Глава 5. Во дворце

  Главный советник Хендрик был всё более и более недоволен тем, что происходило во дворце. Даже пахло здесь теперь не так, как раньше. Куда-то делось магическое благоухание роз и фиалок, а в нижних, служебных коридорах даже стало порой тошнотворно вонять. К тому же, не раз, идя на ассамблею или на аудиенцию с королём или младшими советниками, озадаченный Хендрик встречал в залах дворца призрак прошлого правителя... То есть, убиенного на охоте ТиомедаVI. В определённых книгах, которые ему посоветовал опальный пророк Шамуальд, Хендрик вычитал, что появление призрака убиённого венценосца во дворце грозит либо скорым убийством некой царствующей особы, либо и вовсе прерыванием династии. Видел он также и смутный призрак дамы. Он не мог её разглядеть, поскольку призрачная дама сразу же разворачивалась и убегала, и лишь её оранжевый шлейф ещё некоторое время выглядывал потом из-за портьеры.

  Возможно, это был призрак умершей королевы. А видеть умершую королеву – по книге пророчеств, означало скорые смуты. Впрочем, эти смуты Хендрик и без того  явно предчувствовал. Непременно, они будут…Тут уж – и к гадалке не ходи.

  Впрочем, пророчества и видения всегда лишь предупреждают, но ничего не доказывают. Полной предопределённости нет никогда, есть только та или иная степень вероятности.  Тем не менее, всегда нужно хоть что-то делать, чтобы грозные пророчества никогда не сбывались, а чёрные дела не осуществились. Что именно? Хендрик не знал. Но, хотя бы попытаться воздействовать на Йорика, чтобы принц смог убедить отца не совершать опрометчивых поступков, нужно попытаться. И, прежде всего, хотелось бы, чтобы правитель ограничил бы допуск во дворец Отцов Крона.

  К тому же, вокруг королевы Лалии всё больше вертелось шарлатанов: загадочных и незнакомых магов и колдунов всех мастей и в основной своей массе вовсе незнакомых Хендрику. Всё это тоже могло плохо кончиться; поскольку,  как ему показалось, именно к этим магам и прорицателям Отцы Крона, якобы столь нетерпимые к магам, были вполне терпимы и не обращали на них никакого внимания. Спрашивается, почему... Не проще ли было среди этих странных толп затерять и своих соглядатаев? А вот, проще... И всех не проверишь...

    «Полагаю, что с некоторыми колдунами и гадателями Отцы Крона спелись, - сделал вывод Хендрик. – Ворон ворону глаз не выклюет. Они лучше будут уличных гадалок изводить, в тюрьму их бросать…А тут, у себя под носом, во дворце, разрешают любую «высокопоставленную» магию. Боюсь, что, в том числе, и чёрную».
 
    Более всего, было неприятно и то, что принц Йорик сказался больным и полностью бездействовал: понятное дело, смерть друга…Но, как было не вовремя ему проявлять подобные сантименты!

    А король Ренуарий и вовсе предавался меланхолии, а кроме того, неожиданно для всех, на старости лет, как поговаривали, вдарился в разврат, который состоял в употреблении спиртного и буйных вечеринках с разухабистыми новомодными танцами. Кроме этого, король, подобно своей супруге, тоже увлёкся вызыванием духов мёртвых и столоверчением.

    В окружении Ренуария, к тому же, теперь всегда находились, неотступно следуя за королём, пара-тройка дворцовых привидений… Эскорт, однако. Хотя, понятное дело, видели их не все, да и сам Ренуарий их тоже не замечал. Но Хендрик их видел. И этот эскорт тоже был очередным и очень плохим предзнаменованием.


    Сегодняшний вечер, как и многие другие, Главный Советник Хендрик проводил в одиночестве. Ему не хотелось никого видеть. Лишь белый пудель спал рядом, на коврике у камина, когда единственный оставшийся советник короля листал старый фолиант, желая разыскать что-либо о тех тварях, которые, возможно, водились теперь во дворце, поскольку их призраков видели теперь всё чаще и чаще... Зелёных и чёрных аспидов. Охране дворца настоящих змей никогда изловить не удавалось, но не могло же нескольким людям одновременно мерещиться одно и то же... И это было более, чем странно.

