Барщина по-берчуковски

Сельский труд всегда был нелегок. И неудивительно, что бездельники в деревне не приживались. Горбачевская "перестройка" и всевозможные "реформы'' нанесли огромный урон сельскому хозяйству. Да и кто ныне поедет работать в сельскую глубинку? Заработки здесь самые низкие. Объектов соцкультбыта практически нет. Во многих деревнях до ближайшего магазина надо идти несколько километров. Часто в нем нет даже хлеба, не говоря уже о других продуктах, да и цены выше, чем в городе. Медицинскую помощь в большинстве случаев можно получить только в райцентре, куда трудно добраться. Потому и покидает молодежь деревню, устраивается в городе на любую работу, лишь бы подальше от села. Ныне в деревне остались одни старики- пенсионеры. Им, больным и немощным, ехать некуда. Да и кому они нужны теперь?
Вот и представь, читатель, каково в деревне пенсионеру. Есть в Пуховичском районе колхоз “Барацьба”, которым не один десяток лет руководит Иосиф Адамович Макаревич. В колхозе этом, в деревне Берчуки, всю свою жизнь проработали мои вторые родители — отец и мать жены. Тяжелый труд подорвал их здоровье, к тому же преклонный возраст дает о себе знать. Правда, кое-как они еще "тянут" приусадебный участок, но в полную силу работать уже не могут. И вообще вопрос о помощи пенсионерам в селе ныне стоит очень остро при всеобщем обнищании населения.
Конечно, многие колхозы и совхозы не забывают своих бывших тружеников. Да и куда может обратиться пенсионер в деревне, если не в ту организацию, где когда-то работал, то есть в колхоз. Надо привезти дров, сена — пенсионер идет к бригадиру или председателю колхоза. Конь в колхозе ныне — главная тягловая сила при теперешней дороговизне на бензин и солярку. Но не так- то просто сладить пенсионеру с бригадиром Галиной Крайко. Для сельских стариков у-нее нет коней и лошадиной упряжи, а вот дачни¬кам и подхалимам — пожалуйста.
Так и ходят к ней немощные старые люди. Часами простаивают в непогоду и холод на мехдворе. Обивают пороги правления колхоза, но возвращаются ни с чем от всевластной бригадирши. Может, и нанял бы лошадь на стороне, да откуда нищему пенсионеру что взять, когда пенсии едва хватает на хлеб, соль и спички...
Если раньше колхоз выделял для личных коров колхозников пастбища и делянку для косьбы сена, причем бесплатно, то ныне, “дорогой наш колхозник-пенсионер”, будь добр, внеси арендную плату — у нас хозрасчет. Можешь и не платить — но тогда не будешь пасти свою корову и косить сено для нее на колхозном лугу. А то, что ты отдал колхозу всю свою жизнь, здоровье, ныне в расчет не
идет. Вот и сетуют пенсионеры: “Когда мы были молоды и задарма пахали в поле, мы нужны были колхозу, с нами считались. А теперь, когда не можем работать, никому не нужны".
Думаю, под этим письмом подписались бы все пенсионеры колхоза “Барацьба” Пуховичского района. И особенно того участка, где бригадиром Галина Крайко. Да боятся люди сказать слово. Ведь кто бы что ни говорил, но без лошади в деревне не проживешь. Опять же весна наступила, а Галина Петровна рядом. В ее власти дать или не дать лошадь немощным старикам. И в ее же власти заставить их отрабатывать летом "барщину” за оказываемые им хозяйством “блага”, которые они и так уже давным-давно заслужили всей своей жизнью.


 газета "Белорусская нива " №45(16597) 16 марта 1999 г