОКУРОР ЗАО Г. МОСКВЫ".
— Откуда ты узнал? — спросила Надежда.
— От прокурора по надзору на режимных объектах, — сказал Сергей. — С января по май этого года в Краснознаменске пропало без вести пятеро малолетних. Все пропавшие — дети трудовых мигрантов. Твоя племянница — первая пропавшая русская, но заметь: она тоже не местная.
— Почему все молчат?
— О детях запрещено говорить. Подследственность дел изменена.
— То есть?
— Зам генпрокурора изъял уголовные дела у Следственного комитета и передал в следственное отделение Московского ФСБ. По ходатайству чекистов. Материалы дел засекречены.
— Но это же не шпионаж... Зачем чекистам пропавшие дети?
— Никто не знает.
— А чем мотивировано истребование дел?
— В делах есть компоненты, связанные с госбезопасностью. Родители пропавших привлечены к административной ответственности за незаконную работу и выдворены из страны... В мае мигранты вывезли из Краснознаменска своих детей.
— Поможешь с пропуском?
Сергей подвинул к Надежде листочек бумаги, на котором был написан телефонный номер и адрес электронной почты.
— Вот номер собственника жилья в Краснознаменске. Скинь ему скан паспорта, он оформит тебе пропуск хоть завтра... Только, что тебе там делать? Сестру утешать? Здесь ты ей больше поможешь.
— Здесь не помогу, — Надежда вздыхает.

...На авто-парковке перед зданием прокуратуры был припарковал автомобиль Надежды.

В салоне автомобиля за рулем сидела Надежда, на переднем правом сиденье — Сергей, который говорил:
— В мае пропажами этих детей интересовался один журналист, Игорь Щелканов. Чекисты вывезли его в лес, сломали ему ноги. Сейчас везде переполох с этой Сирией, чекисты на ушах стоят, небось забыли про него. Свяжись с ним по соцсетям. Может, подскажет чего... Завтра у тебя отгул.
— Спасибо, Сереж, — сказала Надежда.

Ночью в Краснознаменске по освещенной фонарями улице шла Мария с висящей через плечо сумкой, держа в руке пульверизатор с клеем.
Мария подошла к фонарному столбу, достала из сумки листовку с объявлением о пропаже ребенка. Она нанесла клей из пульверизатора на поверхность столба, наклеила листовку. Работая, она не замечала, что за ней наблюдает таджик в жилете работника коммунальных служб.
Когда Мария отошла, таджик подошел к столбу, прочитал наклеенное объявление и сфотографировал его на мобильный телефон.

Тем временем в Москве, в квартире Надежды, в освещенной комнате Надежда сидела за столом перед компьютерным монитором, на котором был открыт интернет-поисковик. Она набрала в поисковике слова: "ЖУРНАЛИСТ ИГОРЬ ЩЕЛКАНОВ". Поисковик выдал ссылки. На первом месте была ссылка на видеозапись пресс-конференции, датированную 2007 годом. Надежда завела видеозапись.

На экране было видно, что за столом с микрофонами восседал мужчина лет пятидесяти в очках. На столе находилась табличка с надписью: «ПРОФЕССОР КУДАШЕВ МИХАИЛ ЮРЬЕВИЧ, ФГБНУ "МЕДИКО-ГЕНЕТИЧЕСКИЙ ЦЕНТР"».
В зале сидели десятки публицистов и ученых.
Профессор Кудашев говорил через микрофон:
— Испанцы клонировали вымершего козерога, японцы хотят клонировать мамонта. Мы не должны отставать... Следующий вопрос.
В зале встал мужчина лет тридцати пяти, с нервным тиком лица,  и сказал через микрофон референта:
— Игорь Щелканов, журналист. Какой смысл имеет проект по клонированию неандертальца, кроме "распила" госфинансирования? Неужели в России нет других проблем?
— Вы не понимаете... — сказал Кудашев. — Мы выполнили огромную работу. Из костей выделен и расшифрован генетический код неандертальца, реконструировано ДНК для клонирования. Анализ показал: люди скрещивались с неандертальцами... Мы можем взять донорскую яйцеклетку и заменить человеческую ДНК в ее ядре на неандертальскую. Потом яйцеклетку можно использовать как эмбрион для суррогатной матери... Нужна смелая женщина, которая согласится выносить плод. Если удастся клонировать неандертальца, это будет научный прорыв мирового масштаба.

