Глава 6. Как по маслу

(Повесть "Шаг до трибунала")

К рассвету Мансуров с Ниязовым пришли на место ожидания их группой.

- Дальше нас не пустили.

- В смысле? – не понял Федор.

- Ну, мы привязали этот ящик к канату и сопровождали его, поднимаясь по веревочной лестнице.

- А почему те афганцы, поднимавшие этот ящик сюда, не продолжили его сопровождение?

- Мы им сказали, что их можем сменить, и те согласились. Они пришли с тем караваном и очень устали. Говорили, что шли с Пакистана, а управлял караваном какой-то иностранец. При нем была еще своя группа иностранцев, на каком языке говорили, и кто они, они не знали. И вообще было запрещено между собой разговаривать.

- А когда молились, кто стоял с вами?

- Вел намаз муфтия. Он, скорее всего, пришел вместе с ними, так как и его не пустили на самый верх.

- Я так понял, что наверху скалы находится склад, который охраняется людьми, служащими на этой базе, - высказал свое мнение Кофур. – Нам сказали, что мы свободны, и должны вернуться к каравану.

- И все, кто был с вами, это приняли нормально? – спросил Москалев.

- Без разговоров. Видно, что люди уставшие, и им хочется отдыхать.

- Да уж, - покачал головой Москалев. – Вам тоже теперь нужно передохнуть.

- Да, перекусить бы сначала, - сказал Мансуров.

- О, точно, часу отдохнуть хватит! Так что, не тяните резину, и пойдем в обход этой скалы. Думаю, что лучше им во второй раз не попадаться на глаза.

- Постам? – переспросил Тохир.

- Да, да. Сюда же мы, к примеру, шли на базу, а почему так быстро возвращаемся назад, спрашивается, и куда? – посмотрел на Ниязова Москалев.

- Да, да, - согласился с командиром Ниязов.

«В принципе, они все, что могли, узнать о месте нахождения склада, попытались сделать, - размышлял Москалев. - И говорить о том, что этот ход Мансурова с Ниязовым был ненужным, неправильно. Как раз они и удостоверились в том, что склад находится вверху скалы. И вполне может быть там находится не только склад, а и сама база душманского отряда. А обучение моджахедов, подтверждает это».

- А об иностранцах они вам ничего не сказали, которые руководили караваном? - спросил Москалев.

- Нет. А спросить об этом не решились.

- Ну, и правильно, - успокоил бойцов офицер. - Кушайте и отдыхайте, свободного времени у нас уже почти нет, только ночь.

- 2 –

Как Федор и предполагал, та часть скалы была слишком крутой для их прохода, что заставило их спуститься к ущелью. Но выходить на него Москалев не решился, так как мог в таком случае стать мишенью не только для душман, а  и своих бойцов из соседних разведгрупп.

Перегнавший его Гога, вдруг кому-то махнул рукой.

- Что там? – невольно спросил его Москалев.

- Снайпер, - с дрожью в голосе сказал Грибов. – Команда всем: идите расслаблено, вы у себя дома.

- Думаешь ихний снайпер?

- Так точно, товарищ старший лейтенант, - поправив на голове шапку, ответил Игорь, - так как уж больно долго нас рассматривал.

- Как долго?

- Секунд двадцать. Я бы это сделал в течение нескольких секунд, и кто-то бы из вас уже имел дырку в голове.

- Так расстояние до той скалы, - несколько раз отрывисто глянув на нее, Москалев продолжил, - около километра.

- Нет, метров пятьсот, - поправил его солдат. – Прошли слухи, что сюда пришла группа женщин снайперов.

- Слухи, - отмахнулся офицер. – Здесь в Афганистане только среди демократических кругов женщины ходят без чадры. А здесь в горах, навряд-ли.

- Так товарищ старший лейтенант, - догнал Москалева Кофур, - здесь мы воюем уже не столько с афганцами, как с наемниками. Те, которым мы вчера помогали нести ящик, они не отсюда, двое из Пакистана, один из Ирана, другой из Лаоса.

- Он что, мусульманин?

- Нет, он даже не мог с нами разговаривать, знал только несколько десятков слов. Ему переводил наши слова пакистанец.

- Вот так пироги печенные! – воскликнул старший лейтенант. – Ладно, Кофур, продолжай рассказывать, что еще узнал.

- Так все. Просто те мужики между собой перекинулись несколькими фразами на пушту, а я его знаю, но этого им не показал, и все.

- Ладно, пропустите меня вперед с Тохиром и Кофуром. Вы присматривайтесь, этот мир вам ближе знаком, чем нам, - сказал Москалев, обходя Гогу.

Когда вышли к небольшому арыку, Федор повернул влево к стаду  верблюдов с лошадьми и ослами.

