За стенами монастыря

   Женщина с трудом отворила дверь в монастырскую келью. Аскетичность обители  не удивила посетительницу. Напротив, она словно окунулась в мир, который словно сошел со страниц монографии. Стена времени, разделявшая века, расступилась, и перед взором женщины предстало невысокое, довольно узкое помещение с ложем и каменным столом. В углу висела икона, а на столе горела свеча. Вот собственно и все, подумает читатель. Если подойти строго материально, то да. Но в келье было что-то еще, что невозможно увидеть, потрогать руками. Незаметная, но очень тонкая аура, именно ее чувствовала героиня нашего рассказа.               
Две монахини стояли на пороге кельи и  о чем-то беседовали. – Пора Ольга, вечерня скоро. Потом продолжим беседу. – Конечно, инокиня Ефросинья, я следую за вами. Две фигуры  проследовали по коридору и удалились. Вечерня закончилась. В тесной келье при тусклом сиянии свечи монахини продолжили прерванный разговор. – Я вижу, что-то гложет тебя Ольга, сказала игуменья. Мир за стенами монастыря не отпускает тебя. Значит, ты рано принимаешь постриг. Может быть, нужно остановиться, подумать о прошлой жизни. Стены укроют тебя, утешат, но твоя душа еще пребывает в мирских заботах. – Да, вы правы, есть человек, который мне дорог и его судьба мне не безразлична. – Ты не держи в себе ношу, рассказывай, у нас много времени, промолвила Ефросинья. – Хорошо, я поведаю вам свою историю, не судите строго, ответила Ольга.
    Пир в княжеских покоях был в разгаре. Гости захмелели,  разомлели от питья и яств на длинном, щедро накрытом столе. Гости разделились по интересам и вели беседы. Среди непринужденных разговоров выделялся один, очень деловитый и серьезный. – Что боярин, нравится тебе моя племянница? Спросил воевода, мужчина лет 45. – Люба она мне, Никита Михайлович, давно ведь, с детства знакомы, ответил статный боярин лет 30, но вот пришло время и словно обухом меня ударили, молнией поразило. Совсем в другом свете ее увидел.  – Знаю я эту молнию Ваня, улыбнулся воевода. – Греки называли это стрелой Амура. Попала такая стрела и в тебя. А Ольга, непростая ведь девица. Кроме красоты, ее еще бог умом наградил не женским.  – Так и я ведь, не лыком шит, Никита Михайлович. – Ну, вот и поладили, Иван Данилович. Приезжай завтра ко мне со сватами. – Приеду воевода, жди гостей.
На следующий день  боярин с людьми прибыл на двор воеводы. – День добрый Иван Данилович. Проходи в покои.  Боярин проследовал в покои и увидел среди хозяев дома молодую девушку, очень красивую, с русыми волосами, с тонкими чертами лица и голубыми как небо глазами.                – Выкладывайте гости дорогие, с чем пожаловали, радостно произнес Никита Михайлович. – Сватаемся мы к племяннице вашей, Ольге, ответил старший из гостей. – Ну что же, прошу к столу, молвил воевода. Дальше начался обычный разговор между сватами и хозяевами. Ольга пыталась скрыть радость встречи с молодым боярином Иваном Даниловичем, пытаясь выглядеть серьезной, но сияние глаз выдавало ее радость.  Иван тоже не мог утаить переполнявшие его эмоции, и как заколдованный смотрел будущую невесту.  Вечерело, гости стали собираться домой. Ольга подошла к Ивану и взяла его за руку, - ты ведь уезжаешь с поляками воевать, я ждать буду.  – Я же ненадолго, вернусь и свадьбу сыграем. Ольга стояла на крыльце и смотрела вслед, уезжающим сватам. – Скорее бы, ты вернулся милый мой, прошептала девушка.
- Прошел месяц, вестей не было. Ольга каждое утро выходила на крыльцо и смотрела на дорогу. Наконец, в один из дней во двор заехал всадник. – Какую весть принес ты, мой гость, спросил воевода? – Не очень хорошую весть, Никита Михайлович! Горячая голова, наш Иван Данилович, на рожон полез и в засаду угодил, теперь он в плену у поляков. Воевода потемнел лицом и сказал, - ладно проходи в покои, пообедаешь с дороги. А я к Ольге пойду, не знаю, как и сказать ей такую весть.
