Глава 9. Похищение

 
     Тем временем, откуда ни возьмись - а вернее, как раз вынырнув из только что раскрывшихся и совсем уж неприметных боковых дверей, к нему уже приближались два здоровенных «лягуха». Кот моментально спрыгнул с рук Конана и растворился в туман: то есть, просто как бы исчез. А молодой человек сразу же огляделся по сторонам - но, нет кота, и всё тут...

 А первый из человекорыб уже проходил мимо него - и внезапно, со всей дури, наступил Чедвику на ногу. Конан заорал от нестерпимой боли и запрыгал, подволакивая придавленную ногу. Тут же к нему подскочил и второй лягух, схватил его за плечи и поволок  его к последовавшему где-то далеко отсюда боковому проходу. Затащив его в этот проход, он остановился возле стеклянной двери, ведущей в  другой сектор дирижабля. А там уже обе зелёные громадины подхватили бывшего студента за руки и за ноги - и вынесли  в тёмный коридор.

  - Что вам от меня нужно? Куда вы меня тащите? – закричал Конан, пытаясь вырваться, пока его волочили по тому тёмному коридору. Но все его попытки сопротивления были тщетны. Вскоре, его заволокли в лифт, который доставил всю компанию в сектор земноводных. Хорошо ещё, что этот сектор не был доверху заполнен водой... Вроде бы, на цеппелине были и такие, и для лягух они тоже вполне годились. Оказавшись в секторе земноводных, двое человекорыб тут же втащили Чедвика в одну из кают.

Посреди этой каюты был небольшой бассейн, и в нем возлежал ещё один представитель этого же народа, целиком погрузившись в воду. Так, что только пучеглазая морда и белое крапчатое пузо торчало наружу, среди листьев кувшинки. И очень уж крупный был этот представитель. Ещё крупнее, чем те здоровяки, которые доставили сюда студента.

- Вот он, босс, - проквакал один из сопровождающих на международном эсперанто, и оба носильщика скинули студента на пол. Он больно ударился, но тут же попытался встать.

   Босс, похожий на бычью жабу, коричневый, пузатый, с зелёными выпученными глазами навыкате, тем временем поднялся из воды. Он вылез из бассейна, проплюхал к Конану, схватил его за грудки - и приподнял.

  - Это ты уничтожил моего шарга? – нависая над Чедвиком, спросил босс лягухов на международном земном.

   - К-какого шарга? – спросил Конан, вспоминая, как кот прыгнул Нике на спину. Ну, той самой, которая была вовсе не Никой. И оказалась, вроде бы, шаргом... Созданием, легко меняющим свой облик.

  - Как это – какого? Ты не знаешь, что такое шарг? Это – искусственный метаморф, немного изменённое мелкое создание из междумирья. Кучу денег, между прочим, стоит: мы сторговали парочку у этих скряг, которые с Каргона. Закупили их для дела. Одного ты уничтожил. Теперь припоминаешь? Ну, в багажном отделении… А ну, вылезай! – скомандовал босс, отойдя назад и приоткрывая какую-то дверь. - Иди сюда!

 Из кладовки - или же, соседней, очень маленькой, комнатки, вылезло нечто чёрное и бесформенное, похожее на чернильную кляксу.

  - Это он плевался из трубки - и заморозил одного из отряда международной полиции, тоже вашей расы? – спросил Конан. – Тогда, это не вы… А это я должен у вас спросить! Итак, зачем он меня чуть не убил? Я отклонился, и комок яда, или чего ещё там, полетел в лягуха… То есть, в полицейского. Они его ловили, полицейские. Того, чёрного. И… вроде бы, он вполне себе жив, этот ваш шарг? Как же я, в таком случае, мог его уничтожить?

    Лягух, неожиданно, громко захохотал:

    - Ну да, мы его спасли… В смысле, соскребли со стенки. Ну, и долго  же пришлось с ним провозиться. И запах был отвратительный… К тому же, он долго ещё будет не способен к делу. Сейчас шарг регенерировал ещё не полностью, да и всю память утратил. Почти… Твоё лицо он почему-то помнит. Указал на тебя, когда мы тайно наблюдали за входом в ресторан.

