мои рассказики - 4

                ЛЮБОВЬ И ПОХОТЬ
                (Рассказ)
 В городскую больницу срочно привезли мужчину средних лет с признаками инфаркта и направили в реанимацию. Это был Павел Николаевич Круглов, главный инженер крупного предприятия в городе. Павел Николаевич не первый раз попадает в больницу, но в этот раз дело обстояло значительно серьёзней.
 Ещё в молодые годы в разные периоды жизни он получил два удара судьбы в личной жизни. Третий удар с инфарктом получил уже совсем недавно, когда узнал всю правду о своей бывшей жене. Находясь в больничной палате под присмотром врачей, Павел Николаевич Круглов, слегка оправившись от инфаркта, вспомнил всю свою жизнь… …

Когда-то студентов четвёртого курса института Прикладной химии отправили осенью на поля собирать урожай картошки. Ребята и девчата с удовольствием поехали на природу. На соседних грядках оказались студенты второго курса их института. Погода была тёплая, хорошая, как и подобает в конце сентября. Работа спорилась, все шутили и смеялись над местным бригадиром, который по ходу работы сочинял и декламировал четверостишья:

           -- Где тут грузчиков бригада? Нагрузить машину надо! Или:
           -- Что притихли вы, девчушки? Намочили, что ль, в портчушки?
И многие другие.

        Среди первокурсников Паша приметил симпатичную девушку в платке, мужской рубашке и резиновых сапожках. У неё всё получалось лучше и быстрее, чем у других. Однокурсники и однокурсницы назвали её ударницей труда и долго смеялись. Она действительно этому научилась ещё дома у родителей, которые жили в пригороде и имели участок земли.

      Люда только махала рукой в рукавице на ребят и тоже смеялась. Закончив работу и ожидая машину для возвращения в город, студенты разожгли костёр,  стали печь картошку и начали обедать тем, что у кого есть. Паша подсел к Люде и угостил своим бутербродом. Она не отказалась. Так они познакомились, и кажется, понравились друг другу.

       В кузове грузовика они сели вместе с краю и смеялись по всякому пустяку. Особенно было смешно, когда у всех потекли слёзы от дыма выхлопной трубы машины, который закручивался в кузов при быстрой езде, и этим смрадом приходилось дышать. Но это не мешало им, да и остальным, рассказывать анекдоты и всякие истории.

         В институте они стали встречаться после занятий, ходить в кино, в мороженицу. У Павла деньги водились. Он жил с родителями. Отец Павла Николай Евсеевич Круглов в звании подполковника в отставке и мать Елена Родионовна воспитывали сына в строгости, бережливости, честности и благих намереньях, хотя не ущемляли его свободу.

         Однажды Павел спросил родителей: -- Папа и мама, я дружу с Людмилой уже давно. Она мне и я ей нравлюсь. Мне кажется, это у нас серьёзно. Прежние девчонки тоже были хорошие, но слишком избалованы родителями и городом. Людмила же самостоятельная, серьёзная, учится хорошо, не избалована, хотя живёт с девочками в общежитии. Мне бы хотелось пригласить её к нам и познакомить с вами. Надеюсь, что и вам она понравится.

        Посовещавшись, родители назначили день встречи. Мама испекла пироги с капустой и с яблоками. На столе даже появилось красное вино. В назначенный день Паша привёл Люду в дом. Она была одета в красивую кофточку и юбку, была миловидна, хороша, с короткой стрижкой, которая придавала ей задорный мальчишеский вид. Паша познакомил Люду с папой и мамой, сели за стол угощаться.

         Выпив вина и закусив, Елена Родионовна попросила Люду рассказать о себе и своих родителях Люда стала рассказывать:
         -- Мой папа всю жизнь проработал в сельском хозяйстве. А мама Вера Петровна работает в школе, учит детей начальных классов. Папа недавно умер и мама осталась с братиком Серёжей вдвоём. У нас в пригороде свой небольшой дом и участок с садом. А я, окончив школу, решила поступать в институт и прошла по конкурсу. Живу сейчас в общежитии, девчата хорошие, занимаемся вместе. У девочек тоже есть парни, с которыми они дружат. Когда бывает время, езжу к маме, помогаю по хозяйству и проверяю учёбу брата. Как-никак и ему придётся скоро выбирать специальность, а то возьмут в армию.

         Елена Родионовна похвалила Люду:
        -- Молодец, что ты не белоручка и понимаешь жизнь.
        Короче говоря, родители одобрили выбор Павлика, но остерегли их, что сначала надо окончить институт, а уж после создавать семью. Ребята согласились и дружили эти годы, не позволяя себе вольностей.
      
         Свадьба состоялась по окончании Людой института. Паша уже работал в НИИ на хорошей должности и неплохо зарабатывал на жизнь и на развлечения. На свадьбе были однокашники, друзья, мама Люды с Серёжей. Все радовались и пили за молодую красивую семью. Желали им долгих счастливых лет совместной жизни и увеличения семьи.
         
         Они были первыми из однокурсников, которые решили создать семью. Через год родилась Наденька, надежда дедушки и бабушки. Люда пока оставалась при доме, а свекровь помогала ей растить общую любимицу Надю. Жизнь протекала насыщенно и интересно. Молодые страстно любили друг друга и дочь. В семье было мирно и спокойно.

        Наденька подросла и Люда поступила на работу, а все заботы по дому легли на Елену Родионовну и Николая Евсеевича, который к этому времени уже страдал от гипертонии. Два года спустя Николая Евсеевича не стало. Сказались ранения на фронте, бесконечные переезды по службе.
        После смерти дедушки дом будто бы опустел. Дедушкины сказки Наде уже никто не рассказывал. Все очень переживали его несвоевременную смерть, но надо было продолжать жить, воспитывать Надю. Теперь Елена Родионовна была дома и за няньку, и за хозяйку.

         Павел, видя, как устаёт мать, предложил Людмиле посидеть дома, пока Наденька ещё мала. Зарплата у Павла неплохая, плюс мамина пенсия за отца. Хватит на троих. Людмила категорически была против этого:
         -- Пашенька, для чего я училась, получила специальность, работу? Всё это пойдёт насмарку, если я не буду практиковаться. Давай наймём няню для Наденьки, или домработницу.
         -- Людочка, у меня есть заманчивое предложение. Давай заведём братика для Наденьки. Тогда ты будешь дома и всегда рядом с детьми.
        -- Пашенька, дорогой, ты же знаешь, как мне тяжело дались роды. Я боюсь, что не смогу ещё раз это выдержать. И что тогда? Давай пока  повременим.

          Елена Родионовна, слыша их разговор, заявила, чтобы они не беспокоились. Мол, она справится с заботами, пока есть силы. На том и решили. Людмила продолжала работать, Наденька пошла в первый класс и жизнь опять потекла, как надо. Паша работал, бабушка провожала и встречала со школы Наденьку. Так что о доме можно было не беспокоиться, бабушка справлялась со всеми заботами.

        Людмила стала посещать бассейн, салон красоты, чтобы сохранить привлекательность и по-прежнему нравиться мужу. Павел всё ей позволял, хотя сам этими удовольствиями не пользовался, так как работа и диссертация отнимали у него уйму времени. Только в выходные дни иногда мама разрешала им вдвоём посетить театр, выставку, музей и погулять с Наденькой.

      У Павла дела шли неплохо. Защитив диссертацию, он получил место начальника лаборатории, продолжал научную работу, получил несколько патентов на изобретения государственной важности. Это оплачивалось. Людмилу тоже хвали на работе и всё казалось в жизни удачным: семья, достаток, интересная работа. Наденька училась неплохо, стала заниматься музыкой. Но жизнь подносит подчас проблемы, которых не ждали.

        Здоровье Елены Родионовны начинало сдавать. Её поместили в больницу, лечили, но сердце не выдержало, и через несколько дней любимая бабушка Нади умерла. Похоронили её рядом с мужем. В семье Кругловых возникли новые проблемы. Хотя Надя уже не маленькая, но оставлять её одну дома не безопасно. Надо собрать её в школу, приготовить поесть, убрать квартиру, встретить Надю из школы, приготовить ужин и прочее. Паша с Людой решают нанять для этой цели подругу Елены Родионовны Екатерину Макаровну, соседку по лестнице, бывшую учительницу. Та согласилась.

        И опять жизнь в доме Кругловых вошла в обычное русло. Бабушка Катя была одинока и с большой охотой занялась хозяйством Павла и Люды, а Наде даже помогала с уроками и по музыке. Как-то вечером уже в постели Люда начала разговор с Пашей:
        -- Ты знаешь, я что-то начинаю хандрить, внутри что-то во мне не так, как обычно.
       -- Неужели беременна?
      -- Нет, что-то другое.
      -- Тебе надо срочно сходить к доктору и разобраться с этим. Давай завтра же и сходи, откладывать не советую. Ты согласна? Ты ведь у меня умница.
       -- Хорошо, пойду. Через несколько дней Людмиле сделали анализы и врач дал заключение и свои рекомендации:
     -- Надо срочно лечиться, но за границей. У нас таких лекарств и специалистов нет. Возможно в клиниках Франции. У них очень хорошие показатели по выздоровлению от этой болезни и отличные условия содержания. Правда, это достаточно дорого.
      
        Для Павла это была страшная неожиданность, но он справился, выдержал.   
        -- Здоровье дороже денег. Мы же справимся, правда, Людочка?
       -- Я знала, что ты согласишься, любимый, -- сказала Люда.
Сборы были недолгими. Паша вручил Люде русско-французский разговорник для общения с французами, и они втроём отправились в аэропорт.
       -- Мамочка, ты же поправишься? – спросила в аэропорту Наденька.
       -- Конечно. Я буду вам часто звонить.
       -- Любимая, береги себя. Ты же знаешь, как ты нам нужна. Не стесняй себя в расходах. Я всё сделаю, что тебе потребуется, только сообщай мне, -- пообещал Павел.

