Не все люди - сволочи

          Рассказ опубликован в сборнике Российского союза писателей "РСП. Проза 2019"

          Однажды на шоссе автомобилем сбили местную собаку. Окровавленное, неподвижное тело Жучки лежало с краю дорожного полотна. Надёжный друг Полкан безмолвно стоял над мёртвой подругой и невидящими глазами пялился на серую ленту трассы. Пёс опустил голову к разорванному боку самого дорогого существа на белом свете. У него не было слез, кобель не умел плакать. Рычать становилось бесполезно, убийца сбежал с места преступления. Спазмы клещами сковали горло. Кавалер, лишённый чести быть защитником своей маркизы, с величайшим горем пытался отхаркать на газон остатки дворняжьего счастья. Люди проходили стороной. Им казалось, что у понурившего голову сучьего поклонника случилось помутнение. По соседству с собакой был слышен то ли рык, то ли хрип или стон вперемешку с воем. В любом случае, обывателю было страшно от увиденного чужого горя. Трагическое событие. Скорбь и боль. Драма.
          Три дня на газоне лежал ухажёр, преданный своему увядшему благополучию. Совсем ещё недавно бравый мачо, сейчас уныло смотрел немигающими глазами на предмет очарования. Глядел днём и вечером, на рассвете и закате, круглосуточно. Когда на четвёртый день я проезжал мимо, обезображенный труп Жучки уже убрали дорожники. Неподалёку всё ещё располагался тот самый Полкан и, сложив голову на лапы, смотрел, не опуская глаз в призрачную дымку горизонта.
          Так и повелось после разверзнувшейся лихой напасти. Не обращая внимания на царей природы, хозяев жизни, кавалер ежедневно приходил на собачий погост. Грустный пёс, свернувшись калачиком, положив печальную мордочку себе на животик, лежал и «считал» часы, минуты, секунды житья-бытья вне ореола благоденствия сучьего отродья.
          Преданность и верность умирают последними. В собачьем сердце мечта соединиться с мил-сердечной страстью обрела вечность.
          Человек ко всему привыкает. Вот и местные жители в округе перестали обращать внимание на обязательный атрибут унылого пейзажа. Однако король высматривал все глаза и верил, что его королева совсем скоро, но обязательно вернётся. Однако не случилось. Грустно.
          Затем из поля зрения обывателей исчез и сам кобель. Кто-то из местных отковырял с краю пешеходной дорожки квадратную полуметровую бетонную плиту и на обочине у места драмы врыл вертикально в землю. Стало понятно, что не все люди – сволочи.  Может быть, но далеко не факт. Хотелось надеяться, что вера, надежда и любовь в народе олицетворяли лучшие качества.
          Поздней осенью, ближе к зиме, из соседней рощицы горожане услышали тягостную балладу последнего романтика. Вой на полнотелую луну был удручающе пронзительным, тоскливым и разрывающим сердце. Легкоранимые души обитателей домов по соседству терзала грустная песня убитого несчастьем пса. Люди плакали. Одинокому горю помочь было невозможно. Так проходили ночь за ночью. Однако нашлись и здесь чёрствые субъекты. Ночные серенады кому-то мешали спать. В Администрацию района на сукно легло заявление.
          Бравый служитель порядка взялся решить вопрос добровольно. Когда к утру стареющую луну заволокли тучи, округу разорвал хлёсткий звук выстрела. Плач на полноте оборвался. Воцарилась так необходимая кому-то тишина. Человеческий закон восторжествовал над природой. Только кому от этого было легче? Оборвалась ещё одна ниточка страдающей души. Удар собачьей судьбы наотмашь. Четвероногое горе. Беда.
          Поутру испуганные ребятишки-спортсмены увидели под кустами боярышника окровавленный бок собаки. Убитый герой не пытался убежать. Гордый мачо встретил смерть достойно. Ему надоело одному маяться с камнем на страдающем эго. Теперь всё было в порядке. Люди могли спать спокойно, никто не тревожил ночной покой удручающими завываниями. Да и власти с жалобой вопрос оперативно решили. Каждому своё.
          Когда по стылому времени завьюжила метель, жители микрорайона услышали из-за деревьев неподалёку радостную возню, игривый взлай и лучезарно-весёлое тявкание двух субстанций, лишённых человеком жизни. Было не совсем понятно, что видится в снежной пурге. Одни наблюдали тени радостных четвероногих фантомов, другие поговаривали, что это ветер свищет в трубах. Как бы то ни было, особо легкоранимые личности знали точно, что два голубка наконец-то встретились в снежной круговерти. Теперь им было хорошо. Никаких претензий от царя природы. В этот раз никому не могли помешать хвостатые лопоУхи: ни автомобильному движению на дороге, ни людям, страдающим бессонницей, ни начальству в Администрации района. Никому.
          Вот и сейчас: если внимательно присмотреться к небу, на полнолуние можно увидеть игрища увлечённой парочки. Забавно. Удивительно и необычно. Трогательно. Страсть на веки-вечные. Прямиком из космоса ощущается наяву, словно мёдом намазанное, райского благодушия, сладковато-пряное ванильное чувство. Малиновый серпантин. Конфетти, разбросанное солнцем. Временами брызги упоительного состояния покоя. Прочувствованные впечатления, исполненные неподдельным счастьем, проникнутые благодушным ликованием незабываемы.
          Во вселенной не случается остановок. В амурном тяготении сердечных пристрастий не бывает «чуть-чуть». Здесь всё естество подчиняется закону гравитации и обязано раствориться без остатка в картине мира нежных взаимоотношений. Любить и быть любимым – наивысшее предназначение обладателей внеземного стечения обстоятельств. Нашим героям повезло. Баловни фартовой удачи испытали блаженное чувство. Счастливчики.
          Ах, какие полюбовники были наивными, как кружилась голова от желанной встречи. Быль и небыль, ощущения и симпатий нега случились у них в распрекрасное время. Не терпелось летать от счастья. Вопреки положению дел хотелось расправить крылья и до скончания веков парить в океане пристрастий над суетой-сует рутинной жизни. Непосредственность. Невинная откровенность. На беду коварная действительность преобладала над простодушно-доверчивой стихией. Печально.

          В следующую пору, аккурат по ранней весне, распустились почки. Раньше времени расцвела черёмуха. Сирень же только-только набирала первоцвет. Люди, спешащие поутру на работу, неожиданно увидели надпись на бетонной плите, врытой в землю возле дороги. Посвящение гласило: «Полкану и Жучке земелька пухом». Зеваки вздохнули с облегчением. Бессловесные «дежурные по апрелю», запавшие на любовь в своём виртуальном измерении, останутся довольны оказанным вниманием. Услужили люди беспокойным душам. Помянули. И на этом спасибо.
          Всё же не все люди – сволочи.

          Май 2019 года


Рецензии