Хильда

В детстве, я очень часто пропадала на соседней улице.


Там жили две сестрички, мои подружки. При чём, очень часто я брала к ним с собой, ещё двух двоюродных друг другу сестричек с моей улицы.
Там мы словно окунались с головой в самую волшебную страну и забывали всё на свете.


В том числе и о том, что «люди не способны питаться святым духом» и о том, что пообещали родителям долго не задерживаться.
Всё дело в том, что одна из сестриц была нас четверых значительно старше, лет на семь-восемь, точно не помню. Так вот, её воображению не было предела, можно только позавидовать.


Чтобы нас всех занять, дабы мы случаем не «напакастили», она устраивала нереальные квесты. Ролевые игры, где с нашим детским воображением, мы улетали прямиком в сказочную реальность.
Этот мир чудес завораживал. Сюжеты ее историй почти всегда были фэнтезийными. С различными монстрами, вампирами, людьми с необычайными способностями. И многое другое.
В общем она была отличным сценаристом, режиссером и актером в одном лице.


Так продолжалось так продолжалось лет семь- восемь. Пока мне не стукнуло 12, а девчатам по 11.


Помню, как мы собрались играть в куклы. Это был наш последний раз. Когда мы с одной из маленьких сестер, отправились на соседнюю излюбленную улицу, к нашей кудрявой подружке.
Все, чувствовали какую-то неловкость. Мы уже считали себя слишком взрослыми для такого глупого занятия. Но все же отозвались на предложение поиграть.




Девчушки уже давненько на тот момент, ходили на эту улицу, из-за соседского самодовольного глупого мальчишки. Вздыхали о нем украдкой. Причем каждая уже примеряла, на роль своего джентльмена.


И это несмотря на заносчивый характер и бесконечную глупость, вылетающую из его уст.


Они не то, чтобы были влюблены. Думаю просто им нравилось соревноваться друг с другом за внимание.
Он кстати тоже с самого раннего детства, приезжая летом к бабушке, принимал участие в наших «постановках» и как правило играл роль жениха кудрявой подруги с которой собственно и существовал через стенку.


Так же был рядом и в этот раз, с куклами. Больше всего было неловко, перед ним днём играть в куклы, а чуть позже вечером собираться на «взрослые» посиделки, на лавочке и выслушивать издевки по этому поводу.


Я никогда не разделяла желание девочек привлечь внимание шута. И даже старалась быть более тихой и незаметной.
Он меня даже раздражал своей глупостью и чрезмерной надменностью. Ведь он был «городским цивилизованным парнем», с примитивными шутками, невежественным характером, куда уж нам деревенщинам.


Но все же не признавалась тогда, себе самой, думаю я была бы довольна, если б он обратил внимание именно на меня. Только из спортивного интереса, дабы доказать девочкам, что скромность и интеллект красит девочку, намного больше, нежели блеск на губах, тушь на ресницах и платье из под которого так откровенно торчат стринги, в столь нежном возрасте.


Но именно потому, что он считал меня умной и недоступной девочкой, которую нельзя обижать(как он мне признался намного, намного позже) никогда и не проявлял особого интереса.
А я в этом особо и не нуждалась.


Мне всегда проще дружить с парнями. С детства среди мальчишек, была особым другом. При этом оставаясь маленькой леди. Оставалась ею несмотря на то, что периодически "лазала" с ними по деревьям, подвалам и крышам заброшенных зданий. Попадала в переделки. Но они меня защищали. И думаю именно благодаря им, множество раз, со мной не случилось самое страшное. А родители всегда были в неведении. Они были уверены, что я просто маленькое, милое и умеренно послушное создание.
А мне с мальчишками комфортнее. Они дольше, в отличии от девчонок, остаются детьми не заморачиваясь всякой любовной ерундой. Мне всегда хотелось подольше насладится детством.
Ведь я почти с рождения, сколько себя помню, очень остро ощущала бег времени.


