Субару-2 Субару в любви

 Субару летала в белые ночи, носилась как влюбленная восемнадцатилетняя девчонка. Следовало бы притормаживать немного... Но разве есть силы на это? Желание? Странно, что во всём этом  она (Лиля, конечно... или субару?) ещё ухитрялась как-то поддерживать быт,  посещать необходимые мероприятия; на деловых встречах не хихикать, если предлагали чай или кофе. Слушая  лекцию о биржевом маркетинге - не закатить внезапно глаза к небу, улыбаясь и напевая на мотив Хлебниковой: "Какао какао, ко-ко-ко-ко!"  - "Субару-ру-ру-ру", а после резко перейти на отрывистого раннего Цоя:
"Мы вышли из субару,
 Мы вышли из субару,
 Ты хочешь там остаться,
 Но сон твой нарушен..."
Как ей не любить субару, - что бы ни было, - если там она сидит спереди, как "белый человек", а не теснится в углу на заднем, заваленная "ребенкиными" игрушками и книжками. И их только двое. И они слушают саксофон. Шербургские зонтики, французский шансон, музыку из ужасного фильма "Эммануэль". Фильм ужасный, музыка более чем прекрасна.  Оба погружены в эти вибрации...
...
-  Привет тебе!
Лиля медленно  (в темноте ориентировалась ужасно, даже в таком знакомом помещении), молча (обиделась и устала) прошла к шкафу, включила свет в подсобке, с раздражением повесила на плечики куртку с кардиганом. Погода стояла непонятная совершенно: жарило солнце, но северный ветер пронизывал до костей, притом все это одновременно. В июне-то! Ветровка не хотела выворачиваться как надо, соскальзывала с вешалки. Чертыхаясь про себя, наконец, закончила с вредной одеждой, включила чайник. В его чашке остатки кофе, в её - чайный пакет и остатки чая. Кто-то была здесь? Хотя нет, это его манера заваривать половинку пакета. Взяла третью, чистую. Налила чай, села на диван. Почему он не объясняется, не извиняется? Как он мог забыть про воскресенье, и не слышать ее звонков? Не мог... Отомстил за прошлый раз, когда сам ждал, а не пришла она. В отличие от него - не специально. Не была уверена. И даже тогда -  как раз он подставил её глупым звонком в 10 часов вечера: "А ты где??"  Где - где...  дома. И муж рядом, вылетел на незнакомый звонок как назло. 
Сегодня она целый день в делах, не планировала к нему. Устала, набегалась. Надо б было выждать хоть день, чтобы прошла злость и даже что-то вроде отвращения. Но завтра и после она не сможет, а внезапно отвалившаяся стенка зуба её деморализовала. Сначала решила, что это его пломба плохая - расстроилась. Увидев, что пломба как раз стоит как родная, а разваливается собственная ткань  (кальция не хватает? Да ничего ей не хватает с такой едой!), расстроилась гораздо сильнее. А он на даче своей дурацкой! А она! А он!!!  А он... без лишних слов вцепился в неё мертвой хваткой. Идиотизм. Отпихнуть в такой момент резко - может быть перебором. Вообще разорвать всё навсегда. Он чувствителен к таким вещам, сознает возраст. И если она решительно скажет, что не хочет его, может поверить. А сказать: "Не хочу, потому что ты не извинился", - внешне выглядит манипуляцией. Хотя все так и есть. Она не стала делать ничего. Даже помогать ему снимать с нее туфельки, приподнимая ноги. Сидела мертвой куклой.  Почти бросил на диван. Впервые она ни звука не издавала. Но всё же оно пришло само. Стоило ему войти. Её несло сразу же, отчего так? Молча, если не считать тихих повизгиваний и стонов, непроизвольными жестами, просила ещё...  Разве так ведут себя леди? Приличные женщины? Она сама - прежняя? (Хотя насчет леди как раз спорно.  Фильм "Все леди делают это" одним названием намекает, что именно так они себя и ведут.) Эротизм был столь сильным, что даже смазывал кульминацию, одно перетекало в другое, без начала, без конца...  И вместе с этим вернулись чувства.  Только обида осталась, а равнодушие прошло. Тогда она заговорила. После. Про всё сразу. "Как ты мог, подставил, мы же договаривались, я даже помню, что ты сказал, что и хорошо пораньше вернуться, Надежда Ивановна, кстати, тоже просила пораньше с дачи отвезти..."
- Ей 73 года!
- Я не о том! Догадалась... О том, насколько точно мы все обговорили, как можно было сказать, что неконкретно?! Ведь в тот раз, когда ты приехал, а я не пришла, было куда менее конкретно!
- А, ну вот видишь! Закон парных случаев.
- Не сравнивай! Ты на машинке! И никому объяснять ничего не надо!
- Ну извини, ну ладно... Давай ты потом поругаешься, когда поедем? Сейчас надо делом заняться, а времени мало...