Ольга закончила рассказ, - так и остался Иван Данилович в польском полоне, не хотят его обменять, политика, вот я и решила  в монастырь уйти, чтобы другие не сватались.
- Да, вот как жизнь повернулась, сказала Ефросинья. – Рано тебе к нам, ты вернуть его должна. Ефросинья вышла и закрыла дверь. Ольга, осталась наедине со своими мыслями.
      Женщина смотрела на пустую келью и о чем-то думала. – Тетя Аля, пора уезжать, раздался голос. – Да, конечно, я сейчас. – Аля вышла на улицу, где ее ждал молодой человек. – Я так погрузилась в другой мир в своих мыслях, как будто в том времени побывала. Ты же знаешь, Олег, сам не понаслышке. – Точно, передряги, те еще были. – А твоя диссертация, как продвигается? – Пишу понемногу, хотя  у нас есть уже один кандидат наук, правда медицинских, Лена, моя жена. – Так, догоняй ее, не отставай. – Догнать и перегнать, задумчиво произнес Олег. – А что было в тех монографиях в Минске?  – Понимаешь Олег, там такая история двух людей, это даже не тема научная, это целый роман. Я постараюсь обрисовать тебе эту историю, а книга, не знаю, получится ли у тебя ее написать, тебе же защищаться нужно. – Да, мой руководитель, профессор Юткевич, тоже так говорит, но я о книге думаю, твоя помощь очень кстати. Ты всегда в нужный момент рядом. – Хорошо, жди моих посланий. Да, а что за история у мамы приключилась? – История давняя, помнишь она в Грузию ездила, еще в 80-х, и там лавина автобус накрыла. Спаслась только она. Потом мама, какое- то время жила в доме женщины по имени Софико, которая и сейчас там живет. А внук в Москве учится, его  мама и встретила. Она в Грузию собирается поехать в гости. Аля, улыбнулась, конечно, она помнила ту историю. Хорошо, что люди находятся, после многих лет забвения.
Некоторое время спустя Олег, сидя в кабинете, изучал, присланные Алей сообщения. Гневная речь профессора Юткевича на вчерашнем ученом совете, казались каким- то далеким  кошмаром. – О чем вы думаете, молодой человек, на носу защита диссертации, проделан такой колоссальный труд, а он, видите ли, книгу решил написать, зачем скажите, ведь впереди такие перспективы?  Олег слушал и думал о своем. – Лена опять уехала в Среднюю Азию на какой-то симпозиум врачей. Она фанатик работы и трудоголик. А вот семейная лодка плывет куда- то на рифы. Разобьется она или нет, это зависит от нас двоих. Пока стоит многоточие, дальше посмотрим. А вот история девушки из 17 века,  его очень зацепила. Олег понял вдруг, что диссертация, защита, это пустые хлопоты. Нужно написать книгу об этом времени, тем более он сам можно сказать, некоторый отрезок жизни был свидетелем  Смуты, а последующее царствование Михаила Романова, было совсем рядом с этими событиями.
     Повозка увозила Ольгу от стен монастыря. Она знала, что нужно искать своего суженного, но как это сделать, она не знала и никаких правильных мыслей в ее голове, увы, не было. Обращаться к дяде Ольга не решилась. – Пусть думает, что племянница пребывает в стенах монастыря. Возница, пожилой мужчина лет 50, интересом смотрел на попутчицу, – куда милая путь держишь? Время нынче не спокойное.  – Ольга не знала, что ответить. Потом стена отчуждения растаяла. – Суженного своего  ищу добрый человек.  В польском плену он томится.  Уж и не знаю, как помочь ему. – А ты, меня слушай, есть люди, которые могут помочь, недаром, конечно. Твой возлюбленный, не из бедных людей будет, боярин, небось, или князь? Боярин он, мил человек, а как величать тебя? – Миколой звать, отчество ни к чему, а вообще- то много чего у меня за спиной. Слушай меня внимательно. В Москву не заглядывай, там глаз и ушей много. И к сильным, мира сего не обращайся, проблем не оберешься. В Калуге остановишься, найдешь родного человека. Как найти я тебе, потом расскажу. С ним на юг поедешь, не бойся «лихих»  людей. Они  для царских законов разбойные, а так это вольные люди. Через них и выйдешь на полезных компаньонов. Кто эти люди, тебе пока не нужно знать.  