         На этом они простились со слезами на глазах и Людмила улетела. Павел с Наденькой отправились домой. Через день от Люды пришла телеграмма:   
         «Устроилась в гостинице, номер хороший. Завтра иду на собеседование к врачам. Целую вас».
         «Дай то Бог», -- подумал Павел. Тремя днями позже пришла ещё телеграмма:
         «Назначили курс лечения. Это не опасно. Павлик, надо купить дорогие лекарства. Вышли, пожалуйста, евро, чтобы рубли здесь не менять. Целую тебя и Надюшу. Сообщи как у вас дела. Мне можно позвонить по телефону…»

         Павел регулярно отправлял деньги, разговаривал с женой по телефону, беспокоился о лечении, сообщал, что бабушка Катя очень подружила с Надюшей. У Нади учёба идёт хорошо. В музыкальной школе преподаватели считают, что из неё получится неплохой музыкант.

         Прошёл второй месяц пребывания Люды в санатории. Люда сообщает, что результаты всё лучше и лучше. Однако, после лечения потребуется реабилитация, может месяца два, как говорят врачи, там же под присмотром врачей.
          -- Хорошо, Людочка. Самое главное – это поправляйся и возвращайся домой. Мы очень соскучились. К тебе я, к сожалению, не могу прилететь. Ты знаешь, почему. Нам нельзя, нас за границу не пускают.

           Люда всё понимает и продолжает восстанавливать своё драгоценное здоровье. А Павел увлечён работой и заботой о дочери. На работе он опять получает повышение по службе. Становится начальником отдела. В его подчинении большой коллектив, несколько НИР и ОКР, которые надо курировать, ездить в командировки по стране.
         
            Наступили Надины каникулы, и папа разрешает ей пожить в пригороде у второй бабушки, Веры, матери Люды. Павел отвозит Надю к бабушке Вере, рассказывает ей о болезни Люды. Оба переживают. Надя остаётся гостить у бабушки Веры. Серёжа, брат Люды, уже окончил школу и работает в мастерской с техникой, зарабатывает деньги.
             Надя с Серёжей подружились поближе. Он познакомил Надю с местной детворой, сходил с Надей на свою работу, показал, как работает сельская техника, даже покатал на тракторе. Надя расцвела в деревне, загорела, научилась плавать в речке, собирать урожай с грядок, варить (вернее присутствовать при варке) варенья, кормить козу и кур.

          К сентябрю Надя вернулась в город окрепшей, пошла в следующий класс и жизнь потекла своим чередом. Баба Катя занималась по дому, Надя даже ей часто помогала. Папа занят был работой, приходил поздно, иногда уезжал в командировку. В доме было уютно и дружно. Только не хватало мамы.

         Сообщения от мамы стали приходить всё реже (очень дорогие международные переговоры и телеграммы). Как-то на кухне, пока не было Нади, баба Катя завела откровенный разговор с Павлом:
         -- Пашенька, ты извини меня, но тебя не удивляет такое долгое лечение Людочки?  Ведь уже скоро год, как она уехала.
        -- Что вы, Екатерина Макаровна, я всецело на стороне Люды. Главное, чтобы она вошла в норму, поправилась и скорее вернулась. Год, конечно, много, но если это необходимо, я готов работать день и ночь и помогать жене. Только бы всё наладилось. Наденька так скучает по маме.
       -- Да, я вижу и стараюсь каждый раз её успокоить хорошими словами и надеждой, что всё образуется.
       -- Спасибо вам большое за это. Вы знаете, как мне было тяжело узнать о болезни Людочки и пережить это? Как снег на голову. Думалось, ну почему именно со мной? Так всё было хорошо и понятно в жизни. Намечалась перспектива, что мы ещё родим мальчика. Семья станет полноценной. И вот, на тебе! Прожили почти десять лет, остались без родителей, которые могли бы ещё жить и воспитывать внучку, пережили и другие неприятности. Всё это мы смогли выдержать, но эта болезнь…
       -- Пашенька, я тебя понимаю и разделяю твою боль. Я уверена, что ты с этим справишься. Ведь ты сильный, как твой отец, который пережил не меньше бед в своей жизни, о которых ты, возможно, даже и не знаешь. Будем ждать и надеяться на лучшее.

           Екатерина Макаровна вернувшись к себе вечером подумала, что, видимо, зря она тронула больную струну Паши, заговорила о болезни Люды. Ему и так больно. Но что-то в сердце пожилого человека, уже хорошо знавшего семью Кругловых и их невестку, подсказывало ей, что здесь что-то не так. И как в воду смотрела…

         При очередном, уже ставшем редким международном разговоре, Люда, справившись о делах дома, о Наденьке, сказала Павлу:
         -- Дорогой, знал бы ты, как я соскучилась и во снах вижу всех вас, но у меня ещё не всё в порядке, к сожалению. Врачи заметили рецидив и надо продолжить лечение. Я знаю, что ты один тянешь семью, много работаешь. Знаю, что любишь меня, как и я тебя, но посоветуй, вернуться мне со своими болячками к нашим врачам-коновалам, или продолжить лечение здесь. Ведь, с первым проявлением моего недуга местные врачи здесь справились, а это главное. Уверена, что этот рецидив они победят, и мы снова воссоединимся семьёй.
          -- Любимая, конечно, продолжай лечение. Во мне можешь не сомневаться. Я сделаю всё возможное и невозможное, лишь бы тебе это помогло.
         -- Паша, дорогой, я тебя обожаю. Таких людей, как ты поискать. Пашенька, опять нужны деньги на другие процедуры и лекарства.
        -- Хорошо, завтра же вышлю. Поправляйся. Тебе желают здоровья бабушка Катя, Надюша, твоя мама и Серёжа. Я их держу в курсе событий. Целую крепко.
         Паша выполнил обещание, выслал евро, сколько мог, и занялся своими делами, наукой. Хотя мысли о здоровье жены занимали его теперь всё больше и больше. Он по ней очень скучал. На работе были женщины, которые его обожали, жалели, пытались как-то разнообразить жизнь не то вдовца, не то холостяка. Но Павел Николаевич себе этого не позволял. Был как кремень, однолюб. Прошло какое-то время. Павел съездил на восток в дальнюю командировку. Вернулся в приподнятом настроении, потому что их проект успешно реализовывался и «грозила» хорошая премия коллективу. Народ ликовал. Дома его вызвала к международному разговору Люда:
         -- Здравствуй, дорогой Паша.
        -- Здравствуй, Людочка. Что так долго не звонила?
       -- Знаешь ли, так складывались обстоятельства, что не решалась даже звонить. Наконец вот решилась.
        -- Говори же, не томи, что произошло, я слушаю.
        -- Паша, я видимо не смогу к вам вернуться. Врач, француз, который меня лечил, это Жан Лурье, очень известный врач, советует мне остаться здесь во Франции. Это для моего здоровья будет лучше.
        -- Люда, я ничего не понимаю. Ты же меня успокаивала, что лечение проходит успешно, скоро вернёшься и …
         -- Паша, -- перебивает она, – ты не совсем понимаешь меня! Мы с Жаном полюбили друг друга. Не обижайся, так всё получилось. Надеюсь, что ты и Наденька поймёте меня. Нам придётся расстаться. Нам надо разойтись. Я подаю на развод. Паша выронил трубку. Удар в сердце. «Как она смогла? Это не справедливо. За что?» -- в голове у Павла ничего не складывалось, всё перевернулось.

         Екатерина Макаровна, увидев Павла, очень испугалась за него. Она не стала его спрашивать, а посоветовала прилечь и вызвать врача. Павел отказался от врача и прилёг. Хорошо, что дома не было Нади. Позже Павел всё рассказал бабе Кате. Они решили пока Надю не посвящать в эти дела. Паша пережил и этот удар судьбы, вернее, Людочкин удар, отлежался несколько дней дома, как простуженный, вышел на работу, стал обдумывать процесс развода.
      
         Надя, уже повзрослевшая девушка, стала допытываться у отца, почему мама перестала звонить, писать телеграммы, просить деньги на лечение и подобное. И почему папа так изменился, осунулся, стал молчалив.
         -- Что же всё-таки происходит? -- настаивала Надя у папы.
         Павлу деваться было некуда, и он рассказал дочери всё о матери. Надю это просто ошеломило. Несколько дней Надя ходила замкнутой в себя и серьёзной. Школьные подруги тоже заметили в ней эти перемены, но причину Надя пока не называла.

        Днями позже она со своей близкой подругой были одни, и Надя, рыдая, рассказала о случившемся. Обе девочки расплакались и возненавидели маму Люду, так обманувшую и оскорбившую папу и всех родных. Надя попросила подругу уйти. Ей хотелось побыть одной у открытого окна на лестнице 11-го этажа, где они часто сидели с подругой и разговаривали.


           На следующий день стало известно, что Надя упала и разбилась насмерть с 11-го этажа соседнего дома. Вот и второй удар судьбы для Павла Николаевича. Ещё нестарый мужчина сгорбился, поседел, как лунь. Ему не хотелось жить. Но вспомнив отца и мать, их жизнь, дал себе слово «жить». Второй жизни не будет! Отлежался в больнице и опять вышел на работу.

