Дрожь планеты. Глава 31 - Скрытая рука

Обратно в сознание Кинта пришла много позже. Девушка открыла веки и сразу не могла не могла сообразить, откуда шёл такой приятный, мягкий слегка желтоватый свет. На обычное утреннее солнце это совсем не походило. Она полежала ещё некоторое время, прислонившись к спинке кресла, а потом просто остолбенела. Сквозь лобовое стекло, треснувшее после многочисленных ударов, она смогла в общих чертах различить необычную окружающую её обстановку. Больше не наблюдалось зарослей джунглей, посреди которых они застряли после наката огромной приливной волны. Кинта испугалась за своё здоровье: «Так, - это должно быть действие тех препаратов, что вколол мне тот мужчина, по имени Макс. Или я реально сплю, или всё это скоро исчезнет, но ощущения не как во сне. Все мои органы чувств в полном порядке! Так что же тут происходит, как мы оказались внутри этого белого помещения со странным освещением, идущим непонятно откуда? Как будто мы все попали в закрытую психушку и над нами вначале решили как следует поглумиться! Так действительно можно сойти с ума. Ну всё! Пора будить остальных… Если это не сон, то спасатели наверняка смогут разобраться в чём же обстоит дело».

Кинта без труда приподнялась с кресла. Теперь ходить по вездеходу стало удобнее, машина находилась в своём обычном горизонтальном положении. Она проследовала в салон, где ожидала найти остальных учёных, включая и их отважных спасателей. Девушка быстро обнаружила всех членов немногочисленной команды. Ближе к ней находился Максим, а Том отдыхал поодаль с раненными учёными. Тела погибших были по-прежнему прислонены к противоположенной стенки аппарата. Кинта заметила, что Макс тоже уже проснулся и пытается сообразить, что же с ними сейчас происходит.

- Максим, Максим, - тихо обратилась к командиру группы Кинта, - как вы себя чувствуете? С нами что-то произошло, мы находимся непонятно где, взгляните вот в то окно, стекло там разбито не так сильно, - показала она.

- Ох, Кинта, дорогуша, - Макс не понимал, почему назвал её так. – Я как-то необычайно крепко заснул после всего случившегося вчера. Да куда же мы могли деться из этих затопленных джунглей Суматры? Сейчас выберемся из вездехода - всё увидишь сама. Разбуди остальных, я пока ещё не совсем отошёл ото сна, в теле присутствует какая-то слабость.

- Хорошо, когда я «достучусь» до остальных, вы, наконец, поймете, о чём я толкую. Думаю, много времени не понадобится, - Кинта пошла дальше к своим пострадавшим коллегам и Тому.

Максим продолжал постепенно приходить в себя. Первое, что ему показалось странным, - это состояние салона вездехода. Воды на дне кабины не было, хотя ещё вчера её там плескалось по колено. Всё казалось сухим, запах гнили тоже исчез. Больше всего командир опасался, что трупы начнут разлагаться и пойдёт сильный смрад, но и этого проявления не ощущалось. Макс посмотрел в сторону, где были разложены погибшие. Холодные белые лица ничего не выражали. Застывшие стеклянные глаза были неподвижно выставлены вперёд. Видимых признаков разложения Максим не заметил.

«Всё это странно, куда же делась вода из закрытого корпуса вездехода. Ещё вчера тут можно было рыбачить на карпа! А сейчас всё сухо и воздух будто свежий. Фантастика – как такое может быть? Пора вставать, нам всем предстоит как-то выбираться из этой западни. Может сегодня получится связаться с нашими силами спасения. Операция длительная, на побережье должны высадиться новые группы людей. Мы не могли отклониться от побережья более чем на 30 км. Вызовем помощь и уже к середине дня снова будем в безопасности. Вряд ли я захочу сделать ещё один такой заход - натерпелся предостаточно, чего только стоит потеря нашего дорого Валеры. Мой долг перед отечеством и Советом на этом исчерпан. Здоровье не измеряется никакими суммами, а лишнего облучения всё нахватались сверх нормы. После такого только и отпаривать косточки в каком-нибудь доме-профилактории. Знаю я один такой у Чёрного моря», - Максим и дальше продолжал бы строить планы на будущее, если бы его взгляд всё-таки не упёрся в окно вездехода. Вот тогда-то он и осознал, что Кинта абсолютно не бредила.

Максим наблюдал ту же картину, что ему и описала девушка с ГОСЗ. В сознании командира мигом пронеслись всякие нелепые гипотезы и догадки. Потом он на мгновение остановил свой сумбурный мысленный поток и постарался понять одну вещь: почему всё это кажется ему таким знакомым. «Нет, этого не могло случиться! Только факт на лицо. Сейчас и Том, наверное, будет терзаться такими же догадками. Сразу поговорю с ним, а то лишние размышления вслух сейчас нам совсем не к месту», - Макс подошёл к едва очухавшемуся Тому, который пытался сообразить, кто же произвёл все эти изменения на вездеходе и что сейчас творится снаружи.