    Сегодня советнику, как обычно, в книгах не попадалось ничего касательно этого, чрезвычайно важного, вопроса. Тем временем, вечер постепенно добрался до полуночи и перевалил за неё, погружая зал в глубокую тьму. Лишь одинокая свеча в старинном подсвечнике в форме вытянутой руки, держащей факел, освещала помещение, предавая теням и предметам весьма странные очертания.

- Господин, к вам пришли! – на пороге кабинета появился бывший привратник Арэна Валт, даже ночью исправно занятый службой, неся обязанности вечернего и ночного сторожа в особняке.

- Сейчас? Посетители, это среди ночи-то? – глаза советника полезли на лоб. – Уж не парочка ли привидений?

- Нет. Впрочем, посетители тоже весьма необычные... Они прибыли в гостиную, уж не знаю как. Соткались, что ли, там из воздуха? Во всяком случае, ни через в ворота, ни через переднюю, ни мимо меня - никто не проходил.

- Кто они? Маги?

- Это – ваш покорный слуга, Себарис, а с ним – девушка.

- Девушка?

- Ну да. И премилая. Не уверен, правда, что она здесь по доброй воле… Еле на ногах стоит.

- Видать, Себарису удалось доставить сюда дочь Азалии… Уж не знаю, какую именно. Боюсь, он снова всё напутал, и затащил к нам девочку силой. Но, так или иначе – но я сам, и лично, побегу их встречать!

                *
   Несколько дней Тиона провела в комнате для гостей, у Хендрика. Главный Советник всячески её обхаживал; всё это время он договаривался о прибытии её во дворец  и размещении в одной из комнат, предназначенных для фрёйлин принца: ранее существовавший пансионат для девушек был закрыт Отцами Крона, поскольку теперь нельзя было обучаться на территории Ангкора, по их мнению, даже азам магии, в том числе женской магии очарования, которую, в числе прочих магических предметов, преподавали ранее в пансионате. Впрочем, не только этот пансионат, но и почти все обучающие заведения Ангкора были закрыты или переделаны в монастыри Крона, с обучением только для представителей этой веры. Закрыты под тем или иным предлогом, после того или иного обвинения. Понятное дело, что и все преподаватели и учёные этих заведений были разогнаны. Только вот до Руна, который был для кронидов как бельмо в глазу, да до Свободных Сеньорий Отцы Крона пока не добрались. Кроме того, в столице повсеместно было отказано проводить обучение учителям танцев, иностранных языков и даже этикета, в том числе, вести частную практику на дому, поскольку на первый план вышли требования кронидов: «Не время веселиться! Время работать!», наряду с их всё более расползающимся новым призывом: «Нас повсюду окружают враги, внутренние и внешние! Мы должны вооружаться!»

    В целом, дядя  Хендрик отнёсся к Тионе, после её внезапного появления здесь, как к родственнице; был мил в обращении, подарил уйму драгоценных украшений.
 Те дни, в которые советник Хендрик улаживал дела, хлопоча о её статусе новой фрёйлины во дворце, она прожила в его особняке тихо и спокойно, и даже с пользой, поскольку ей было разрешено пользоваться библиотекой, а библиотека у Хендрика оказалась довольно обширной. И Тиона немало времени проводила именно там. А ещё, в компании с недавно приехавшей из Троста дальней родственницей Хендрика, госпожой Мириам, которая взялась давать ей уроки игры на клавесине и пения, а также этикета и придворных манер. Причём, родственница Главного Советника заранее согласилась продолжать эти занятия с Тионой и в дальнейшем, во дворце, в назначенные ею для этого часы.

     В первое же утро, при посещении библиотеки, Тиона встретила там сухонького старичка, который сидел под зелёной лампой и читал большой фолиант, бормоча что-то вполголоса и каждый раз слюнявя указательный палец, прежде чем перевернуть верхний угол страницы. На нем был халат звездочёта и мягкий, длинный колпак.

   Не зная, нужно ли здороваться - или же тут, в библиотеке, это не принято, чтобы не нарушать тишину и уединение, Тиона безмолвно  прошла к ближайшим стеллажам и взяла первую попавшуюся книгу. «О звёздах, их влиянии на душу, и о многочисленности Вселенных», - прочитала она название.

 - Девушка! Простите, не знаю вашего имени! – послышалось вдруг из того угла, где сидел старик.

 - Меня зовут Тиона.