           Наденьку похоронили недалеко от могил отца и матери Павла. Пришли многие из школьников и учителей. Все сожалели о случившемся и плакали по Наденьке. Развод с Людмилой прошёл заочно, и обе стороны процесса стали свободными. О своей бывшей жене Павел не пытался справляться, отрезал, как ножом. Себя он видел глупцом, наконец, дураком, не увидевшем в любовном угаре истинное лицо «любимой» женщины, загубившей жизнь собственному ребёнку, забывшей своих кровных родственников, родину. Но вместе с тем он и оправдывал себя тем, что несколько лет прожил в счастье и любви с женой, любимой дочерью и интересной работой. Это из головы не выкинешь.

          Павел оставался в одиночестве. Бабушка Катя в силу своих возможностей помогала занятому Павлу по хозяйству. Они дружили и были нужны друг другу. Но иногда Екатерина Макаровна, посмеиваясь, сетовала:
         -- Сколько мужиков я знаю в нашем дворе, а порядочных очень мало. Многие женаты, с семьями, но ругаются, даже дерутся с жёнами, пьют и блудят. И ведь жёны их держат. Хоть и выгоняют из дома, но потом они опять вместе.
         -- Екатерина Макаровна, вы это к чему?
         -- А всё к тому, что негоже такому мужику оставаться без поддержки со стороны женщины. Ведь ты ещё мужчина в соку. Неужели ты не можешь подыскать себе подходящую хозяйку? Сколько их и у тебя на работе, да и в театрах, музеях. Никуда не ходишь, даже друзьями не обзавёлся, занят только работой, на себе крест  поставил. Не хорошо это и неправильно.
        -- Вы, конечно, правы. Но я в жизни так обжёгся, что второго раза мне не надо. Я нашёл себя в работе. Меня это отвлекает от всего, что произошло. Жаль, что я не смог уберечь Наденьку. Моя громадная вина. Ну, так что ж? Такова моя судьба.

           После этих разговоров бабушка Катя больше не донимала Павла намёками, думалось: «Живут же мужчины и в одиночестве. И женщины такие есть, которым мужчины в тягость, и ничего, живут. Взять, допустим, меня. Не была замужем, родных не осталась, живу одна и, слава Богу, что кому-то ещё нужна, вот хотя бы Пашеньке».

          Работа у Павла шла в гору. Он стал главным инженером. Забот прибавилось, но это Павла только радовало. Стали расширяться. Дали новые помещения, понадобились кадры и молодые, и опытные. Некоторых из претендентов после собеседования Павел Николаевич принял на должности. Остальным пришлось ретироваться. Работа опять закипела.

           Однажды к главному инженеру обратился их сотрудник по личному вопросу. Это был немолодой человек, начальник отдела, которого Павел принял полгода назад. О нём Павел слышал лестные отзывы как о специалисте, но лично с Дмитрием Афанасьевичем Побудкиным был знаком лишь шапочно.   
          -- Павел Николаевич, вы меня простите, что отрываю вас от важных вопросов, но меня гложет мысль с тех пор, как я познакомился с вами. Не уверен в том, что вы это, или не вы, о ком я думаю.
         -- Я что-то вас не совсем понимаю. Я это есть я. Будьте добры, изъяснитесь попонятнее.
         -- Хорошо. У меня есть младший брат Борис, врач. Сейчас он далеко отсюда. Несколько лет назад он находился на стажировке во Франции. После возвращения он мне рассказал о своих похождениях там. Я весь его рассказ запомнил, даже частично записал... Вы позволите закурить?
         -- Да, пожалуйста. И что же?
        -- Так вот. Во Францию он улетал не один, а с женщиной. Её звали Людмилой, а фамилия, как ваша, Круглова. Мой шалопай легко знакомился с женщинами. С Людмилой он познакомился, посещая бассейн, и решил заманить её с собой во Францию на время стажировки.

         Павла Николаевича пронзило стрелой, но он сдержался и решил всё выслушать до конца. Может это не она, или всё это вымысел, шутка. Собеседник продолжал:
       -- Благодаря работе в медицине, Борис с  Людой придумали такой план, что, якобы, Людмила сильно больна и нуждается в лечении только во Франции. Для этого они состряпали липовые анализы для Людмилы и рекомендации врачей. И это сработало. Они улетали вместе. В аэропорту, как рассказывал Борис, стоявши поодаль, он даже видел мужчину и девочку, которые провожали Людмилу.
        -- Учреждение, в которое направили Бориса, и гостиница, где разместилась Людмила,-- продолжал собеседник, -- находились рядом. Людмила имела деньжата, а моему шалопаю это только и было надо. Там парочка отрывалась по полной программе. Ходили в рестораны, катались на яхтах, купались, загорали. Это была сказка. Плохо зная французский язык, они познакомились с истинным французом, кажется с Жаном, и стали болтаться вместе. Время стажировки у Брата подходило к финишу, надо было собираться домой. Людмиле же не хотелось покидать земной рай, и она решила остаться с Жаном, благо тот не бедствовал и имел собственный бизнес. Это всё, что я услышал от Брата и рассказал вам. Не знаю, надо ли было это вам рассказывать?

          -- Да, надо. Представьте, что это и была моя бывшая жена. Этого я не знал, конечно. Сейчас мне всё это безразлично. Но я попросил бы вас оставить всё сказанное между нами.
          -- Конечно, Павел Николаевич. Вы уж простите меня, что невзначай сделал вам больно. Я не хотел этого, поверьте.
          -- Я вам верю, как порядочному человеку .Всё услышанное мною, ещё раз подтвердило мою прежнюю догадку. Всё это происходило давно и меня уже не трогает. Но за ваш рассказ я вам благодарен. Всего вам доброго.
         -- До свидания, Павел Николаевич, -- сказал Побудкин и, уходя, подумал, что напрасно расстроил начальника. Но и держать в себе эту неясность он тоже не мог.

           Дома Паша рассказал всё единственному человеку Екатерине Макаровне. Больше рассказать было некому. Бабушка Вера, мать Людмилы умерла, брату Сергею этого знать не обязательно. Она опять посочувствовала Павлу:
          -- У меня в голове не укладывается такое. Девушка из сельской местности, да, красивая, хорошенькая, получила счастливый билет. Вышла за отличного парня, семьянина, добытчика. Живи и не горюй. Так нет же. Втихую стала встречаться с молодым шалопаем, забыв про мужа и дочь. Опустошала семейную казну своей «болезнью». Врала на чём свет стоит. А чего добилась? Наверно, и тот Жан бросил её как проститутку (прости меня Паша). Того и гляди запросится доживать свою бестолковую жизнь у тебя.
         -- Ну, нет. Достаточно я о ней наслышан. Сыт по горло.

        Хотя и храбрился Павел, что ему наплевать на всё услышанное, но в голове застряли, как заноза, мысли обо всём, что было. Он почувствовал жгучую боль в сердце, упал. Екатерина Макаровна срочно вызвала скорую помощь и Павла увезли. Это был последний удар для Павла, после которого ему оставалось жить всего несколько дней.

       За эти несколько дней перед ним пронеслась вся его жизнь. Появлялись вопросы, зачем он жил, для чего и для кого. Столько им было отдано энергии, ума, чтобы жизнь состоялась и у него, и у близких. Будущее виделось прекрасным, надёжным. Люди живут и умирают старыми, немощными, как и должно быть, как предписано. Такова природа вещей, жизни. От этого никуда не деться. С этим все мирятся. Но зачем существуют рядом с нами зло, обман, враньё, безответственность, наглость и безнаказанность?
       Думы навалились на него камнем, прижали к постели и он впал в забытье и отошёл…

        …Наша Людмила, уже немолодая женщина, прошедшая огонь и медные трубы, тоже начинала задумываться о жизни. Ей стало известно о погибшей Наденьке, смерти своей мамы. Она пожила с Борисом, оказавшимся проходимцем и альфонсом, пожила с красавцем Жаном, неверным мужчиной, изменявшим ей с молоденькими девицами. Сейчас она вынуждена думать о куске хлеба, искать подходящую работу и, пусть хоть немолодого, но богатого человека, который бы обеспечивал ей дальнейшее существование.

           Есть, конечно, две подходящие кандидатуры. Одному шестьдесят пять лет, хозяин автомобильного завода (как-то она с Жаном была у него на презентации нового автомобиля, и старичок с улыбкой под ручку объяснял Людмиле о своих планах) и второй, моложе, правда, не слишком богат, но имеет свой салон красоты, где Людмиле приходилось бывать когда-то и не один раз.

          И всё же мысли о доме, где прожила свои молодые годы, родителях, Надюше порой набегали на неё, и ей хотелось побывать на родине. К Павлу ей, конечно, не светило. Вряд бы он её простил и пустил на порог, но побыть на могилах родных, увидеть семью Серёжи она не отказалась бы. Да, но как это осуществить? С такими мыслями Людмила засыпала, а на утро ей надо было устроиться на работу. Ей пообещали.

           Надо будет переводить на русский описания и инструкции по применению лекарственных препаратов. Это поможет ей (временно одинокой женщине) свести концы с концами. У Люды всё получилось. Она познакомилась с хозяином этой фирмы, и он стал её содержателем. Она перестала трудиться и перебралась к нему в дом. Этот престарелый «папочка» тоже позволял Людочке удовлетворять свои капризы за её ласки. Даже разрешил ей слетать на прежнюю родину.
         
           Она быстро собралась, поцеловала «папочку» и улетела, как перелётная птица. Добравшись до цели поездки, Людмила остановилась в гостинице. Достопримечательности и бывшие друзья её не интересовали. Ещё начнут расспрашивать, судить. Ни к чему это ей. Она без предупреждения отправилась к брату Серёже. Тот её встретил объятиями:
         -- Какая ты стала! Такая же красивая, статная, но видно, что не наша.
         -- Что ты, Серёжа, годы берут своё. Но мне нельзя не следить за собой. Я как-никак француженка, а они всю жизнь только собой и занимаются.

