А в бане все голые!

    
      

      Этот совершенно правдивый рассказ  о том, как  взрослеющие мальчики делали однажды важное для себя открытие – в бане все люди голые! 

      Возможно, девочки тоже делали такое открытие.  Могу только предполагать. Я ведь родился мальчиком. Девочкой никогда не был. Да и не хотелось как-то! Еще чего – быть девчонкой!

      Открытие  происходило, когда завершался период купания младенца, и начиналась помывка в настоящей взрослой бане. Вместе с взрослыми! А взрослыми были чаще всего женщины. Голые, конечно. В бане ведь все голые!

   - Бабы мальца лутче вымоють! –  решала женская половина семьи, и будущий мужчинка шел в ароматную бревенчатую  баньку вместе с бабами. В том числе и соседскими. Так бывало часто – хозяева баню топят сегодня, а соседи нет. Или наоборот. Ну, хороших соседей и приглашали на парок.
     Случалось, с бабами и девчонки разной степени спелости и смелости шли. Мылись. А заодно свой кругозор в вопросе  анатомии мальчиков расширяли. Так сказать, наглядное пособие для будущих женщин в натуральную величину. И посмотреть и потрогать можно! Только портить нельзя.

     Но, оставим для другого рассказа тему частных деревенских бань. Это тема отдельная и бездонная.

     У большинства жителей малых городков, таких как Опочка,  своей бани не было. Своя баня – это, в основном, привилегия деревенских жителей и некоторых обладателей собственных домов в городе. А квартир с душем или ванной – раз, два, и нетути больше!
     Народ, у которого  банно-ванной  привилегии не было, раз в неделю совершал поход в городскую общественную баню. Как правило, в выходные дни там была немалая очередь. Веничек, кто сам поленился заготовить, можно было на кассе купить.

     Мальчики, еще недавно бывшие младенцами, шли в баню с мамами, с тетями, с соседками, которые в этот день своего пацана  вели мыться. Шли в  женское отделение. Потому что женщин с мальчиками в мужское отделение не пускали.  А в женское отделение маленьким мальчикам разрешалось. 

     Тому была веская причина – дитя ведь!  Условностей взрослых пока не понимает. В то же время, еще  совсем хрупкому и нежному созданию, требуется женское внимание, аккуратность, ответственность. Разве можно такое тонкое дело мужчине простовато-грубовато-прямолинейному доверить! Не уследит за дитем! Баня - это ведь не только приятно и тепло. Здесь можно поскользнуться и ушибиться.  Можно ошпариться кипятком.  Мыло  в глазки лезет – будет щипать и кусать, и только женская ласка сможет успокоить малыша и убедить его, что скоро все пройдет.

    Попадание кусачего мыла в глаза – мое самое страшное детское воспоминание о бане. Перед походом на помывку я  пищал и упирался:
 
    -Не пойду в баню! Там мыло щипается!
    -Не пойдешь – грязным останешься!
    -Ну и пусть!
    -Будешь, как дюшка (поросенок, то есть)!
    -Ну и пусть!
    -Девочки не полюбят!
    -Ну и пусть не полюбят!

    - Шоколадку не куплю!

     Это был запрещенный прием. Приходилось закусить губенку и идти в баню. А противное мыло обязательно начинало щипать каждый раз.
     Время от времени ровный звуковой фон процесса общественного мытья разрывал громкий детский плач. Мыло проклятое кого-то обидело. Плакали не только мальчики. Девочки тоже пищали! Они ведь тоже мылись в женском отделении! Окружающие тут же принимались успокаивать ревущее дитя. Помогали той, с кем пришел ребенок.

     Хорошо помню – стою, реву с надрывом, тру глаза, а ко мне с соседней скамейки наклоняется красивая тетя с большими сисями и говорит:

   - Не пищи казак, а то атаманом не станешь!

     Потом неожиданно протянула руку и ущипнула  за петушка.  От неожиданности я перестал реветь. Хотя мыло продолжало кусать. Тетя подмигнула мне, улыбнувшись, и принялась натирать мочалкой свои прелести. Я тогда не понимал, конечно, что у тети прелести. Просто  она была голая и красивая. И добрая. Только, странная какая - то – зачем  же щипаться?

     Так, или иначе, мылся дочиста молодой растущий организм, пока еще не сбитый с толку бушующими гормонами,  среди совершенно нагих женщин и девчонок всех возрастов, форм и темпераментов. Только строгая банщица была одета. Я, помню, еще спрашивал:
    - А почему тетя не раздевается? Ей не жарко?

      Мне отвечали что-то типа, мол, тетя уже помылась! И вообще, она в раздевалке сидит, а не в помывочной. В раздевалке не жарко.

      Но тетя банщица не просто сидела в раздевалке. Она проверяла билеты и накалывала их на большой гвоздик, следила за порядком и пресекала  малейшие нарушения.

      А еще она сортировала мальчиков.

      По возрастным признакам.

      Типа – этому можно к голым женщинам, а этот– пущай идет уже теперь к мужикам оголяться!