  - А я – пророк Шамуальд, - прошамкал тот. - Тиона, я полагаю, это вас вскоре пошлют во дворец? И вы пополните штат фрёйлин принца?

  - Да, но сперва мне надо пройти церемонию подтверждения древности крови, - ответила та.

  - Странные нынче обычаи! С одной стороны, чуть ли не повсеместно изгоняют магию. С другой, кичатся псевдомагической родословной, да привечают всяческих шарлатанов, не разбираясь в вопросе. И следят за древностью крови фавориток… Беда, а не порядки! – воскликнул старый астролог. - Впрочем, воспользуйся пока моим советом: возьми книгу со второй полки снизу, справа от тебя. Вон ту, в зелёном переплёте: «О залах и комнатах волшебного дворца, в котором пребывают короли». Да, вот эту. Она действительно содержит описание всех помещений дворца, схемы их расположения, включая пристройки, и даже служебные помещения, подвалы и чердаки... Всё это там обозначено. Изучи схемы и все потайные ходы подробнейшим образом: думаю, тебе пригодятся эти знания. Во всяком случае, не повредят. Не все царственные особы удосужились познакомиться с этой книгой, потому даже они плохо и без подробностей знают дворец. А ведь он – весьма интересен и даже любопытен…

   - Спасибо! – поблагодарила Тиона. И действительно, сделала именно эту книгу одной из своих настольных, во время пребывания у Хендрика.

   В нескольких других она тоже почерпнула для себя немало интересного, главным образом, по истории Кронхорда и Амореи, то есть сопредельных государств, некогда составлявших единое целое.

    Вскоре, ещё до церемонии подтверждения древности крови и вступления в ряды фрёйлин, и будучи только кандидаткой в их число, Тиона поселилась во дворце, куда её привёз лично дядя Хендрик. С тех пор, она жила там в одной из роскошных гостевых комнат. В ней было большое зеркало, несколько картин на стенах, кровать под балдахином, тумба с аксессуарами, большой шкаф для нарядов, которые заказал ей советник Хендрик, столик со стульями, несколько мягких кресел, пушистый ковёр и клавесин.

    Общаться с Главным Советником с этих пор они договорились через Сильвестра, поскольку никто не должен был видеть их вместе слишком часто. Чтобы никто не догадался, что Тиона теперь не просто одна из претенденток на роль фрёйлины, но к тому же тайно работает на Главного советника. Это должно было остаться тайной, ведь иначе Отцы Крона будут создавать ей препятствия при общении с Йориком.

    Но, несмотря на красоту и великолепие жилого помещения, в котором Тиона теперь пребывала, главным её желанием было удрать отсюда…Пока что, не достижимым: маг Себарис, сам Хендрик, да и многие из дворцовых слуг, которые были глазами и ушами Главного советника, следили за ней. И не только они... Она чувствовала, что за ней следят ещё и другие силы. И весьма неприятны были именно эти соглядатаи.

   К тому же, как узнала Тиона, строжайше  охраняемые границы, когда из Амореи по торговым делам в соседний Сиграмад можно было выехать только через Малисс и конечный пункт – Заставу Сильваны, как это сделали в прошлом Фиолена, Сильвия, Нэсс и сопровождающие их лица, были с некоторых пор и вовсе перекрыты: Аморея становилась полностью закрытой страной. Поскольку, в Хиндустан и Ардагон проезда тоже не было: ведь эти страны, как поговаривали, вскоре будут угрожать Аморее войной. Поводом для неё могла послужить пропажа на территории Амореи наследного принца Ардагона, о котором до сих пор не было никаких сведений. А Хиндустан формально являлся союзником Ардагона. Обостренные отношения между этими странами и Амореей всё более накалялись. Дозволенная торговля была прекращена: действовали лишь контрабандисты. Таким образом, официально проходимой оставалась лишь граница с Санградом, на крайнем западе Амореи. Проход туда  был ещё свободным. Но, чтобы попасть на крайний запад, нужно было вначале дойти или доехать до Зелёного леса и Руна - или же до Свободных Сеньорий. А между этими двумя дальними местностями теперь находились колдуны Кардисса и пустыни Сорда. Последние, со стороны Свободных Сеньорий, отделяли также и Свободные Сеньории от других частей Амореи, и путь туда лежал, минуя эти пустыни, или с юга по морю - или через Кардисс или Вэтхардию с севера... Ту самую, что, по слухам, и была тоже захвачена колдунами Кардисса. И, к тому же, по всей Аморее теперь были установлены придорожные посты и пункты магической проверки, что весьма затрудняло передвижение.

