Ясмина

Очнувшись, я понял, что полностью потерял память. Только чувствовал, как сильно болят раны – на груди и на боку. Сколько я находился без памяти? Кто я? Где моя одежда? Что со мной, кто эта женщина с закрытым лицом? Я ничего не помнил и не понимал.
Кое-как разлепив губы, попросил пить. Женщина в длинном восточном платье, смахнув с плеч длинные черные косички, засуетилась, но потом, поняв в чем дело, зачерпнула из чана воды и поднесла кружку к моим сухим губам.
Видимо, и раны мне перевязала тоже она…
Незнакомка что-то заговорила на чужом мне наречии. По голосу я понял, что это весьма молодая женщина, лет 25-30. Увы, глотнув воды, и напоследок скользнув взглядом по силуэту моей спасительницы, я снова начал проваливаться в сумерки…

Мои глаза открылись, когда в них ударил солнечный свет. Ясмина, так звали женщину, хлопотала по дому. Он весь был украшен разноцветным орнаментом. А в одном из углов висела клетка с огромным попугаем. Заметив, что я проснулся, Ясмина следующие несколько мгновений просто стояла, всматриваясь в мои глаза. Затем куда-то исчезла, и вновь появилась – но уже с глиняной тарелкой в руках. Это была какая-то каша. В тот момент я понял, насколько сильно проголодался. Ясмина кормила меня сама, как маленького, с ложечки. Глоток за глотком… прикосновение за прикосновением…
Я мысленно благодарил мою радостную принцессу, ведь, по сути, она выходила меня. Страшные раны стали заживать. Лишь память ко мне по-прежнему не возвращалась…
На следующий день Ясмина вывела меня во двор. Меня поразили огромные пальмы за высоким забором. Огромное синее небо. Тишина. Я был еще слаб, и женщина слегка поддерживала меня под руку. Ее руки были совсем рядом с моими губами, и мне хотелось поцеловать эти смуглые тонкие пальчики.

… В ту ночь я долго вслушивался в шорохи на женской половине дома. В полночь сквозь веки увидел ярко горящую свечу. Женщина держала ее в правой руке и пристально смотрела на меня. Сквозь темную тунику были отчетливы видны изящные линии её стройной фигуры. А глаза горели таинственным блеском.
Ясмина медленно поставила свечу на столик. Взяла с моей постели подушку, уронила ее на пол и легла на нее сверху. Ее грациозная попка соблазнительно возвысилась, а затем обнажилась…

В эти благословенные  минуты я как будто провалился в неисчерпаемый омут со звездами, травами, ветрами, шумом птичьих крыл, кружением планет, сплетением времён и пространств…От невероятного мерцания женской плоти, призывных звуков голоса Ясмины мое сознание слилось с биением ее сердца, теплом невинной кожи, линиями ее бедер…Я сел на постели, затем опустился на пол.  Навалившись сверху, медленно, но уверенно, начал входить в горячее женское лоно…
Оно окутывало меня волшебной влагой… становилось моим дыханием, зрением, слухом… По моему позвоночнику бежали волны тепла, и в ритме необычайно красивого танца мы слились с Ясминой в единой целое…
Признаться, эта трепетная ночь стала для меня потрясением на всю оставшуюся жизнь. Моя спасительница бесконечно дарила мне свои нежные стоны, как будто была моей наложницей, рабыней, женой, моим другом, моей любовью.

…Прошли годы. За плечами десятилетия службы в военной разведке. Но в моих снах я по-прежнему целую горячие бедра Ясмины, сжимаю в ладонях ее трепетное полураздетое тело, и тону в океане зыбкого мужского счастья.