- Том, ты сейчас ломаешь голову, что произошло ночью, но мне всё стало понятно. Тихо, только не надо болтать об это другим. Наше прошлое знакомство должно оставаться в тайне. От этого зависит многое, иначе добывающая компания будем цепляться к нам всю оставшуюся жизнь, тогда мы от неё никогда не избавимся. – По-заговорщицки произнёс Макс.

- Вот так поворот! Я тоже подумал об этом, но потом отмёл такую дурную идею. Теперь же, после твоих слов, я осознал: есть только один вариант, который адекватно объясняет происходящее. Что будем предпринимать далее? – спросил Том.

- Первое, я иду на разведку. Ты лучше пока успокой людей и окажи и необходимую моральную помощь. Проверь как самочувствие у наших раненных. Чуть что, всех остро пострадавших надо побыстрее извлекать наружу и запрашивать мед. бригаду. Теперь мы явно получим помощь на самом высоком уровне. Хоть один приятный момент за последние дни. – Макс собрался действовать.

- Ясно, остаюсь здесь, только не задерживайся. Я знаю, как ты любишь побеседовать о высоких вещах, - это всё будет позже. Нужно будет как-то без преувеличений пояснить остальным где мы сейчас оказались! – проговорил Том вдогонку Максу.

Бывший главный инженер «Витязя» ловко и профессионально произвёл вскрытие люка запасного выхода. Выбраться в скафандре было затруднительно. Поэтому Макс предварительно его снял, оставшись в одной нижней гимнастёрке и лёгких штанах. Инженер рассудил, что никакого излучения и прочих бед внутри этот помещения просто не может быть. «Все скафандры и комбинезоны можно будет снять, теперь они только затруднят движения. К тому же на них изрядный слой грязи и радиоактивной пыли. Я бы такие вещи утилизировал в первую очередь иначе они загрязнят чистые помещения», - промелькнула у Макса здравая мысль.

Мужчина подтянул себя на руках и выбрался на крышу вездехода. Физическое состояние у него по-прежнему оставалось отменным. Пока они пребывали в закрытом исследовательский центре им предоставлялась возможность тренироваться вдоволь хоть каждый день. Никаких других полезных дел там, попросту, не нашлось. Макс не стал любоваться уже знакомой ему обстановкой - отделку внутренностей этого помещения он знал достаточно хорошо. Мужчина слез по выступам на корпусе аппарата и коснулся ногами упругого пола. Эта поверхность, даже при ношении грубой обуви, казалась специально сделанной для удобной ходьбы. Сравнить её можно было с первоклассной беговой дорожкой на стадионе.

Хозяева этого места не заставили себя долго ждать. Бесшумно отворилась и выехала вверх широкая дверь, в помещение вошла приветливо улыбающаяся Лила. Это лицо Макс не спутал бы никогда ни с кем. Увидев её, он сразу же «помолодел годами» и забыл обо всех тех трудностях, в которые они угодили за последние сутки. Лила неспешно подошла к нему поближе и завела приветственную беседу.

- Здравствуй, Максим. Как видишь, наше расставание не оказалось слишком долгим. Мы прибыли на орбиту Земли следом за вашим КСР «Витязь». Ситуация сейчас здесь, мягко говоря, не радостная, ты сам всё отлично видел. Вдобавок, со своими сослуживцами ещё и умудрился угодить в приличную беду.

- Очень рад тебя снова увидеть, Лила. По правде, никак не мог ожидать, что вы за нами до сих пор наблюдаете. У вас тут какая-то миссия, почему вы оказываете нам, землянам, помощь?

- Мы не следили именно за вашей группой, но мы сразу распознали знакомое присутствие, как только вы добрались до этого острова. Ваш информационный маркер уникален и его ни с каким другим не спутаешь. Вообще, он имеется у каждого человека, но пока не будем о сложном. Насчёт помощи Земле - я затрудняюсь ответить на это сразу. Решение будет приниматься вместе с Викрумом и Зеном. Мы не в праве нагло и бесцеремонно вмешиваться в ваши собственные дела, - пояснила Лила.

- С большего я тебя понимаю. Это что, некое установленное космическое правило: не вмешиваться без согласия коренных жителей планеты? – спросил Макс.

- Считай так, определение дано весьма близко, - согласилась с формулировкой Лила. – Мы уже несколько нарушаем это условие, помогая вашей группе. При этом обстоятельства нашего первого знакомства были чрезвычайными, и вы уже изъявляли своё согласие на содействие.