Так вот, именно тот солнечный жаркий день с куклами барби, запомнился на всю жизнь.


Именно в тот день в мою жизнь, постучалось маленькое нежное чудо.
Когда пришло время расходиться по домам, а ведь я уже на тот момент переехала на другую и очень дальнюю улицу, меня окликнула бабушка того самого соседского мальчишки.


Как оказалось, он уже уехал. Но оставил ей «сюрприз», в виде двух крошечных ушастых комочка. Бабушка сказала, что она старенькая и плохо себя чувствует и никак не сможет выходить, двух маленьких крошек. Ведь им не было еще даже месяца, максимум недели три .


Она предложила взять одну кроху к себе домой. Я же, очень боялась реакции родителей. Тем более в семье полный разлад и хаос творился. Вся семья была в напряжении и в стадии холодной, а иногда и самой обычной войны. К тому же они никогда не разрешали, никого заводить.
Хотя отец, частенько приводил домой уже взрослых породистых собак, например далматинку, которая съела все мои игрушки, добермана который ревновал отца к нам с мамой и кидался оскалив зубы, овчарку Джоя, умнейшее было существо. Беднягу застрелили за то, что он загрыз разгуливающую курицу за двором.


А вот нам с братом, конечно же во избежание зверинца на территории дома, запрещали кого - либо заводить.
И потому я сообщила милой бабуле, что попрошу разрешение и приду за милой крохой, которою ещё даже не видела. Я уже знала, что скорее всего не приду, хотя мне очень хотелось.


Но бабушка настойчиво попросила подождать. А после протянула мне малюсенький черный комочек и сказала, что эта девочка все время плачет и ничего не кушает, и если не возьму, она скоро погибнет.


После того, как этот теплый шелковый комочек оказалась на моей ладони, весь мир поплыл, я чуть не потеряла сознание от переизбытка чувств.
Это была такса. Черная с рыжим. Слегка удлиненная. Короткие рыжие лапки, словно она в носочках. И на одном из чёрных ушек рыжая родинка, того же цвета, что и внутренняя часть уха, носик, лапки, животик и бровки. Это была любовь с первого взгляда.


Маленькая пискуха. Напуганная, с замутненными синими глазками, но будто бы уже такими осознанными. А её маленький хвостик, вообще свел меня с ума.
Прижала крепко и упорно думала, как объявить родителям, да так, чтобы они ни за что не смогли отвертеться.
Было очень страшно. Я невероятно надеялась, что меня не заставят ее вернуть. Но  уже твёрдо для себя решила, что если не позволят, уйду с ней из дома. Например к бабуле.


Ни за что не смогла бы расстаться с маленьким комочком счастья.
К моему удивлению, родители восприняли почти спокойно. Особенно когда она беспомощно стала ползать по кухне и жалобно скулить .
Её длинные бархатные ушки, все семейство свели с ума.


На семейном совете назвали Хильда. Кажется идея была мамина. Родители пригрозили конечно же, если отнесусь не серьёзно и не стану с полной ответственностью следить за ней и ухаживать, она отправится обратно.


Сначала соорудила из картонной коробочки домик, а из мягкой ткани кроватку для малышки Хильды и поставила у своей большой кровати. Ночью, когда она плакала, взяла с собою на кровать. А утром обнаружила неприятную вонь и малюсенькие кучки на одеяле. И семья снова меня удивила. Они лишь посмеялись.


На следующий день, за пару часов сшила мягкую сумку – кенгуру, как для человеческих детенышей и стала носить малышку в области сердца и живота.


Она так привыкла . Перестала все время плакать. И наслаждалась нашими прогулками. Таким образом и я была не ограничена в передвижении и ей было хорошо тепло и комфортно. Она в силу своего возраста все время спала.


А я без нее уже не могла прожить и минуты.

