А где у вас тут серпентулий растёт? 5-9

Глава четвёртая

Ночь во дворце прошла почти спокойно, если не считать похождений принца, который, не добившись взаимности от камердинера, полночи шастал по дворцу в поисках наложниц. Но предусмотрительная Ирисиксэль заперла всех девушек в самой дальней комнате, где они и проспали всю ночь, как убитые, от внезапного изменения распорядка их неспешной и ленивой придворной жизни.

Король, не получивший очередную порцию яда, и от этого весьма поздоровевший, мирно посапывал в своих королевских покоях.

Казначей молился всем богам и почёсывал задницу, предвидя утром неминуемую порку за пустую казну.

Экономка рыдала в подушку, горюя об утрате тяжёленькой связки ключей и представляя, сколько ещё благ она могла бы себе принести, если бы не это фиалковоглазое и златовласое чудо…

Ирисиксэль, по старой санитарской привычке, спала крепко, лёжа на спине в позе звезды, с безмятежным оглушительным храпом, вылетающим из нежных, пухленьких коралловых губок, иногда прикусываемых жемчужными зубками. На розовых щёчках лежали шёлковые чёрные ресницы на пол лица, округлая, упругая грудь мерно вздымалась в такт богатырскому храпу. Ей снилось, что она дома, на Земле, в своей старой избушке, а в двери ломятся Петька скотник и Мишка комбайнёр, домогаясь её девичьего тела. Она отперла замки, откинула крючки, отодвинула тайные задвижки, отсунула дубовые засовы и, распахнув двери, крикнула громким и строгим, но нежным голосом:

- Ну! Кто тут хочет обесчестить принцессу???

Мишка и Петька, узрев на пороге сияющую неземной красотой девушку, одетую в прозрачную, ничего не скрывающую, а наоборот – подчёркивающую наготу, ночную сорочку, расшитую серебром и эльфийскими камнями, так и попадали в сугробы. А Ирисиксэль, зловеще захохотав, лёгким щелчком пальцев, испустив сноп синих искр, превратила их в двух грязных и тощих хряков. Оказалось, что за забором собрались зрители и, подначивая друг друга, спорили – получится у Петьки с Мишкой или нет. Но, увидев, что произошло, толпа кинулась врассыпную.

- То-то же, ублюдки! – сказала Ирисиксэль, пустила ещё веер ослепительно-синих искр, как от сварочного аппарата и проснулась. Концы пальцев пощипывало, а на подоле великолепной ночной рубашки таял снег. Крошечные розовые ножки принцессы даже немного замёрзли.

- Ого… Это я что же, на самом деле там была? Босиком на снегу? Здорово. Так Мишке с Петькой и надо! А зрители теперь, небось, смеяться не будут, а то вернусь ещё разок, да и разберусь с насмешниками.

Утро только-только начиналось. Розовый рассвет розовел на розовеющем небе, певчие птички пели свои певучие песенки в ветвистых зарослях ветвей, все вокруг ещё спали, когда на весь дворец раздался гулкий, оглушительный «Боммммм!!!!» Хенёк от страха закопался поглубже в одеяло, где он спал между стройных ножек Ирисиксэли, а изо всех распахивающихся нараспашку дверей начали выскакивать люди, в непрезентабельном виде. Принц, вообще, упал, запутавшись в сползающих пижамных брюках. Дамы в папильотках, мужчины в наусниках и сеточках для волос – кто в чём, и выглядело это так забавно, что Ирисиксэль расхохоталась от души. Насмеявшись, она сказала:

- Подъём, народ. День на дворе, а вы дрыхнете. Так мы с вами пятилетку за три года не выполним. Быстро все умылись, оделись, поели овсяночки и за работу.

- А что это так громко гремело? Или звонко звенело? – спросил принц, наконец-то собравший себя в кучу, вставший на свои длинные, стройные ноги и, красуясь, распахнул на животе пижаму, обнажив не менее восьми, совершенно каменных на вид, кубиков.

- А это я вчера на кухне большую сковородку присмотрела и молоток для отбивных. С отбивными временно покончено, пока я не разберусь, куда из казны деньги деваются. Теперь удар молотком по сковороде будет сигналом к пробуждению. Потому что нормального гонга я в этом неправильном дворце не нашла. Сейчас позавтракаем, и я вас ознакомлю с режимом в отделении. То есть, во дворце. Дворец строгого режима, значит. Тот, кто будет исполнять все предписания, получит какое-нибудь небольшое, но приятное поощрение, позже придумаю. Ну, а кто станет фордыбачить – не обессудьте, граждане – розги нарезаны и в рассоле замочены.