          Брат показал Людмиле своё хозяйство, новый дом (прежний развалился) Он стал предпринимателем, зарабатывал, трудясь. Познакомил с женой и двумя детьми.
           -- А не хочется тебе побывать во Франции? Там изумительно всё: природа, люди, обычаи, отношения.
           -- Что ты, сестрёнка? Разве я могу бросить свои дела? Я даже в отпуске не бываю. Да нам и здесь неплохо, свежий воздух, рядом речка, лес. Ребятам нравится. Пообедав, Сергей отвёз на своей «копейке» Люду к могилам папы и мамы. Люда спросила, что ему известно о смерти Надюши и о жизни Павла.
          -- Павел похоронен. Разве тебе не известно? Кажется, там же, рядом с могилой Нади.
           -- Нет, я не знала о его смерти.
          -- А с Надей, говорят, произошёл нечастный случай. Вроде она уснула перед окном и свалилась вниз, или голова закружилась, не знаю. Виновных не искали.

          Людмила отправилась на городское кладбище. Узнала, где захоронены Надя и Павел Кругловы, купила цветы, свечи и пошла к могилам. Народу было немного. Подходя к памятникам, она заметила отходящую от могил старушку в чёрном платке и с палочкой. В ней Люда узнала няню Екатерину Макаровну. Хотела было окликнуть её, но остановилась. Вспомнила, что отношения с ней у Людмилы очень хорошими не были. Зачем расстраиваться?

          Памятник Наденьке был хорошо оформлен. Фотография улыбающейся Наденьки тронула за сердце.
          -- Чему ты улыбаешься, доченька? Неужели тебе там так хорошо? Ты же могла бы жить, да жить, наслаждаться дарами жизни, завести семью. Не уберёг тебя отец. Кроме своей работы, да таблицы Менделеева, ничего не замечал. Меня и тебя забывал. А что ему дала его наука? Вот и лежит рядом с тобой.

          Наденька не отвечала. Скупая слеза навернулась на глазах Людмилы. Она достала платочек, зеркало и навела марафет. Заграничная женщина должна уметь сдерживать свои эмоции и сохранять привлекательный вид (хотя бы и на кладбище).
           Возложив цветы, погасив свечи, поправив ленты с истлевшими надписями у Нади и Павла, Людмиле захотелось скорее улететь к себе во Францию. Она быстро собралась и покинула старую родину. Больше её здесь ничто не задерживало: ни дом, где жила с Павлом, ни подруги по институту, ни соседи…

          …В салоне аэробуса было уютно, тепло. Пассажиры дремали под равномерный тихий гул самолёта. Некоторые читали, тихо разговаривали. В иллюминатор светило солнышко и плыло вместе с Людмилой на запад. Принесли сок и булочки. Лететь было долго. Людмила, не торопясь, попивая сок, задумалась. Ей казалось, что она выполнила свой долг перед Надей, братом, Павлом, своими родителями. Побыла на их могилках, положила цветы, поставила свечки. Что ещё?

            Теперь её мысли перенеслись во Францию. Её, конечно, встретит папа (Люда его называла так только про себя. Вслух же его она называла Пусиком. Это было смешно обоим), отвезёт домой. Там имеется всё для беззаботной жизни, даже есть служанки. С этими мыслями Людмила задремала. Вдруг сквозь сон перед глазами Людмилы возникло лицо Наденьки со слезами на глазах:
        «Мамочка, ты же поправишься?»
         «Обязательно...»

        Увы! Людмила не поправилась. Наоборот, «болезнь» её захватила полностью и навсегда. Где она приобрела эту «болезнь», или она наследственная? Никто не знает. А Вы как думаете?
                2016

              ПРИСНИЛОСЬ  на  12.07.2016.

    Я на приёме у нового врача. Она за столом, я сбоку стола. Это молодая красивая женщина с чёрными волосами до плеч. Концы волос чёрно-русые, видимо, ранее крашеные. Лицо без морщин, брови правильные  чёрные, глаза то ли карие, то ли серые, носик, рот, губки чуть подкрашенные – всё на месте.  Красота!

    Но красота не самовлюблённой надменной женщины, а естественная красота наивной непорочной девушки (может быть она уже замужем?).
Она что-то говорит мне, учит, советует. Я её не слышу, а смотрю ей в самые зрачки и про себя толкую: «Мне б такую. И моему другу бы тоже. И брату. То есть, всем бы. А где взять-то? Я для неё  –  старый, изъезженный мерин…

    -- Что Вы сказали, извините?
    -- Всё идёт хорошо. Анализы – по возрасту, рецидивов не наблюдается, а также…

    У меня правый локоть на углу стола. Ладошкой подперев подбородок, я её с большим вниманием слушаю (вернее, совершенно не слушаю) и мысленно проникаю через её зрачки к ней внутрь. Путешествую внутри, куда хочу. Попробуйте, выгоните меня оттуда. Фигушки вам. Что хочу, то и делаю. У меня в душе звучит прекрасная музыка, которая помогает мне любоваться её красотой. Почему мне она кажется красивой? Что такое – женская красота? Красивое лицо?

    Кому-то нравятся брюнетки, кому-то шатенки, блондинки, курносые, горбоносые и т.п. Все любуются мадонной, а мне она не нравится. Жена торговца, что ли, или сапожника со стиснутыми губами. Ведь позировать перед художником несколько часов и сеансов нелегко. Даром позировать перед неторопливым художником редко кто согласится. Художнику надо натурщице заплатить. Красавица запросит дорого, а дурнушка – за копейку. Видимо, эта жена сапожника и согласилась за «недорого», а красивой-то и не была. А мы восторгаемся, судачим, спорим, о чём она на холсте думает, что у неё на курином уме. Деньги, видимо,  что заплатит небогатый художник, да поскорее бы это всё закончилось и сразу в койку.

    Вот и мама Бори Рядуева, некрасивая, с бородавками на лице, а добрая женщина-вдова. Боря просил её посидеть часа два, пока он зарисует её на память. Мать всё-таки. Так она ни в какую.
  Мол, нет у меня времени ерундой заниматься, дел по горло. Пока Боря не пообещал ей заплатить несколько рублей, только тогда и согласилась. Де-нежки! Где же этот портрет сейчас?..    

     Моя врач не замечает моего состояния, поднимается от стола и идёт через большую комнату, (в которой, как и я, сидят ещё пациенты, беседуют со своими врачами), чтобы показать мне  какой-то анализ или документ.
Слышу, как она возвращается, но не поворачиваю голову посмотреть на неё целиком. И всё-таки желание преобладает, мельком оборачиваюсь в её сторону. Да, она стройная, как и должно быть симпатичной женщине. Белый халатик распахнут, чёрная юбка выше колен, ножки, конечно, чуть тонковаты, как у девчонки, но, думаю, поправятся со временем. В руках у неё какой-то мой анализ. 

    За одно мгновение я разглядел её всю. Сижу, как ни в чём не бывало, жду, что будет дальше. Уходить не хочется.
Она садится чуть поодаль от стола и продолжает со мной беседу. Я прошу её сесть поближе, мол, я не всё слышу, что она говорит, слаб на уши. Она пододвигает свой стул, а мне только этого и надо, чтобы видеть её ближе. Я закрываю глаза, и её это настораживает:
    -- Вам нехорошо?
    -- Мне придётся страдать, как тогда.
    -- Когда?
    -- В голодовку, во время блокады в Кронштадте.
    -- Вы были в Кронштадте?
    -- Да. Я там и родился в 38-м году.
    -- От чего Вы страдали?
    -- От нестерпимого желания поесть.

    Она кладёт свою левую ладонь на мои волосы:
    -- А теперь от чего Вы будете страдать? Ведь, у Вас пока нет явной причины беспокоиться за своё здоровье.
    -- При чём тут моё здоровье? Я буду страдать от своей дурацкой любви к Вам, простите пожалуйста. Зачем только я попал на приём  к  Вам?  Это было непоправимой ошибкой, трагической случайностью, несчастным случаем.  Ну, и поделом.
    Открываю глаза. Она смотрит на меня удивлённо и не может что-либо сказать, или изменить…

    Сон бесконечно не длится, а когда-нибудь и заканчивается. И что могло быть дальше, он мне не поведал. А почему? Я лично не виноват в том, что сон мне нагородил, показал, как в кино. А конца нет. Где там в мозгу застрял конец этой прекрасной небылицы?
    Хочу знать! Хочу видеть!
    Для того и башка, чтобы придумать продолжение…               
                2016

            СЮЖЕТ  В  ПРОЗЕ
   
   Жаркое лето. Деревня. Они вдвоём на краю скошенного поля. Устали, грибов мало. Пахнет травой. Кузнечики стрекочут.
   Куртка на траве.  Сняли обувь, одежду. Недалеко река. Синее небо над головой. Они вдвоём, вокруг никого. Благодать!
   Он поворачивает лицо -- напротив её улыбка. Рука тянется, куда не положено. Травинкой проводит по её шее, губам и ниже.
   -- А ты, однако, нахал.
   -- Я? С чего это? Просто нечаянно потянулся. Очень мне надо,  подумаешь.

   Какие-то птицы щебечут в ближайших кустах. Облака медленно плывут на восток.
   -- До чего же хорошо на природе, -- подумал он. Сел, любуюсь раскалённым днём, букашками, ползущими по своим делам, птичками, поющим серенады.

