Русская История Глава30 Крестовский и Русский Мiръ

Русская История

Глава 30

Величие русского расового Духа и писатель Крестовский.

Начнем Нашу с Вами сегодняшнюю беседу с комментария того же Георгия Сотула на главу 29. В частности там прозвучало следующее: -

«Критическое моё (замечание В.М.) следующее (поскольку вижу высказывания о пользе от меня только тогда, когда критикую):
- в этой главе затронуто несколько мыслей и это плохо
- ни одна из них по этой причине не доведена до ясного окончания».

И вот это главное заблуждение современного материалистического россиянского и вообще бывшего советского человека. Подобный тип общественно разсматривает и видит Русскую Историю дробно, у него напрочь под давлением политических догм, отсутствует великоруская гармония природной русской мысли. Так для него весь дохристианский период русской истории это что то далекое и нереальное, также как и все последующие периоды Русской Истории, до начала XX-го или в лучшем случае  XIX го века, да и то благодаря литературе типа романа «Война и Мiръ». А ведь, и две, три, четыре тысячи лет назад, русские люди были точно такими же, как и сегодня, только тогда они еще не были политизированы инорасовым социальным сатанизмом социальных миражей жизни, сначала религиозности «мировой религии», а потом каббалистикой «марксистско-советских» утопий.

 Русская История была насильственно изкорежена сатанизмом насильственной узурпации власти временного «советского периода». «Интернационалистика сталинизма» в ней, это была обреченная на провал попытка имперского антирусского революционного интернационализма российских государственников. Попытка вырваться из космополитических тисков Мировой Глобалистики, как планового перехода к современному финансовому олигархическому сатанизму, в который погрузили ныне Русский Народ Русского Мiра, лишив его остатков Государственности. А сталинизм того периода, по своему интернациональному духу, был абсолютно родственен идеологии мировых революционеров узурпаторов власти на Руси, поэтому он и был попущен революционерами Глобалистами в стратегических целях создания дальнейшего блокового противостояния мира. Русский Народ в советский период лишили последних остатков природной расовой Имперской Социальности, процесс разрушения которой начался со Смутного Времени.

Вот о великоруском природном «коллективном безсознательном», как Духе Имперской Эстетики Русского Народа, я и веду свой исторический разговор. И в Гармонии Русской Культуры и природной Русской Жизни нет никаких «нескольких мыслей», которые «надо доводить до конца». Мною слитно, нераздельно разсматриваются вопросы природной Русской деятельной Эстетики и ее либеральной инорасовой губительной либеральной деформации. Мстительным иудохазарским революционерам требовалось разрушить Аристократический  деятельный и черносотенный крестьянский самодеятельный Великий Дух Соборности Русского Народа и опошлить и извратить его практическое деятельное отражение Мировую Великорускую Имперскую Типологическую Культуру, пронесшую через тысячелетия и века, и сохранившую в своей Основе, великое наследие Праимперской Культуры Вед, на которые потом наложились в IX-м и X-м веках принципы Евангелия христианства.

Мы с Вами рассмотрели «имперский вопрос» и его Русский Дух достаточно подробно с разных сторон, но этот вопрос настолько многогранен, что к нему приходится обращаться вновь и вновь.

Нам с Вами интересен вопрос нашей Российской Империи, как империтива Русского расового Духа. Как достичь ясности в этом судьбоносном вопросе? Приблизиться к Сути русской имперской истины можно только сравнительным методом. Еще в XIX веке русский антрополог С.В. Ешевский высказал закономерное заключение, что достоверно описать расовую историю может только природный представитель Духа «коллективного безсознательного» данной расы. Здесь также надо учитывать, что на межрасовые представления обязательно накладывается отпечаток расового менталитета самого автора, историка или исследователя, и подняться над расовыми представлениями крайне тяжело, даже если это вообще возможно.

Меня поражает какая то особая куриная слепота сегодняшнего общественного мнения. Сколько я не освещал в своих работах великие принципы индикативной, самодостаточной великоруской природной системы хозяйства, и никого это не интересует и не затрагивает. А ее проявления налицо, как и жуткие «советские» последствия нарушения ее принципов.