Народ тихо зароптал, но, увидев, как Ирисиксэль потирает руки и при этом с кончиков пальцев срываются синие искры, все быстренько разошлись.

Не прошло и получаса, как все собрались в большом зале, где уже восседала во главе стола принцесса.

- Значитца так, уважаемые и не очень. Вот режим дня, который все должны исполнять неукоснительно.

6.00 – подъём

6.00 – 6.30 умывание, одевание, туалет и прочее.

6.30 – зарядка и попутно обязательная сдача норм ГТО, (кто будет отлынивать – на конюшню!)

7.30 – завтрак (скромный, овсянка)

8.00 – 13.00 необходимые работы во дворце (а работ необходимых тут…..)

13.00 – 14.00 обед (тоже сильно губу не раскатывать – постные щи и каша с морковной котлетой)

14.00 – 15.00 свободное время (всем честно и тщательно вдумчиво обдумывать своё поведение)

15.00 – 17.00 работы в саду и парке (кто будет отлынивать… ну, я уже говорила)

17.00 – чай с сухарями

18.00 – 19.00 отчёт о делах, небольшая планёрка

19.00 – 20.00 наказания и поощрения.

20.00 – 21.00 ужин – перловая каша с жареным луком.

21.00 – 22.00 свободное время – письма родственникам, краткие свидания с родителями, у кого есть.

22.00 – подготовка ко сну – мытьё, стирка, уборка спальных комнат и отбой.

Да! Подумала я насчёт поощрений. В свободное время делаем какие-нибудь поделки своими руками, кто что умеет – шить, вязать, рисовать, лепить из глины и прочее. Трудотерапия называется. Это всё и будет потом раздаваться в виде подарков за хорошую работу. Устроим лотерею. Очень весело, познавательно и интересно.

Надеюсь, всем всё ясно? Ежедневное купание, стирка и смена белья раз в 10 дней под контролем экономки. Уборка помещений – на горничных, проверяю лично. Теперь о еде. Жрёте вы, господа, немерено. Надо с этим что-то делать. Двадцать пять перемен за обедом вчера насчитала. А серебряных ложек, наоборот – не досчиталась. Кто взял, я знаю. Лучше сам незаметно положи на место. А потом иди на конюшню – пятьдесят плетей. Сейчас все по местам, повара и кладовщика ко мне. Будем меню обсуждать и рассчитывать расход продуктов.

Кто недоволен распорядком – прошу высказываться сейчас – двери открыты, я никого не держу, недовольны – увольняйтесь. В характеристике так и напишу – уволены, за лень и непослушание. За воротами дворца безработных пруд пруди.

- Ваше высочество! – высунулся дворецкий, уже направляющийся в сторону конюшни, - А что такое характеристика?

- А это письмо такое, с которым вы пойдёте на новую работу устраиваться. – Хихикая, ответила принцесса.

- Ой… - зашептались слуги, - Всё пропало. С таким никуда не возьмут. Придётся подчиняться.

Огорчённый и даже слегка оглоушенный персонал дворца разошёлся по своим местам, и худо-бедно, но работа закипела. Под чутким руководством Ирисиксэли дворец преображался прямо на глазах, да и то сказать – около сотни эльфов, которые раньше плавно и красиво, чисто по-эльфячьи, занимались неизвестно чем, а, честно говоря – практически ничем, теперь работали не покладая рук, трепеща только от одного упоминания розог и конюшни. Сад и парк тоже преображались, превращаясь в достойное окружение старого дворца.

- Ну, - сказала Ирисиксэль верному хеньку, который повсюду следовал за ней – видишь, главное стимул и всё завертится.


Глава пятая

Потирая изящные, но сильные нежные руки с тонкими, длинными пальчиками, украшенными овальными перламутровыми ноготками, Ирисиксэль прогуливалась по дворцу, наблюдая за суетящимися слугами. Работа кипела. Вдруг послышался шум у ворот, скрип засовов и скрежет замков, лай собак, крики слуг, мычание коров, хрюканье свиней, ржанье лошадей и кукареканье петухов. В чём дело? А это соседский принц к нашему в гости приехать изволили и на охоту приглашают.

- Ну-ну… - задумчиво пробормотала Ирисиксэль, - На охоту, значит? А где господа охотиться изволят?

- Так на полях же! Где ещё-то? – ответил пробегавший мимо камердинер, несущий принцу костюм для охоты.

- Стоять. На каких полях?

- Так на наших. Эх, так знатно охотятся! Кони звери у них просто! После них и пахать не надо.

- Какая пахота? Окстись, любезный – на полях ещё урожай не собран.

- Ну, так, госпожа, оне же принцы, им никто не указ.