Старик в расстегнутом пальто, сидевший на камне невдалеке от пасущихся  верблюдов, поглаживая седую бороду, провожал их глазами. Тохир, проходя невдалеке от него, поздоровался с ним обеими руками, о чем-то переговорили и, догнав старшего лейтенанта, сказал:

- Они скоро уйдут. Их караван с верблюдами заставили сюда идти, а не по короткой дороге в сторону Дехсабза. Сегодня они пойдут туда, но через Пагман, а не короткой дорогой.

- Понятно, интересно, нам бы пристать к этому каравану с лошадьми, может, спросишь у него, кто там старший?

- Сын его, Муатабар, он мне его описал.

- Разговаривал с ним минуту и так много узнал? – удивился Москалев.

- Так получилось, товарищ старший лейтенант, - улыбнулся Мансуров. – Афганцы, они как и мы, таджики, люди открытые. Если видит, что человек его почитает, то и он его почитает. А старших мы всех почитаем, такой у нас закон.

- Хороший закон. Но нам нужно идти ближе к горе, а не к воде, а то мало ли что. За мной, - и Москалев стал подальше уходить от арыка.

- Может, воды наберем, товарищ старший лейтенант, - обратился к Москалеву Скриталев.

- Ты, чего, Витя? - удивился Федор. - Здесь же стоят в воде верблюды, лошади, ослы и опорожняются. Помнишь сказку про Аленушку и ее братца Иванушку? Что, хочешь козликом стать? Дальше пройдем, и наберем, там, где вода почище.
Вспомнилось, как мальцом ездил на летние каникулы к бабушке Ольге и дедушке Ивану на Кубань. Несмотря на свой предпочтенный возраст, дед был лихим наездником. Что говорить, кубанские казаки! И внука учил он ездить верхом на лошади. А потом, когда тот уже держался на коне, с соседскими мальчишками отпускал его в ночное, пасти лошадей, где Федор и научился ездить без седла, управляя лошадью одними поводьями.

Время на рассматривание животных Москалев не терял, отвлекаться ему на это было никак нельзя, так как находился не на прогулке, а в тылу врага. Хоть, пока, все шло, как по маслу, но это чувство не должно успокаивать, так как в любую секунду все может измениться до крайностей, и…

- Мамну! – услышав эту фразу, быстро идущие рядом с Москалевым  Кофур с Тохиром, остановились. Так сделал и он.

К счастью это слово хорошо было знакомо всем бойцам его группы и без переводчика

-  «Не ходи туда, запрещено».

- Хейли хатарнак! –  Эта фраза обозначала, что идти туда опасно!

И только теперь Федор увидел тех, кто дал им эти команды - двух моджахедов, стоявших под кроной дерева и направившим на них стволы своих автоматов.

- Ас-саляму, бача! – поздоровался с ними Кофур.
Москалев пошевелил губами, говоря эту фразу тихо, кланяясь и во все глаза, смотря на вооруженных людей.

Но это, похоже, были не афганцы, - парни высокие, с лицами европейского склада, один из них рыжий, второй – курчавый.

Кофур с ними заговорил, но, те парни, похоже, и не собирались поддерживать с ними разговора, а показали рукой, чтоб обходили это место под горой.

Москалев, ничего не говоря, сразу же повиновался этому приказу, как и глядя на своего командира, другие.

- Ташакор! – приложив руку к груди и полупоклонившись остановившим их людям, Кофур догнал командира.

Когда обходили, Федор услышал фразу одного из них: «Snub-noseds!».
Второй в ответ громко рассмеялся.

- Они нас тупорылыми обозвали, - прошептал Гога. – Англичане, похоже, или эти люди из другой страны.

- Тихо! – Москалев остановил не вовремя разговорившегося солдата.

«Снова встреча», - подумал Федор. И стал всматриваться в сторону арыка, берег которого их заставили обходить. Ни кого на нем не было. И еще раз осмотревшись, увидел вдали стоявших четырех человек. Двое из них были одеты как вчерашний инструктор в камуфляжные костюмы, двое – афганцы. Они между собой что-то громко обсуждали, показывая то на соседнюю скалу, находившуюся за арыком, то - на сам ручей.

Нет, такой возможности, как взять языка, Федору не хотелось здесь упускать, и поэтому сбавил шаг и направился к скале. Но и тут были вооруженные люди, шесть человек с автоматами и винтовками оцепили место, где разговаривали те люди.
Они тоже показали рукой группе Москалева не останавливаться, а продолжать движение.

- Там один их них может быть был сам Бахтияр! - то ли в укор Москалеву, то ли как информацию выдал Ниязов.

- Вперед, быстрее иди, - приказал Федор.

