Озарение, или опыт не пропьешь

Событие, о котором пойдет речь в дальнейшем, произошло в  начале весны 2000 года. По нынешним меркам уже  давно, но в моей памяти сохранилось очень хорошо.

То и дело в СМИ рассказывается, как какой-то министр, член Правительства России, не может ответить на вопрос президента на различных совещаниях, и я удивляюсь этому. Идти на совещание к высшему должностному лицу  в государстве, и что-то не знать?  Уровень нашего чиновничества, занятого набиванием себе карманов, упал ниже плинтуса, по моему мнению.  Во времена существования советской власти такое случалось крайне редко, по крайней мере, в РСФСР.

Я не занимал каких-то очень высоких должностей, но мне пришлось выступать с различными докладами и сообщениями и перед министрами здравоохранения РСФСР,  заместителями министра, первыми секретарями крайкома партии и председателями крайисполкома, на заседании правительства Хабаровского края уже в постсоветское время. Вот об одном таком выступлении я и хочу рассказать.

В тот период времени наша контора, где я работал заместителем начальника, называлась департаментом здравоохранения администрации Хабаровского края, т.е. была структурным подразделением администрации, во главе которой стоял глава администрации.  Именно так он и назывался, хотя в других регионах России он именовался губернатором.  И этим человеком был Виктор Иванович Ишаев, очень мощный руководитель, который стоял во главе края уже 8 лет.  В прошлом инженер на судостроительном заводе, директор завода строительных алюминиевых конструкций, начальник главного  планово-экономической управления Хабаровского крайисполкома, первый глава администрации края уже в «демократической» России.

Незадолго до этого с должности нашего начальника по собственному желанию ушел Александр Викторович Кравец.  Обязанности исполнял первый зам Владимир Гаврилович Дьяченко.  Он долгие годы до этого был замом по детству и родовспоможению, так что выходил на самый верх к руководству края не часто.  А я уже был в должности первого зама, причем на переломе нашей истории, когда вместо советской власти у нас в стране появилась демократическая.  Но скорее всего, её можно было назвать анархическая, потому что руководство каждого региона проводило политику самостоятельно, мало  ориентируясь  на Москву, так как Ельцин все время «работал с документами».  Хабаровскому края повезло, что главой администрации стал Ишаев.  Он взял все рычаги управления в свои руки и жестко управлял.  Я не буду рассказывать о нем много, у меня есть отдельное повествование  о руководителе Хабаровского края.

Но тогда в крае еще не было министров, не было и правительства края. Они появились немного позднее.  А пока по образцу работы крайисполкома многие важные вопросы выносились на заседание коллегии при правительстве края.  Раньше это называлось заседанием крайисполкома, на котором мне доводилось частенько присутствовать ранее.  Много мне пришлось выступать и перед депутатами после первых выборов в Законодательное собрание края. Как правило, депутаты были избраны на волне тотальной критики всего советского,  и большинство из них мало что понимало в законодательной работе. А в это время надо было делить все, что есть в крае, на две части – что относится к краевой собственности, а что к муниципальной.   Бурные были дебаты, и мне пришлось отстаивать интересы краевых учреждений здравоохранения, а кое-какие из городских переводить в краевые. Так что опыт в этом отношении у меня был немалый, да и умение выделить главное уже появилось. В этом отношении мне многое подсказал моей первый шеф в отделе здравоохранения крайисполкома Анатолий Иванович Вялков.  Но он уже уехал в Москву, и стал первым заместителем министра здравоохранения России.

На заседаниях коллегии администрации края рассматривались самые важные для нормального функционирование народного хозяйства края.  Членами коллегии были все заместители главы администрации, председатель Законодательного собрания, руководители крайсовпрофа, УВД, ФСБ, совета ветеранов и других подразделений администрации края, общественных организаций.

