Одна судьба на двоих часть 8

            У Вики Турновой начался последний учебный год. Родители заметили, как природа скроила редкой красоты стать их дочери: тонкую талию, точеные  руки.К тому еще быстро выросла густая тёмно - коричневая коса - мамин дар и синие папины глаза. Любуясь красивой дочкой, родители делали вид, что ничего особенного нет, чтобы не возомнила себя красавицей. А Вика была в папу: добрая, с открытой душой и безразличная к своей внешности. 

            Стоял на редкость тёплый сентябрь,ароматный от исходящих обильно осыпаюшихся ранеток.  Этой дорогой Вика с Ромой, по кличке цыган, в школу и домой ходили вместе уже пять лет. Рома был русский, но буйные черные кудри и большие карие глаза сбивали людей с толку. Только Вика никогда не задумывалась, почему у него такая кличка. Родители были светлоглазые и светловолосые, а девочке нравились кудри её друга.
            Была у них игра: по дороге в школу и обратно задавать друг другу вопросы.
          -Вика,  ты знаешь,  что такое любовь?  Только не про Ромео и Джульетту, а про сегодняшнюю.

          -Знаю.  Папа и мама.

          -Ты что, следишь за ними?

          -Зачем?!

          -Ну, чтобы их любовь увидеть.

          -Она у них на виду,  подглядывать не надо.  Знаешь, как он переживал,
когда она болела?  Мы с Аленкой не могли заставить его есть. Он похудел,  почернел,ночами не спал.Это что, не любовь?

          -Ну, конечно, чувства сильные…

          -Хватит, есть  любовь во все времена и у  всех народов.А вот ты скажи,  что вечно под Луною?

          -Ничего нет вечного под луною…Разве,что Земля?

          -Время вечно везде,не только под  Луною.

          -А! Немного не додумал.

          -Ну вот, пришли,-и взмахнув портфелем, Вика  побежала к своему подъезду.
           А из Ромкиного выскочили его сестрёнки - двойняшки Таня и Тоня, и наперебой закричали:

          -Папу увезли в больницу. С ним случился инфаркт.

          -А  мама?

          -Она с ним поехала.

           Одна из двойняшек нетерпеливо закричала:

          - Танька, пошли в классики играть! - и побежала на детскую площадку.

           Роман стоял, как окаменелый.          

  Услышав новость, Вика вернулась к нему, и заглянув в растерянные глаза,
спросила:
           -Что ты чувствуешь?

           - Любовь и растерянность.

             Подруга ничего не сказала,  только обняла его и услышала, как учащенно бьётся  сердце от страшного известия.       

             Хоронили  Евгения Петровича,  отца Ромки и близняшек, всем мукомольным комбинатом, которым он руководил. Его уважали. Он был под стать светлой и доброй внешности. Выручал всех, кто нуждался в помощи.

         Жена его, Серафима, продавщица в ювелирном  магазине, сама была похожа на куклу: маленькая, хрупкая, с голубыми глазами, которые у кукол часто моргают длинными ресницами. В похоронной процессии она не была похожа на себя. Это была постаревшая, поседевшая за несколько дней, с красными глазами женщина, которую вели под руки соседки. Она не плакала, она рыдала, вкладывая в эти трагические звуки боль и отчаяние.

         Двенадцатилетняя Алёна Турнова,  презрительно скривив губы, 
прошелестела:

          -Время придёт, все там будем, чего рвать душу…

           Василий услышал слова младшей дочери и у него заходили желваки:

          -Дрянь! Тебе ли ещё рассуждать об этом? Чтобы я не слышал твоих «взрослых умных» речей.

          Девчонка фыркнула и отошла подальше от отца.

Вика шла рядом с Ромой.Она молчала, время от времени вытирая платочком
глаза.
          Похороны закончились. Хороший человек обрёл вечный дом. А процессия провожающих дружно двинулась к накрытым в столовой комбината поминальным столам.  Народ взбодрился, говорил добрые слова об усопшем и поминал - один и второй раз. Всем стало легче.Закусили, дружно встали,сказали традиционные слова: «Пусть земля ему будет пухом» и разошлись. Остались только Турновы и сироты.  Родственники поспешили за основной массой.

