Азбука жизни Глава 5 Часть 77 Прекрасная пора!

Глава 5.77. Прекрасная пора!

Наконец-то. Солнце греет кожу, а не просто светит в окно. Шезлонг принимает форму моего уставшего от беготни тела. Это та самая, вырванная у суеты возможность — просто быть. Лежать на солнышке и краем глаза следить, как детки резвятся у самой кромки воды. Мы все здесь, на юге Португалии. И сегодня — День Независимости России. В этом есть какая-то ирония, которая меня слегка позабавила.

Я чувствую на себе взгляды. Эдик, Вероника, Надежда — они улыбаются, наблюдая за моим маленьким ритуалом. Беру один телефон, потом другой, пытаюсь дозвониться, чтобы поздравить. Но лето… Прекрасная пора. В России среди друзей никого не оказалось — все, как и мы, разъехались по миру.

— Виктория, всех поздравила? — доносится голос Вероники. В нём слышится не вопрос, а констатация моего сумасшедшего получаса.
— Вероника, слава богу, наш дедуля с Настенькой когда-то вложились в эти «игрушки», — отвечаю я, кладя на столик последний гаджет. — Все мои друзья встречают праздник за пределами родины. Такая вот независимость.
— Минут за тридцать, пока говорила, побывала в нескольких странах, — замечает Надежда с лёгким восхищением.
— Да! — выдыхаю я, и на душе становится светло. — И знаешь, я получила дикое удовольствие. От того, что все слышались счастливыми. Свободными. Эдик, чего смеёшься?
— Пока всех поздравляла, ни разу не прозвучало в твоей пламенной речи «День Независимости», — указывает он с той своей, хитрой и всё понимающей усмешкой.
— Надежда, моя сестричка всё использует в своих целях… — начинаю я с поддельным укором.
— Да, Ника! — мгновенно отзывается Вероника, играя в нашу старую игру.
— Начинается… — с комичным вздохом произносит Эдик.
— Нет, Эдик, трогать Веронику не буду. Она в детстве только так и защищалась — ехидством. А Никой меня звала только бабушка.

Меняю тему, спрашиваю про Ромашовых в Крыму. Хочется лёгкости, а не этих игр.
— У Катюши, конечно, от природы один восторг! Но к обеду, когда ноги отказывают после гор, энтузиазм заметно падает.
— А там, кроме этой самой природы, давно уже ничего и нет, — сухо констатирует Эдик. — Выкачивали всё с 1954-го.
— Но это же чудо, Эдик, — возражаю я, глядя на наше море. — Для москвичей и питерцев — оказаться наконец на дикой природе, а не в очередном curated space.

Мой взгляд находит в воде дедулю — Александра Андреевича, который с Николенькой и детьми превратился в большого резвящегося ребёнка. Прекрасная погода. Тёплая, солёная вода. Звонкий смех. Что ещё нужно для счастья? Вот она, та самая, ощутимая независимость. Не от страны, а от всего, что гнетёт, торопит, заставляет играть по чужим правилам. Когда ты можешь вот так просто радоваться — солнцу, воде, смеху своих детей. Вот она, моя прекрасная пора.