    В общем, по всей вероятности, Тионе здесь, в столице Амореи, Ангкоре, грозило застрять надолго.

    В первый же день по прибытии во дворец, под видом самостоятельной соискательницы места фрёйлины, Тиона, как ей посоветовал Хендрик, пошла прогуляться по картинной галерее. Следуя таким образом, она должна была ненавязчиво, будто бы случайно, встретиться и завязать разговор с архивариусом Сильвестром, который очень любил бродить там, по этой галерее. Через него она в дальнейшем станет передавать Хендрику любые сведения о том, что происходит во дворце. Кстати, Себарис тоже получил допуск во дворец и поселился там под видом предсказателя, среди прорицателей и звездочётов, многочисленных при королеве Лалии и войдя в её круг. И, должно быть, взял с собой обезьянку... Жана.

   Так случилось, что в свой первый день пребывания во дворце, Тиона, путешествуя по лабиринтам большой картинной галереи, остановилась перед той самой картиной, которая привлекла внимание и её сестры Лорелеи, когда она впервые там оказалась. Как вкопанная, остановилась Тиона перед этой картиной, увидев её наяву, а не во сне. И припомнив первое с ней знакомство.

    Картина была выполнена мастерски. Бледное, трепетное лицо девушки, ожидающей свидания - как контраст прожжённому злодею, который прятался чуть ниже, среди плетущихся растений... Тот бандит, с ножом в зубах, со шрамом и явно выраженной в нём ардагонской кровью, со зверским оскалом, явно замышляющий недоброе - затаился  со злым намерением. А балкон под луной и звёздами, и будто в нависшая надо всем тишина явно подчёркивали драматизм и напряжённость момента.

- Хотите, я вам про неё расскажу? – услыхала она за своей спиной.

«Дежа вю, - подумала Тиона, - И это - наверняка и есть тот самый... Сильвестр».

  - Как вы знаете, мы будем обмениваться информацией именно здесь, в картинной галерее. Только, приходите сюда почаще. Можно обмениваться сведениями ещё и через привидений, но они не слишком надёжные союзники. Делайте это, только если будет большая срочность и необходимость, - сказал он тихо.

    А громко, во весь голос, Сильвестр, слегка прокашлявшись, начал рассказывать ей о картине:

    - Эту девушку предал принц, имени которого история не сохранила. Он позвал её на свидание, причём, вызвал запиской. Девушка должна была выйти ночью на балкон. Это – самое распространённое приглашение в Аморее на романтическую встречу. Девушка, влюблённая в принца, явилась на место встречи, но тщетно высматривала внизу, в тени деревьев, своего возлюбленного. Зато, дождалась разбойников. С помощью кольца ей удалось от них бежать… Однако, тогда на границах не стояло отрядов Отцов Крона, особых их войск, и не было тщательной магической проверки, устроенной сейчас по всей стране. Как вы, я полагаю, догадались, сейчас уже ни одному магу не разрешено покидать Аморею... И даже временно выезжать в далёкий Сиграмад... Да и почти никому другому, кроме купцов и дипломатов, не светят заграничные поездки. Такие правила введены три дня тому назад. Король уже подписал указ, разработанный на этот счёт Отцами Крона. Нарушившие его с этих пор считаются предателями, и при этом их уничтожение ненаказуемо. А также, всё добро уехавших, покинувших Аморею даже временно, теперь отбирается в казну.

   Итак, возвращаясь к нашей девушке, добавлю, что она достаточно свободно бежала, лишь под прикрытием невидимости. Бежала не только из дворца, бежала вообще из Амореи. А принц…Кажется, он очень плохо кончил.

  Тиона с интересом внимала рассказу Сильвестра: он несколько отличался от того, что мудрый слуга с великолепной памятью некогда рассказал её сестре, Лорелее… Он делал тогда совсем иные акценты. Что это теперь – намёк или предостережение? Должно быть…и то, и другое.