Одной из таких проблем в крае было льготное и бесплатное обеспечение населения. В начале 90-х годов на волне популизма Верховный Совет РСФСР принял массу законов, разрешающих бесплатное получение лекарств несколькими категориями граждан. Но бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Поэтому для того, чтобы аптеки выдавали бесплатные лекарства, требовалось решить вопрос финансирования дотаций из краевого бюджета.  А откуда для этого деньги у дотационного региона, которым стал Хабаровский край в постсоветское время из-за остановки важнейших промышленных предприятий края?  Поэтому проблема обеспечения льготных категорий населения бесплатными лекарствами существовала, и весьма острая.

Я в это время был заместителем директора департамента здравоохранения, который отвечал за обеспечение лекарствами и медицинским оборудованием лечебно-профилактических учреждений.  До этого этим занимались «Фармация» и «Медтехника». Но в «демократической» России государственные предприятия «Фармация» и «Медтехника» распались на ряд отдельных торговых предприятий, для которых главное – получение прибыли.   Поэтому с обеспеченем лекарств и медтехники в учреждениях здравоохранения начался хаос, и это поняли в Министерстве здравоохранения России.  Для упорядочения этой работы были созданы в каждом регионе отделы в составе органов управления здравоохранением, который и был в моем подчинении.

По большому счету, я не отвечал за обеспечение медикаментами населения вне лечебных учреждений, это была обязанность администрации края. Но коль в ней было специальный отдел, то на меня и легла эта работа,  в которой рычаги управления были очень слабыми.  Каждая фармацевтическая компания была самостоятельной, и в условиях рыночных отношений цены на свою продукцию устанавливала сама.  И она же решала, отпускать ли медикаменты льготникам по бесплатным рецептам, или нет. 

Каждый год я готовил проект постановления главы края, в котором утверждался список лекарств, которые могут отпускать по бесплатным рецептам, и условия для отпуска аптеками и дотаций им.  Делалось это исходя из финансовых возможностей нашего края.

Естественно, такое ограничение лекарств шло в разрез с российскими законами, но что было делать – денег в бюджете края не было, и поэтому Ишаев без разговоров подписывал постановление. Потом краевая прокуратура оспаривала его, каждый год были судебные разбирательства,  постановление отменялось, но об этом почти никто не знал.  Лекарства отпускались по этому списку, утвержденному губернатором.

С целью упорядочения отпуска таким категориям требовалось определить, насколько обоснованно выписываются бесплатные лекарства льготникам, а также знать, сколько медикаментов было получено ими. Для нас теперь ясно, что без применения компьютерной техники это сделать невозможно, но в конце 90-х это было затруднительно сделать.  Я решился на проведение эксперимента.  Вышел на одну крупную фармацевтическую компанию, у которой кроме опта была разветвленная сеть   своих аптечных пунктов.  По моей просьбе программисты компании разработали программу, в которой учитывались все параметры, нужные мне для анализа.  Был подготовлен приказ по департаменту о проведении эксперимента в  Краснофлотском районе города Хабаровска. Это район достаточно отдаленный, и льготники из него вряд ли будут ездить в центр.  Определили отпуск льготных лекарств в аптечных пунктах, где установили эту программу. 

И через месяц  мне на стол легли расшифровки по отпущенные льготным лекарствам с фамилиями льготников, сколько и каких лекарств каждый из них получил,  и на какую сумму.  Такая же расшифровка легла на стол заведующей поликлиникой в Краснофлотском районе.  Она стала поднимать амбулаторные карты некоторых льготников, которые получили за месяц такое количество лекарств, которых хватит на полгода.  Стала анализировать их и получилось, что некоторые, более наглые и нахрапистые льготники обеспечивали лекарствами не только себя, но и всю родню. Врачи на участках и узкие специалисты под их напором  не смели отказать какому-нибудь ветерану войны и труда, и выписывали бесплатные рецепты.  Мне принесли данные на особо «отличившихся» в этом отношении ветеранов, и я решил сходить на заседание совета ветеранов.