***
Но когда начались школьные будни, приходилось оставлять одну. Я так тосковала по девочке, все эти бесконечно тянущиеся часы.


Помню, как эта обжорка, месяца в три впервые переела. Взяла ее в поход на пикник в лес, с одноклассниками. Они без моего ведома скормили малышке за пару минут, пока я отвлеклась на учителя, огромную порцию холодца (какой-то умник додумался, в тёплый осенний день взять его с собой).


Помню, как она выплыла из-за угла словно баржа. Она была похожа не на сосисочку, как многие таксы, а на самую толстую сарделину. Еле двигалась. Но весело махала хвостом, показывая насколько  довольна.
С тех пор переедание у Хильды, вошло в привычку и она частенько этим грешила. Порой  даже не могла понять где, когда и чем она набила свой животик. Было и смешно и страшно одновременно. Ведь я знала, что это явно не полезно.


Она была смешанная со спаниелем (мама такса, отец спаниель), потому отличалась от настоящей таксы. Но от того, была гораздо симпатичнее.


Она была немного крупнее, шире в кости и мордочка, не слишком худенькая, как у всех такс. Носик длинный, но широкий, красивый, статный.


Через год, наша мадам преподнесла подарок. Решила стать матерью.
И когда подошёл срок, произвести потомство на свет, забегала вокруг меня, показывая куда-то.

Я сразу поняла.

Зовёт.
Сидела рядом, когда Хильда рожала. И как только она облизала своего огромного рыженького, единственного, ушастенького малыша – слепыша, я сразу взяла его на руки. И так, сидела с ними целыми днями. Мальчик получился очень красивым.




Рыжий, курчавый спаниель. Просто Филя из баюшек. Так мы его собственно и назвали.
Но Хильда на этом не останавливалась, она была та еще невеста. Невероятно любвеобильна и мы не успевали раздавать. При этом первенец остался жить с нами, мы с братом уговорили родителей.
На этот раз с трудом.

***
Сколько светлых и не только дней, мы провели с этой девчонкой.
Она стала мне самой верной подругой. Ласковая, нежная, добрая, умница, красавица. Мой маленький косолапый ангелочек.
Наша любовь была взаимна.
Я никогда старалась не обижать малышку. Да, это было и не к чему. Мы понимали друг друга по взгляду.


От отца конечно получала, когда попадалась под руку, в минуты беснований. Особенно когда уходила в загул, в поисках новой любви и папы для будущих детишек.


Но мы с ней жили в мире и согласии. Я просто обожала её.
Но никогда не бывает так гладко, как нам того хотелось бы.
Я стала взрослеть.


Уходила ночью гулять и ей со мною «взрослой» было нельзя. Это при том, что днем она каждую возможную минуту была рядом.


Мы стали отдаляться.


У нее появились свои, собачьи взрослые дела, у меня свои.
Бесконечные репетиции. Факультативы. Занятия.


А вечером, гуляния под луной. В общем практически весь день вне дома.


Моя девочка. Она всё равно оставалась самой любимой и самой верной.
Но в этом подростковом возрасте конечно же в приоритете были тусовки. Тем более, дома стало совсем невыносимо. Постоянные скандалы всех вместе взятых. Меня с братом. Мама с отцом. Я с отцом. Отец с братом. Я с мамой. Ну, в общем понятно.


Всем членам семьи хотелось бежать куда глаза глядят. А моя девочка была свидетелем всего этого.
Она даже появилась у нас, когда все это только началось, после возвращения отца в семью. И всегда видела эту напряжёнку. Лишь изредка были спокойные светлые дни.


Моя девочка, была для всех ангелом. Отдушиной, радостью. И лишь отец умудрялся пинать её и винить во всех смертных грехах, при чём по видимому в своих. При любой вспышке гнева, когда не мог поднять руку на нас, ибо не за что или на маму, он бил это беззащитное создание.