- Это им раньше был никто не указ. Теперь я здесь и не позволю безобразничать. Эй, на конюшне! Отставить седлать коня. А ты, любезный, - обратилась она к камердинеру, - неси-ка костюмчик обратно. А принца этого заезжего пригласить в дом.

Возмущённый Мандаринель только начал закипать, но Ирисиксэль так ласково посмотрела в его сторону, так многозначительно пощёлкала пальчиками, со срывающимися с их кончиков ослепительно синими искрами, что он затих и уселся в кресло у камина. В гостиную зашёл… дрыщ. Именно дрыщ. Метр с кепкой в прыжке, тоненькие ручки и ножки, курносенький носик и ротик под ним куриной гузочкой. И это эльф?

- Мандаринэль, привет! Ты ещё не готов? Иди, собирайся, а мне пока прикажи подать вина и закуски. Да, из девочек твоих кто-нибудь пусть рядом побудет. Хоть вот эта. Новенькая? – спросил он у Ирисиксэль.

- Абсолютно. – Ответила она. – Вчера из магазина. Только я не его девочка, а совершенно независимая и самостоятельная принцесса. Ну-ка, расскажи мне, дружок, с какой стати ты тут раскомандовался и решил потраву на наших полях учинить?

- Э… дак, чего ж потраву-то сразу? Слова какие-то у тебя, девка, заковыристые. Да и сама с виду не проста, ох, не проста.

Забегая вперёд, надо сказать, что принц этот, соседский, по имени Нафталинэль, был куда как умнее своего дружка. Втихаря браконьерил, и не брезговал девок красть и продавать работорговцам. На Ирисиксэль-то у него глаз и загорелся – уж больно девка хороша была! Персик – одно слово! За такую немало отвалят, особенно те, у кого баб совсем мало и каждая имеет по несколько мужей – размножаться-то всем охота. Ведь это именно он несколько лет назад похитил и продал в рабство младшую сестру Мандаринэля, Апельсинэль. Умницу и красавицу, надежду короля, который хотел именно ей впоследствии передать престол, а не этому алкашу и разгильдяю Мандаринэлю. Теперь же, бедная Апельсинэль, как заведённая, рожала где-то, в неведомой дали, разных монстриков. В большом количестве.

Охоту, значит, отменили. Мандаринэль ворчал, Нафталинэль уехал, но недалеко – затаился в лесочке на ближайшем хуторе и стал Ирисиксэль выслеживать.

А тут беда! Ходила она с хеньком за хрензнакакоевкой и бедный зверёк поранил лапку, да сильно! Какой-то гад капканов наставил. Не иначе, козни Мандаринэля! Вот и остался он дома, а Ирисиксэль всё гуляла, тем более, что король пошёл на поправку, пил исправно отвары и на девушку посматривал совсем не отеческим глазом – во, как воспрял!

Гуляла она гуляла, да и догулялася – в какой-то рощице налетели лихоимцы, замотали в антимагический мешок, завязали антимагическими верёвками, да и увезли незнамо куда. Уж она и плакала, и кричала, и ругалась, даже по-русски, нехорошими словами, и искры пыталась пускать, да всё зря. Погрузили её, как скотину бессловесную на лодку и поминай, как звали.

Глава шестая

На новом месте Ирисиксэли сперва даже понравилось, потому что её сразу в бани повели. Видимо, в турецкие, потому что мыли, чесали, маслами умащивали, массажами массажировали, маникюр, педикюр, пилинг – полный уход, короче. Потом замотали в покрывала и куда-то повели. Привели в большой зал, где на скамьях сидели…. Ой, божечки, кто ж там только не сидел! И наги, и драконы, и вампиры и… совсем непонятно кто. Кентавр один был даже. Всё ржал, да копытом пытался мраморный пол рыть. Вот. Ну и началось. Тут только она поняла, что её продают, как козу какую, прости, господи!

Купили Ирисиксэль сразу четыре жениха – наг, вампир, дракон и демон. Продавцы довольные, с четырьмя мешками золота уехали. А её понесли на руках до ближайшей рощи, а там, создав портал, перенеслись всей компанией, в совсем уж неизвестное место.

Все четыре мужа распалились ещё в пути и теперь еле сдержались до спальни. В спальне Ирисиксэль увидела кровать метров 10 на 10. Она была покрыта необъятными шёлковыми покровами белоснежного цвета, с вышитыми шёлком же цветами и райскими птицами. Кровать стояла посередине огромной комнаты.

«Ой, мамоньки! Это что же, как в книжках про попаданок – все сразу на меня и возлягут?» - с ужасом подумала она.

