Глава 5

Остановка по требованию находится напротив дома. Выхожу из маршрутки и, игнорируя «пункт наблюдения» у подъезда, поднимаюсь на шестой этаж. От машины, увы, пришлось отказаться. Двести сорок лошадей съедали пропасть бензина, а теперь приходится экономить. Новое слово в словарном запасе, которое, надеюсь, надолго не задержится. Автомобиль временно отогнан на платную стоянку, но так все равно дешевле, чем продолжай я на нем ездить.

Скоро месяц, как я живу на квартире. Той самой, что сняла мать.

... Не знаю, сколько времени прошло между тем, как я разгромил номер и стуком в дверь. Нужно было повесить табличку «Не беспокоить».

- Прошу прощения, – донесся из коридора голос администратора. – У вас все в порядке?

Поднявшись, я рывком распахнул дверь.

- А вы как думаете?!

Каким-то образом ей удалось проскользнуть мимо меня. Глаза девушки расширились, когда она увидела, что творится в номере, но следуя гостиничной политике «Клиент всегда прав», не проронила ни слова.

Я чувствовал, что еще не до конца пришел в себя. Девушке лучше было убраться.

- Продлевайте на месяц и вычтите за ущерб.

С этими словами я швырнул ей карточку.

- Оставьте меня.

Она с радостью ретировалась, а я принялся рыскать по комнатам в поисках того, что еще можно было разбить.

Не прошло и десяти минут, как девица появилась вновь. Что-то в ее лице мне сразу не понравилось. В глазах появился хитрый блеск, а губы растянулись в неестественную улыбочку.

- Боюсь, вынуждена сообщить, что на карточке недостаточно средств.

Не понял.

- В смысле?

Прокручивая в голове те события, вспоминаю, как медленно она говорила, протягивая каждое слово.

- После вычета стоимости разбитой мебели, на карточке остался минимальный баланс. Прошу вас оплатить дальнейшее проживание наличными.

Смысл слов дошел до меня не сразу.

- В противном случае, мне придется просить Вас освободить помещение до завтрашнего полудня.

Минуту я сидел не подвижно, в бесплодных попытках собраться с мыслями. Что-то нужно было говорить и, в конце концов, я сумел выдавить улыбку.

- Нет проблем.

Когда дверь за ней закрылась, я больше не выглядел столь уверенно. Согнул карточку пополам и швырнул в мусорное ведро. Затем перетряхнул карманы брюк и пиджаков, мысленно благословляя привычку оставлять наличные в одежде. Вместе с деньгами из бумажника набралась приличная сумма, но ее все равно было недостаточно для дальнейшего проживания в отеле. По крайней мере, на длительный срок. Мне теперь волей-неволей приходилось думать о будущем.

Достав телефон, я набрал первый попавшийся номер в полной уверенности, что один из многочисленных приятелей приютит меня. Несколько гудков и на другом конце сняли трубку.

- Привет, – ударил прямо в лоб. – Помнишь, однажды приглашал меня погостить?

Он привык к моей манере начинать разговор без предисловий и не удивился.

- Конечно. Когда угодно.

- Завтра. Идет?

Пауза.

- Что-то не так?

- Видишь ли, сейчас не самый подходящий момент. – Он говорил медленно, как будто подбирал слова. – У меня… ремонт. Как раз в той части дома, где гостевые. Закон подлости. Прости.

- Ничего, я понимаю.

- Тогда до встречи. Звони, если что, – и он дал отбой.

Странно. Когда мы виделись в последний раз, он ни слова не проронил о предстоящей «перестройке». Хотя, от его матери с сестрой всего можно ожидать.

Голос в голове твердил, что никакого ремонта нет, но я заставил его замолчать.

Нелепое совпадение.

Все.

Точка.

После десятого звонка уверенность дала трещину. Все друзья как один жаждали помочь, но в силу различных обстоятельств не могли. Болезнь, деловая командировка, приезд родственников.

Набрав еще несколько номеров, я окончательно убедился, что путь закрыт. А как красиво все было на словах! Оставался единственный выход. Порывшись в сумке, я достал изрядно помятый конверт с адресом новой квартиры и ключом. Мать прислала его вместе с вещами.

*

До сих пор помню, как подъезжая по указанному адресу, впервые в жизни испытал проблемы с парковкой. В подъезде в глаза сразу бросилось обилие почтовых ящиков – сколько же людей здесь живет?! – но ни на одном из них не было номера нужной квартиры. Странно. Постепенно до меня дошло, что, должно быть, я ошибся подъездом. Выйдя на улицу, я направился к следующей двери. И тут начались проблемы. Никто не говорил, что здание оснащено домофоном, а на ключах, присланных матерью, не было так называемой «таблетки». Пока я думал, что делать дальше, дверь открылась изнутри и передо мной возникла женщина средних лет.