Придет время, узнаешь. Ольга слушала возницу и удивлялась, насколько многогранен мир стенами усадьбы ее дяди. Через некоторое время Ольга добралась до Калуги. – Пора прощаться, промолвил Микола. Удачи тебе и счастья. – Спасибо и вам удачи. В Калуге Ольга нашла человека по имени Василий, мужчину крепкого телосложения лет 35. Служивое, боевое прошлое очень явно проявлялось в нем. И действительно, Василий служил у Романовых. Однако, после гонений на них, подался к атаману Заруцкому, а после воцарения Михаила Романова, назад уже не вернулся, а затерялся в Калуге и оказывал разные услуги «темным» людям, да «светлым» тоже. Василий был немногословен.– Тебя Ольгой величать? – Да, а как вы узнали? – Я и не такое знаю, усмехнулся он.   – Завтра к южным границам тронемся, лишних вопросов не задавай. На месте все узнаешь. Несколько дней они ехали, не останавливаясь в крупных городах. Василий был не один. С ним отправились несколько спутников, таких же людей с богатым прошлым. Вскоре они достигли южных границ Московского государства, за пределами которых по-прежнему существовала вольница со своими правилами и законами. Василий привел Ольгу к контрабандистам, которые поставляли крымским татарам разный товар, переправляли людей, в ходу были оружие и драгоценности.  Предводитель одной из таких шаек Руфат, оказался скользким и пронырливым человеком восточной внешности. В его окружении были разномастный народ. Беглые крестьяне, казаки, воровские люди, однако всех их объединяло одно качество, стремление к свободе и обостренное чувство справедливости. Ольга слушала рассказы «беглых» людей и удивлялась, насколько этот пестрый мир отличается от размеренного быта с чинопочитанием ее дяди и жениха Ивана Даниловича. Руфат  не казался мрачным человеком, напротив он улыбался солнцу, однако улыбка была с привкусом крови и денег. – Красивая  ты девушка, как цветок, да сорвать тебя другому человеку суждено, если повезет, конечно.   Люблю звон монет, но можешь не верить, тебя почти даром переправляю. Ольга улыбнулась, - а что так? – Эх, не веришь, зря, у меня глаз наметанный, алмаз от подделки сразу отличу и  людей насквозь вижу.  Руфат замолчал и о чем-то задумался. Через некоторое время корабль с контрабандистами и Ольгой вошел в бухту Константинополя. Здесь был уже совсем другой восточный колорит Османской империи с европейским привкусом. Под тенью полумесяца спрятались имперские амбиции Турции, зловещий оскал былого могущества Крымского ханства и  нити расчетливой политики Европы.  С одним  загадочным человеком европейской внешности Ольга познакомилась при помощи Руфата. – Ну, красавица, передаю тебя в надежные руки, жаль, но больше не увидимся на этом свете, прощай. С этими словами Руфат зашагал восвояси.
   - Добро пожаловать к нам сеньорита, разрешите представиться, Генрих, учтиво произнес кавалер. По внешности он напоминал итальянца, хотя мог быть и французом. Он был очень галантным мужчиной. Хотя, за этим скрывался жесткий человек с холодным расчетом.  - Вы прибыли из Московии? Вкрадчиво спросил  Генрих. Слышал, что дела у новоиспеченного царя Михаила Романова не очень ладятся, молод, неопытен. – Да сударь, не все у нас гладко. Но давайте перейдем к делу, резко ответила Ольга. Что вы желаете получить за оказанную услугу? – Я не оказываю услуг, а мыслю более масштабными категориями, серьезно ответил Генрих. – Вечером приходите по указанному адресу, мне необходимо многое объяснить вам. – Хорошо, я приду вечером. После знойного дня на город спустилась прохлада. Ольга вошла в небольшое помещение, обставленное совсем не в соответствии с местными обычаями. Скорее это был уголок Италии эпохи позднего периода Возрождения. Вестибюль отделял гостиную, в которой находился резной круглый стол и мягкие стулья вокруг него. В углу стоял невысокий комод, а рядом шкаф с книгами. Стены украшали античные фрески. Вообще в помещении не было ничего лишнего. Хозяин, т.е. Генрих,  сидел в уютном кресле. Он жестом показа Ольге на один из стульев.                – Располагайтесь сеньорита и слушайте меня внимательно. Вы, очевидно, полагаете, что меня и людей, стоящих за мной, интересуют судьба и деньги вашего жениха, так я вас разочарую, нет и еще раз нет. Те жалкие крохи, которыми вы расплачивались с людьми, доставившими вас сюда, это ваши сбережения и помощь игуменьи Ефросиньи. Да для этих мелких людишек, промышляющих контрабандой, этого более чем достаточно. Меня же интересует нечто большее. Ваш дядя, по каким- то непонятным причинам, не сообщил вам, что вы Ольга, обладательница огромного состояния в Литве, которое досталось вам по праву наследования. И от того, как вы распорядитесь этим богатством, зависит ваша жизнь и судьба вашего жениха Ивана Даниловича. Но не торопитесь сделать выбор. Подумайте, вы можете принять католичество и жить в Европе, а не в отсталой  и холодной Московии. У ваших ног будут ползать князья, герцоги и знатные шляхтичи, а ваш жених Иван Данилович вернется домой и найдет себе какую-нибудь боярскую дочь. Подумайте, у вас есть время. Ольга слушала Генриха и не могла поверить в случившееся. Границы ее мира, ранее ограниченные боярской усадьбой, расширились настолько, что это было уже за пределами ее понимания. Ольга представляла, как у ее ног падают знатные шляхтичи, в надежде добиться ее расположения и благосклонности. – Неужели, я так богата, думала Ольга. Однако потом девушка спустилась на землю. – Хорошо, я подумаю, ведь еще есть время.  – Хорошо сеньорита, но завтра мы отправляемся в Италию. Рано утром эскорт тронулся в путь. Европа предстала перед взором удивленной девушки. Путь лежал через Балканы. Горные селения,  поражали Ольгу своей простотой и обособленностью.  Люди не испорченные лукавостью и лестью. Во время одной из остановок Генрих пригласил Ольгу на прогулку. – Да, здесь очень красиво, и воздух, вы чувствуете, как он пьянит. А люди, гордые и независимые горцы. Но буду вынужден, вас огорчить. Балканы всегда будут яблоком раздора в Европе и объектом повышенного интереса сильных стран. Впереди нас  ждет солнечная Италия. В путь сеньорита. Ольга впитывала его слова и о чем-то думала. Наконец караван достиг цели. Рим встретил Ольгу своим величием. Впереди была встреча с сильными мира сего. А пока девушка любовалась красотами вечного города, где перемешались античность и эпоха Возрождения. Однако первая волна впечатлений сменилась  трезвым осмыслением происходящего. – Человек ничтожество, мелкий винтик в механизме мироздания, все вокруг напоминало об этом. Вкрадчивые голоса людей в сутанах сулили безбедное будущее. Но католический мир казался ей чужим и прагматичным. Маленькая церквушка, расположенная недалеко от усадьбы, вспоминалась благим местом, где можно было почувствовать свое предназначение.
После долгих раздумий опять состоялся разговор с Генрихом. – Какое ваше решение сударыня?  Надеюсь, оно будет правильным и обдуманным. – Да, я все решила, необходимая сумма, как выкуп за Ивана Даниловича, будет заплачена вашим людям. А свое состояние я передам православной церкви и вернусь в обитель монастыря.  Мое место там, твердо ответила девушка. Такого поворота событий не ожидал даже искушенный в интригах Генрих. – Ну что же, странный выбор сеньорита. Но я уважаю его, прощайте. Очень жаль, ведь Европа была у ваших ног, а вы выбрали стены монастыря. Русских и правда трудно понять. Генрих вышел и хлопнул дверью.
Ольга возвращалась домой, впереди была встреча с Иваном, ее бывшим женихом, но это было уже такой мелочью, ведь она выбрала свой путь.
При свете лучины двое мужчин сидели за большим столом и вели долгий разговор. – Да выбрось Иван Данилович ее из головы, дура ведь девка, на что она тебя променяла, на тесную келью.  Ты еще думным боярином станешь, а невесту мы тебе подберем, не волнуйся. – Эх, не понял ты воевода, смысл жизни. Долго живешь, а не понял. А насчет карьеры, напросился я на Урал, в новый Приказ, Ольгу не смогу забыть, не знаю, как жить дальше.
   - Келья монастыря, две монахини ведут тихую беседу о жизни мирской и божьей. О предназначении человека на земле. С этими словами Олег закончил презентацию своей новой книги. – А как же ваша диссертация, наука, раздался голос из зала. – Пока не знаю, может, вернусь в науку, ответил Олег.
    В старом доме было тепло, дрова потрескивали в печи, Аля сидела в кресле, у ног дремал  старый кот. В руках женщины была недавно изданная книга « За стенами монастыря».


Рецензии