Мужья размотали покрывало, в которое она была замотана, и бережно положили на кровать. Заметив ужас в глазах девушки, и осознав, что она вся трясётся от страха, они просто-напросто укусили её все по очереди, кто куда попал. И от этих укусов её охватило такое томление, такая страсть и такое невыносимое желание немедленно принадлежать всем и сразу, что она, извиваясь и стоная, истекая литрами любовных соков, раскинулась на простынях, в любимой позе звезды, естественно. Даже мгновенно обнажённые, непомерно огромные, весьма разнообразной конфигурации достоинства мужей уже не пугали её. Она кричала в экстазе и тянулась к ним тонкими, изящными ручками.

Через некоторое время девушка ощутила, как в районе желудка встретились три бархатные головки, а четвёртая изливалась ей в уши семенем, благоухающим фиалками, нарциссами и лавандой. Она тут же поняла, что понесла сразу от всех четверых. Но, поскольку все отверстия, включая рот, были заняты, она промычала носом:

- Ах, какое блаженство!

Впоследствии выяснилось, что от многочисленных ядовитых укусов девушка окончательно онемела, поэтому ей принесли планшет, чтобы она могла там писать. И она писала. Одно слово – «Ещё!!!»

Восторженные мужья ещёкали и ещёкали, то по очереди, то все сразу, вертя миниатюрную, просто крошечную в их огромных и мускулистых руках Ирисиксэль, укладывая её на свои мощные животы, сплошь покрытые кубиками, (штук по двадцать у каждого, точно), страстно покусывая длинными клыками и тут же зализывая раздвоенными шершавыми языками кровоточащие раны. Они, вообще, обожали её вылизывать, так что мыться ей и не надо было. Вылизанная до блеска, она играла с их нефритовыми жезлами или заплетала в косы их разноцветные волосы, достающие до ягодиц, чем тут же снова их страшно возбуждала. Мужья качали её на своих мускулистых коленях, носили на не менее мускулистых руках – шагу не давали ступить.

Немая красавица, радостно предающаяся сексуальным играм, без устали выполняющая все мыслимые и немыслимые пожелания и прихоти мужей, стала просто легендой междумирья. К ней приезжали свататься всё новые и новые женихи, но пока она была беременна от первых четырёх, о новых мужьях и разговора не было.

Как оказалось, тут же неподалёку, буквально в соседнем дворце, жила Апельсинэль, похищенная сестра принца. Она пользовалась большим уважением, как образцовая жена, мать и роженица. Количество её детей уже перевалило за сотню. Жизнью своей принцесса была довольна, сама выбирала себе в гареме фаворитов. Особенно принцесса любила арахноидов, яд которых имел такое количество феромонов, что после их укусов она мгновенно впадала в нирвану и хотела только одного. Этим одним её регулярно и обеспечивали счастливые многочисленные мужья.

Ирисиксэль по-прежнему любила гулять в полях и лесах, тем более, что для беременной это полезно. Свой необъятный живот она лихо катила на специальной одноколёсной тележке, сделанной из чистого золота и щедро украшенной драгоценными камнями. Она и думать забыла о каких-то там принцах и королях. В положенный срок, то есть, через два месяца, она разродилась долгожданной четвернёй. Змеёныш, демонёнок и дракоша тут же нежно искусали мамку, а вампирёныш, ласково прокусив руку, попил крови.

Родильнице дали отдохнуть два дня в регенерирующем блоке, деток нянчили многочисленные холостяки, стоящие в очереди за счастьем, так что девушка была готова к новым подвигами. Через месяц у неё было уже 14 мужей, многие из которых только отдалённо напоминали человека, даже в первой своей ипостаси. И как ей обещали – это ещё не конец – десятки самцов жаждут её внимания, в предвкушении потирая костяные створки, скрывающие их нефритовые жезлы и скрипя от страсти мохнатыми хелицерами.

Шрамы от укусов не успевали заживать, феромоны, вводимые со слюной самцов, постоянно поддерживали в девушке неукротимое желание. Непонятно, каким чудом в её миниатюрное тельце помещалось зараз по несколько огромных нефритовых жезлов – но всё шло замечательно! Прислужники не успевали менять белоснежные простыни и подносить освежающие напитки, еду и батарейки для планшета. Одежды у девушки не было никакой, так как одеваться между сексуальными утехами она не успевала. И надо сказать, что такой стиль жизни её вполне устраивал. Она иногда с улыбкой вспоминала предыдущие 92 года жизни, так и прошедшие без единого оргазма. Зато теперь…. Мама дорогая! До сотни ошеломляющих оргазмов в день, а уж ночью… Её даже спящую любило по 10-15 мужей каждую ночь. Вот это жизнь! Жила бы так и жила…

Но… Как оказалось, король Лимонэль не забыл прелестную девушку и, собрав все средства, нанял отряд сыщиков, чтобы разыскать и вернуть принцессу. И розыски увенчались успехом! Однажды, когда Ирисиксэль по своей привычке прогуливалась по полям, бодро катя на тележке живот с очередным выводком, то ли десятым, то ли одиннадцатым, её выследили, поймали и увезли. Через несколько порталов она оказалось во дворце, и предстала перед глазами изумлённого короля. Вся в шрамах от ласковых укусов, в ярких пигментных пятнах, с огромным, возлежащим на тележке животом и немая! И только огромные глаза, всё такие же прекрасные, фиалково-сиреневые, с появившимися от многочисленных беременностей изумрудными и рубиновыми искрами, доказывали, что это именно она.