Напоследок архивариус, в подтверждение её догадки, шепнул совсем тихо:

  - Какую бы службу не требовал от вас лорд Хендрик…Держитесь лучше подальше от принца, уступайте место рядом с ним другим фрёйлинам. Тут повсюду развязывается странная и страшная игра. Остерегайтесь её. К тому же… Никогда не советую вам выходить на балконы. Знаете ли, там дует…

  Когда Тиона вернулась, она призадумалась. «Нужно иметь хоть какую-то руну в рукаве, как говорится… Запасной, неожиданный ход. Например, здесь есть зеркало… Зеркала опасны и не предсказуемы, они любят обманывать. К тому же, уйди я отсюда, пускай, через зеркало - некие силы, возможно, снова непременно заинтересуются Лорелеей. И выкрадут её. А мне это абсолютно не нужно. Лучше, я сама буду в игре, вместо сестры. Но, на случай самого страшного, надо всё же иметь шанс к отступлению…Но, могу я сейчас хоть попробовать отсюда исчезнуть? Только, начну процесс растворения в Безначальном - и сразу прерву... Иначе, если я уйду совсем - я ведь уже не смогу сюда вернуться. Нет того, к кому здесь возвращаться, никто назад не притянет.

    Тиона подошла к зеркалу. Попыталась всмотреться в своё отражение - и провалиться в иномирие. Одна попытка, две, три…В чем дело? На зеркале стоит магическая защита? Возможно.

  - Однако! Неплохие потуги – но абсолютно без результата! - услышала она смешливый голос. Тиона вздрогнула от неожиданности и медленно обернулась. На её кресле сидел мутно-расплывчатый тип... Неужели, к ней пожаловало привидение?
- Кто вы? – спросила Тиона. – И почему вы здесь? Шпионите за мной?

  - Я - Барон. Так теперь меня все наши называют. И не думаю, что хоть кто-нибудь из живых ещё помнит моё настоящее имя. А что я здесь делаю? Я могу это же и у вас спросить. Это, вообще-то, моя комната. Я здесь живу. Вернее, жил. Меня и убили тут, между прочим.

  - Мило… И как это произошло?

  - Впервые вижу девушку, которая при моем появлении не кричит и не зовёт на помощь, а проявляет живой интерес к моей биографии. Я сейчас расчувствуюсь…Даже заплачу. Я очень сентиментален, дорогая леди, - и привидение шумно шмыгнуло носом.

  - Но,  почему  вы сейчас проявились? Вы тут всем являетесь? - поинтересовалась Тиона.

  - Нет, конечно. Просто, я решил, что вам здесь скучно. И потому, вы хотите поменять своё местоположение. Хотя, я впервые вижу девушку, которой скучно…во дворце! Когда кругом - целые шкафы нарядов. Где вы родились? Где воспитывались? Где тот пышный и богатый город, после которого Ангкор, столица Амореи, кажется дремучим захолустьем?

- Я воспитывалась в лесу. Одним колдуном.

- Неужели? Ну тогда, это всё объясняет. Например, отсутствие пристрастия к нарядам. Думаю, о моей смерти мы поговорим в другой раз. Грустная это тема. А вот, вы не слыхали, что по дворцу нынче ходит призрак бывшего короля? Говорят, это плохая примета... Бедный Тиомед! Его боятся ещё пуще, чем меня. Хотя, он не делает никому ничего плохого. Он всего лишь поговорить хочет… Так, с кем-нибудь.

 - Приглашайте его сюда, в гости. Будем пить чай. Привидения пьют чай?

- Нет, конечно. Но мы можем притвориться, вполне натурально. Впрочем, к вам на чай я приду не с Тиомедом, он совсем недавно умер, потому очень несчастен, да и стесняется. Я других приведу. Будет весело, - сказал  барон, хихикнул и исчез.

                *
   Минуло несколько дней, но Барон больше так и не появлялся. Однажды, Тиона стала собираться на так называемую «Ассамблею», устраиваемую в честь приезда одного из двух графов Кронхорда, которые считались его официальными правителями. В то время как в действительности, ясное дело, той соседней страной давно уже управляли Отцы Крона.

  Тиона надела голубое воздушное платье и украсила волосы диадемой с жемчугом и бриллиантами, подаренной ей лордом Хендриком. Она критически осмотрела себя, но вполне себе понравилась. Тем не менее, её сегодня ожидал, как она полагала, отнюдь весёлый праздник, а скучнейший вечер и занудные церемонии.