- Теперь вы оказываете нам поддержку во второй раз, - заметил Макс, - причём, очень вовремя. Не знаю, как бы мы действовали далее на планете-страже, но теперь наша родная Земля приготовила ещё большую опасность. По решению высшего органа управления планетой в регионе, где наблюдается геомагнитная аномалия, была организована спасательная операция. Мы согласились туда следовать по доброй воле, хотя я заранее знал, что миссия предстоит архисложная.

- Твой помысел действительно чистый. Я ощущаю это, ты привык действовать несмотря на опасность, и, зачастую, даже не щадя себя. Наш народ давно приобрёл это замечательное качество, оно не является чем-то редким или исключительным. – После этой фразы Лея дала Максиму время, чтобы он обдумал свои дальнейшие слова.

- Мы потеряли нескольких людей из своей группы, - продолжил Максим. – Мне очень тяжело осознавать, что Валерия с нами больше нет. Ты же помнишь его, он присутствовал на той первой встрече на «Искре». Этот парень стал моим близким товарищем ещё с момента первой экспедиции по поверхности «стража». Я знаю: Том этим также сильно сражён, хоть он и не подаёт внешнего вида.

- Мне стало известно об этом сразу же как мы провели базовое сканирование поднятого на борт вездехода. Печально узнавать о таком, но почитай за счастье, что большая часть людей всё же уцелела. Тебя, Максим, словно бережёт судьба, ты мог погибнуть ещё тогда, при попытке взлома наших электронных систем в подземном зале управления «стражем». Это в дальнейшем не умерило твой пыл и желание всё время открывать новое. Всё имеет степень риска, вы понимали, в какой реальной обстановке окажетесь на острове. Случилось то, что было вероятностно предопределено. Теперь нужно подумать о ваших раненых и о телах погибших, нельзя допускать начала их разложения. – Лея вопросительно взглянула на Макса, ожидая что он ответит.

- Ты права, Лила, - это первостепенное дело. Надо позаботиться о выживших и достать тела погибших. Все наши внешние защитные одежды нужно либо очистить, либо уничтожить - на них попали опасные частицы. Что вы можете предложить насчёт временного сохранения тел покойных? – спросил Макс.

- Сохранения тел!? – удивилась Лила. – Я бы однозначно предложила провести торжественную прощальную церемонию для погибших героев Земли и подвергнуть их тела высокотемпературному плазменному сжиганию. Останется только горстка золы – ей вы сможете распорядиться по собственному усмотрению.

- Лила, понимаешь, мы так не можем! У этих людей есть родственники, жёны, друзья и все-все остальные, кто хотел бы с ними проститься. По нашим обычаям тела необходимо доставить на родину, а потом уже родственники будут решать, как с ними нужно поступать. – Пояснил свои доводы Макс.

- Теперь понятно, мне стало яснее. Мы поместим их в специальное состояние пассивного поддержания биологической жизни клеток. В таких капсулах ткани не будут разлагаться. Как только появится необходимость, мы извлечём тела и передадим их на Землю. – Лила предложила новый вариант.

- Ничего себя, вы может даже оживлять тела?! – Максима сильно потрясло услышанное.

- Нет, ты неверно понял. Оживить мы их никак не сможем. Это совсем не в нашей компетенции. Просто клетки организма будут пребывать в условно живом состоянии, что поможет сохранить сам организм от распада. – Переформулировала пояснение Лила.

- Мне трудно такое представить, но не будем задерживаться. Только один важный момент: как отреагируют все остальные члены нашей группы, ещё не готовые к столкновению с иной цивилизацией? Они будут в таком шоке, что всё приключение на острове просто померкнет перед этим сногсшибательным фактом. – Прикинул Макс.

- Максим, но вы же там, на задворках Солнечной системы, не упали на пол в истерике или не сошли с ума, когда увидели наше первое сообщение? – заметила Лила. – Вернись обратно, поговори с товарищами. Тем более ты уже подготовлен и знаешь, что им можно рассказать о нас. Через некоторое время мы поможем всем спокойно выбраться. Предупреждаю, не надо двигать раненых. Главное психологически подготовить уцелевший экипаж – поспеши.

- Верно говоришь, Лила. Чувствую, что обязательно справлюсь – это не самая трудная задача. А когда первый шок от осознания происходящего пройдёт, вы сможете им хоть лекции читать о своей цивилизации. Я возвращаюсь внутрь вездехода, надеюсь, меня там не примут за внезапного спятившего «командора».

- Не волнуйся, мы тебе поможем, только не скажи им чего лишнего. Сообщи самую суть и без искажений, постарайся как следует. - После этих слов Лилы мужчину подняла в воздух невидимая сила и с лёгкостью перенесла на крышу вездехода.