Я его боялась. Очень. Но все же пыталась заступаться, за мою кроху. Но она все равно уже чувствовала себя брошенной, преданной. Ведь я приручила её к себе настолько, что даже очеловечила. А после так безжалостно стала забывать о малышке.


Даже не понимаю сейчас, почему не могла брать её с собой хотя бы вечерами.


Наверное это был мой эгоизм, чтобы не следить за ней каждую минуту и не отвлекаться от «важного».


Она стала совсем самостоятельной леди. Независимой. Но по-прежнему очень ласковой ко мне, нежной, Любящей.
Вот только от меня ей теперь тепла не хватало. А она не требовала, лишь молила глазами.


Не смотря на издевательства отца, оставалась светлым, радостным лучиком. Лишь глаза выдавали все, что ей пришлось пережить.
В один из дней, её тиран ушёл из жизни.


Думаю ей в какой-то степени стало легче. Но несмотря на тиранию она, как никто из членов семьи, могла разглядеть за демонами, терзающими отцовскую душу, изредка добрые глаза. Боялась, но заглядывала в них и видела, доброту и любовь, которая пряталась за всей этой одержимость.
Она знала его настоящего и всё ему прощала. Прощала так, как люди не способны прощать.


Ведь даже я смогла простить, спустя много лет, после его ухода в иной мир. А собака оказалась мудрее. Хотя мне до сих пор тяжело, называть её собакой.
После  смерти отца, мы все находились словно во сне, не в состоянии осознать произошедшее. Мама была очень слабой и измотанной, впрочем, как и мы все.


Да и вдобавок Мама буд-то бы одержимой стала напоминать отца, а мы с братом так боялись потерять ее.
Её мучали кошмары, впрочем как и нас всех, один и тот же сон, злой отец который пытается вновь и вновь покончить с собой, и всё в этом роде. Мамушку стали посещать странные мысли, я это видела. Не могла точно знать, но чувствовала. Она ночами молилась перед иконой, а я уткнувшись в подушку.

***
Помню, как радостно Хильда меня встречала, когда я возвращалась после ночных гуляний. Как она бросалась ко мне со всех ног, стоило только войти во двор.


Она прожила с нами четыре с половиной года.
Так мало.
Это ужасно.


Но такое чувство будто бы я знала её всю свою жизнь и будто она и сейчас со мой, маленький ангел.


За пару недель, до нового года, она родила нам семь, огромных для своего роста, белоснежных щенят, от нашего лабрадора(не чистого) сидящего (беднягу) на цепи.


Уж не знаю как умудрились, такие разные, огромный пес (Малыш) и маленькая Хильда.


Мы все ещё привыкали к новой жизни.
Сложнее всего было маме. Она тянула нас с братом. Находилась в глубокой депрессии. Да и мы сами того не понимая, постоянно испытывали страх и те побочные, что от него остались, после жизни с отцом и его смерти.


Несмотря на то, что мы постоянно испытывали чувство вины за то, что не смогли оказать отцу помощь. Переступить через свою гордость и протянуть руку. Хотя бы попытаться. За то, что не сказали друг другу многого. И за то, что уже ничего изменить нельзя.
Нам стало непростительно легче.


Мы наконец вздохнули. Не было больше тирании. Скандалов. Пьяных Драк. Алкоголя в нашей жизни. Вообще негатива в целом. Но и за эти чувства нам было стыдно и терзало огромное чувство вины. Каждый из нас переживал это по своему.


Но вот про нашу маленькую звездочку, почему-то все безжалостно забыли упиваясь своим горем.


Мама была на пределе. Нервы натянуты. Нам самим хватало средств на то, что бы только выжить, а тут еще приплод от Хильды.


Мама решила эту проблему, за несколько минут, правда я до сих пор не знаю как. А при одной мысли, меня выворачивает. Ни в чём неповинные загубленные души, дети нашей любимицы… забытой любимицы.
После смерти своих детей она затосковала.