Переговорил по телефону с председателем Совета Кунгуровым, и пришел со своим анализом на их заседание.  С цифрами показал членам совета, что отдельные ветераны обеспечивают лекарствами всех родственников, а другие ветераны не могут получить жизненно-необходимые лекарства.  Возмущению ветеранов не было предела. Один из членов совета, увешанный боевыми наградами, сказал, что прекрасно знает одного их таких  наглецов. Он всю войну просидел в тылу, а теперь везде машет книжкой ветерана и получает всевозможные льготы.  В общем, разговор получился, и ветераны собрались проводить работу, чтобы более справедливо обеспечиваться льготными медикаментами. Этот разговор потом мне очень помог.

В начале года обычно в каждое подразделение администрации края поступал план работы коллегии, где указывались вопросы, которые предстояло рассмотреть, докладчиков и даты проведения заседаний коллегии. Исполняющий обязанности директора департамента Дьяченко пришел ко мне в кабинет и показал этот план.  Там стоял вопрос о лекарственном обеспечении населения края, и он был в качестве докладчика.  Дьяченко честно предупредил меня, что докладывать буду я, он возьмет больничный лист на неделю в эти сроки.  Я его прекрасно понимал. Во-первых, Дьяченко очень боялся Ишаева и терялся в его присутствии. Во-вторых, он совершенно не знал состояние лекарственного обеспечения населения края.  Так что мне предстояло подготовить выступление на заседании коллеги, справку и  проект постановления губернатора по этому вопросу.  Я начал работу.

Писать доклады, справки, решения за долгие годы я «насобачился».  Так что довольно скоро все необходимые к заседанию коллегии администрации бумаги были готовы.  Теперь их требовалось согласовать у заместителя губернатора по социальным вопросам Юрия Ивановича Оноприенко. Это был опытный руководитель, несколько лет работал главой администрации Индустриального района города Хабаровска.  Но он лучше знал хозяйственные вопросы, а вот что касалось социальной сферы (образования, здравоохранения, культуры), то больше опирался на мнение своих помощников.  Здравоохранением занималась одна из них, Татьяна Николаевна Буссель. Это была опытная работница, начинала еще в краевом комитете партии.   Мы с ней долгие годы очень плотно работали, так что решить вопрос с совещанием у Оноприенко по согласованию документов было легко. На этом совещании все подготовленные мной документы были детально обсуждены, внесены незначительные поправки, и было получено добро на внесение документов протокольный отдел администрации края.  Осталось только ждать дня заседания коллегии.

Я к этому времени в бумаготворчестве на уровне края, как говорится, «собаку съел». Еще будучи первым заместителем заведующего отделом здравоохранения крайисполкома стал известен тем, что, как никто другой, мог согласовывать различные постановления.  Никакого секрета в это не было – просто я к каждой бумаге  «приделывал ноги». Т.е. вместо того, чтобы отправить проект решения в очередной чиновничий кабинет на визирование, я сам шел с бумагой к этому чиновнику,  давал тому пояснения, и выходил с подписью чиновника на листе согласования. И любое решение я согласовывал за 2 дня, в если бы оно шло, как обычно, то потребовалось бы две недели минимум.

Однажды, когда я ходил с листом согласования на решение крайисполкома по внедрению в здравоохранение нового хозяйственного механизма, был я в кабинете у нового начальника ГлавПЭУ крайисполкома  В.И.Ишаева. И у нас состоялся обстоятельный разговор об экономике здравоохранения.  И в дальнейшем все, что касалось рыночных отношений в медицине, у Ишаева не было вопросов, он быстро визировал все документы.

