Белочка пришла

– Дорогие мои това…, хотя, уже давно нет товарищей… дорогие мои господа, и вы, милые дамы. Сегодня мы празднуем юбилей нашей компании, название вам знакомо:"Белочка" и она к вам пришла. И как вы понимаете, не каждый попал к нам просто так. Каждый чей-то протеже, но я не об этом. Компания наша процветает, как бы помягче сказать с вашей помощью и вкладом своего незаурядного ума мы почти банкроты. Но дело не в этом по случаю того что мы на рынке удержались в течение года это говорит: что не все потерянно и у нас есть возможность, в конце концов, взять себя в руки, пошевелить оставшимися извилинами и начать работать. Вот за это я предлагаю поднять бокалы. Простите, если вам не понравится то, что есть перед вами… – взгляд говорившего задержался на столе, где кроме водки и других спиртных напитков, собственного изготовления фирмы работающей под громким названием "БЕЛОЧКА", там же стояли баночки консервов с маринованной килькой и ей же в томате; кругляши черного хлеба ровной стопочкой расположились перед каждым товарищем дружного коллектива, собравшегося праздновать невесть что, а точнее – юбилей, ко всему имеющему быть, прилагалась соль, которой было вдоволь и возможно только она и останется после празднования, – и вы всё это будете употреблять. - Продолжил шеф: - как потопаешь, так и полопаешь. Все вы этот закон знаете – самый главный в жизни. Ибо без этого правила вы будете вечно голодные скитаться по помойкам. – Иван Иванович глубоко вздохнул. – Так, дорогие мои, примите поздравления,– обвел строгим взглядом сотрудников, - нас мало, но мы сила! – уголки его припухлых губ поползли вверх, – прошу, господа,  опробовать нашу продукцию и закусить тем чем Бог послал. Все сделано вашими молитвами, успехами на поприще: развитии нашего предприятия.

Иван Иванович поднёс стакан с вонючей жидкостью ко рту и вдруг заметил, что все брезгливо морщатся, нюхают и тут же отводят руку со стаканом в сторону. Николай Петрович так отвел руку, что чуть не заехал в глаз Надежде Петровне, которая заткнув пальчиками носик, пыталась отпить из поднесённой к губам рюмки. Женщина возмутилась:

– Николай Петрович, что вы делаете?! – вскричала она, мне не нужен ваш стакан, мне хватит и рюмочки… и вообще я тут не причём! Я всего-навсего бухгалтер…

– А  не вы ли вели калькуляцию ингридиетов составляющих вот ту самую жидкость, которой нас пытаются напоить?!

– Так вы же сами приказали экономить…

Иван Иванович видя, что надвигается грозовая туча обвинений, решил прервать дискуссию двух сотрудников:

– Прошу прекратить спор и начать дегустировать нашу, дорогие мои, продукцию, с нею мы простояли ровно год.

–Извините, конечно, дорогой шеф, – послышался тоненький голосок лаборантки Ниночки, – но мне кажется это не то, что я принимала на анализ. Там была прозрачность, и запах был совершенно другой…

–Что-о? – прервал оправдания Ниночки, Толик, разливщик по бутылкам жидкости не весть какой градусности,– ты, маленькая дрянь, хочешь сказать, что я с Ванькой и Колькой это все сотворили?!
 
Его громогласный крик заставил Ниночку свернуться в клубочек и спрятаться за рядом сидящую уборщицу Тоню, красное лицо и вздутые вены на лбу которой говорили лишь о том, что злится, – мягко сказать, ярость перекосило лицо женщины. Минуту назад улыбчивая, сама доброта – превратилась в разъярённую львицу, готовую вступить в словесный бой и не только. Что она и сделала.

– Толя, – еле сдерживая себя, прошипела женщина, – как ты смеешь? Здесь? Орать? – тон её голоса набирал высоту, переходил постепенно, с каждым словом, всё выше и выше и, в конце концов, стукнув мощным кулаком по столу, возопила: – а не ты ли вчерась вместе со своими дружками бутыль спирта стыбзили и продали шоферюге из соседней базы?! И, что вы добавляете в бутылки? Хотелось бы мне знать!

–Ты! Старая грымза, за нами подсматрива…

У шефа глаза на лоб полезли от нахальства работников, смевших при нём выяснять отношения и открывать свои проделки с подделкой спиртной продукции, да ещё так громко.


"Если кто услышит, страшно подумать, – мысль просто жужжала надоедливой мухой…– посадют. Точно посадют!"

– Прекратить немедленно!

Услышав грозный рык Ивана Ивановичи, все притихли, пряча глаза, отводили взгляд в сторону, лишь бы не встретиться с взглядом  шефа, сверлящим по переменке каждого присутствующего.

– Теперь вы все знаете, как и знали раньше. Я, что для вас или кто? Почему я вам доверял, хотя, не вам, а вашим гарантами уверявших меня, что вы порядочные… так я вам скажу, что вы и есть порядочные сволочи! А  теперь немедля все встали и выпили до капельки всё, что изготовили и чем людей поили. Они ж люди! Как и вы на такое решиться? Уму непостежимо.

Все встали. Наступила тишина. Вздох. Выпили. Закашлялись. Дружно потянулись за хлебом. Вилочкой подхватили по рыбке из баночек. Закусили. Сели.

Только Иван Иванович не стал пить вонючую бурду. Достал бутылку водки, прозрачность и отсутствие пузырьков, после встряхивания, говорило, что водка высшего качества. Демонстративно налил себе в стакан и залпом выпил.

– Хорошо пошла! – довольно улыбнулся. Достал и из-под стола пакет и бросил на стол:– Ниночка, Надежда Петровна, Антонина, прошу убрать со стола и накрыть по новой. Толя, в холодильнике стоит водочка, и вино для женщин принеси, будем праздновать…

Все были в шоке, который перерос в бурный выплеск эмоционального напряжения от того, что были разоблачены  и прощены.
 
Вскочили. Стулья с грохотом оказались на полу, а работники обступили шефа и, перебивая друг друга, просили прощение и давали обещания, что будут работать  на благо фирмы и не посрамят его – Ивана Ивановича благодетеля…