  Как  было заведено, вначале она последовала в картинную галерею, где возле одной из картин повстречала Сильвестра, который тщательно протирал канделябр со свечами. Она поздоровалась с ним и услышала в ответ:

- Будь осторожна сегодня. Вместе с гостями из Кронхорда во дворец прибыл один сильный чёрный маг. Себарис будет аккуратно следить, чтобы никто не причинил тебе вреда. Он будет в свите королевы Лалии. И, если что, нейтрализует гада. Но, ты и сама держи ушки на макушке и сегодня не уединяйся ни с кем, кто бы тебя не вызвал на разговор, даже с королём или принцем. Это очень опасно. Понятное дело, здесь и своих проходимцев хватает, но этот сюда прибыл не просто так…Что-то нашими врагами недоброе замышляется. Но, пока мы не знаем, что же именно.

   Когда Тиона явилась на ассамблею, в зале было ещё не слишком много людей; официальная церемония ещё не начиналась. И, поскольку  в обязанности Тионы при дворе входило именно то, чтобы, вместе с другими фрёйлинами, сопровождать Йорика и в его свите присутствовать на публичных заседаниях, ассамблеях и пирах, то просто так развернуться и уйти она уже не могла и должна была ожидать начала и присутствовать хотя бы на официальной части заявленного мероприятия.

    Обычно следовавшие за официозом пиры, как говорили, теперь стали невыразимо скучны и обходились без танцев и песен. Ещё оставался дворцовый оркестр, но его музыка порой становилась невыносимо заунывной, а порой – явно похожей на военные бравурные марши. Ещё малочисленные, гости сейчас в основном не спеша прохаживались или сидели на диванах, обсуждая политику и внутренние дела; и очень много было среди них церковников. Тех, которые вели душеспасительные беседы, даже здесь убеждая паству в том, что нужно отдать себя в руки Крону и преклонить перед ним то ли голову, то ли колени.

 Тиона прошла в зал для церемоний и села в мягкое кресло, подальше от места, предназначенного для царственных особ, в тени магнолий с большими, крепкими листьями. Выглянула за окно в подвесной сад, по-осеннему увядающий, но всё ещё безмерно прекрасный.

- Я бы не советовал тебе забираться так далеко, - услышала она голос и повернула голову. Рядом, будто бы случайно проходя мимо, остановился, разыгрывая задумчивость, маг Себарис. – С тобой тут могут присесть рядом, да ещё с двух сторон. Зажать тебя в уголке. Ну, Отцы Крона, к примеру. И, что ты тогда будешь делать? Могут и кольцо отобрать. Если заметят. Магических способностей у них нет. Зато есть собачий нюх, особенно на подобные вещи. Кстати, недавно во дворец вернулся некто Себастиан.  Никто, или почти никто, не в курсе, что он – сын … Ну, того самого чёрного мага, что был с Ариманом в день нападения на короля и убийства Арэна… И к которому тебя хотел доставить Абас. Да и те, кто знает, что Себастиан - сын Аббадона, всё равно ничего не могут ему предъявить: как бы, дети за отцов не отвечают, да и церковь – всегда вне подозрений. Как и жена... Гм... Ренуария. Я бы посоветовал тебе перебраться поближе к трону. Сесть в зале первые ряды. Ассамблея ещё не началась, но там  уже можно занимать места. И, как ни странно, там - гораздо безопаснее.

    Тихой походкой, он совершенно бесшумно удалился. А Тиона решила последовать его совету. Одно только имя Себастиана доводило её до содрогания. И встречаться с ним тет а тет ей вовсе не хотелось, даже случайно.

    Когда Тиона приблизилась к первому ряду кресел, принц поманил её к себе и знаком попросил присесть с ним рядом. Он сам пока что сидел в этом, самом первом, ряду, а не на возвышении для царственных особ. Присутствуя близ принца, Тиона сразу почувствовала, что тот, как и всегда в последнее время, был нервным, дёрганным и не уверенным в себе, очень мнительным и боязливым. С ним всегда можно было поговорить об искусстве, картинах и книгах, тогда его глаза загорались; но вот политических разговоров он всячески старался избегать. Тема разговора, выбранная принцем, и сейчас касалась чего-то самого незначительного: украшений, альбомов и выбора нарядов в зависимости от лунного цикла.

   - Спасибо вам за беседу, Тиона! После бесед с вами я чувствую себя гораздо лучше, - сказал принц в самом конце и поцеловал ей руку, прежде чем удалиться.