Она всегда жила в хлеву с остальными животными, но в том году мама избавилась от всего хозяйства, весь скот был вырезан в том числе и молодая телочка, что была бесплодной. Хильда любила спать в ее кормушке, уткнувшись в  коровью мордашу.


Перед наступающим новым годом, градус на улице опустился ниже 40.
Лютый мороз. Опустевший хлев. Смерть только, что родившихся малышей.
Тоска, боль, обида.
Жестокость. Предательство. Отсутствие тепла в прямом и переносном смысле.
Она заболела.


Точнее, как мне кажется сейчас, просто перемерзла. Мама категорически всегда препятствовала её присутствие в доме. После первого месяца, как она окрепла она больше никогда не имела доступа в дом.
Но всё же по нашим просьбам, мама сжалилась. Занесли наше погибающее чудо в дом. Перегородили на кухне большими стульями вход.
Она той же ночью ожила.


Встрепенулась.


Но по прежнему была грустной, но уже совсем не вялой.
Помню, как той ночью она тихонько ткнулась своим мокрым носов в мою свисающую с кровати, во сне, руку. Я сразу не отреагировала, а она просто легла рядом и стала ждать когда я проснусь…потом я вскочила опомнившись, я была так счастлива, что она в порядке.


Сейчас события тех дней словно в тумане. Всё покрыто какой-то пеленой. Я только сейчас поняла наконец и осознала весь ужас произошедшего.
И то, что сегодня впервые позволила спустя 9 лет по настоящему оплакать её.


Позволить прочувствовать всю горечь утраты. Осознать свое жуткое поведение.


Разбудив меня таким деликатным образом, она просилась с в туалет. Мое умнейшее чуткое создание, это при том, что она всю жизнь жила на улице и при том, что она была больна.


Она преодолела барьер из стульев и попросилась в туалет. Разбудив меня, подружка дней моих суровых.


Через пару ночей в доме, она совсем повеселела. Стала хорошо кушать. Кажется даже стала по детски счастливой.


Каждую ночь она просила меня сопроводить ее на улицу, на несколько минут. Так же деликатно и терпеливо как и в первый раз.


Перед новогодней ночью, по непонятным до сих пор нам всем причинам и глупым помыслам, мы решили отправить нашу звёздочку обратно в ледяной хлев. Где согреть могла лишь солома и температура собственного тела. Мороз днём понизился до привычного, но за пару часов до полуночи, ударил с новой силой.


Мы в новогодней суете собирались всей семьей в дом культуры на концерт, там я должна была благополучно выступить. Так и случилось, и за полчаса до полуночи мы вернулись встречать бой курантов, домой под ёлочку. Была суета, накрывали стол. И мама решила вынести вкусняшки нашей выздоровевшей (по нашему мнению) любимице, проверить её самочувствие и даже запустить в дом, поскольку снова похолодало.
Мама , с тенью смерти переступила порог. Я по её лицу сразу поняла, что случилось. Она не знала что делать, сказать сейчас или потом, ведь праздник. А мы дети и психика вроде как не устойчива ещё.
Но она сказала.


Еле сдерживая слезы.


Проглотила ком отчаяния. Разочарования. Чувства вины и т.п.
Она сказала, что Хильда замёрзла в расслабленной позе с открытыми глазами.


О Боги!
Мы не решились в ту ночь посмотреть глазами на неё.
Чувство вины зашкаливало, а мозг постарался отключить все возможные чувства, дабы не сойти с ума.
Я стала каменной.
Будто бессердечной и смирившейся.
Не могла поверить.
Но запретила себе думать об этом и до того запретила, что только сегодня пережила весь этот ужас!

***
Лишь сегодня, я смогла это пережить и ни днём ранее.
Но я так и не смогла понять, почему мы так поступили.
Видимо от банального страха, что она «напакостит» каким-то образом, убедили себя, что она уже в порядке.
Сверх идиотизма!


