Николай Петрович и бревно

Николай Петрович задыхался от требований инициатив. Да что там инициатив! Откуда-то сверху требовали экономического чуда.

Начальники постоянно менялись местами, и только лишь Николай Петрович был настроен предельно консервативно, поэтому чуда ждали именно от него.

А он пребывал в странном состоянии вечного недоумения. Встречая нового начальника – оптимизатора всех процессов, он обречённо вздыхал: «Эх, новая метла по-новому мести начнет. А как измызгается, под лавкой валяться будет. Ну ладно, хоть бы черенком мести не велели. Хотя, может, точечно и лучше, чего ж пылить».  Лицо его в задумчивости вытягивалось, а серые глаза начинали подозрительно блестеть.

В пятницу вечером сгорели оба трансформатора. А чего бы им и не сгореть после двух оптимизаций?  Он просил денег на ремонт, так ведь не дали, только посмеялись: «Откуда деньги, если вокруг трансформаторов высокотехнологичный забор воздвигли и камер навешали, миллионы ушли, ты что, Петрович?»

Зато утром велено было явиться на субботник. После бессонной ночи, проведённой с трансформаторами, в ажиотации, Николай Петрович потребовал бревно.  Но бревна не оказалось, и все занялись сбором собачьих какашек.

Будучи искренним патриотом, Николай Петрович пытался разгадать происхождение собачьей пищи, и если гречкой не пахло, предполагал козни запада. Такой продукт он быстрым движением пулял на запад. Там параллельным курсом двигался новый начальник Николая Петровича, брезгливо оттопырив голубой пакет и губу.

По окончании работ наш труженик доложил супруге, что скоро приступит к исполнению её желаний. Софья Вадимовна строго порекомендовала ему перед выездом с работы тщательно вымыть руки и ноги.

Терзая плоть меж пальцев ног, Николай Петрович продолжал недоумевать.