    Как только все собрались, король Ренуарий, королева Лалия и принц Йорик заняли свои тронные места, прошествовав на возвышение. Перед ними, также прошествовав меж рядов кресел и выступив вперёд из зала, встал... Не кто иной, как Себастиан. Тиона его тут же узнала, хотя раньше видела недруга разве что во сне. Картинно совершив церемониальный поклон, тот обратился непосредственно к Ренуарию:

  - Недавно избранный единогласно верховный правитель нашей Церкви Великого Крона, Ветрувий седьмой, уполномочил именно меня донести до вашего сведения следующие положения: мы, Святая Церковь, и лично наместник Крона на всей подлунной Таэре, Ветрувий Седьмой, считаем необходимым усилить магический контроль во вверенной вам Аморее, и прежде всего, в столице.  Глава нашей церкви предлагает вам издать указ, согласно которому запретить всем подданным королевства применять магию без предварительного разрешения и согласования с любой королевской особой, или же с нашей Церковью. В противном случае, мятежный маг должен подвергнуться высылке из страны, с конфискацией имущества, и прежде всего, с конфискацией магических артефактов.

  И – второе. Наш повелитель, Ветрувий седьмой, просит вас оказывать всяческое содействие Отцам Крона, которые будут проводить магические дознания и выявлять неповиновение. Он считает, что нашей церковью Крона все маги должны  быть взяты под контроль, а списки неблагонадёжных магов предъявлены вашему магическому величеству.

   «Чёрная магия не есть человеческая магия, - вспомнила Тиона. – Чёрный маг не производит, следовательно, магического  действия, и будет вне суда Отцов Крона. Ибо, он ничего не творит – за него всё вытворяют его союзники... Аспиды».

   Она похолодела. Без сомнения, читаемый проект закона был направлен на подавление деятельности магов-людей и репрессии против них, но не против чёрных колдунов. В результате, обвинения будут направлены только на тех, кто способен противостоять злу – вот их-то и рекомендовали «взять под контроль», то есть, всячески им мешать, да им противодействовать. И это должно было дать чёрным магам несомненное преимущество, карт-бланш на все их тёмные дела и расправы.

  Тем временем, Себастиан закончил речь. И воззрился на короля:

  - Что скажете, ваше величество? В связи с ужасными нападениями в прошлом на особ королевской крови, заговором и даже убийством придворного шута на ваших глазах, а также, замечая, что в этом гнусном преступлении был замешан маг – наши требования звучат разумно. Давайте же скажем решительное «нет» всяческой недозволенной и не одобренной заранее властями магии. Впрочем, Ветрувий седьмой даст вам время на размышления, прежде чем вам следует объявить государству новые постановления и законы. Они также подробно расписаны нами, и мы предлагаем их на высочайшее  рассмотрение.

  - Хорошо. Однако, те мои подданные, которые являются представителями древней крови, а значит, имеют магию в крови, и склонны проявлять её, будучи обученными или имеющими блестящие природные таланты в этой области, всегда стояли на страже отечества. Проявляли доблесть и героизм в битвах, совершали чудеса. Творили прекрасные произведения искусства… Нельзя ущемлять их права лишь потому, что один из моих непосредственных служителей предал королевскую семью и связался с чёрными колдунами. Магия света и Сигурда ни в коем случае не потворствовала заговору. Именно придворные и боевые маги пришли мне на помощь в трудный для меня час. Кроме того, при ослаблении магии моих придворных падёт и дворец. Поскольку, он создан магией волшебников Руна и простоял многие века только благодаря тому, что в нём всегда находились прямые потомки Сигурда Великого – маги древней крови. И потому, я вынужден отказать вам в ваших несоразмерных требованиях: занимайтесь проблемами вашей Церкви, а дела  государства и дворец – оставьте мне. Магия укрепляет моё государство и мой дворец, а разрушают их – зло и наветы. Я и без того принял слишком строгие законы о проверке перевозимых артефактов и конфискации тех из них, на которые не выписано разрешение. Но, вам и этого мало…

  При упоминании магии волшебников Руна, Себастиан аж позеленел; однако, тут же взял себя в руки.

  - Я, всё же, как и мой повелитель, Ветрувий седьмой, рекомендую вам подумать. И оставляю в вашем распоряжении эти бумаги… Для подробнейшего с ними ознакомления.

