Когда вечереет...

    
    "Тело визитная карточка смерти" Люк Яхве

... Удивительное дело. Лёг в третьем часу, проснулся в 5.10 с обманчивым чувством бодрости. В окне солнце. Повалялся догоняя сон, и все же встал, зная что ресурса хватит часов на пять. Попытался моционом (душ, зарядка, кофе) подстегнуть старого грустного ослика к бегу ахалтекинца, подсел, отхлёбывая из чашки, к ноуту, рефлекторно пошарил в ФБ и наткнулся на это. Всё один к одному, братцы. А ведь я ещё в начале пути. 63 с бодро виляющим хвостиком. Юность старости, такскать. Одна прелесть в этой фазе, несмотря на потерю оперативности, сознание работает ясно в осмыслении реальности -- что это было и с кем? Так и дотяну, сопротивляясь мыслью обызвествлению сосудов, до всеобщей могилы человечества. А ведь ещё года три назад лихо садился на шпагат. В джинсы пока влезаю, но еженедельное взвешивание огорчает. Сколько это по затухающей продлится, одному Богу известно. Лирика увядания как и старческое бодрячество пошлое занятие. Просто живи пока не умер. Жизнь прекрасна во всей её мерзости. Перспектива бессмертия скучна. Отложенная смерть девальвирует жизнь. Усталость от существования никуда не денешь. Стареет не мозг, а сознание под натиском опыта, превратившегося в привычку. У меня и так ощущение, что лет 300 живу, конца и края не видно.
    Подробней и выразительней у ироничного Андрея Макаревича. Прочтите, не пожалеете.