Я решил использовать свой прошлый опыт и напросился на прием к губернатору. Сделать мне это было просто, многие чиновники администрации края меня хорошо знали и обращались с вопросами что-то сделать для них или их родственников.  И вот я в кабинете Ишаева. Мы были знакомы с ним больше 15 лет, еще со времени, когда он был директором завода строительных алюминиевых конструкций и входил в общественный совет городской больницы № 11, где я 10 лет был парторгом.  Ишаев спросил, зачем я пришел.  Я пояснил, что хочу показать ему справку и решение по вопросу, который будет рассматриваться на следующем заседании коллегии администрации края.  Он удивился:
- Зачем это? Я обычно знакомлюсь со справкой и решением на самом заседании.
- Но тогда вы не можете услышать доклад, который я собираюсь сделать, и где будут затронуты некоторые вопросы, не вошедшие в справку. И вам, в отличии от других членов коллегии, они будут известны, и вы сможете принять правильное решение, - ответил я.
Ишаев, как опытный руководитель, сразу понял, что он будет обладать большими знаниями по обсуждаемому вопросу по сравнению с другими членами коллегии, и разрешил мне докладывать. За 10 минут я зачитал ему справку, решение коллегии. Он задал несколько вопросов, его, в частности интересовало,  какой оборот фармацевтических организаций в крае. Услышав мой ответ, что в пределах 750 миллионов, из них треть денег идет из краевого и муниципальных бюджетов и фонда обязательного  медицинского страхования, а две трети из карманов граждан, он довольно хмыкнул. Это была внушительная сумма для края с полутора миллионами населения.

Виктор Иванович уточнил для себя еще несколько цифр, и отпустил меня. Я вышел из кабинета  губернатора очень довольный.  Понял, что заседание коллегии пройдет так, как я хотел – без сучка и задоринки.  А ведь обычно на таких заседаниях Ишаев раздраконивает того или иного руководителя, и тот как минимум  уходит с выговором, а то и лишается должности.  На этот раз ничего подобного я не ожидал.  Но не волноваться не мог.  Рано утром проснулся и стал думать о своем докладе на коллегии. И вдруг меня осенило, что мое сообщение будет слушаться намного интереснее, если я его построю не так, как обычно бывает на подобных мероприятиях.  Тут же встал, набросал несколько мыслей, а придя на работу, тут же сел к компьютеру.  Все бумаги на коллегию я готовил сам,  так что они все были в моем компе.

Печатал я тогда быстро, так что через час-полтора новый вариант доклада был готов. Прочитав его еще раз, я понял, что так он звучит намного интереснее для членов коллегии и присутствующих, для них все становится ясным в непростом вопросе обеспечения медикаментами населения края, и о той работе, которую проводит мой отдел. 

У меня хватало недоброжелателей. Это были и руководители, владельцы частных фармацевтических предприятий, некоторые главные врачи, которым я перекрыл канал закупки медикаментов по завышенным ценам. В крае ходило мнение, что я один из самых богатых людей, так как контролирую фармрынок, и могу брать взятки направо и налево. Но я таким образом не пополнял свою бюджет, уверяю вас.  Но, так или иначе, зал заседаний в Конференц-зале на улице Шевченко в Хабаровске, был заполнен многочисленными главными врачами и представителями фармкомпаний, ведь вход на этот вопрос был открыт для всех желающих.

Все прошло так, как я и рассчитывал.  После прочтения доклада несколько членов коллегии задали уточняющие  вопросы, задал их и Ишаев. Все были удовлетворены моими ответами, поняв, что я владею ситуацией с лекарственным обеспечением населения края.  Председатель Совета ветеранов Кунгуров похвалил меня за работу по обеспечению ветеранов льготными лекарствами,  вспомнив мое участие в заседании их Совета.  Без поправок было принято решение.  О том, что я коренным образом переделал доклад, поняла Татьяна Николаевна Буссель, ведь первый вариант был у неё перед глазами. Юрий Иванович Оноприенко пожал мне руку и сказал, что я за подготовку  вопроса на коллегию получил твердую «четверку».

P.S. Через несколько лет министру здравоохранения Хабаровского края, провизору по образованию, кандидату фармацевтических наук, Валентине Савковой, за подготовку  вопроса о лекарственном обеспечении жителей края, вынесенного на заседание правительства, губернатор публично поставил «двойку с плюсом». «Два» за исполнение, «плюс» - за желание, - пояснил В.И.Ишаев. Вскоре Савкова ушла с должности министра.