- Здравствуйте, – она осматривала меня с ног до головы. – Вы к кому?

- К себе.

 Воспользовавшись замешательством, я проскользнул внутрь, прежде чем она успела еще что-нибудь спросить. Без задней мысли вызвал лифт и зашел в кабину. Один. В нос сразу ударил стойкий запах. Стараясь не думать, что это может быть, я нажал кнопку нужного этажа. Двери с визгом закрылись, и кабина рывком двинулась наверх. Мне стало не по себе. Лифт скрипел не переставая, казалось, он вот-вот развалится. В следующее мгновение я поймал себя на мысли, можно ли выжить, если трос оборвется. Ученые давно доказали, что мысли материализуются, а плохие в первую очередь. Скрежет стал поистине пугающим, кабина вдруг остановилась. Свет мигнул и погас.

Паника.

Наверное, в первый раз в жизни я поддался этому чувству и мне не стыдно. Темное замкнутое пространство действовало угнетающе, хоть я не страдаю клаустрофобией. Достав телефон, я принялся набирать все номера подряд, но в ответ слышал лишь женский голос, сообщавший, что данная услуга временно не доступна.

Сети не было.

Я не верил ушам.

Этот мобильник ловил даже на вершине Эвереста.

Не знаю, сколько я просидел в темноте, когда двери вдруг сами собой начали открываться. Электрический свет подъезда больно ударил в глаза.

- Живой?

Мужчина в робе коммунальных служб изучал меня взглядом.

- Чего застыл?! Вылезай, у нас работы невпроворот, – поддержал его напарник.

Я молча вышел на площадку. Оказалось, лифт завис между третьим и четвертым этажом. Остальные два пролета пришлось топать пешком.

Можно сказать, я был почти рад добраться до новой квартиры. В щели возле замка торчала сложенная в несколько раз бумажка. Вынув ее, я повернул ключ и толкнул дверь.

Жилье оказалось лучше, чем ожидалось, меблировка – приемлемой. Приблизившись к окну в кухне, я вспомнил о найденной бумажке. Разворачивая ее, гадал, что бы это могло быть.

Квитанция о кварплате. Долг за месяц, что я не жил здесь.

Чем дальше, тем веселее.

Квартира ведь не отель. Никто не сказал, что за нее тоже нужно платить.

*

Постепенно привыкаю к новым условиям. Жилье весьма тесное, всего четыре комнаты, да и соседи попались шумные.

Соседи.

Это отдельная тема.

Первую неделю никак не мог привыкнуть, что за стенкой живут посторонние люди. В моем доме, в какой бы комнате я не находился, ничего не нарушало тишины. А здесь поток посторонних звуков не прекращается ни на минуту. Особенно ночью. Первые несколько суток приходилось спать в наушниках. Только на кухне более или менее спокойно. Если соседка сверху не включит стиральную машину. А вот в спальне, порой, просто невозможно находится. Похоже, там живут поклонники исключительно громкой музыки. В первый раз, я подумал, что колонки орут прямо у меня в комнате. Пошел разбираться. Никто не откликнулся. В то время, когда я ожесточенно колотил в дверь, из квартиры напротив вышла очередная соседка. Увидев, чем я занимаюсь, она лишь покачала головой.

- Бросьте. Бесполезно.

- Но они мне мешают.

- Кого это волнует? – она печально улыбнулась. – До 22.00 имеют право.

Я не поверил.

Вернулся в квартиру, зашел в интернет и перепроверил. Женщина сказала правду. За стенкой переключили трек, и я от злости пнул ногой батарею. Мне показалось или музыка стала тише? Не понимая до конца, что происходит, я пнул еще раз на всякий случай. Не ошибся. На этот раз басы явно убавили, шум в комнату теперь доносился, словно через толстый слой ваты.

Так и живем. Надо отдать им должное, после десяти вечера, музыку всегда глушат. Когда днем становится невыносимо, стучу по батарее, и они прикручивают звук.

Но больше всего нервирует другое. За одной из стенок иногда плачет ребенок. Не слишком часто, но, когда заводится, веселье обеспечено всем. Так что, за то недолгое время, что я прожил здесь, понял одну истину: беруши - вещь в хозяйстве незаменимая.