   - Дорогой, не забывай, что Кронхорд – наш единственный влиятельный союзник, а в том положении, в котором находится Аморея, когда ей грозит очередная война - нам нужны союзники. При этом, война уже возможна непосредственно на нашей территории, и с такой сильной страной, как Хиндустан. Среди наших вероятных союзников, есть ещё и Санград, но он слишком ослаблен внутренними распрями и противоречиями, там сейчас нет сильной и единой власти, и он вряд ли придёт к нам на помощь в случае беды. И потому, перед лицом врага, мы можем лишиться даже нашего единственного союзника. Ведь Кронхорд отвернётся от нас, если мы не проявим гибкости, не пойдём ему навстречу,  – неожиданно для всех, подала голос королева Лалия.

  - Хорошо. Я подумаю, - согласился бледный и осунувшийся Ренуарий.

  Йорик, ещё более бледный, чем его отец, вовсе как мел, сидел между Ренуарием и Лалией, с совершенно отрешённым лицом – и, казалось, не слышал и не видел всего, что здесь происходит, погружённый в какие-то тяжкие думы.

  - А сейчас – свободная часть нашей ассамблеи, - объявил человек с крючковатым носом и в одеяниях звездочёта. Он ранее сидел на маленькой табуреточке, почти у ног Лалии. А, когда поднялся, то оказался необычайно высокого роста, да и голос его прозвучал громогласно.

    И с этого мгновения, кто-то начал вставать, свободно перемещаться по залу, другие - остались сидеть, непринуждённо беседуя. Или же делать вид, что беседуют именно весело и непринуждённо. Заиграли музыканты, располагающиеся где-то в самых задних рядах.

  Музыка была плавной и печальной, пронзающей душу и уносящей в небо. Вечерело, и было прохладно. В створки раскрытых окон проникал свежий ветер. Неожиданно, к Тионе, на свободное рядом с нею место, быстро подсел неизвестный господин, богато одетый и довольно миловидный, с тёмными усами щёточкой и длинными волнистыми иссиня-черными волосами.

  - Вас зовут Тиона, не так ли? Я хотел бы познакомиться с вами поближе, - сказал он мягким, бархатистым голосом. – Меня зовут Альфред, и я – герцог Кронхорда. Мне очень жаль, что ваша мать подверглась не слишком приятным процедурам, при этом проживая на территории нашей Альграды. Впрочем, я сам – из Археи, а не из столицы Кронхорда. Альградой правит теперь  герцог Жульберт. Да и наш дуумвират, то есть, мы оба – относительно молоды, и приняли наши полномочия, как номинальных правителей Кронхорда, то есть, были избраны верховными светскими правителями, лишь месяц тому назад. И мы не в ответе за то, что произошло с вашей матерью. Да и в том, что творится в нашей стране, а тем более, в том,  что происходит сейчас здесь, а Аморее – мы толком ещё не разобрались. Тем не менее, слухи, что доходили до меня, утверждают, что в Аморее вскоре ожидается переворот и смена правительства. Возможен заговор против короля, в особенности, если он становится неуправляемым для некоторых сил.  Так что… Предлагаю вам бежать отсюда. Вместе с моим посольством, как только окончится этот приём, который продлится с неделю. Не знаю, зачем вы прибыли во дворец, и по своей ли воле здесь оказались. И каковы ваши дальнейшие планы… Но здесь и сейчас для девушки древней магической крови явно будет не безопасно. Сложные предстоят времена. У нас, в Кронхорде – как бы, всё уже более-менее утряслось, устоялось, древнюю кровь уже не преследуют так рьяно, как всех без исключения магов преследовали ранее, да и лично для вас я бы смог организовать там охрану. А также, предложить вам руку и сердце. Если вы скажете «да»…

  - Я подумаю, герцог Альфред, - тихо ответила Тиона.

  - По-моему, это вежливое «нет». Ну, что ж. Не буду более вас утомлять своим присутствием. Должно быть, ваше сердце уже занято, – вздохнул её собеседник и привстал. - Впрочем, всё течёт, всё меняется. Полагаю, что «нет» ещё может смениться на «да». Всё же, вы, действительно, ещё подумайте. В общем, откланиваюсь и смею надеяться, что несколькими днями позже вы измените своё решение, - после этих слов, он поцеловал её руку, после чего развернулся - и отправился прочь.