  - Он меня убил бы, если бы я не нагнулся. Хотя, я вовсе не мешал вашему теракту. Международная полиция между собой переговаривалась, и речь шла о бомбе, которую они искали в грузовых отсеках цеппелина. И  служба безопасности о теракте уже знала, и явно не от меня. Как раз-таки я ничего о бомбе не знал, и даже теперь не знаю.

  - Так он точно напал первым?

   - Шарг? Ну да, говорю же: шарг ваш стрелял в меня из трубки. Уже после того, как эти лягушки… полицейские, то есть – собирались уходить, и его не обнаружили. Он попал в полицейского, вместо меня, а другие полицейские с ним и разобрались.

  - Понятно. Шарги не щепетильны в выборе средств. Мозгов у них почти нет. Он решил, что ты – ненужный свидетель того, как он станет драпать оттуда прочь. Но, быть может, и не убил бы он тебя, если бы всё-таки в тебя попал. Ведь в того полицейского, говоришь, он не стрелял, а плюнул из трубки? И его, наверное, просто заморозило?

  - Может быть. Когда я пробегал мимо, глаза у него, вроде бы, живые были.

  - Хотя... Знаешь ли, для человека такая заморозка могла бы стать и смертельной. Шарги тупые. Вначале действуют, а потом - думают, в пределах их возможностей, конечно. А тот, подобный мне – оттаял, я думаю. Причём, довольно быстро. Мы, жители глубин, легко переносим заморозку. Шарг, дурень ты редкостный! - обернулся он к чёрной кляксе.

    А Конан чуть перевёл дух.

  - Вот, всё-таки, убил бы он тебя – так начался бы переполох такой, что и рейс отменили бы, и вернули бы наш дирижабль обратно, в порт. Шутка ли: труп на борту! - обратился этот босс снова к Чедвику. - И нас всех бы повязали, если б началось следствие… Будь труп – сразу следствие. А бомбу, видать, обезвредили… В соседнем от тебя грузовом отсеке наш шарг её и заложил. Потом, конечно - дал дёру. Служба безопасности одновременно и тот, и два соседних отсека прочёсывала: далеко вредитель не мог скрыться, как они, и вполне верно, тогда и решили... Вот, только - кто же их вызвал тогда? Кто на него донёс, на шарга?

 - Понятия не имею. Я сам в чемодане сидел, - сказал Конан, при этом вспомнив Нику, и почему-то с дружеской теплотой. - Но, если бы там всё взорвалось, как вы задумали – мы все погибли бы? Все, кто летит этим рейсом?

  - Ну, что ты! Не так просто взорвать стратосферный дирижабль! Конечно, началась бы паника… Но, основной пузырь цеппелина сильно защищён, а сектора с грузом, условно говоря, цепляют к нему на днище. И повреждённый сектор сразу же отделяется, катапультирует вниз, случись что. В данном случае, вниз бы оторвался и пошёл один из грузовых секторов. И только. Ну, из перестраховки ещё бы и всех пассажиров перепроверили. На всякий случай. И, поскольку все живы – следствие назначили  бы не сразу. А через некоторое время, мы бы даже сами ответственность взяли на себя за этот теракт. Знай наших!

- А если…был бы кто, в грузовом секторе?

- Ты, к примеру? Ну, да…Теперь ты понял, парень, как опасно ездить без билета? – лягух снова засмеялся и блаженно потёр пузико. – Ну, в этом мы были бы не виноваты. Нельзя всего предусмотреть. И – знай, на будущее: мы взрываем именно грузовые отсеки.

   - Зачем?

   - Чтобы напомнить о себе. О глубоководных. О нас, о дельфинах…Ведь вы убиваете дельфинов? А они, между прочим, разумные, только иначе. И очень добрые. Это – как детей малых убивать.

   - Я не убиваю дельфинов.

  - Я имею в виду, вы - люди.

  - Ну, а быть может, возможно мирное урегулирование? Чего вы хотите?