   И вдруг! Руки медленно обхватывают его шею:
   -- ?
   -- Я такая,
   И тянут его на землю, на траву.
   -- Ах, так? Ну сейчас получишь за нахала.
   И получила. Вернее, оба получили мгновение наслаждения, счастья и любви...
   
   -- Слушай, а почему девчонкам обязательно надо сначала отказывать, а потом, когда кажется, всё потеряно, соглашаться?   Ведь, вам это тоже надо?
   Ответ прост:
   -- Потому, что мы такие.
   Дорога назад к дому прошла в обнимку, как и положено. Усталые, да ещё с грибами, они возвратились, поели, отдохнули и пошли к речке купаться.
   
   Хорошо иметь домик в деревне, лучше чужой.  И приезжать в гости за грибами, ягодами. И лучше не одному, а с напарницей, подругой.

                2016.   

                Г У Л И

       Сегодня 02.03.2017 года. Еле разглядел в компьютере дату. Пришёл из глазного центра им. Фёдорова по их приглашению
       С 7-ми часов поднялись, помылись, перекусили и пошли к автобусу № 63 до  Купчина.   
        Погода была тёплая, не скользко. Я сам доехал до Глазного центра Фёдорова.
      
       До 12-10  прошёл все глазные процедуры, как и все человек 50. Залили мне глаза каплями, что видел всё,  как в тумане, и пришёл в 13-00 домой, зайдя в аптеку за выписанными дополнительными лекарствами в аптеку и в магазин Окей за водкой, снять напряжение дня.
      
       Врач Бойков С.Г. сказал, что гарантии нет на лучшее после операции катаракты. Мол, всякое может быть.
       Я говорю ему, что на «халяву», бесплатно  я согласен дать хоть что отрезать. И подписал себе приговор на операцию левого глаза. В 15-м году там же я ремонтировал  правый глаз.
   
      05.03.2017 к 11 –12 часам со шмотками и с деньгами пойду снова туда. 6-го марта  обещают оперировать.
      Усматриваю  аналогию.  Брат Юра тоже чинил себе там же оба глаза, приговаривая, чтобы лучше видеть на том свете, куда идти.   И ушёл из жизни. Я делаю то же самое, что  он. Недаром, что братья.
      05.03.2017 меня сопроводили в клинику Фёдорова на Гашека, 21. Было воскресенье. Меня поселили на 4-м этаже в палату № 421, где уже жили Вячеслав, полковник ракетных войск,  и Данилов Дмитрий, офицер ракетных войск.
   
      Мы пообедали, посмотрели телек, потом поужинали, получили в глаз уколы и капли. Утром натощак меня пригласили на операцию катаракты левого глаза. Доктор Сергей Георгиевич Бойков (знакомый мне ещё по прежней операции правого глаза в 2015-м году, сказал, что гарантии никакой нет. может будет лучше, или хуже.
   
       Положили на меня на стол женщины, впороли в левую руку шприц с наркозом, и я уснул. Очнулся уже на каталке, потом на кресле, привезли меня 6-го марта в палату, и я проспал до вечера, как и мой сосед Данилов. Вечером принесли йогурт, булочку и чай. Я поел и до утра 7-го спал.   
   
       Проснулся  здоровым, а к 8-ми часам пошли всей толпой к процедурному кабинету и к заведующей на осмотр. Молодёжи нет, только старики и старухи старше и моложе меня. Некоторые с сопровождающими под руку.
    
       Опять капали в глаз, смотрели под микроскопом внутрь глаза, давали рекомендации. До обеда многих отпустили по домам. Мне же обещали быть до 9-го марта. Я остался один в двух палатах. Велели в 17-00 явиться в процедурный кабинет закапать капли.
       Пришла дева-уборщица менять постели. Я её спросил, как же я останусь здесь один. Я боюсь. А она мне предложила перебраться в другой номер, где есть живые.
     -- А других вариантов нет, спросил я.
     Она ответила, смеясь, что нет.
   
     Я пошёл к дежурной и попросил отпустить меня домой, так как я живу недалеко. Долго она ломалась, но решила меня выписать под мою расписку, что я и сделал. Оделся, сообщил домой и спустился на первый этаж получить паспорт.
     Не дают! Дежурная на общем совещании, посвящённому женскому празднику. Еле уговорил охранника, чтобы он вызвал её. Наконец, она пришла, открыла сейф и выдала мне паспорт. Я её поздравил с праздником и пешком, радостный, пошёл в сторону метро Купчина на остановку трамвая. Зашёл в «Перекрёсток», купил водку и поехал на автобусе домой. Всё-таки завтра 8 марта!

      Правда, дочка приехала 7-го поздно вечером, сварила мне суп, потушила капусту с морковью на второе и поздно уехала домой.    Так прошёл мой день 8 марта в одиночестве. Жену на 8-е домой из больницы не отпустили.
      9-го к 10-00 я снова был в глазном центре. Вызвали меня в 4-й кабинет, проверили зрение и ВГД. Видеть я стал чуть получше, но расплывчато.   
       
      Молодуха-врач Гули Каримовна меня отругала за то, что я нарушил режим закапывания капель. А у меня дома их не оказалось. Послала она меня в 7-й кабинет на укол и прописала ещё два новых лекарства -- дексаметазон и дорзопт.
      В аптечном ларьке при клинике эти лекарства стоят вместе 1,5 тыс. руб. а у меня была только 1 тысяча. Что делать? Надо сегодня вкапывать, а завра 10-го к 10-00 опять явиться к Гули.
      Прошу аптекаршу:
      -- Дайте мне в долг азопт, а я вам оставлю паспорт. Всё равно я завтра опять приду и расплачусь с вами.
      Она ни в какую,  говорит мне:
      -- Попроси врача заменить дорогие капли дорзопт на более дешёвые, которые есть в в нашей аптеке.   
      И сама пошла к этой Гули Каримовне.
    
      Я уже подумал занять тысячу у Каримовны, чтобы 10-го ей отдать. Но тут они обе выходят из кабинета, и Гули Каримовна своими тощими красивыми двумя  пальцами вручает мне пузырёк дорзопта и уходит в кабинет. Я обалдел. Толпа ожидающего народа в фойе всё видит и молчит. Я подхожу к аптекарше и спрашиваю её:
     -- Это подарок, или завтра надо будет ей вернуть пузырёк.
     Аптекарша улыбается, молчит, и я ухожу домой.
    
     Таким пройдохой я ещё себя не помню. Завтра попробую отдать Каримовне 1тысячу руб. за лекарство, а если не возьмёт, подарю этой симпатичной молодой женщине что-нибудь от престарелого больного.
     Прибыл я туда 10.03.17. Стал искать Гули Каримовну, еле нашёл её в 426 кабинете. Поздоровался и протягиваю ей тысячу за лекарство. Она возмутилась, мне даже стало неудобно за свой поступок. Я убрал деньгу и предложил ей свою книжку. За это она меня поблагодарила. А я вложил в книжку листок с текстом, придуманным утром.

         Посадил дед Карим репку.
         Выросла репка большая-пребольшая
         С маленьким носиком и точкой на конце
         И тонкими длинными пальцами.
         Не репка, а красавица. И назвали её Гули.
         Гули очень нравилось изучать
         Людей изнутри и она выбрала себе
         Профессию окулиста.
         Не надо скальпелем резать человека,
         Чтобы увидеть его всего изнутри:
         Чем он дышит, о чём думает,
         Мечтает, как соблюдает предписанный
         Капельный режим.
         Проще и интереснее посмотреть ему
         В глаз через микроскоп и всё становится
         Понятным и ясным.
         Теперь его можно и поругать за
         Плохое поведение дома,
         Нарушение режима и пр.…
         Такая работа пришлась по душе Гули Репиной.    
 
      Не знал, обидится ли она на мою стряпню, или нет. 
   
      17-го марта в пятницу опять сходил в клинику. Встретил Гули, спросил, прочитала ли она книжку.
      Она ответила, что не было времени, но «сказку про репку» прочитала и, улыбаясь, удалилась.
      Глаза я отремонтировал. Нельзя сказать, что вижу отлично. Надо заказывать всё же очки. Оперировался всё-таки не зря.            
               


                ОТПУСК  ВТРОЁМ

     Розовая дача на берегу озера Отрадное, 1981 год.  Отпуск, лето. Мы втроём: Ирина, Наташа и я.   
     Живём в деревянной будке, как и многие отпускники. Есть и кирпичное здание, но там номера дороже.  А в этих коробках, сшитых вместе по 10 штук,  кровать, диванчик, столик и стул. При дожде холодно и крыша течёт. При солнце жарко и весело. Ходим на озеро купаться, в лес за ягодами и грибами.
   
     Есть клетки с кроликами. Детям разрешается кроликов кормить и брать на руки.
     Наташа взяла одного кролика, а он задрыгал лапками,  стал вырываться.  А она его ещё крепче к себе прижала и он… замер навсегда. Дочку поругали, но простили.
    Потом мы плавали на лодке по озеру и ловили рыбу (есть фото). Ирина выловила больше меня окуней. Был поход гурьбой на Ладожское озеро, смотрели на военную морскую базу и небольшую флотилию. Обратный путь оказался трудным. От жары всех разморило, еле доплелись.
     Наташка нам заявила, что ей нужен купальник. У вех девочек есть, а у неё нет. она, видите ли. В ночных трусиках на пляже гуляет, стыдно.
    
