Марсельеза

01

Жил на свете аранжировщик музыки для духовых оркестров, некий Иванов. Однажды он получил заказ — сделать аранжировку «Марсельезы».

Иванов был удивлён и озадачен. Уж что-что, а гимн Французской республики наверняка уже давно был расписан для всех мыслимых и немыслимых составов — начиная от оркестра балалаечников до большого симфонического.

Но с начальством, особенно военным, не поспоришь. А Иванов был не просто специалистом по аранжировкам, он ещё был военным дирижёром в звании капитана Советской армии.

Дабы никто не обвинил его в плагиате, он разумно расписал ноты в несколько иной тональности, чем оригинал, сделав партию для духовых инструментов крайне неудобной.

Шло время, Советский Союз распался, а отпечатанные ноты с партитурой, бывшие ранее в библиотеке, перешли в собственность новой власти.

02

Военный оркестр новой независимой республики репетировал в Доме офицеров, когда подтянутый лейтенант принёс дирижёру срочную депешу от командира бригады.

Через четыре часа состоится торжественная церемония с участием посла Франции. Необходимо немедленно разучить гимн Французской республики. Ноты и партитура будут доставлены через пятнадцать минут.

Лейтенант отдал честь и удалился. Вскоре появился сержант и вручил дирижёру портфель.

Оркестру был объявлен короткий перерыв, а дирижёр, открыв портфель и изучив содержимое, схватился за голову: это была та самая аранжировка «Марсельезы» некого Иванова.

03

Проиграв произведение три раза, стало ясно, что за оставшееся время выучить его наизусть не удастся. Начались поиски прищепок и прочих приспособлений, чтобы играть по нотам «на воздухе».

Время истекло, и оркестр с бравурным маршем двинулся по улице в сторону торжественной церемонии.

Отмечали годовщину переправы через Неман войск Наполеона. У дома, где в 1812 году ночевал император, собралась толпа зевак, приехали посол Франции и министр обороны республики. Зазвучали фанфары.

После торжественного приветствия оркестр заиграл гимн Франции. Трубачи стояли в первом ряду, держа ноты одной рукой и нажимая клапаны другой. Остальной оркестр ориентировался на спины товарищей — ноты были закреплены на спинах.

Первые такты прозвучали с лёгкой фальшью. Дирижёр улыбнулся:

— Фу, кажется, пронесло.

Но не тут-то было.

04

Шёл второй куплет, когда поднялся сильный ветер, и все — буквально все ноты — взлетели в воздух.

Музыканты героически пытались играть по слуху. Но это была та самая неудобная и коварная аранжировка некого Иванова.

Всё рассыпалось в считанные секунды. Как в симфонии Шнитке, возник мычащий гул неопределённых звуков, который вскоре затих вместе с ветром. Наступила щемящая, глухая тишина.

Лицо министра обороны перекосила гримаса, и лишь у посла Франции не дрогнул ни один мускул. Вот это выдержка!

А Иванов, узнай он, какой конфуз произвёл его «шедевр», потирал бы руки: всё-таки нагадил империалистам и их пособникам.

04.06.2019