  - Нет, мирного воздействия люди не понимают. Увы. А хотим мы – свободы и независимости Посейдонии! Говоря с представителями других миров и планет, люди всегда забывают об интересах водных жителей: помнят и представляют на международных встречах только сухопутных. А мы ведь, кстати, не лезем к вам на сушу? Небо не в счёт – это для всех организмов нейтральная территория… Но вы - не только лезете в воду, ходите на кораблях, так ещё и ни во что нас не ставите. Только жители подводных городов, те люди, которые под водой живут, под куполом – нас понемногу начинают понимать. Тоже начинают видеть степень катастрофы и загрязнений мирового океана. Ну, а те, кто под водой ни разу не был, те с нами вовсе не считаются.

   - Ладно…Я, пожалуй, пойду. Я не убивал вашего шарга. И не стрелял в него: то стреляла служба безопасности.

- Да, я понял. В свою очередь, приносим свои извинения. Недоразумение вышло.
Конвоиры – лягухи разошлись в разные стороны, и Конан прошёл к двери. Как только он стал снова свободен, так сразу и помчался в отсек филланов.


    Поздно...

   Увы, дверь в каюту Ники была закрыта на ключ. Уходя, они её просто захлопнули, и дверь можно было бы открыть, просто приложив магнитку. Магнитка у Чедвика была. Но дверь не открывалась.

  - Мр,- сказал кот, выныривая из-за кактуса. – У меня две новости…

  - Плохая – вперёд. Что здесь случилось? – спросил Конан.

   - Её…забрали. Нику. По дороге к каюте. Два мордоворота. Они – из технического персонала этого дирижабля. Забрали, понятное дело, не по воле девушки. Она им сопротивлялась. Что-то из её вещей, возможно, тоже вынесли из каюты, чуть раньше. У техников есть все ключи, от всех кают. Нику доставили в грузовой отсек. Там, в техническом отделении, её встретили другие люди, среди которых были и знакомые нам мадам Кускова и её спутник. Нику они посадили в грузовой вертолёт - и вылетели в неизвестном направлении. Я раньше не мог тебе этого сообщить: лягух твои мысли сканировал.  Да и толку тогда было, сообщать… Ты бы уже не успел её освободить, и к тому же, ты сам был в плену.

  - И какая же при этом может быть хорошая новость?

  - Твоя книга, в смысле, книга Отто Рана, осталась на борту.

  - Но, я не попаду теперь туда… В ту запертую на ключ каюту.

   - Но, книга Отто Рана уже не здесь, она не в той каюте: её потом вынесли, книгу эту. Открыли дверь отмычкой. И все твои вещи, что оставались здесь, целиком твою сумку, забрали к себе. И те вещи Ники, что там ещё оставались - тоже.

    – Кто забрал?

    - Ган и её спутники.

   - Час от часу не легче! И ты считаешь это хорошей новостью?

   - С ними иметь дело всё же лучше, чем со службой безопасности, с просьбой открыть ту каюту и вернуть твои вещи – и это с учётом того, что ты на этом летающем корабле оказался нелегально. Кстати, я знаю, как пройти туда, где разместилась Елена Ган и её друзья. И она, в смысле, эта каюта, а не Елена – вполне нормальная. То есть, располагается в человеческом секторе дирижабля.

   - Ну, и что же мне теперь остаётся? Веди меня туда...

    Минут  через пятнадцать, Чедвик уже стучал в дверь указанной котом каюты.

   Ему открыла Елена. Конан порывисто заскочил внутрь, и вскоре стоял посредине небольшого помещения. Кот, конечно же, проник следом за ним - но, уселся на пороге.

  - Я знала, что вы сюда придёте, - Елена посмотрела на Чедвика грустно, и даже с сочувствием. - Что, мил человек, упустил девушку? Мы забрали ваши вещи: то есть, твои - и те вещи Ники, что там ещё оставались. Однако, некий артефакт, который она везла… Тоже теперь исчез, вместе с ней.