     Подумали и поехали в Приозёрск в магазин. Посмотрели детские купальники, но они с бюстгальтерами. Зачем 4-хлетней девочке бюстгальтер? Так эта малышка настояла почти со слезами, что именно такой она и хочет.
     Посмеялись, но купили ей красную двойку, которую она по приезде и напялила на себя.  Куда он потом подевался?  Интересно бы на него посмотреть.
     Это пример, когда родителей дети заставляют делать то, что им надо.  И так всю жизнь.
     К нам  в дом отдыха приезжал Боря Рядуев, потом  Лёва Орлов. Ночевали, купались, ловили рыбу.  Всё осталось в памяти. 
                2019
               
                ЭТО СБУДЕТСЯ

    Всем хочется узнать, как сложится судьба наших детей, особенно внуков, правнуков. Ведь нас уже не будет в живых. А пофантазировать можно...
И вот сейчас это сбылось, через тридцать лет. Интервью с моей уже взрослой внучкой. А тогда это было ещё только «будущим».
 
    -- Елизавета Станиславовна, здравствуйте!
    -- Здравствуйте.
    -- Спасибо Вам, что Вы нашли часть, загруженного у Вас времени, уделить нашей ТВ-передачи и зрителям у телеэкранов, которые с большим нетерпением ждут от Вас рассказа о себе, ваших родных, работе, которая заслужила такой признательности у народа и Правительства, наградившего Вас высокой наградой.
Сначала расскажите о Ваших родителях, предках, что Вы помните знаете.

    -- Родилась я в семье людей среднего достатка (были люди и беднее)  Это случилось в 2006 году осенью. Родители папы и мамы уже были на пенсии. Мои первые годы проходили очень хорошо. Я выступала с танцами во Дворце молодёжи на Большом проспекте В.О., о чём остались видеозаписи у дедушки Олега. Затем я заболела  и несколько месяцев проводила в больницах.

    Откуда пристала эта болезнь, никому неизвестно до сих пор. Лечили разными препаратами, даже у бабки по фотографии (Дедушка  ходил на приём к ней с деньгами). Хорошего результата не было достигнуто. Пока я и моя мама не обратились сначала к гомеопатам, затем к церкви, к Богу за помощью.
    Хотите верьте, хотите – нет. Помогло. Болезнь исчезла и я вполне здорова. Могу есть всё, что захочу, не боясь о последствиях.
    (Аплодисменты зрителей).
     -- Расскажите о Вашей личной жизни, если можно.

     -- Я замужем за Сергеем Борисовичем Николаевым. Ношу его фамилию, как и мои двойняшки Юра и Люба. Им уже по десять лет. Ходят в один класс и сидят за партой вместе. Дружат и помогают друг другу. У них у обоих проявляется талант к сочинительству, к пению и игре на музыкальных инструментах, Это нас с мужем очень радует, т.к. идёт всё от дедушек и бабушек.

     -- Спасибо. А теперь о Вашей знаменитой работе. Какого направления и уклона она. Область применения Ваших результатов работы и т.п.

     -- Я окончила ЛГУ по специальности ОПТОЛОГИЯ. Раньше такой специальности не было, но её черты в головах учёных мужей уже тогда в прошлом проскальзывали, пока не определились в науку. В этой области я и работаю.
     Оптология -- молодая наука. Это наука обо всём понемногу и обо всём вместе. Кратко это значит вот что.
     Всё в мире связано узами, нитями известными, разгаданными учёными и неизвестными до селе, но предполагаемыми, допускаемыми учёными (да и не только ими).
     Правильно сказал поэт: на плечо упала серёжка ольховая, а в Японии случились цунами. Правильно. Есть связь? Есть. Её надо только заметить, определить.

    Далее. В огороде бузина, в Киеве дядька. Чем не пример? Пример. Таких примеров в нашей, да и в прошлой и будущей жизни – уйма.
Всё взаимосвязано!

    Моя докторская диссертация как раз и посвящена этим вопросам: что связывает одно событие с другим. Эта работа была опубликована во многих зарубежных изданиях и одобрена известными учёными мира.
   Продолжая эту тему, я опубликовала монографию несколькими годами позже о связи между собой уже не реальных событиях жизни, как в докторской диссертации, а о наличие связи между собой нереальных событий. Это мысли, мечты, помыслы, память и т.п. одного или нескольких субъектов, обществ и т.д.
    Вот эта трудоёмкая моя работа с моим преданным коллективом и заслужила награды Правительства.

    -- Уважаемая Елизавета Станиславовна, какие у Вас планы на будущее?
    -- Я скажу о двух планах в моей жизни, если позволите.
    -- Да, пожалуйста.
    -- Во-первых, семья. Двое детей, как когда-то в далёком 2015 году по ТВ сказал отец Филиппа Киркорова Бедрос: «Два ребёнка – это только пол ребёнка». Поэтому надеюсь родить ещё одного, или больше детишек, чтобы семья была почти «Семь я».

      У нас двухэтажный дом под Петербургом. Мы с мужем его строили почти сами. Детям там места хватает и родственникам (500 кв. м., три этажа, сауна, зимний сад, бассейн, корт, маленький зоопарк для животных и для Пушка, праправнука нашего бывшего Пушка, любимца дедушки Олега и 20 обустроенных, ухоженных комнат для гостей.
     Я постаралась сделать всё, о чём мечтали наши родители и деды. (Царство им небесное).
     Во-вторых, собираюсь собрать материал и опубликовать ещё монографию о связи (заметьте) реальных событий и нереальных в жизни людей, животных, живой природы и неживой (это понятие со временем должно исчезнуть. Ибо всё есть живое). Надеюсь, у меня хватит терпения, ума, помощи моего коллектива, родителей и друзей осуществить этот план. Спасибо всем. Здоровья и творческих успехов всем, кто меня слышал. До свиданья, читайте о достижениях оптологии. Аминь.

     -- Спасибо Вам, Елизавета Станиславовна за такой интересный и мудрый рассказ. Желаем Вам дальнейших творческих успехов, здоровья, счастья Вам, Вашей семье и родителям, которые вырастили и воспитали такого нужного нашей стране и всему человечеству Земли человека, дочь России.
    Вы видели и слышали живое интервью с Елизаветой Станиславовной Николаевой, героем России, учёной, человеком года Мира – 2046, благодаря исследованиям и разработкам которой жизнь на нашей Земле становится всё лучше, и богаче и интересней.
                (2046 г.?) 2016


            
                АВРОРА

     Как вернули Аврору в Питер из Кронштадта, рассказали сегодня по ТВ. Сколько трудностей перенесли устроители этого перехода, что мы увидели! Аплодисменты, почёт, выступления даже артистов (которые к этому событию – ни сбоку  припёку).
     А как она в Кронштадт отправлялась в 1956 году, никто не сказал, не вспомнил. А я помню.

     Тогда, наверно, тоже было нелегко переправить «старушку» в Кронштадт и обратно в Ленинград. А может и не помнят или не знают.
     Все очень рады вчерашнему событию: Лурье, Розенбаум, Пиотровский и многие другие, которые себя считают неотъемлемой частью судьбы Авроры и Питера.
     Интересно: кто-нибудь из них сделал что-нибудь полезного для этой посудины или нет, а только лишь восторг и восклицания, этого  я не знаю. Может быть, и делали.

     Я знаю, что работая электромонтажником в 10-м цехе Морского завода г. Кронштадта, я дважды чинил и заменял электропроводку на Авроре. Первый раз в Кронштадте в 1956 г., второй раз в Питере на стоянке у  Нахимовского училища.
     Я был безмерно счастлив, что мне, 18-летнему  пацану удалось полазить по всей Авроре не как  экскурсанту, а как рабочему в фуфайке и комбинезоне, т.к. электромонтажник (кто знает) – это электрик в масле, саже, грязи, с сумкой инструмента и электродрелью в руках.
    
     Я был удивлён её большими  широкими помещениями с высокими, в сравнении с современными судами,  потолками  широкими трапами. Нагибаться, как сейчас на кораблях в три роста, не надо. Кубрики, а позже – классы для занятий нахимовцев, с партами, скамьями – просторные, хорошо освещённые. Коридоры широкие, котельная тоже свободная и всё остальное тоже.
    
     Был там и небольшой исторический музей, выставка фотографий, текстов, награждений. Я всё просмотрел. Сходил и погладил ствол носовой пушки, выпущенной исторический залп в день штурма Зимнего дворца. Механизмы пушки закостенели от постоянной покраски, не работали десятки лет. Зато памятная медная доска блестела!

     Командировки у меня были недолгими,  и я возвращался с ребятами к своему месту работы.
    Для Авроры лично мой труд – тьфу. Но я не стал об этом трезвонить, что я причастен к её жизни, существованию, как некоторые другие.
    Это приятное воспоминание дремало во мне по сей день.
                2018 

                К Р О Н Ш Т А Д Т

       Кронштадт не забыть, хоть и трудно было жить в закрытом городе, но 20 лет жизни (минус два года эвакуации) со дня рождения ему отдано, поэтому вспоминаются эпизоды того времени.
      Наши три флигеля под номером 4 по Ленинградской улице стоят буквой «П». Улица Ильмянинова с восточной и Мануильского  с западной стороны создают уютный двор.

      Мы, подростки. Облазили все подвалы, все крыши сараев своих и соседних домов. Пробирались за город мимо часовых в закрытую зону посмотреть на форты, воинские склады, что-то стащить. Нас оттуда часто гоняли часовые,  но строго не наказывали. Скучно ребятишкам в закрытом городе.