А она не смогла пережить такое предательство.
Она уже поверила в чудо. В то, что она нужна нам.
Что мы снова будем взаимно дарить любовь и тепло! А мы…..


А самое жуткое в этой истории то, что она пролежала в этом хлеву, на соломе, в том же положении несколько месяцев!!!
Мы почему-то непременно решили предать тело земле. Ох, если б я тогда знала, что для неё было бы лучше, если б мы предали огню, наше любимое существо.
Всему виной, отпечаток христианской религии, будь она не ладна и невежества.


Но мы упорно решили сделать ей могилку на заднем дворе, а поскольку земля была промёрзшей насквозь пришлось ждать. И ждать пришлось, до самой весны!


Я не заходила туда. И не видела мою Хильду, несколько месяцев.
Я боялась увидеть в её открытых и замерзших навеки глазах - прек или беспомощность и мольбу.


Помню, как зашла туда, настроившись. И простояла с ней несколько минут. Больше не смогла выдержать.
Она по прежнему была примёршей, хотя земля уже частично оттаяла, но в этом темном склепе она лежала свежая, будто душа её покинула несколько минут назад. А во взгляде застыло спокойствие и умиротворение.


Это поразило меня до глубины души.
Наверное там была и грусть, и тоска, и много всего.
Но первое впечатление, это спокойствие.
Так аккуратно, мордочка лежала на вытянутых вперед передних лапках.
Она была словно живая статуя.
Такая нежная, милая и невероятно тверда, моя девочка…


Мы поступили с ней словно звери дикие и безжалостные, бессердечные… хотя нет, даже звери какими бы они не были врагами, пытаются согреть друг друга в экстренной ситуации…
Волки людей спасают.
Они способны на сострадание больше чем люди и они во многом чувствительнее, и умнее нас.


У меня только сейчас создалось такое впечатление, будто бы ангел пришел за ней и она была к этому готова.
И в один миг забрал ее душу, а тело так и не успело среагировать и понять, что случилось.




Оно застыло в этой умиротворённой позе.
Ведь я столько раз видела, что собаки когда мёрзнут сворачиваются калачиком. Она могла зарыться в солому и сено, но она лежала сверху.
Даже не пыталась выжить. Не боролась с морозом.
Кто знает в какую минуту это случилось, мы отсутствовали примерно три часа.


А может быть если бы она осталась дома случилось тоже самое.
Может быть её забрала болезнь.
Или тоска по детям, или не желание больше жить там, где о ней так часто забывают.


Наверное сейчас я пытаюсь оправдаться и мне было бы легче знать, что она не замёрзла там в хлеву, в диком одиночестве, а что просто время пришло и за ней послали ангела, что помог ей освободится…
Мы похоронили её. Мама, я и брат.


Слез не было.
Я не позволяла себе ничего чувствовать.
Иначе я могла сойти с ума.
Первые годы мы ходили туда каждый украдкой.
Я наверное дольше всех….


С годами всё забылось, словно страшный сон, вернее не вспоминали, поскольку было очень больно, невыносимо больно и страшно….




«Спустя семь лет»


Я открыла глаза.


В окно пробивались яркие лучи…


Вся постель была залита солнечным светом.


Маленький чёрно-рыжий комочек лежал у моего сердца.
Задевая своей бархатной шерсткой, так ласково смотрела мне в глаза.


Я гладила её и уже хотела поцеловать, но почему-то открыла глаза.
Это оказался сон во сне, получилась какая-то фаза… но я чувствовала по прежнему на своих руках её шерстку, её мокрый носик и ее добрый полный тепла и любви взгляд…..


Я люблю тебя моя радость и буду помнить всегда мой ангел хранитель.


Если бы не ты, я не знаю, как бы пережила все то, что довелось в те страшные годы….я благодарна…раскаиваюсь и надеюсь на твое прощение…прости моя кроха…прости…


18 октября 2018