   - Что вам известно? Кто её похитил? И - какой такой артефакт? - спросил Конан  горестно, и только теперь осмотрелся. В этот раз, загадочная дама была здесь не одна, а в компании с другим своим то ли другом, то ли просто попутчиком: с высоким, спортивного сложения, туарегом, в национальной одежде этого народа: в широких штанах, длинной синей хламиде, кожаных сандалиях на босу ногу и в платке или шарфе, скрывающем всё лицо, кроме глаз. Он теперь стоял сбоку от дверей. Почти рядом с котом. Светло-серые глаза туарега гневно блестели на замотанном сверху и снизу лице.

- Ну, какие у тебя будут соображения, верный мой Олькотт? – спросила Елена, обращаясь к туарегу.

- Олькотт? –  брови Конана поползли вверх. Он что-то читал о мадам Блаватской, и потому знал о её путешествиях по Индии, вместе с Олькоттом. Но на него туарег походил не слишком.

    - Да. Это он, мой старинный друг. Не сомневайся. Ну, в новом его воплощении, конечно. Сколько мне пришлось стран исколесить по миру, прежде чем я его нашла! – Елена Ган вздохнула. – Олькотт, познакомься: это Конан Чедвик, студент из Праги. Так, что ты думаешь, мой дорогой?

   – По-прежнему, думаю, что это – те самые люди, за которыми мы следили, - сказал туарег на общемировом эсперанто, с лёгким акцентом. – И полагаю, что всё это - происки советской разведки.

     – Те люди – это Кускова и Свистков? – догадался Конан. – А зачем вы за ними следили?

     - Они интересовались Никой, и показались нам подозрительными, – пояснила Елена. – А потом, они тут вели какую-то свою игру, подкупали техников. Ну, и наверняка это они похитили Нику. Вернее, организовали её похищение. Мы следили за ними, но полагали, что они выкрадут здесь артефакт и затаятся до Новой Атлантиды, а шантажировать Нику будут уже там.

  - Зачем она им? Зачем Ника русским? – удивился Конан. – Они забрали её в Страну Советов? Сексуальное рабство, вроде бы, у них там не в почёте... Постойте, какой такой артефакт?

  - Ну и шуточки у тебя! Эх, Ника, Ника… Так ты абсолютно ничего о ней не знаешь? – спросила Елена. – Однако, мил человек, тебя откровенно используют, да ещё и в тёмную. Само по себе, это не страшно. Но, могли бы хоть сообщить, для чего.

   - И - для чего?

   - Кроме прочего, тебе нужно было сопроводить адептку с одним из артефактов мирового значения в центр изучения аномалий, расположенный где-то в Мексике. А отвозить она его туда намеревалась... Вероятно, с целью сбора где-то там, в будущем, всех артефактов, с помощью которых, как предполагают, можно снова закрыть некий Проход и уничтожить Разрыв. Тот самый, о котором, думаю, тебе рассказали. После открытия Прохода начался переход сюда всех желающих из других планет и измерений, на постоянное жительство или транзитом – уж это, как им вздумается. Хоть об этом-то тебе сообщили? - особым образом, только ей свойственным, она снова склонила голову набок, как и в каюте для филланов - и ещё раз изучающе посмотрела на Конана.

  - Мне рассказали о Переходе и о Разрыве... Немного, в общих чертах: сколько успели рассказать за пару дней. Но... Что ещё за артефакт такой, который везла с собою Ника? Да, она летела в Мексику. Но только, в какой-то там Университет. Для знакомства. По обмену.

- Тебе рассказали далеко не всё, но теперь это не важно. Уже не имеет значения, что именно задумали наши германские коллеги – умники. Важно другое: российским агентам оказалась тоже нужна и Ника, и её артефакт. Они забрали артефакт и похитили Нику.

- Они…Могли бы забрать только артефакт, и оставить Нику в покое.

  - Или – устранить. Могли. Но, думаю, девушка тоже зачем-то им нужна. Быть может, хотели у неё что-то выяснить об этом артефакте. Ну, а она им наплела что-нибудь, например, что только она знает, как им пользоваться, и знает важное для этого заклинание…

- А…что это за предмет, который перевозила Ника?

- Догадайся. Что имелось в Германии, и за чем охотился Геббельс?