       И вот несовершеннолетним от 14 лет стали выдавать справки о прописке в Кронштадте, с которыми можно было выехать в Ленинград, Ораниенбаум на пароходе без родителей. Дамбы тогда не было.
       Сердце ёкало у мальчишки, когда он на теплоходе «Совет», или «Кремль» подъезжал по каналу к мосту лейтенанта Шмидта мимо Горного института, строящихся кораблей, бегущих по набережной трамваев. Радость была неимоверная.
        Ездили, как правило, вдвоём из ребят, болтались по городу, ели мороженое и к вечеру возвращались на пристань, или на Балтийский вокзал на электричку.

       Затем на пароход «Чапаев», или «Краснофлотец», с летней пристани Ораниенбаума на летнюю пристань в Кронштадте, что в начале Ленинградской улицы.
       Позже появился пароход «Салтыков-Щедрин», тяни-толкай. Тот мог ходить передом и задом, поэтому не тратил время на разворот внутри бухты.
    
       Приезжали мы на большой берег и за грибами с учителем, нашим руководителем от ДПШ  (Дом пионера и школьника). Этот добрый и спокойный человек  водил нас в лес по грибы. Но мы больше аукались, чем искали грибы, потому что он отвечал за нас, как бы мы не заблудились.
       
      Помню как-то во второй половине дня мы, уставшие и не выспавшиеся,  возвращались домой на пароходе Чапаев. Несколько ребят и я с корзинками забрались в самый нижний тёмный отсек парохода, где хранились спасательные пробковые пояса, и заснули.
      
       В Кронштадте уже все пассажиры вышли в город, а мы дрыхнем. Пароход стоит у причала, готовится к отплытию. О нас никто не вспомнил.
       Вот Чапаев посадил новых пассажиров в Ораниенбаум и даёт гудок к отплытию. Тут мы спохватились, выбегаем на палубу, а трап собираются убирать. Мы загалдели, чтобы нас высадили.
      Обошлось, высадили сонь.

      Дети выросли, окончили школу, стали работать. Мы семьёй переехали в (уже) Ломоносов, друг Юра – в Гатчину.
      Пригласили нас на встречу в школу в феврале месяце.
      Мы с Юрой приплыли из Ломоносова на большом буксире ледокольного типа на зимнюю пристань в Петровском парке Кронштадта. Для нас, как бывших учеников школы заказали пропуска в виде списка, где должны быть и наши с Юрой фамилии.
   
       Мороз. На причале очередь для проверки паспортов и списка приглашённых. Мы, конечно, стоим последними после кронштадтцев.  Ветер, холодно, спрятаться негде. В тёплой проходной проверяющий матрос и его начальник.
      Дошла очередь до нас. Мою фамилию нашли, а Юриной в списке нет! Есть какой-то Кутепов.  Юру не пускают, а я без него не пойду.
      Стали звонить в школу, еле нашли того, кто составлял списки. Оказалось, кто-то перепутал фамилию, или не разглядел и записал Кутепова, которого и в помине в нашей школе не было. Все разобрались  и пропустили нас в наш город. Город, который уже стал для покинувших его и для нас недоступным.
   
      Помню, как тёмным зимним вечером я с кем-то возвращался из Кронштадта на таком же буксире в Ломоносов.   
      Мороз стоял солидный, лёд был толстый и буксир еле-еле справлялся с ним. Давал задний ход, потом с разбегу тыкал носом в следующую льдину и так без конца. Все стали беспокоится, что никогда не доберёмся до Угольной пристани в Ломоносове, где находился причал.
      
      Вдруг буксир совсем остановился и по громкой связи объявили, что дальше буксир не пойдёт. Предлагается пассажирам спуститься на лёд и пешком пробираться к берегу. Включили прожектор, спустили на лёд трап. С Угольной пристани тоже зажгли прожектор.

      До берега метров двести-триста, снегу на льду выше щиколотки. Кое-кто в полуботинках.
      Первым спустился на лёд кто-то из команды, за ним и пассажиры с детьми, котомками, сумками, кто с чем.
      Ничего, выползли на берег, пошли в город.
      Я обернулся, посмотрел на застрявший во льдах буксир в сиянии прожектора, подумал: «Как-будто  Ермак во льдах Северного Ледовитого океана».
    
      Однажды мы всей гурьбой гостили у брата Виктора с Ниной. Юра приобрёл  видеокамеру, и мы снимали всё, что в Кронштадте попадалось на глаза.
      Захотелось снять наш дом № 4 и квартиру 35, где мы семьёй прожили 12 лет,  тётя Лена -- до войны, всю войну и до 60-го года.
      Юра заснял дом, стали подниматься по лестнице ко второму нашему этажа, как из квартиры вырывается молодой мужик с кулаками на нас. Чего, мол, вы здесь высматриваете.  Наши объяснения даже и слушать не захотел. Тут выскочили ещё жильцы из других квартир, обещали вызвать милицию.  Нам ничего не оставалось, как уйти с горьким сожалением.

      Подумалось: «Ну, что за люди, что за народ…» Только в кино видишь, как новые жильцы встречают прежних с улыбкой и распростёртыми объятиями. Правда, это о знаменитостях, известных людях.
      А чем мы-то хуже? Чем народ так напуган?         
          


                МЕСТО ПОМЕЧТАТЬ

      Встал, как  все, умылся, убрал кровать, поел кашу, а дальше … Какой сегодня день?  Надо смотреть в календарь. Может быть надо к врачу? И так каждый день.
     Это и есть пенсия, безделье,   непонимание себя, чего тебе не хватает.
     Намедни ночью проснулся и подумал, а вдруг я завтра умру. Как поведут себя мои родные, друзья, соседи, недруги, враги? Хотелось бы увидеть, услышать, или представить.
     Пошёл в Окей что-то купить, зашёл в туалет.         
     Время не стоит, идёт. Голова о чём-то думает. Уже и 10 минут позади. За это-то время я уже и до дома дошёл бы. А на машине за это время – фью, где был бы. А на самолёте – о-го-го! А свет со скоростью 300 тысяч км. в секунду за 10 минут (нет, уже прошло 15 минут) куда долетел бы. Вот, что значит скорость.
     Допустим, за 15-20 минут бактерия, или бацилла не так уж и далеко уползла бы. Они тихоходны. Я быстрее их в несколько раз. Я, если берусь за какое-нибудь дело, то его доделываю всегда до конца. Или сразу, или на следующий день.
 
     (Бывает, что и забуду). Обязательно до конца. А на время я не смотрю. Главное, чтобы до конца и хорошо. Вот надо бы покрасить трубу в туалете, краска облезла из-за сырости. Половину только покрасил, краска кончилась. А в выходной день магазин не работает. Зато в понедельник пошёл и купил большую банку краски, на всё хватит. Во вторник трубу докрасил. Через неделю краска от сырости опять полезла. И так всегда. А однажды…
   
    …Что такое?  Громкий стук в дверь. Надо же и 26 минут уже позади.
    «Долго вы ещё будете занимать общественный туалет?! Тут уже очередь».
    Господи! Засиделся, задумался, размечтался на горшке.   Фантазёр.
                2018.




                ЕССЕНТУКИ

    Подоспела путёвка в санаторий в Ессентуки с 1 февраля. На эту путёвку я стоял на работе в очереди слишком долго, что б  отказаться от неё, хотя выслушал много всяких слов от супруги о верности, супружеских обязательствах и кое-что другое. Однако, консенсус был достигнут, вещи собраны и самолётом я долетел до Минеральных вод, а дальше автобусом до места назначения.
    Мест в санатории не оказалось. Пришлось толкаться в вестибюле 1,5 часа, пока нам четверым не подыскали комнату в частном секторе у одной тётки.
   
    Первая экскурсия между процедурами была в Железноводск 01.02.76. на источник Лермонтова, из которого он пил воду. Источник молодости № 18.
    Рассказ экскурсовода: Жил местный житель, охранял лес. Когда ему исполнилось 80лет, он почувствовал, силы его стали  оставлять. Он уходил в лес, думал, как ему вернуть силу.
    Однажды, когда    он    загрустивший     задремал, то сквозь сон услышал  что с  ним  кто-то разговаривает.
   
    Открыл глаза и увидел красивую девушку. Это была лесная Фея. Поблагодарив старца за его работу и охрану лесных богатств, Фея спросила, чем ему отплатить за его труд: золотом, серебром, славой, или еще чем-нибудь?
    Старец сказал, что ему не надо ни славы, ни серебра. А без золота всю жизнь прожил.  Вот если бы вернуть былую силу и молодость! Девушка пообещала старику вернуть молодость и повела его к роднику.
    -- Мойся и пей воду, -- сказала она.
    Только старик хотел спросить сколько пить. как Фея исчезла. Намывшись и напившись вдоволь, старик почувствовал бодрость,  силу и направился   домой.   Даже    большая   вязанка   хворосту   не казалась   ему   тяжелой.

   Старик    радостный   пришел   домой,   но   старуха   его не узнала.
   -- Ты, молодец,    наверно,      ошибся, --  сказала она ему, -- тебе     не     сюда     надо    было.
   Но     старик признался,   что    это   он,   ее   старик    и    рассказал    жене историю, какая   с   ним  приключилась.
   На следующий раз отвел старик и старуху к чудному роднику, а сам ушёл домой. Долго не было жены и старик пошел на её поиски.  Когда он дошел до источника, там сидел маленький ребенок и горько плакал. Оказалось, что его старуха перестаралась, когда омолаживалась...

   Ессентуки в переводе с черкесского «обжитой уголок», хотя при Лермонтове это была казацкая станица.  Лечение тогда проводили поэтапно. начинали принимать ванны и пить воду в Пятигорске. Затем переезжали в Железноводск и,  наконец,  через Ессентуки,  в  Кисловодск на нарзанные   воды.     Так   лечился   Лермонтов,   его    герои,  все, кроме   нас.