Вспомните сколько Нам с Вами при советской власти морочили голову либеральные негодяи, колониальные надсмотрщики, пропагандисты преимуществами «советской социалистической» системы хозяйства над «проклятыми капиталистами», как и над отсталой «экономикой сохи и лаптей» в «тюрьме народов царской России». Но ужасающие последствия «советской» системы сегодня прямо режут глаз.

Вот показывают по общедоступному ТВ документальный фильм о писателе-геологе, авторе романов «Территория» и посмертно изданного романа «Правила бегства» Олеге Куваеве. На кадрах хроники предстает картина мертвого Певека, это Поселок в романе «Территория», она ужасает. Восстанавливать там никто и ничего не собирается, потому что строить такие социальные объекты в этой мертвой зоне невозможности нормальной жизни, изначальный нонсенс. Но безбашенные русские коммунисты и остальные «советские люди» под бичами либеральных рабовладельцев «ссср» истово, с социалистическим пафосом, разоряли подобными «комсомольскими» и прочими стройками Русскую Природу. Обслуживать такие социально и хозяйственно значимые объекты надо. Но надо это делать, по хозяйски, вахтовым методом, без семей работников и инфаструктуры для них. То, что не надо туда тащить семьи, женщин и детей, инфаструктура для которых безумно дорога и съест всю возможную прибыль, вместе со здоровьем семей и подрастающего поколения, было ясно изначально. Но задачу всеми способами измордовать русского человека «преодолением трудностей строительства коммунистического общества», а рабочим там был практически только он, не отменяла никогда «революционная советская власть». И подобную политику советские хозяева жизни неуклонно, террористически проводили на практике.

Русский геолог Куваев не раз и не два ходил в длительные геологические одиночные маршруты по все Чукотке. Он хотел показать экономическую и жизненную суть такой работы. Работы отобранного, и всесторонне подготовленного специалиста, которая предполагает минимум расходов, но этим заслужил лишь общественное мнение и славу дурковатого «экстремала».

Данные планомерной разведки таких одиночных маршрутов позволяют в разы сократить огромные расходы открытия месторождений и добычи природных ресурсов, что и показывал Куваев в романе «Территория». Это была Высокая Эстетика Великоруских Традиций всех прежних русских подвижников и изследователей, таких как Атласов, Хабаров, Крашенинников, Дежнев, Невельский и несть им числа из казачества Руси.

А уж то разгильдяйство, хищничество и тотальная безхозяйственность, что творилась в эксплуатации нефтегазового сектора в 70-80-е годы «ссср», где я работал длительное время, как и все хищничество методов добычи я наблюдал сам на практике воотчию. Так, например, «москальские» кабинетные «планировщики» давали нормативы сроков эксплуатации огромных масс дорогой техники применявшейся при добыче и эксплуатации месторождений, такие же, как и на русской равнине. Организовывать эффективную ресурсосберегающую ремонтную базу техники и просто массово ремонтировать, выходившую из строя технику, при «ссср» на месторождениях Севера, никому не приходило в голову. И на нефтегазовых промыслах Сибири огромная масса техники просто «сдавалась» в топь болот, под акт списания. Об этом знали все, и никого это особо не волновало, ведь хищнический принцип «все кругом советское, все кругом мое» процветал в «ссср» везде.

Транжирилось, размыкивалось, пропивалось и разворовывалось все подряд, до чего дотягивались партийно-советские и «пролетарско-рабочие», мелко и крупно воровские руки. Лживое догматическо-лозунговое негодяйство «краснопузой» пропагандистской сволочи всех типов, при «ссср», этих условных и безусловных  «прохановцев и говорухинцев», имело такие же масштабы, как и при сегодняшней «демократии».