   - За чашей Грааля... У Ники был Грааль?

   – Нет. Но он охотился не только  за Граалем. И ту Чашу, если там был подлинник, конечно - то, после обряда во льдах Антарктиды, а может, и вообще - немцы не нашли. Ведь, ещё вопрос, та ли это была Чаша, подлинная ли - ну, что попала к ним в руки, и предположительно, участвовала в церемонии. А вот  Копьё Судьбы…

    - То самое Копье, которое сотник Лонгин, из сострадания, вонзил в подреберье Христа?

   - Да. По легендам. И полагают, что это - именно оно. При этом, ещё предполагают, что Копьё Судьбы определённо в церемонии, проведённой фашистами, участвовало, а потом попало именно в руки тех немцев, кто спасся тогда в Антарктиде, и кого подобрала немецкая подводная лодка. И, со временем, оно снова оказалось в руках тайного ордена, а потом – они сдали его на хранение в музей, в Вавельсбурге. Где и подвязался сторожем твой Генрих. Многие, и не раз, его пытались выкрасть у них, это Копьё, но твои коллеги устроили великолепный схрон, и тщательно его сторожили. Кроме того, отрицали присутствие Копья в Германии. Даже, в определённых кругах заявили, что у них - лишь копия, а подлинник находится в  Вене.

- Ну, и что же тогда хранится в Вене?

- Другое, более позднее, копьё. Оно - похожее, но не слишком. Подделка. Официально, конечно, именно оно и заявлено «Копьём Судьбы».

- И… Настоящее, именно Копьё Лонгина, хранилось до сих пор в Вавельсбурге? Вдобавок, его взяла с собой в дорогу  Ника?

- Как медленно до тебя всё доходит... Да, по данным нашей разведки, дело обстоит именно так. Скорее всего, девушка его явно с собой прихватила.

    Конан вспомнил длинный футляр, саквояж Ники... Который она везла отнюдь не из дома - он появился уже после. Итак, этот футляр содержал вовсе не странный музыкальный инструмент, как он предполагал: нет, там было Копьё Судьбы... А знал ли об этом Генрих? А, если знал, почему утаил от него?

- А зачем Копьё стране Советов? - спросил он только.

- Не знаю. Но полагаю, что для какого-нибудь ещё ритуала. Что они, что немцы – такие уж затейники...

- А разве... Там проводят магические ритуалы? Там ведь ни во что не верят, кроме как в строительство коммунизма... А разве оно совместимо с магией? Кажется, там возобладал научный атеизм.

  - Наивная душа! Вся их якобы идеология – ширма. Для плебса. Это - нижние слои ни во что там не верят. Ведомые. А верхи... Да они просто помешаны на магии. К примеру, построили то ли зиккурат, то ли пирамиду, и не где-нибудь, а прямо в центре столицы, на площади. Для мумии. А также, используют изображение пятиконечной звезды, масонскую символику, и массовые парады. Конечно, это всё равно не объясняет того, зачем именно им нужно было умыкнуть это Копьё. И я этого не знаю, - ответила Елена.

- Что же теперь делать? Да, а вы ведь тоже – наверняка, охотитесь за этим Копьём?
– внезапно спросил Конан. – Потому, и заинтересовались Никой.

- Мы интересовались вами обоими. И хотели бы, конечно, на него взглянуть. Проверить, точно ли это тот самый артефакт. В одном из прошлых воплощений, я уже держала его в руках - и оно, быть может, должно мне отозваться. Но, никакого насилия, лишь договор… Вот то, что мы хотели бы предложить, со своей стороны.

- И вы не устремились в погоню за Никой и Копьем Судьбы, столь  невероятным артефактом? Когда они покинули борт этого воздушного судна...

 - Да, мы, конечно, могли бы преследовать их вертолёт…Но, нам пришлось выбирать. Или – остаться здесь с тобой и книгой Отто Рана, или же лететь в погоню за Копьём Судьбы. А значит, тоже садиться на пиратский вертолёт и заказывать преследование тех, кто забрал Нику. Итак, ты должен быть рад: мы выбрали тебя. И рукопись.  Поскольку, не скрою: Отто Ран – это ключ, что посильнее древнего артефакта.