Как он сейчас был зол, что не может расстрелять тех четырех человек, охраняемых со всех сторон моджахедами. И что этому мешало это сделать? Запах смерти? Да, она скинула с себя паранджу и открыто смотрела ему в лицо, подталкивая к этому поступку. И Она умела дразнить, выставляя его трусость перед своими подчиненными напоказ, громко высмеивая его. А что говорить, если не сегодня, то завтра вся воинская часть, в которой он служил, будет знать, что Федор испугался и не уничтожил главаря банды душман, если это конечно он.

Москалев, сжав в ладони до боли ремень автомата, висевший у него на плече, ускорил шаг, выискивая безопасное место, где сейчас он со своей группой может остановиться. Но, как назло, весь близлежащий участок был открыт от камней и поросли, и то там, то там слышалась афганская речь. А таких мини-групп людей здесь было, оказывается, предостаточно. Видно вчерашний шум и уничтожение группы душманов их заставил усилить свои посты наблюдения…

- Я насчитал трех снайперов с той стороны арыка, - догнав Москалева, отрапортовал ему Гога.

Так хотелось, чтобы его слова услышали все бойцы и не корили за трусость своего командира.

«До выхода из этого ущелья километра три, - размышлял Москалев. – Ну, может четыре. И как они спокойно чувствуют себя здесь. Вот и возникает вопрос, почему на его группу никто из душманов не обратил внимания. Ответ один, идет накопление. Похоже, Бахтияр собирает в этом участке свои бандформирования. А зачем(?), возникает второй вопрос. Значит, готовятся к чему-то. Или к нападению на Кабул, либо к активации проведения своих террористических актов.

И что я могу сделать сейчас в противовес этому? Уничтожить полевого командира этого отряда? И что это даст? Его сменит другой, а я потеряю всех своих бойцов. А если возьму сейчас языка? То опять же вопрос, кто он, простой дехканин или душман, которыми напичкано, как я понял, это ущелье. А он ничего не знает, а вот его пропажа может о чем-то предупредить душман. Так что хоть как рассматривай эту ситуацию, все равно будешь приходить к одному и тому же выводу как вчера, так и сегодня, будь невидимым и после себя не оставляй никакого следа. Тебе никто не разрешал этого делать».

- Здесь можно передохнуть, - сказал Кофур.

Москалев вздрогнул. Сам ругает Ниязова за болтливость, а сам раздумался о лишнем и не вовремя, до того, что потерял при этом внимание.

Открытая территория небольшой низменности в горах закончилась сужением, горы сдавили с обеих сторон арык. Вода в нем чистая. Зачерпнул ее ладонью,  брызнул себе на лицо. Она приятно освежила потную кожу. Умылся и сделал несколько глотков.

- Быстро рассредоточиться, - приказал Федор, увидев, что вся его группа, скопившись в одном месте, припала к воде. – Кофур, Гога, Шерш, наблюдайте по сторонам. Никому не фыркаться, не в казарме. Тихо пьем воду, набираем ее во фляги и уходим. Две минуты, время пошло!

А самому не оторваться от воды, так хочется ее побольше выпить, при этом понимая, что это к хорошему не приведет, будет сильно потеть. Ведь на нем сейчас, кроме комбинезона надета и афганская рубаха – перхуан, которая не только сковывает его движения, но и чрезмерно согревает тело. И как хочется ее побыстрее скинуть с себя.

Оторвавшись от воды, отполз в сторону, под небольшой кустарник, крона которого укрывала его от солнечных лучей. Пот, мгновенно образовавшийся после питья воды, он  сравнил с душем, лился он по всему телу.

- Быстрее, сейчас уходим, - торопил он своих солдат, хотя сам понимал, что этого может и не стоит делать, а наоборот лучше рассредоточиться здесь и ждать, когда душманы поведут к выходу из ущелья скот.

Хотел было позвать к себе Кофура, чтобы еще раз выслушать его разговор со стариком, но этого делать не стал, что-то показалось. А то, что здесь стоит афганский пост наблюдения, так это так и должно быть. А он расслабился, забыл об этом.

- Кофур, Тохир, поиграем. Громко скажите на своем, что мы слишком задержались и нужно идти к выходу из ущелья, а то накажут.
Ребята так и сделали, за счет чего, все быстро собрались и по краю арыка пошли дальше.

А пот катил по лицу, как из ведра, не останавливаясь. Но это сейчас не мешало мыслить Федору. По разбросанному по камням высохшему навозу он соглашался с той мыслью, что именно по арыку начнут выводить лошадей с ослами отсюда. Верблюдам здесь пробираться будет очень тяжело. Но  ожидать когда они двинутся к выходу лишнее. Пора искать подходящее место, чтобы уйти из арыка и ни кому не мозолить глаза, передвижением своей группы по арыку.


Рецензии