Король немедленно упал в обморок. Мандаринэль убежал и заперся в своих покоях, слуги разбежались, кто куда и попрятались. А у Ирисиксэль от переживаний начались преждевременные роды. Поскольку отцы детишек в этот раз были какие-то водоплавающие чудо-юды, то и рожать она помчалась на бережок речки. Быстренько отметав несколько миллионов разноцветных икринок, Ирисиксэль вернулась во дворец и заперлась с радостным хеньком в своей лаборатории.

Недолго думая, по подсказке хенька, она смешала необходимые ингредиенты, сварила зелье и, выпив жуткий отвар, подошла к зеркалу. Внешность на глазах изменилась, Ирисиксэль превратилась в ту же ослепительную красотку, а некоторая неловкость в интимном месте дала понять, что и девственность восстановилась. Откашлявшись, девушка поняла, что и голос к ней вернулся.

- Ну, - сказала она хеньку, - пошли что ли, статус кво восстанавливать? Не, с сексом там, слов нет, всё было прекрасно, но роды эти, через каждые два месяца…. Это чересчур.

Глава седьмая

Найдя короля всё также валяющимся в обмороке, Ирисиксэль пощёлкала пальчиками, пустив по всему телу Лимонэля строй синих искр. Король вздрогнул и открыл глаза.

- Ирисиксэль, любовь моя! – простонал он, - Мне приснился ужасный сон, как будто ты страшно переменилась и, мало того – беременна!

- Ну что вы, ваше величество! Всё нормально. Это какие-то злодеи морок напустили, но всё уже позади. Убедитесь сами – разве я не та же, что и прежде?

«Ох, не та! Не та я теперича, не та, что давеча... – подумала она, деловито ощупывая короля – Да и король, после тех-то мужиков... Тут не то, что там. Мало того, что жезл один, так и размерчик… Вершка два навскидку. Грустно, девушки. Но делать нечего.»

Постепенно в холле стали собираться перепуганные до полусмерти обитатели дворца.

- Ну что, болезные? Чтой-то вы все такие бледные? Такие все робкие, по углам попрятавшиеся? Морок был на мне. Понятно? Морок. Теперь всё на своих местах. И я снова с вами. Как там розги на конюшне? Не пересолились? Сейчас я порядки-то проверю, расслабились тут, пока надо мной грабители измывались?

«Ах, как измывались, как измывались… - мечтательно закусила белоснежными зубками коралловую пухленькую губку и закатила фиалковые глазки Ирисиксэль, - Всю жизнь бы такое терпела, но, без беременностей.»

Обслуживающий персонал, глядя на мечтательное личико божественно красивой принцессы, аж прослезился. Но, поскольку они и правда, слегка расслабились без недремлющего ока, то немедленно все рванули по делам. Зазвенели вёдра, зашуршали тряпки и веники, короче всё пошло, как надо.

А Ирисиксэль, взяв короля под руку, отправилась с ним в спальню. Её нежный и хрупкий девичий организм, привыкший к постоянным оргазмам, требовал немедленного соития. По нежной шёлковой коже бёдер уже струились сокровенные соки, нежные складочки, привычные к любовным и страстным играм, так напухли, что тёрлись о нежную, шелковистую внутреннюю поверхность стройных бёдер, набухшие соски чуть не рвали нежный шёлк платья..

- Ваше величество, Лимонэль! Давайте жениться скорее! В разлуке я поняла, что так вас люблю, так люблю, что немедленно должна вам отдаться. Здесь и сейчас.

Король так удивился, что его несчастные два вершка от удивления и вовсе скукожились.

- Но, дорогая! Я согласен! Однако, не надо ли вначале позвать жрецов, принести клятвы, собрать гостей и отметить это торжество.

-М-м-м-м… - сдавленно промычала девушка.

- Что с вами, любовь моя? – спросил озабоченный монарх.

- Я так хочу с вами соединиться, что у меня зубы свело. Ну, давайте же, смелее!