    - Ключ к чему?

    - К тайне. К загадке. К знаниям... О том, что тогда произошло, - со вздохом произнесла Елена, и впилась своими глазищами в лицо Конана.

   - Однако, что же теперь нам делать? Я поклялся Генриху охранять в пути Нику...

  - В любом случае, мы уже попадём в Новую Атлантиду, поскольку лететь осталось относительно недолго. Ну, а там…Посоветуемся с Оракулом.

   - С кем – с кем?

   - Оракул Неба…Он находится в Обсерватории алхимиков и эзотериков. Не спеши смеяться: у них есть особые приборы: не только спутниковой съёмки, но и посложнее. Будем искать Нику с их помощью. И собственное дело – тоже у нас к Оракулу имеется… Его мы исполним вначале. И ты нам в нём поможешь. Ты же хочешь узнать, где Ника?

   - Да. Я за неё в ответе, в конце концов. Я же говорю, что обещал Генриху охранять девушку в путешествии до Новой Атлантиды... И вот, не смог справиться даже с этим поручением.

   - Вот для тебя мы и посмотрим, где она. Но вначале, это ты должен будешь помочь нам. Только тогда, и мы – тоже поможем тебе.

  - Что я должен буду для вас сделать? - спросил Конан.

  - Всего лишь, помочь нам исследовать и проверить один артефакт.

  - Какой?

  - Кольцо, которое, вроде бы, побывало в руках у Гитлера. Если не в курсе, при открытии того Прохода немцами использовались многие древние артефакты. И не известно, сколько и какие именно. Нужно собрать их все, в одном месте.

- Чтобы закрыть проход?

- Твой, тайный Орден Германии, хочет его закрыть, чтобы всё стало, как раньше. Группа каббалистов хочет оставить всё, как есть, и положиться на Абсолют. А мы…мы пока во всём разбираемся, но у нас есть мысль о том, что проход, если уж его открывали, надо было бы открыть до конца. Боюсь, что сделали всё кособоко; и проход сюда приоткрыли больше для сил преисподней, чем для сил Света. Ну и для всех иных, конечно… Представителей других миров. А уж если открывать было – так все измерения сразу. Но, мы не спешим с окончательным выводом. Нужно, как я уже сказала, во всём разобраться, узнать, исследовать, что же тогда произошло. И только потом, взвесить все за и против... Ну, а кольцо, которое мы хотим сейчас исследовать, у нас с собой. В изолированном коробе. Надо снять с него информацию. Это тоже очень важно. Не менее важно, чем определить подлинность того Копья, так я полагаю.

   - Вы хотите знать, не участвовало ли это кольцо в той самой церемонии?

   - И это - тоже.

   - Забавно... И сколько тайных охотников собирают те артефакты, что, предположительно, участвовали в ней?

   - Полагаю, что их не мало. Так, ты согласен испытать Кольцо?

   - А что для этого нужно будет сделать?

  - Задействовать твой Камень, подарок Карла Циммера. Поверь, он был бы не против.

  - Но, я не умею пользоваться философским камнем. Ведь вы хотите именно такой услуги от меня? А у меня абсолютно нет опыта, Камень попал ко мне… Почти случайно.

  - Случайностей в таких вещах не бывает. А неопытность…Студент Конан Чедвик, я же не прошу вас провести исследование кольца прямо здесь и в одиночку. Недаром, мы все летим в Новую Атлантиду, к Оракулу. И там у тебя всё выйдет. Ведь ты  получил артефакт при прямой передаче, а не захватил его и не украл. Тебе его передали добровольно. Значит, ты – законный его владелец. Нужно только провести должную церемонию, и артефакт заработает. Во всяком случае, будет работать определённое время. И в определённом месте. Этого будет для нас достаточно, - проворковала Елена.

  - И тогда, после… Вы мне поможете узнать, где сейчас находится Ника?