«Нам бы такую технологию, эх мечты- мечты», - не в первый раз подумал Максим, наблюдая за работой инопланетной системы не механического перемещения грузов. Максим спустился к оставшимся членам команды и, как можно тактичнее, внятнее, с паузами и расстановкой пояснил им, где они оказались. Как Макс ни старался подбирать слова поточнее, всё равно часть команды подумала, что он окончательно тронулся умом после того как вездеход хорошенько встряхнуло. Только Кинта почему-то не усомнилась в услышанном. Она поняла, что её ночное видение не было сном, она действительно ощутила, как их вездеход плавно и бесшумно переместился на борт инопланетного корабля. Макс заметил сильный скепсис на лицах команды и поэтому предложил людям самостоятельно судить обо всём увиденном в дальнейшем.

Только командир земной группы собирался выйти обратно в отсек, чтобы сказать Лиле, что все готовы покинуть вездеход, как снаружи послышалось лёгкое шипение. На боковой стенке машины, по всему периметру обшивки, засветился яркий белый всполох света. Люди не знали, что на это думать, но всё произошло довольно быстро. Стенка салона была аккуратно вырезана и убрана в сторону. Краем глаза Максим успел заметить, что резка производилась неким подвижным устройством, отдалённо напоминающим земного ремонтного бота. В стене вездехода получился удобный выход с плавными зашлифованными краями.

Максим скомандовал: «Кто может двигаться самостоятельно – прошу на выход, остальных заберём сами. Что, решили здесь навсегда поселиться? Пора осознать реальность происходящего и принять это как факт. Скоро всё поймёте сами, не задерживаемся!». Ошарашенным людям просто ничего больше не оставалось делать. Том помог Кинте и её коллегам выбраться в просторное и светлое помещение транспортного отсека «Искры». Сразу же последовала помощь по извлечению раненных – Лила дала отмашку в самый подходящий момент. Тела всех выживших и погибших просто приподнялись в воздух и плавно, без излишнего ускорения, вылетели через проделанный в корпусе вездехода проём. После этого даже радикально «неверующие» члены команды окончательно поняли, что они оказались в гостях у кого-то явно не с Земли и всё рассказанное Максимом не является дурацкой шуткой.

Вскоре в транспортное помещение зашли Викрум и Лила. С ними были и другие челны экипажа «Искры». Максим догадался, что другие люди явно неспроста прибыли сюда с командиром. Вскоре они стали оказывать землянам медицинскую помощь. Викрум начал свой нелёгкий, но очень нужный вступительный монолог, со скромного приветствия земных гостей. Многое из услышанного Максим и Том уже хорошо знали ещё со встречи на поверхности «стража». Они поняли, что эта церемония большей частью предназначалась для остальной команды, впервые столкнувшейся с очагом иной звёздной цивилизации.

После этого пострадавших, а теперь ещё и сильно шокированных невероятной информацией людей, провели в бортовой госпиталь. Викрум настоял, что бы все земляне безотлагательно прошли полное обследование тела, в том числе, и на предмет полученной дозы радиации. Лила пояснила, что для их здоровья существует угроза в виде отдалённых последствий, способных изменить сам геном. В случае обнаружения малейшего заражения землянам рекомендовалось пройти медленную очистку всех тканей организма. Это обеспечивало стабильное выздоровление землян и не допускало распространения вредных частиц по другим отсекам корабля.

Для тел погибших людей последовала иная процедура: их аккуратно освободили от одежды, обмыли и поместили в особые биокапсулы, сохраняющие структуру клеток. Максим понял, что он очень удачно заговорил с Лилой о необходимости именно таких действий. Бывший инженер КСР знал, что на Земле для всех погибших в операции «Надежда» предназначалась особая церемония прощания с последующим погребением. Совет Земли гарантировал пожизненные денежные компенсации супругам и несовершеннолетним детям всех погибших спасателей.

Лила рассказала Максиму, что представители их цивилизации подвергают своих павших собратьев высокотемпературному сжиганию в плазменных печах с последующим распылением их остатков рядом со звездой в их родной системе. Для них это считалось самым правильным ритуалом для соединения человека со своим первичным космическим домом. Они верили, что, когда прах соединяется со светилом, круг жизни для конкретного существа повторяется снова.

Лила заметила одно существенное отличие их цивилизаций. Для прибывших издалека считается весьма необычном так сильно привязываться к телам, которые покинула жизнь. Они считали, что самое основное, остающееся от человека после его смерти является как раз тем, что нельзя забрать с собой на тот свет. По пояснению Лилы, сами инопланетные гости сохраняли информацию о человеке в памяти всего народа и, в случае пожелания кого-либо из родных или знакомых, могли составить о нём полноценный фильм, отражающий все его лучшие начинания, достижения и поступки, которые он в своей жизни успел совершить. Максим согласился с Лилой в том, что их понимание загробной жизни и жизни как таковой вообще, у них действительно сильно расходятся. При этом мужчина допускал, что и земляне вскоре придут к своей новой «космической» философии в интерпретации вселенских процессов.