    "Как вы полагаете - кому человечество давно должно поставить памятник? В первую очередь? Нет, ни Богу, ни царю, ни полководцу, ни писателю, ни художнику, хотя каждый из них безусловно заслуживает памяти. Это будет памятник обыкновенному пожилому человеку. "В возрасте дожития", как это чудесно называет наша медицина.
    В определенный момент этот человек замечает, что его родное, единственное и еще вчера такое послушное тело больше не такое послушное. Человек понимает, какое счастье было его не замечать, и еще понимает что счастье это покинуло его навсегда. Отныне он внутри машины, которая с каждым днем все настойчивее требует капремонта, на ближайших станциях техобслуживания очереди, причем бессмысленные, так как запчастей нет и не будет, да и мастера поразбежались.
    За кордоном есть и мастера и некоторые детали, но цены такие, что в случае с машиной вы бы уже плюнули и купили новую. С телом это, увы, не проходит. Вы читаете про революцию в науке, про выращенные из стволовых клеток органы, суставы и целые конечности и отчетливо сознаете, что эти чудо-технологии станут достоянием широких масс аккурат на следующий день после ваших поминок. Загибающийся автомобиль сообщает вам о своих проблемах стуками, хрипами, мигающими лампочками. Тело беседует с вами с помощью боли. Оно становится в этом плане таким изобретательным и разнообразным, что порой вызывает искреннее восхищение. И вы с этой сволочью один на один.
    Жаловаться бессмысленно - у детей вы будете вызывать раздражение: они просто не поймут, о чем вы, у них сейчас совсем другие проблемы. Если вы поддерживаете детей деньгами, раздражение они постараются спрятать. На время. Не все это умеют. Жаловаться товарищу своего возраста тоже глупо - у него-то как раз те же проблемы и вы в одинаковом положении. К тому же товарищей этих вокруг вас становится меньше и меньше. И не дай бог пожаловаться человеку старше тебя: он тут же намекнет на разницу в возрасте и мягко объяснит что по сравнению с ним вы еще в самом начале этого интересного пути. Можно жаловаться врачам, но мы выяснили, что это как минимум дорого.
    А голова? Этот твой домик, внутри которого ты, как тебе казалось, не стареешь и привычно командуешь телом? Долгое время действительно так и было, и вот кончилось: ты по привычке приказываешь себе легко выпорхнуть из машины (она у тебя все еще молодежная, спортивная), а тело нескладно выкарабкивается, медленно перенося вес на ногу, которая, естественно болит. И это еще не основные сюрпризы: то, что ты стал хуже видеть, еще бог с ним: ты купил красивые очки и они тебе даже идут. Со слухoм сложнее: красивых как очки слуховых аппаратов почему-то нет и тебе кажется, что все окружающие с брезгливым любопытством заглядывают тебе в уши, которые заткнуты чем-то вроде кусочков пластилина. А без этих затычек ты либо просишь повторить каждую обращенную к тебе фразу дважды либо сидишь в компании, глупо улыбаясь и делая вид, что слушаешь собеседника, пока не замечаешь, что он уже давно задает тебе какой-то вопрос, а ты продолжаешь благожелательно кивать.
    Память начинает вытворять чудеса: услужливо вынимая из прошлого совершенно не нужные тебе фрагменты (причем украшенные микроскопическими деталями) она наотрез отказывается работать в коротком бытовом диапазоне, и скоро твой ежедневный выход из дома разбивается на несколько фаз: вышел - вернулся за очками - вышел - вернулся за телефоном - искал телефон пока он не зазвонил - вышел - вернулся за ключами от машины. Самое ужасное то, что ты начинаешь к этому привыкать. Человек быстро привыкает к хорошему.
Ты перестаешь наряжаться. Потому что дизайнеры всего мира шьют для молодых. И на молодых. И ты понимаешь (хорошо если понимаешь) что узенькие джинсики с нечеловечески низким поясом будут отлично сидеть вот на том длинном худом, молодом настолько, что он еще и с ориентацией-то не до конца определился, а твое брюшко повисает над этими джинсиками на манер второго подбородка, с которым у тебя, кстати, тоже проблемы. Можно, конечно, поискать одежду более взрослую, но она подаст тебя именно тем, кем ты стал так недавно - пожилым слегка склонным к полноте человеком, и тебе отчаянно не захочется выглядеть самим собой. Результаты этих мучений известны: либо плюем на все, донашиваем старое (если влезаем), либо последний отчаянный рывок в мир иллюзий - подкрашенные волосы, совершенно бессмысленные походы в спортзал, диеты, начинающиеся каждое утро и заканчивающиеся каждый вечер, посильное втягивание живота при приближении объекта женского пола (памяти и тут хватает минуты на полторы - потом следует неконтролируемый выдох.)
    В общем жизнь ваша наполняется совершенно новыми смыслами. И если вы держите эту безостановочную серию ударов, отлично понимая, что победы не будет и задача в том, чтобы красиво проиграть, если вы не потеряли способности улыбаться, шутить и иногда даже нравиться женщинам - вы настоящий герой. И заслуживаете поклонения и памятника.
    Вы думаете, я это все о себе? Да прям. Я только приближаюсь к старту И иногда наряжаюсь. Как идиот."


Рецензии
Здравствуй, Сергей! Откликнулся на твоё эссе своим "Кости и камни". Будет время, заходи.
А это отрывок из главы "Лабиринт и послевкусие" неоконченного романа:
- То есть, без движения карусели теряют смысл, цель пути в самом странствии?
- Ну, вы сегодня, прямо-таки, блистаете точными выводами! Вот только взгляд у вас какой-то грустный.
- Да, моя карусель поржавела, скрипит и движется, словно в тумане.
- Это не скрип карусели, и не туман, а толстый слой пыли на зеркале вашего сознания. Потому оно с тоской оборачивается в сумрак пройденного пути и пользуется застарелым инвентарём.
- Но разве пыль - не старость, которую не сотрёшь?
- Старость это золотые годы, когда окно в мир наиболее прозрачно и не взволновано страстями.
- А что делать со спутниками старости - плохим здоровьем, болью, слабым зрением и слухом?
- Состояние здоровья это последствие, урок философии, который невозможно прогулять, наибольшая вероятность исправить собственную оценку и увидеть более проникновенно. Как ни крути, но именно боль толкает ко всегда открытой возможности попасть в расширенный, до звёздных горизонтов, туннель своей судьбы.

Владислав Крылышкин   31.07.2019 12:05     Заявить о нарушении
Вспомнился почему то пелевинский сторож татжик что забыл выключить карусель и вот она крутится, крутится, крутится.... :)))

Александр Воронцов 7   03.08.2019 01:09   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.