           Мать  обняла девчонок и уже голосом,  который возвращался к ней,  сказала:
           -И куда  мы теперь?  Наша квартира уже предназначена новому директору. Заместитель его дал мне две недели для того, чтобы мы  съехали.    Комбинат вот-вот  сдаст в эксплуатацию новый дом. Там нам выделят квартиру. А где я проживу эту неделю с детьми?  А там, глядишь,и не одну? - и тихо заплакала.
           -Ну-ка, ну-ка, выхода что ли, нет? Есть. Мебель на склад занесём,  аккуратно поставим.  А народ к нам подселится, - похлопал по руке вдову Василий Георгиевич.
          -Что? Что? Что ? - завопила Алёна. И её красивые карие глаза загорелись огнём.- Где мы: раз,  два,  три… восемь человек поместимся в трёхкомнатной квартире?

             Тут я не выдержала, стыдно было  в стороне тихо простоять:

          -Мы бы с удовольствием выделили сиротам комнату, но Маришка только что родила  внука. А он такой крикливый,  никому покоя не даёт. Мне, право,    неловко, но мы действительно на головах друг у друга будем сидеть в нашей двушке.
          -Спокойно, Наталья Ивановна. Давайте разберёмся. Вика и Рома через  месяц уедут на подготовительные курсы. Алена, Тоня и Таня расположатся в нашей с Оксаной Ефимовной спальне. Она большая. Алёна с мамой и тётей Серафимой - в Алёнкиной спальне. А я как барин - в зале, на диване.

          -Папа, а если Рома с Викой на курсы не уедут, где кто будет спать? -с ехидцей,покачивая ногой, спросила Алёна.

          -Да, -почесал затылок Турнов.- Вот, придумал. Я это время перекантуюсь у армейского друга Толи Лоося. У него большая квартира, и  человек он отличный.
         
  Планы,  намеченные Василием насчёт комфортабельного жилья на короткое время, продлились дольше.  Подрядчики затянули со сдачей дома, и двум семьям пришлось тесниться.

            Но Василий придумал всем занятия.  Уезжая на работу, он давал жильцам конкретное задание. Как официальный защитник природы, он договорился с мэрией и депутатами и выпросил неплохую сумму для благоустройства двора.  Взрослые и дети с удовольствием копали ямки под деревья,  разбивали клумбы,  благоустроили детскую площадку.

           Время выдалось удачное. Сегодня под окном снег, а назавтра маленькая лужица. Веточки кленов и берёз вдохновились, распрямились и показали всем жёлтые почки,добавляя в свежий воздух аромат весны. По-хозяйски кричали грачи,  таская друг у друга веточки для строительства гнёзд.

            Алена смирилась с двойняшками, тем более, что учились в одном классе. Вика и Рома досрочно сдали экзамены  и уехали на подготовительные курсы.  Дружно перевезли и перенесли добро временных квартирантов в новую квартиру.

           Время не шло,время летело, но очень незаметно. Ещё прыжок  времени в два года - Рома и Вика уже закончили два курса архитектурного института.  Троица девиц заканчивала школу. Алена, зная себе цену,уже в 9 классе ходила в школу с накрашенными губами и выщипанными бровями.Правда, папа этого не видел. А мама…Она ведь женщина, понимала младшую любимую дочь и воспитывала её мягче отца, за что та, как лисичка, крутилась вокруг мамы и всегда была на её стороне.Но в целом родители поддерживали друг друга. И дети это знали.

            Маришкин сынок-крикунок Юрашка готовится стать выпускником детского сада,а его мама ещё до родов кончила техникум и получила диплом дизайнера. И теперь  улицы нашего городка носили отпечатки её талантливых рук.

           Василий Георгиевич, некогда Рыжик, мотался по всей области. Мы с Оксаной по-прежнему учили и учились. В общем,некогда было в зеркало смотреть и отмечать изменения. А ещё больше время считать. Прошёл год - хорошо, ещё внучка у Викуси родилась, ещё год минул - Аленка в кафе поработала,кое -чему научилась, взяла кредит и открыла своё дело.
      
            Но и родители не отставали.

      Продолжение следует…