Покрутив головой, Надежда остановила видеозапись.

Вскоре в Краснознаменске в окнах коттеджа Марии горел свет.

На освещенной кухне Мария стояла перед мойкой, отмывала руки от клея. Мяукала кошка.

...Ночью в спальне Мария спала на кровати. Во сне она слышала приглушенные детские стоны. Ей казалось, что среди стонов она различает голос дочери, зовущий: "Мама... мама". Стоны заглушило странное бубнение...
Мария вздрогнула, очнулась, села на кровати.
Она вздохнула, стерла со лба пот и заплакала.
Через приоткрытое окно с садового участка донесся топот бегущего человека.
Всхлипнув, Мария посмотрела на окно, прислушалась.
В коридоре мяукнула кошка.

...Из задней двери коттеджа вышла Мария в халате, с фонариком в руке.
Она остановилась посреди садового участка, включила фонарик.
Светила почти полная луна.
В поселке было тихо.
Стрекотали насекомые.
Из леса доносилось ночное пение птиц.
Посветив фонариком вокруг, Мария посмотрела на лес, темнеющий неподалеку.
Из-за коттеджа раздался топот бегущего человека.
Мария развернулась, посветила на дом, но никого не увидела.
Испуганно оглядевшись, она сказала:
— Эй! Кто там?! Уходите! Или я вызову полицию!
Никто не ответил.
Постояв, Мария пошла к коттеджу.

...В прихожую коттеджа вошла Мария, заперла за собой дверь и прошла на освещенную кухню, где на столе стояла бутыль воды.
Мария налила воды в стакан, достала из упаковки таблетку, проглотила ее. Запивая лекарство водой, она не замечала, что позади нее за окном блестит пара красных глаз. Она поставила стакан, выключила свет.
За окном красные глаза метнулись в сторону, исчезли в темноте.
Выйдя из кухни, Мария пошла по коридору в спальню.

Между тем в Москве, в квартире Надежды, в освещенной комнате, Надежда сидела за столом и смотрела на компьютерном мониторе видеозапись интервью с Щелкановым от 21 января 2019 года.

На записи было видно, что за столом с микрофоном сидел Щелканов — теперь лет сорока семи — и говорил:
— После самоубийства профессора Кудашева руководство "Медико-генетического центра" утверждает, что у них нет ни проекта клонирования неандертальца, ни его финансирования. Однако пять лет назад предприятие перевели в Краснознаменск, его деятельность была засекречена. По городу ходят слухи о странном "лесном бегуне"... Если они действительно клонировали неандертальца, это поставит массу этических проблем.

Надежда выключила видеозапись, вышла на свою страницу в социальной сети, на которой была размещена ее фотография в мундире. Через поисковик она нашла страницу Щелканова, напечатала и отправила ему сообщение: "Здравствуйте, мне надо поговорить с вами о пропажах детей в Краснознаменске. Назначьте время и место встречи".
...На страницу Надежды пришел ответ Щелканова: "Исключено. Эта тема меня больше не интересует".
Надежда напечатала и отправила ему сообщение: "Это не связано с работой. Сегодня в Краснознаменске пропала моя племянница".
...Пришел ответ Щелканова: "Встреча возможна лишь на условии полной секретности. За мной следят чекисты".
Надежда напечатала и отправила ему сообщение: "Годится".
...Пришел ответ Щелканова: "Завтра на Фруктовой, бар "Изумруд", 11.00. Вас будет ждать мой друг. Он проводит вас ко мне".
Надежда удалила переписку с Щелкановым и вышла из соцсети...

[Здесь опубликована завязка сценария; у автора есть полный сценарий, написанный в "американской" форме записи.]


Рецензии