  - Конечно. Ты сам, во время другого ритуала, сможешь это узнать: и сам задашь вопрос Оракулу Неба… О том, что именно там происходит, с Никой. А где это происходит – узнаем по другому нашему прибору, что находится там же. Ну, а пока мы всё ещё в пути – то, если не возражаешь, я пока что суну свой любопытный нос в твою книгу.

  И Конан разрешил ей  немного почитать, тем более, что книга... Была не где-то, а, можно сказать, в руках у Елены. Как и его сумка. И вот, она и взяла эту сумку, открыла книгу. Но, и Конан, конечно же, был не менее любопытен, и потому, тоже стал с нею рядом, чтобы непременно заглянуть в страницы загадочной рукописи...

                *
«…Не сотворённый огонь – это субстанция, что наполняет священный Грааль. И за ним надо спускаться вниз, в преисподнюю. Он лежит ниже потоков лавы; в самом сердце планеты. И только те, кто знает тайные ходы, могут проникнуть в святилище. Пока он есть, существует жизнь. Орфики хранили эту тайну; тысячелетиями люди более естественно жили в пещерах, в аортах Земли, чем в домах, и создавали там подземные святилища. Путь, по которому шёл вниз, спускался Орфей –начинался в современной Турции, там, где вечно горят залежи природного газа. Вход в преисподнюю, Аид, у древних был вполне конкретен; его местоположение нам известно. Не зря, у врат его сидели предсказательницы: ядовитые пары, выходящие из-под земли, способствовали их видениям.

 Спускаясь в свой собственный ад, совсем в другом месте Земли, я тоже знал, что более не выйду: да, мне предстоял путь только вниз. Моя тайна звала меня; владения и чертоги Люцифера были как никогда привлекательны.

   В Молдавии и Валахии бытуют устные предания о человеке, который вырвал из груди своё сердце, чтобы осветить другим людям путь из пещеры. Сердце всегда отождествляли с Граалем. Огонь сердечный -  с пламенем. Это не может быть случайным. В горах находился прикованный Прометей, он же - Люцифер. Тот, кто дал людям огонь. Несущий Свет. Это он подарил им Грааль. И он был тем, кто  подарил людям не просто огонь, но очищающее сердце и душу пламя. Очаг – начало семьи и человеческой общности вообще. Сердце человечности. Но огонь – это и очаг, и костёр инквизиции… Ад, геенну огненную – или символ человечности и знания? Что принёс ты нам, одинокий путник, который дошёл до самых глубин сущего, до первопричины бытия, до центра земли? Орфей, который спустился в преисподнюю, прошёл её насквозь – и к нам вернулся? Мой Бог, которому я служу и в которого верю…Ты, единственный из Богов, который решил сделать из человека более, чем простое животное. Наделил  его дерзанием познавать неизведанное... Но, быть может, я просто придумал тебя...».

 - Никакой конкретики. Увы, нельзя ничего понять. Так, нашёл ли он Грааль? – спросил Конан у Елены.

   - Надо подумать. Отто Ран иногда прячет за строками гораздо больше, чем кажется на первый взгляд. Одно ясно: прямых указаний на то, что же именно произошло, он дать не мог даже в этой, третьей, книге; и ему нужно было снова использовать иносказания,- и Елена Ган  перевернула ещё одну страницу.
 
   «Человечество, в поисках себя, слишком далеко зашло в преисподнюю.  Всё изменилось уже после первой мировой. Мы открыли дорогу в ад. Массовое уничтожение людей стало нормой. Мы ушли от старых богов, погружаясь всё дальше и дальше во мрак и безысходность. И для нас нет дороги обратно. Я не знаю, есть ли выход там, на другой стороне, когда мы пройдём наш ад насквозь. Прометей, подарив человечеству огонь, забыл, что  свет человеческого костра освещает и мрак подземелий. Тем самым, он даёт возможность погрузиться в пространство мрака, пространство тайны и страхов. И самим создать свой собственный ужас. Должно быть, пройдя сквозь пламя преисподней, становятся богами… Или – демонами. Третьего, пожалуй, не дано. Этот метод познания мира – не лучший и самый опасный. Создавая для других ад, человеческое сердце навсегда погружается во мрак и в холод, теряя смысл и человечность».