- Завтра Марте 50 лет, ты помнишь?
- Нет. Хотя она теперь постоянно звонит ночами по вайберу. Спать не дает своими излияниями.
- А со мной не общается теперь. Не знает, что и я вайбер установила. Зато Таня писала, просила её поздравить.
- Изменилась Таня, да? Все изменились... А я не изменился, правда?
- Правда! Особенно когда в маске. А ещё лучше и шапочку надеть!
- Ну вот, так я и знал.
- Я не знаю какой ты был. Только по той фотке... Там классный, конечно. Там ты мне всегда нравился, хоть странно, что именно твой такой шикарный портрет остался в альбоме сестры, а ты не знал, и про тебя она ничего интересного особо не говорила.
-  А кто там еще на тех фото? Томас?
- Да. И Ханц. И еще, кроме наших, незнакомая девушка какая-то, не знаю ее, неприметная.
- Интересно... Посмотреть бы.
- Да я же всё кидала тебе в контакте!
- Не хожу я туда, говорил же!
- Я знаю. Но раз я посылала, значит, ты хотел, мог бы и зайти. Неужели там только Рита отвечала, писала спасибо?
- Ну да.
- Не понимаю. И она не могла позвать тебя показать фотографии? Да ну тебя...
Кстати, интересно. В контакте писали "последний раз был 19го в 21час... Никак он не мог там быть в это время, потому, что как раз точнехонько тогда он был с ней и занят был куда более интересным делом...

- Всё-таки странно у тебя ногти выглядят. "Часовое стекло", и еще вмятинка на кончике каждого.
- Не были раньше ногти такими. Точно бронхит или туберкулез...
- Симптомов же нет? Вот и не парься. Может, за столько лет стажа курения и образовались. Но сейчас ты меньше, и кашля нет.
Он гладил её ладошку, долго, нежно. "Остановись, время, оставь меня в "сейчас" навсегда!"  Она смотрела на его движения, не только чувствовала, но и смотрела. И он смотрел. Потрясло, какой тонкой и детской лапкой смотрелась её рука в его, кажущейся огромной. Интересно - у того-кто-рядом руки тоже совсем не маленькие, другой формы. Но всё-таки такой разницы она не видела у них. И он еще говорил, что трудно делать мелкие движения большими руками... Как же Максим тогда стоматологом работает? Не говоря уже о том, как быстро находит все ее потайные молнии и крючочки... Кажется, или его тоже потрясло это зрелище?  Прозрачная кукольная ручка, унизанная прозрачными сверкающими камешками в золоте, с малюсенькими, покрытыми естественным тоном лака, ноготками,  в его лапищах (нежных!)

- Все три пломбы снял.
- Зачем?? Зачем все?!
- Раз такое пошло, значит, ткань обоих зубов пористая, правда, могут развалиться. Пропитал их, пока пусть времянки.
- Не хочу! Мерзко! С двух сторон! Дай я разобью что-нибудь, чашку!
- Не надо, и так последние...
- Они грязные все!
- Все твои...
- Все? Именная, с остатками кофе тоже?
- Нет, это моя... Ну так помыла бы, раз считаешь, что они грязные!
- Еще чего, сам мой...
...
- Опять не включается, ну что такое! - он дергал рычаг вверх и вниз, стучал по нему, но чайник не подавал признаков жизни. - Я его тренирую так, каждый раз теперь... Нет, не хочет включаться, гад!
- Что ты его трясешь... Наверное, надо контакты зачистить.
- Ну да...
- Дай я.
- На. Это, правда, увлекает.
Лиля не могла остаться без чая. Она это знала, поэтому знала, что чайник включится. И всё. Максим отошёл, а она тихонько подергала переключатель вверх-вниз, замедлилась, уловила мелькание фиолетового огонька, запомнила уровень, и, подведя до миллиметра нему, остановила его там, прижав. (Она так порой реанимировала старые дисководы). Не издала вопль ирокезов, а стоило. Ждала его реакции на звук закипающей воды, счастливая.
- Ты включила! Надо же!
- Что бы ты без меня делал...


- Оставишь радио?
- Как скажешь.
- Давай. (надоели свои ля муры, пусть другое что...)
- "Это - Любовь!
   Что без денег делает тебя богатым,
   Это - Любовь!"
 - грянуло в субару. Дуэт Галкина с Пугачевой. Кажется, за эту песню в этот момент она готова была почти полюбить зажравшуюся парочку. Обоим стало чуть неловко (ощутила), и обоих наполнял какой-то счастливый детский смех вопреки всему.  Словно высшие силы подсмотрели, и решили-таки озвучить то, о чём оба упорно молчат. Ведь счастливы же? Впервые они смеются и говорят столь откровенно, после открыто выложенных эмоций, которые нет нужды скрывать. И хохочут даже над своей ссорой. И ее надутое: "Посоветуй хоть, к какому врачу мне обратиться, раз ты...",  -  кажется, стало уже их мемом.
- Вот куда он торопился, скажи? Мотоциклист. Нормально так -  свернул, а тому, типа, ехать не надо! Пусть торопится. А мы не торопимся. -  Ну да. Солнце. Белые ночи. Хотя двенадцатый час, в общем.
- Где тебя высадить?
- Да хоть к самому подъезду!
- Не, к самому подъезду не поеду.
Но остановился ближе, почти не прячась. Расслабились...


Рецензии
Ох, милая...
"Словно высшие силы подсмотрели, и решили-таки озвучить то, о чём оба упорно молчат. Ведь счастливы же?" - вот, ну ведь ВОТ!
Что ей ещё-то надо?
Знаю... вот это: "Остановись, время, оставь меня в "сейчас" навсегда!"...
Очень пронзительные отрывок...
Думаю, у них всё равно как-то сложится... да, хорошо сложится!

С нежностью,

Нестихия   18.09.2019 13:57     Заявить о нарушении
Спасибо, моя хорошая! Да все то же ей надо ))),-чтобы не знаками иногда казалось хорошо (как ты понимаешь, скучные и грустные моменты не пишутся подробно, лишь упоминается, на что там она разозлилась, и тому подобное. А чтобы на самом деле стало хорошо..

Алиса Тишинова   19.09.2019 21:14   Заявить о нарушении
На это произведение написано 7 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.