А уж глубинное чувство русскости сегодняшними советизированными  «демократическими» массами потеряно почти напрочь. Как пример здесь знаковые комментарии от слушателей русской музыки, выразителя глубин психофизиологии духа русского народа, Великого Русского композитора Георгия Свиридова: -   

(советские демократы под «импортными никами»)

Jenny S

Эра космоса, патриотизма, гордости за свой народ и страну! ГЕНИЙ! БРАВО!!!

 Machete

Г. Свиридов так глубоко и чисто передал реализм советской эпохи ....

shadoyy88

Слушая «Метель No.2, Вальс», понимаешь, насколько оболгали эпоху Советского Союза. И вообще, излишне что-то читать,  с кем-то спорить. Просто послушайте Свиридова, и все сами поймете.

(русские люди)

Елизавета Кайнова

Георгий Свиридов - высочайший дух русской поэзии в музыке, гений, распознавший русскую душу и сердце народа, его радость и боль и передал все очарование  России в музыке.

Юрий Гаврилюк

Настоящее сокровище!   Спасибо композитору, что он написал кристально честные и чистые Высоко духовные произведения!  В трудные советские времена, когда честные (русские и не русские В.М.) люди были изгоями (этого абсолютно безчестного в своей либеральной идеологии и в реальной жизни В.М.) общества.  СПАСИБО!!!


Анна Сорокина

Так как Свиридов русский композитор, то мы считаем, что он  и является выразителем лучших черт  русского народа. В его музыке много патриотических  оттенков,  сильных  волнующих  порывов как лирических, так и  героических. Ведь музыка - это только звуки, которые у слушателя вызывают ответные  чувства, а политические убеждения  выражают лишь сами слушатели.

Вернемся к Русской Истории XIX века. Единственным русским писателем провидчески ощутившим связь исторических времен оказался генерал политической полиции, государственный чиновник особых поручений, писатель Всеволод Крестовский. Великие реформы Александра Второго он понял, как новый роковой виток вспышки событий все того же нескончаемого Смутного Времени для Русского системного природного Мiра и Русского Народа.

Романы Всеволода Крестовского это вершина, пик русской провидческой литературы второй половины XIX века. Никакие Толстые, Тургеньевы, Достоевские, Чеховы и Горькие и рядом с ними в этом плане не стояли. Это был тип Великоруского Творческого социального изследователя с огромным литературным талантом. Здесь по масштабу русского литературного таланта с ним сопоставим лишь его современник Константин Леонтьев с его «Подлипками», «Египетским голубем» и повестями «Из жизни христиан в Турции». Леонтьев также написал ряд романов объединенных в эпопею «Река Времени», но уничтожил его. Я думаю, что он понял низменную мещанскую суть подобной беллетристики, беллетристики материалистического духа, подобных  «Человеческой Комедии» Бальзака. 

Великий практик жизни Крестовский делал все обстоятельно. Однажды в одном из переулков Всеволод увидел, как мужчина избивал представительницу лучшей половины петербургского «дна». В полупьяной женщине, приправлявшей отборные ругательства французскими словами и фразами, угадывалась светская дама. Этот тип запал в душу писателя и он решил показать срез этой гибельной системы «либерального города» для Сущности Духа Русского Мiра. Девять месяцев он изучал трущобный мир и притоны Сенной площади, где, выдавая себя за беспаспортного бродягу, беседовал по душам с нищими, ворами, аферистами и проститутками. С разрешения генерал-губернатора князя Суворова посещал камеры следственных приставов, тюрьмы, больницы, суды. Городской прокурор князь Хованский дал писателю добро на работу в архивах судебных мест Петербурга. В походах по этому «дну» его часто сопровождали друзья - Н. Лесков, художник М. Микешин, виртуоз сыска И. Путилин. Роман с авантюрным сюжетом об истории двух поколений князей Шадурских, а также связанных с ними мошенниках, ворах, фальшивомонетчиках этой «смеси сливок общества с его подонками» - печатался в 1864-1867 годах в «Отечественных записках».

