Поступил

Я соскоблил вчерашнее уныние вместе с щетиной, а свежесть рижского летнего утра унесла его прочь. Прицепил комсомольский значок. Волнуюсь, но в мыслях ясно. Я снова готов воевать за свою мечту — стать компьютерщиком, программистом. Троллейбус неспешно тащит меня по улице Лудзас, поворачивая на Ломоносова. Следующая остановка — институт инженеров гражданской авиации, РКИИГА.

Всё позади. Почти год мытарств с уходом из военного училища. Враждебные взгляды офицеров: «Родина тебя учила, кормила, а ты...», исключение из комсомола, сочувствие однокурсников, приказ об отчислении. Девять месяцев солдатской жизни в ракетном полку, увольнение в запас. Крик жены: «Если тебе так нужен твой институт — вон из моего дома!». Помощь родителей и нового друга, рижанина Андрея. Лихорадочная подготовка, почти забытые математика и физика. Вступительные на одни тройки. Кроме сочинения  — на четыре, но как это поможет, когда вокруг одни медалисты и отличники? Повторный приезд в мой полк, тихий посёлок Гезгалы. Добродушный толстяк майор, секретарь парткома: «Что я говорил — эта справка тебе пригодится». Листок с печатью части: «Отличник боевой и политической подготовки… право на поступление вне конкурса». И вчерашние насмешливые глаза заместителя председателя экзаменационной комиссии: «Эта бумажка лишь право на льготу, а льгота на приём уже исчерпана. Забирайте документы».

Вижу институтскую «свечку», с узнаваемым металлическим барельефом: человек и самолёт на фоне земного шара. Взлетаю по лестницам. Приёмная. Что там на табличке? Ректор, декан? Неважно, лишь бы кто-то главный и чтобы был на месте. «Вы к кому? Абитуриент?» Сердце стучит. «Да, мне нужно…» «Входите». Серьезный человек в тёмно-синей форме с золотистыми полосками на погонах. Рассказываю, волнуясь и сбиваясь. Слушает внимательно, не перебивает. «Понимаете, это моя мечта… Мне пришлось многое… Да, знаю, конкурс большой... Только на тройки. Но у меня есть справка… Я прошу разобраться… Да, конечно, пойдёмте!».

Мы спускаемся на первый этаж, идём по широкому светлому коридору и внутри у меня тоже всё постепенно светлеет. Комната приемной комиссии, удивлённо-недовольный взгляд зампредседателя. «Почему вы отказали абитуриенту?» «Так ведь льгота...» «Покажите его документы». Внимательно читает справку. «Он идёт вне конкурса. Он сдал? Оценки положительные?» «Да, тройки, поэтому льгота...» «Как там написано? Вне конкурса?» «Да, но это просто означает что по льготе, а льгота...» «Георгий Маркович!» Это уже совсем громко, все головы поворачиваются к нам. «Возьмите документ! Прочтите: как там написано?» «Поступление вне конкурса...» «Георгий Маркович, этот абитуриент поступил. Оформляйте». В застывшей фигуре и взгляде председателя комиссии какое-то злое обещание, но мне наплевать. Наверное теперь я мог бы скорчить ему рожу, заорать, запрыгать и понестись, сломя голову, по тому светлому коридору… Но я просто выдыхаю, как на финише. Как после 10 км с полной выкладкой. Когда сбрасываешь всё с себя и падаешь на траву. Совершилось.

Рига, август 1987


Рецензии
Знакомая ситуация, но было это в 1974, в год поступления в академию им. Куйбышева при прохождении мандатной комиссии. В списках я был третьим, но меня отодвинули замыкающим. Теперь я понимаю, что по указке начкадров. Кого-то надо было протолкнуть вперёд меня. Причину полковник Хрусталёв изложил: переросток. На тот момент мне было полных 28 лет.
Начальник академии генерал-лейтенант инж. войск Аганов Сергей Христофорович оборвал кадровика:"Не устраивайте цирк". Таким образом, решающее слово генерала повлияло на мою судьбу, я был принят в академию в качестве ст.офицера курса. А генерал Аганов позднее стал маршалом инж.войск МО СССР.
Есть умные и честные люди.

Вячеслав Серов   22.01.2020 03:43     Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.