Она скинула одежды и упала на кровать, приняв соблазнительную и очень откровенную позу. Свою излюбленную позу звезды. Король, вместо того, чтобы наброситься на неё, уставился на интимное место, вытаращив глаза и пуская слюни.

- Король! Лимончик мой! Ну, иди же ко мне!

…..Прошло 5 минут. Удовлетворённый король мирно посапывал, уткнувшись в подушку, а, ничего не успевшая понять Ирисиксэль, всерьёз подумывала – а не вернуться ли ей к мужьям? Ну и что, что их, аж 114? Зато какой секс… Эх, если бы они хотя бы по очереди сюда в гости наезжали – типа установление дипломатических отношений…

И, вообще – а где тут у вас серпентулий растёт?

Глава восьмая

Долго печалиться и думать о глупостях Ирисиксэль не умела. Ещё, будучи Даздрапермой, она говорила себе – «Переспи со своей печалью, утром всё может оказаться совсем не таким грустным!»

Вот оно и оказалось… Да уж… Немного не тем, чего она ждала, но точно не таким грустным.

Едва рассвело, едва зарозовело розовеющее небо, не успел во дворце раздаться, уже привычный всем «Бомммм!!!», как в спальню Ирисиксэль робко, но настойчиво постучали.

- В чём дело? Кто там? Заходите уже!

В дверь по одному просочились жрецы.

- Госпожа! – попадали они на колени у порога, - Чудо! Аум! Аум! Нашлись ваши брат и сестра!

- Какие ещё брат и сестра? Я выросла в приюте, и никакой родни у меня отродясь не было.

- О, нет, госпожа! Это точно они! На них указали звёзды! Мы перечитали все свитки и в одном, самом древнем, нашли подтверждение этому чуду! Это действительно, ваши брат и сестра. Близнецы! Во-первых, имена – его зовут Даздрасен – да здравствует седьмое ноября, а её Даздрасмыгда – да здравствует смычка города и деревни. Они оба горбуны и с бельмом на одном глазу. И оба выросли в приютах. Видимо, ваши родители имели указание свыше – рожать и оставлять в приютах детей предназначенных для переселения душ!

- Здрасьте-пожалста… Родственники объявились… - пробормотала в смятении Ирисиксэль. – И что же теперь делать? – обратилась она к жрецам.

- Теперь мы будем проводить обряд переноса. Правда, мы ещё не знаем, как именно, и в каких телах они воплотятся в этом мире – об этом в летописях ничего нет.

- То есть, могут быть любые неожиданности, как приятные, так и наоборот?

-…Ну… Даже не знаем, что и сказать.

- Ага. Ну, вот что – пока ничего и никому не говорите, идите и перечитайте свои летописи – раз их появление тут предсказано, должны же быть какие-то подробности.


- Да, госпожа. Слушаемся, госпожа. – Пролепетали жрецы и, пятясь задом, удалились.

«Вот тебе бабушка и Юрьев день… - подумала Ирисиксэль. – Родня какая-то… Чего от них ждать, неизвестно.»

- Эй! – потолкала она крепко спящего хенька, - Вставай, засоня. Дело есть.

- Да слышал я всё, просто вида не подавал. Ну, брат, ну, сестра… Что во дворце места мало?

- Да не в месте дело, места навалом. Это совершенно незнакомые люди и я не знаю, чего от них ждать, это, во-первых, и, во-вторых – в качестве кого они тут появятся? Даже жрецы ничего не знают.

- Да, это и правда, проблема. Надо что-то предпринимать.


Целую неделю Ирисиксэль с хеньком и жрецы рылись в летописях, пытаясь найти хотя бы намёк – кто, где, когда? Но, увы, мрак не рассеивался. Тем временем понемногу надвигалась осень. Ирисиксэль отправила всех свободных в лес за грибами и ягодами. Девушки и парни весело перекликались, бродя по лесу, поя народные песни и танцуя эльфийские танцы, и собирая обильный урожай. По древнему обычаю тут же составлялись пары и сразу совокуплялись в кустах с громкими стонами и криками.

Золотая пыль кружилась над кустами, обозначая места соединения истинных пар. Внезапно резко потемнело, налетел ветер, пригнавший огромные чёрные тучи, сверкнула молния, похожая на большое безлиственное дерево и грянул такой гром, что все побежали прятаться по кустам, в которых они и так прятались. Разряды следовали один за другим с нарастающей силой. И, когда от озона уже кружилась голова, а от насыщенности воздуха электричеством у всех стояли дыбом брови, ресницы и волосы подмышками и в паху, посреди поляны из земли вырос огромный валун, окутанный то ли дымом, то ли туманом. Гроза мгновенно прекратилась, тучи растаяли в небе, а когда ветер разнёс туман вокруг валуна, все увидели лежащих на нём юношу и девушку. Одета парочка была в какие-то нелепые одёжки рваные и грязные. Но самым странным было то, что они лежали, сплетясь в крепчайшие объятия – ну, как есть, два близнеца в утробе.

