Идиотка

Интересно, что он сейчас делает? Этот придурок ходил курить на балкон через каждые 15 минут. И мне нравилось смотреть, как он курит. Я мечтала жить с ним в маленьком городе, и жила этой мечтой. Мы живём только тогда, когда мечтаем о будущем, о том, что оно ещё может быть счастливым, а когда эта иллюзия исчезает, то больше нет жизни.

Я ела шаверму и думала, что мы можем быть вместе. Я хотела купить квартиру в его городе, чтобы мы вместе в ней жили. Мне ничего не было нужно от него, никаких подарков. Мне было с ним как-то спокойно. Жизнь была такая медленная, никуда не надо больше спешить. Но он не чувствовал того же самого. И я знала, что когда мне кто-то подходит, то он обязательно уйдёт. У нас не было будущего, и это я тоже знала, но обманывала себя, потому что мне нужна была надежда, иначе бы психика не выдержала, и я себе её давала. В концлагере иначе нельзя, а я жила тогда так по ощущениям, хотя я и не была даже в тюрьме.

Это внутренняя тюрьма, но мне удалось ненадолго её разрушить, и я испытала настоящее счастье. Тогда оно казалось таким, а сейчас уже не кажется. Будто это и не я была вовсе, а совсем другой человек. Другая женщина бродила по улицам чужого города, ездила на трамвае, ела перепечи и смотрела на животных в зоопарке. Другая женщина, которая умела смеяться по другому и не узнавала себя, такую решительную и готовую на всё ради нескольких дней мнимого счастья. И она даже сама себе не верила в том, что это любовь, а просто была другой, позволила себе быть доступной всего однажды в жизни. Решила просто попробовать - каково это - быть доступной.

 Хотя он и добивался меня два года, он был настойчив, он ловко обвёл меня вокруг пальца, но я и сама была рада обманываться, ведь знала, что это игра, и она закончится рано или поздно. Но мне хотелось её длить, потому что это помогало мне выживать тогда.

Он тоже понимал это, понимал, как мне трудно, и не хотел меня разочаровать или обидеть. Но это было всё равно неизбежно. Может быть, он тоже страдал, я не знаю, потому что мы привыкли друг к другу. Но я первая ушла, побоявшись, что это неизбежно. Я готовила себя в этому, чтобы не было так больно. Но больно всё равно было.

Я провалилась в депрессию на несколько дней и не могла выкарабкаться, пока не нашла себе замену в виде своего бывшего. Я знала, что он всегда меня примет обратно. Но это был вынужденный шаг, потому что я не смогла пережить это одна.

Он вернулся, но было уже поздно. Я переспала с бывшим мужем, и мне стало легче. Я могла бы не признаваться ему в этом, и всё продолжалось бы дальше, этот любовный треугольник. Мне было комфортно в нём, потому что я наконец-то получала столько любви, что мне хватало, и когда меня бросал один - я бежала ко второму. Это был выход из положения. Но я опять всё испортила своей любовью к правде. Я сказала ему правду, и теперь всё было кончено. Я сделала выбор.

Думаю, что ему будет лучше, если он избавиться от меня. Он молодой, и он забудет меня и мою грудь. Я останусь просто облачком воспоминаний.

Только не плачь и не осуждай меня. Я разберусь сама со своей жизнью. Я часто думаю о том, как убить себя. Это так легко в воображении, но трудно сделать. Самоубийцы - это смелые люди, или состояние аффекта слишком сильное. Я могу только жалеть себя, биться головой об стену мысленно, но так ничего и не сделать с собой. А он когда-то резал себе вены, но его спасли. Он показывал мне шрамы на руках.

Он любит собак, и мы трахались с ним под финал фильма "Хаски". Это единственный фильм, который вызывает у него слёзы. А людей он ненавидит, как и я.

Мы оба одиночки, и нам было хорошо, когда мы переписывались. Это были два лучших года в моей жизни, если не считать всего остального, если закрыть глаза на то, что кроме виртуальной жизни у меня не было никакой другой. Она была, но я в ней участвовала наполовину, поэтому много накосяпорила. Мне было на всё наплевать. А сейчас я снова всё взялась контролировать, понимая, что это совершенно невозможно, но мне кажется, что я могу. Идиотка.