Публикация сделала автора знаменитым. Писатель недоумевал, почему читатели восприняли прежде всего развлекательную, авантюрную сторону романа, а не системную социальную горькую судьбу трущобных бедняков и женщин. Ведь и критики подчеркивали, что изображенное в романе — «это настоящий дантовский ад, настоящее позорище, ибо большего падения человеческого невозможно себе и представить». Ну да это уже не имело никакого отношения к его произведению, которое осталось в истории русской литературы, усилиями либеральной критики и либерального «общественного мнения» энциклопедией «дна» для мещанского общества, как и для ее ущербной материальной души.
 
В дилогии «Кровавый пуф: Хроника о новом Смутном Времени Государства Российского» (1875 г.), состоящем из двух романов – «Две силы» и «Панургово стадо» писатель дал характеристику последствий «великой реформе» освобождения крестьян и Духу Великого Раскола, непреодолимого и неопреодоленного в Русской Имперской Жизни. Проникнутая великоруским имперским духом, дилогия имела не только антилиберальную, но и антинигилистическую направленность, что вызвало бурю негодования в среде революционно-демократической интеллигенции, приветствовавшей всякого, кто разрушал Исконную природную Суть Русского Государства, его систему Монархии, как и стрелял в войнах и из подворотни в русского солдата.

Самое зрелое великоруское, яркое и самое замалчиваемое произведение генерала политической полиции Империи, Крестовского его роман-дилогия «Кровавый пуф», – впервые изданное спустя сто с лишним лет после прижизненной публикации. Всеволод Крестовский воссоздает в нем один из самых малоизвестных и крайне искаженных, оболганных в учебниках истории, периодов в жизни нашего Отечества после крестьянского освобождения в 1861 году, проницательно вскрывает тайные причины объединенных действий самых разных сил, направленных исключительно на разрушение Российской империи.

Крестовский приступил к трилогии – «Тьма Египетская», «Тамара Бендавид» и «Торжество Ваала». Сюжет романов разворачивался на фоне русско-турецкой войны, обострения восточного вопроса, муссирования в обществе провокационного «решения еврейского вопроса». Десять лет писатель изучал древнееврейский язык, Библию, Тору, Талмуд, быт и нравы поселенцев в черте оседлости, много раз беседовал со знатоками священных книг и раввинами.

Трилогия печаталась в «Русском вестнике» (третий том остался незаконченным). Крестовский дал в ней самое яркое и правдивое в русской художественной литературе описание преступлений всех инорасовых либералов открытых и скрытых русско и имперско ненавистников. Этой россиянской, мстительной иудохазарской публики, прячущейся за любой национальной и религиозной личиной социальности, жившей тотальным расхищением крестьянских и земских русских средств спекуляциями и прививавших в русской земской школе крестьянским детям враждебное отношение к Монархии, Царю и вообще к системе Великоруской Государственности.

Тип россиянского, как и любого иного либерала, практически всегда  двойственен. Так для себя и своего семейства и своего клана он может быть традиционалистом, но в расовом социуме среды народов он непримиримый, мстительный и коварный  расист. Его человеконенавистническая цель поработить расовые созидательные народы и беспредельно паразитировать на их ресурсах жизнеобеспечения. Он начисто лишен великого имперского чувства Общинности, как и по дикарски его презирает, и ненавидит это великое природное чувство и всеми имеющимися у него силами изкореняет его в духе расовых народов.

Либерализм, это прежде всего и только, врожденная психология души и духа; то есть с такой душой рождаются и далее в процессе ее становленя в такой душе приживается только дух откровенной либералистики, вытесняя иные по детски копируемые публичные содержания, где сама Среда не играет никакой основополагающей роли; примеры Мы с Вами постоянно наблюдаем в нашей жизни; вспомните, как встречаясь с товарищами юности и детства, Мы с Вами часто поражаемся: - ну откуда могло появиться такое беспринципное и безжалостное мерзкое чудовище, раньше это был такой же индивид (понятие индивид никогда не соответствует духу нравственной категории Личность В.М.), как и все мы.

А разговор о романах Всеволода Крестовского Мы с Вами только начинаем и далее подробно разберем мировоззренческую суть его романа-дилогии «Две силы» и «Панургово Стадо».


Рецензии