- Алё, гараж! – негромко сказала Ирисиксэль, - выгружайтесь, приехали.

Услышав это, парочка немедленно расцепилась и скатилась по разные стороны валуна. При этом со стороны, на которую упал юноша, взметнулись красные искры, и выгорела вся трава. А там, где упала девица, искры замерцали зелёные, и трава в один миг выросла сантиметров на тридцать.

- Опа! Два мага зараз – жизни и смерти! Так нам теперь, если что, никакая война не страшна. Интересно, а кто же я-то, если у меня искры синие? Надо будет у жрецов спросить. Ладно, - обратилась она к новоприбывшим родственникам, - мыться-одеваться! Где-то тут у вас должны быть одёжки.

Одёжки и правда обнаружились возле валуна, ручеёк нашёлся неподалёку, но вот с помытием и переодеванием возникли трудности. Брат и сестра выглядели полными идиотами, наотрез отказывались снимать жуткое тряпьё и оголяться принародно. Тяжело вздыхая, Ирисиксэль потащила их к ручью. Чисто вымытые и переодетые в новое, они были отконвоированы прямиком к жрецам.

- Чудо великое! – сказал главный жрец, - Вся семья избранных в сборе! Теперь осталось узнать их настоящие имена, а также миссию, с которой они прибыли в наше королевство.

Долго жрецы копались в старых летописях и, наконец, напали на искомое, почему-то написанное свежими чернилами:

- «В день великой грозы появятся в королевстве брат и сестра принцессы Ирисиксэль, призванной спасти земли светлых эльфов. С их помощью она возродит былую славу королевства, укрепит его влияние и расширит владения!»

- А как их звать-то по-здешнему? Не оставлять же им жуткие земные имена? – спросила Ирисиксэль.

- Об этом здесь очень туманно, понятно только одно – имена им должны дать вы, госпожа. Кроме того, у них с собой должны быть какие-то предметы и точно такой же есть в ваших вещах.

- Ага. А ну, вываливайте всё из ваших сумок! – приказала Ирисиксэль родне.

Те потрясли крохотными мешочками, появившимися вместе с ними у валуна, и оттуда посыпалось….

Из мешочка брата высыпалось десятка два пустых бутылок, упаковка активированного угля, старая шапка ушанка, войлочные тапочки, дырявый вантуз, яркий оранжевый жилет дорожного рабочего, рулетка, трамвайный билет со счастливым номером, закопчённая сковорода, подписка журнала «Сельская молодёжь» за 1975 год, рваное байковое одеяло и ещё куча всякого мусора. В последнюю очередь на кучу вывалились ярко-красные длинные бусы.

У сестры было, примерно, то же, исключая бутылки, да и подписка журналов именовалась «Работница» и была за 1976 год. Но бусы были и были они зелёные.

- Ага… - сказала Ирисиксэль, - Вон оно чё, Михалыч… - она вспомнила, что вместе с её вещами в это мир попали точно такие же бусы, только синего цвета!

- Эти драгоценные бусы явно что-то обозначают. – Глубокомысленно сказал старший жрец.

- Да. – согласилась Ирисиксэль, - Хоть я и не особо верю во всякую мистику, но тут точно что-то есть. А давайте-ка попробуем их рядом положить. Впрочем, это мы всегда успеем. А вот что делать с новенькими – они же ни бельмеса не понимают!

- Чё это мы не понимаем? – пробурчал братишка, - Всё понимаем. Только о чём говорить, не знаем. Вы вопросы задавайте, что ли, а то торчим тут, как три тополя на Плющихе.

- Вопросы, вопросы… Как их вам задавать, вопросы эти, если я вам ещё имён не придумала? Ладно, дело-то к ночи, провозились мы тут. Давайте поужинаем, да и по комнатам спать. Я вам покажу, где вы будете пока жить. А сама думать буду, может, жрецы чего помогут. Или король, на свой худой конец… - пробормотала она совсем уж тихо.

Так и сделали. Поужинав, все разбрелись по комнатам. Через некоторое время только храп и посапывание слышались во дворце. А вот Ирисиксэль не спалось.

- К чему вот это явление? Чего ждать от новоявленных родственников? Как их называть? –

Пытала она хенька, которому тоже не спалось. Но, в конце концов, и они уснули.