        Помню одну такую историю. Худенькая женщина, с маленькой грудкой , очень широкими бедрами и совершенно плоским животом пришла в баню  с сыном. Мальчик  был худ и невысок, бледен  и сложен совсем как девочка. С небольшим отличием, только. Чувствовалось сразу, что он немного старше “пропускного” возраста.
       Женщина и мальчик  раздевались рядом с нами. Я хорошо их рассмотрел и даже запомнил определенные подробности. Так получилось –  помню из самого раннего детства отдельные эпизоды. В виде цветных картинок. Или коротких видеороликов.   Иногда и с текстом.
       Мама и сын разделись донага, взяли мочалки,  мыло, и тихонько пошли в моечное отделение.
       Но их остановила бдительная банщица. Она оценивающе окинула взглядом худенькое тельце мальчугана и вынесла вердикт:
     - Женщина, куда же вы с таким большим!
     - Да ему еще (она назвала возраст сына, но это в памяти не сохранилось).
     - Вот я и говорю - ведь большой уже!
     - Да мне  не с кем его в мужское отделение отправить! Отца нету, одного боюсь отпускать, он слабенький и робкий у меня.
     - Понимаю, женщина, дорогая, но большой уже!

       При слове “большой” банщица каждый раз легонько взмахивала рукой. Ненароком получалось весьма двусмысленно. Она, наверное, просто хотела указать на мальчика, но рука позиционировалась каждый раз аккурат в центр фигуры. Парнишка очень стеснялся и неловко делал попытки прикрыть просыпающегося птенчика.  Но от этого смущался еще больше – прикрываешься, значит, многое понимаешь! А “понимающим” вход сюда строго запрещен! Навсегда! Навеки вечные! Без права обжалования!

       Наконец, банщица сжалилась  со словами:
     -  В последний раз, думайте там, как дальше. А в “женское” ему нельзя больше.

      Она сделала паузу, окинула мальчика взглядом,  и со вздохом произнесла, не забыв указать рукой:
     - Большой ведь!

    Женщина поблагодарила добрую банщицу и, легонько подтолкнув сынишку, повела его туда, где тепло, мокро и много нагих  женщин. А тетки в раздевалке потом  обсуждали, смеялись, шутили,  грустное что-то говорили. Я ничего не понимал и ничего не запомнил из того, о чем вели разговор. Потому что маленький был.

    Смешно вспоминать, но тогда я испытал некое наивное чувство гордого превосходства над старшим по возрасту:

     - Вот так вот, тебя не пускают! А мне можно!

     Это было что-то из разряда: “а мои куличики в песочнице лучше, хотя твои конечно больше”. И язык показать!

      Позднее, когда я подрос и иногда вспоминал эту историю, мне становилось жалко  мальчика, у которого папы нет. И эту худенькую женщину тоже жало было. Она производила впечатление образованной , интеллигентной, но придавленной жизнью.  Смиренно и безропотно принимающей пинки судьбы. Вставая с колен  после очередного толчка - дальше  по жизни. Терпеливо и упрямо. Мальчик тоже был тихий и стеснительный. По всему было видно – трудно им. Как-то дальше сложилась их судьба?

      А еще мне очень жалко, что невозможно хотя бы на часок вернуться в те счастливые времена. Когда маленький человечек был окружен теплом и заботой. Когда он не знал еще, что жизнь – это не сказка и не сладкий сон. А окружающий мир – это  вовсе не рай на земле.
     Сейчас подумал – а ведь тогда в бане я, и сверстники мои, как в раю пребывали – тепло, уютно, и вокруг обнаженные добрые нимфы – не сосчитать!
     Теперь туда уже не пустят. В детство, я имею в виду. Как банщица не пускала в женское отделение бани подросшего паренька.
      Потому что большой! Без права апелляции!

                Истории от второй половины 1960-ых.

                Записано в июне 2019 года.
               
      Коллаж на основе изображения картины Плотникова В.А. “ В бане” 1897 год.
 

           Продолжение будет!






-

               


Рецензии
Детские воспоминания о бане у меня плохо сохранились, я там была от силы пару раз, когда дома отключали отопление. А вот в студенчестве ходили в Донские бани их интересу - понять хотелось, зачем в Москве туда ходят при наличии собственных ванн. Парилка, где суровые завсегдатаю безжалостно поддавали, эти жестяные шайки, веники, чай с липой в раздевалке.Экзотика! В ванной так не отмоешься, не вкусишь радости очищения! Одно смущало. Старушки, просившие потереть спинку, неумолимо свидетельствовали о скоротечности женской красоты:"Смотри, смотри, сама такая будешь. Если, конечно, повезет - если доживешь..." А теперь вот всякие спа-солоны, индивидуальное обслуживание. Ничем не омраченное удовольствие. А сакральная мудрость исчезла.
Спасибо за неизменное удовольствие, настроение и порождаемые чтением собственные воспоминания, что всегда свидетельствует о качестве литературы!

Ольга Горбач   19.09.2019 13:47     Заявить о нарушении
Я знал! Я верил ! Что понравится... Специально с раннего детства все помнил, чтобы потом записать и доставлять удовольствие от прочтения!

Читаем дальше! Там интересно!

А баня - это баня. Довелось мне мыться и в баньке по-черному, и по-белому в разных... Ну и в общественной. В Опочке действительно была очень хорошая баня. Потом довелось сравнить...

Благодарю,Ольга!

Валерий Павлович Гаврилов   19.09.2019 14:17   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 4 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.