Глава девятая


И приснился принцессе сон. Парочка горбунов крадётся к дверям приюта и кладёт на порог верещащий свёрток. Хромая и спотыкаясь, они убегают и прячутся за мусорными баками. На порог выходит старая нянька. Охая и причитая, она поднимает подкидыша и в тусклом свете фонаря читает слово, написанное прямо на старом одеяльце – Да-здра-пер-ма…

- Ух, ты! Вот так имечко! И ведь как раз первое мая сегодня. Ну, пошли, прынцесса.

Кряхтя, она заходит в приют и закрывает за собой дверь.

Горбуны выбираются из-за баков и, радостно потирая ручонки, обнимаются, целуются, поют песни, танцуют и поздравляют друг друга.

- Пошли, что ли, Венера. Следующего к 7 ноября родить надо, этот год уж не успеем, а после Рождества надо готовиться.

- Пошли, Аполлошенька, пошли, родимый. Всё, как есть надо сделать, как моя прабабка завещала, и тогда деткам нашим будет счастье….


…Ирисиксэль подскочила на кровати, как ужаленная – это что же получается? Она родителей своих видела? Венера и Аполлон? Вот эти два уродца? Кто они? И кто их так назвал? Кто им дал это задание – рожать по горбуну в год и подбрасывать их в приют, называя при этом нелепыми именами?

После такого необычного сна она уже не заснула больше и, глядя в розовеющее небо, даже позабыла вдарить молотком по сковороде, вот как задумалась. В голову не приходило ни одного более или менее подходящего имени, вконец измучившись, она решила погадать на книге. Подходящая книга нашлась на первой же полке в королевской библиотеке. Шуганов гнома охранника, Ирисиксэль забралась с ногами на диван и открыла массивную золотую обложку инкрустированную огромным количеством драгоценных камней.

-Во люди! Казна пустая, а в библиотеке – прям копи царя Соломона! Ну ладно, щас погляжу, чего это тут понаписано.

Но глядеть долго не пришлось – с первой же страницы на девушку уставилось типично эльфийское лицо, заспанное и страшно недовольное

- Ну? Чего спать не даёшь? – проскрипел потревоженный эльф.

- Я те щас нукну! Ишь! Не запряг, не понукай! Не видишь что ли, кто перед тобой?

- Простите, ваше высочество! – засепетил эльф, - Не узнал! Заснул случайно полторы тыщи лет назад, да вот так и сплю. Чего изволите?

- Брата с сестрой поименовать надо, имена для наречения особ приближённых имеются?

- А как же-с? Непременно! Из какого рода младенцы будут?

- Да выходит, что из того же, что и я.

- А вас как величать?

- Ирисиксэль. Может слыхал?

- Батюшки-светы! – всплеснул страницами эльф, - Ваше высочество! Вы же предсказанная! Как же вам жрецы не сказали, что вы Ирисиксэль Кардамониэль Ванилиниэль из рода великих королей Мускатэлей Паприкоперцэлей???

- Ох, ну ни фигасе… Ты это, пока никому, ладно? Я сама сначала выучу все эти приправы, а уж потом огласим при случае. Вот лучше скажи – если предки все по приправам, чего же я-то Ирисиксэль?

- А потому что не знали – кто, где, когда захочет стать миллионером, тьху ты – призванной! Вот Иксом и пометили. До поры. А жрецы, значить, так и объявили вас – Ирисиксэль – вроде и неизвестная величина, но с эльфийским уклоном, и опять же, переводится, как Великая и Сладчайшая!

- Ага. Понятно. Так что насчёт родни моей? Как их-то назвать? Уж я всю голову себе изломала и ни одного варианта!

- Не будем в этом случае отступать от традиции – девочку можно назвать Марципанэль, а мальчика Мармеладэль. А дома можно звать Цыпа и Дэлик.

- А что? Простенько и со вкусом. Учить их надо, судя по всему. Скорее всего, тёмные, как полярная ночь. Вообще-то, есть у меня мысль – отправить их обоих в Академию магии. Пусть там с ними профессора и занимаются. А то натворят тут со своей магией делов – или дворец сожгут, или зарослей таких нарастят, что без топора не пройдёшь.

На том и порешили. Недолго думая, за обедом Ирисиксэль объявила, что через несколько дней божественные члены её семьи, а именно Марципанэль и Мармеладэль отбывают на учёбу в ВАВиЧ, то есть, Высшую Академию Волшебства и Чародейства.

Брат и сестра недовольно поморщились, но делать нечего – Ирисиксэль старшая, у неё вся власть – эвон, как она короля к руками прибрала, да и принц её явно побаивается. Придётся ехать.

Король и правда, чуть с ладошки у любимой не ел, зато принц постоянно давился и кашлял, стараясь побыстрее скрыться с божественных глаз долой, имея в виду, что эти фиалковые, искрящиеся глаза видят насквозь все его некрасивые мысли.


Рецензии