   Кисловодск на 900 метров выше уровня моря, среди гор. Речка  Подкумок (кум—песок). С экскурсоводом мы прошли по местам героев Лермонтова. место дуэли Печорина с Грушницким. Это ущелье в верховьях реки Ольховка. Погода там прекрасная, солнце, синее небо. Спускаясь к Ессентукам, попали в облачность, потемнело, стало холодно, как  другой мир.
   По пути осмотрели скалу «Кольцо», пещеры по дороге на Карачаевск. Затем скала «Замок коварства и и любви»,         грот         Шаляпина, скалы Броненосец, миноносец, ресторан «Замок», шашлычная Сакля. Кое-что я сфотографировал.

   ...Встретились будучи  детьми   дочь    богатого   и       сын     раба этого богача.    Вместе росли,    играли.     Подросли    и    полюбили друг   друга.  Никто      этого  не знал. А  девушку готовили   замуж   за   богатого   горца,    но   старого.
   Когда   любовь   молодых      заметил    богатый    отец, он стал жесток  к рабу и его  сыну — пастуху. Наступает  срок    девушке    выходить    замуж. Влюбленные встречаются в горах.   Юноша     предлагает     любимой выкрасть её, но она   боится.     Тогда,   не   найдя   выхода из положения, юноша    предлагает    ей    покончить    с собой.
   Они забираются     на     скалу    «Замок»      и  он первым бросается  вниз   на острые   камни.  Но девушка    отказывается    и   от   этой   участи, возвращается к отцу и выходит   замуж    за   старого   горца.
   С тех  пор и  название скалы --  «Замок коварства    и любви»...

   Февраль 1976 года -- холодный месяц. Утром в Ессентуках на курорте  минус 10 градусов с ветерком. Зато при солнце всё начинает быстро таять, а иней на деревьях с палец  толщиной.
   На курорте в феврале одни колхозники-передовики со значками ударников труда, хохлы да чучмеки. Хоть пруд пруди. Русских мало.    Многие    первый    раз здесь, да и вообще    в   цивилизации.

   Бывали  такие  случаи: Приходим мы на минеральные  ванны. Один мужичонка чернозадый, первый раз в санатории, ничего не знает, мельтешит, дёргает за рукав, спрашивает:
   -- Ребята, что надо делать?
   Один чудак возьми да и скажи:
   -- Видишь на тумбочке бутылку молока? Разденься до гола, выпей молоко, надень тёмные очки и иди.
   Он так и сделал. Разделся, выпил молоко того, кто принимал ваннy, надел его очки и явился перед хозяином.
   Вся группа повалилась от хохота. На другой день этот чучмек чуть не прирезал того шутника: зачем насмеялся, мол,  над человеком.

   Другой случай. Новичок пришёл  в  грязевые   ванны.      А до него  одна женщина колготки    свои      забыла      в шкафчике.   Этот   мужик    разделся   до   гола, видит  какую-то амуницию.    Напялил    на   себя   колготки   и   пошел   в ванную.
   Женщина    вышла    из    ванной      через  другую дверь,       спохватилась,     прибежала с     санитаркой,       всё  переискала  — нет!   Заходят   в  ванную комнату,  а   этот залёг в  чужих  колготках   в   грязь   и отдыхает…

   11.02.76. Первая ночь, когда мы вчетвером спим под двумя одеялами каждый и при том в одежде. У хозяйки, где нас поселили, потому, что в санатории мест нет, в комнате минус 10-12 градусов по Цельсию. Газ днём не дают, а ночью шёл очень  слабо. А так, как отопление в доме газовое, то и соответствующая температура в комнате.
   Уже вторую ночь спим одетые. Грелку с горячей водой держим  под  одеялом по очереди.  Брюхо болит под утро. Завтракаю    с   трудом   в   столовой,   пока не   схожу на двор.

   Виктор, сосед—мордвин,  рассказывает, что во время          войны   немцы оккупировали  мордовскую деревню.    Вся    мордва    сбежала  в   лаптях   в лес.    Немцы вошли   в   деревню.   Никого   нет,   только   следы   на   песке в сторону леса, как от автомобильных     протекторов.
  Один    фашист    говорит офицеру:
   -- Смотрите   сколько   у них техники. Они все на мотоциклах   в   лес   уехали!
   Этот  рассказ   он    повторял     раз     пять и с каждым разом  всем  становилось   ещё   смешнее   на   него....
   
   Дни    пребывания    в    санатории    для    меня оказываются полосатыми.   День   светлый,   день   черный. И действительно,   по   чётным   дням -- лёгкая   процедура: УСВ  ванна, 15 минут    полежал,    вытерся,      полчаса посидел   в    зале   отдыха,    почитал,   подремал    и   готов.
   По    другим   же   дням   (по   чёрным)   после   завтрака - быстрое освобождение   кишечника   и   в   грязелечебницу. 15 минут лежишь  в  грязи, завёрнутый в простыню (можно подремать), затем  тампон, т.е. 250    граммов грязи в  попу  и полчаса надо выдержать,   потому   что содержимое просится    наружу.
   Говорят,     ложитесь     на     живот     и терпите,    читайте, дышите ровно.   А    я  сразу   занял    очередь     в   туалет, (потому, что знаю свой организм), еле     успеваю     дойти     (бежать нельзя, опасно),  а  там     новая     очередь.     Представить     можно тому.    кто    это испытал.    Это мучение, не пожелаешь никому. Меня    зовут,   моя очередь.

   У меня  20 минут отдыха , читаю  книгу,  (отошло)    и    в путь – на  промывание  кишечника.
   В поликлинике занимаю очередь на промывку. 8 литров мин. воды в зад. Ложусь на спину в прохладном помещении. Немолодая женщина вставляет  в попу свисток и восемь литров воды  впускают через попу в желудок. Затем -- замри, потерпи, -- и выпускают из тебя, у нее есть кранчик. Но выпускает она не всё, .оставляет внутри нас литра два и заставляет ходить.  Ждешь, где меньше очередь в туалете, в мужском или в женском. Что поделаешь? Не до стеснения. И опять на горшке. Это уже для меня уже третий раз до обеда. Бедная попа!   Бедные женщины,    которые   работают   на   всех   этих    «грязных процедурах».

   Но трудности забываются и я иду на почту. Каждый день. с 10-го февраля показываю паспорт на почте, а мне отвечают:
   -- Для вас писем нет.
   Ну, что же? Значит, завтра будет. И так каждый день. Отбываю здесь, как в заключении. Надоело не только мне.
   Мордвин смеётся до стона над татарином Гришкой, что его невеста изменяет ему, пока он днями спит в постели. И я просыпаюсь в субботу в 7-0О (у нас здесь выходных не бывает, процедуры каждый день) и думаю, где-то моя законная жена без меня. Спит, наверно, и не вспоминает меня. А может, в чьих-то  объятиях спит? Нет, не верю, отгоняю эту мысль. Должна ждать, терпеть, как я. Остается совсем немного -- 8 дней из 24. И опять всё пойдёт по-старому: уютно, надёжно. Нет, не по-старому, а новому. Чуть лучше, ибо я понял, что старое хорошee надо беречь, дорожить им. Я в этом уверен.

   А что думает моя жена в мохнатом капюшоне, строгая к другим и ласковая ко мне? Даже и не чувствует, что о ней пишу. Кстати, сейчас 15-00 суббота, где она сейчас, что делает? Приеду допрошу. Пусть только не признается, что делала, с кем была.  Меланхолия...
   Сегодня ослепительно  ясная     погода,     но  мороз ниже  минус 10  градусов и     слабый  колючий   ветерок. Сходил  после   обеда    с    фотоаппаратом    на    другой берег Подкумка,    сделал один   цветной  снимок.   Берегу цветную    плёнку для   дальней   экскурсии,    а    мороз  нас пускает.

   Снежные горы меня  так    и     манят, особенно   Бештау. Где бы  не  проходил   по   Ессентукам, везде выглядывает  и    я не могу  оторвать  глаз  от заснеженной       вершины  в  дымке склонов, освободившихся   от   снега.   Придётся ли   мне   съездить    в Пятигорск,     не    знаю.
Бештау, беш - пять,  тау - гора. Почему   одну гору назвали   так?    Не   ясно.
   Два    дня    назад     смеялся    над    хозяйкой, которая говорила, что  её   куры несутся   без   петуха.     А    сегодня смеялся   над   своей    темнотой.    Гришка подтвердил,    что птицы   несут   яйца   и   без   оплодотворения.    Это   пустые яйца,    без    птенца.     В    38   лет   познаешь    азы   сельского хозяйства.  Позор!

   17-го экскурсия состоялась. Бештау — пять глав у одной горы, сказала Галина Степановна, наш экскурсовод в Пятигорск. Ессентуки - с татарского (или турецкого),    Ессен-- здоровый, тук -- тучный. А с карачаевского -- живой волос.
   Легенда: В селении жила красивая девушка. Вождь соседнего поселения полюбил ее, завоевал селение и женился на ней. Но родился сын очень хилый и слабый, даже волосы у него не росли.
   И тогда посоветовали родителям умывать его водой источника. Сын стал здороветь и поправляться, даже волосы выросли красивые, густые. Отсюда это место назвали  Ессентуки,  а  источник, буровая № 1, стал источником силы и здоровья. 
   На бювете, где расположен источник, изображена женщина, умывающая лицо -- это красота, а мужчина, льющий воду ей на голову, что бы росли красивые волосы, — здоровье…

    В Пятигорске побывали на месте дуэли Лермонтова, у Эоловой беседки, у грота Лермонтова, грота Дианы, галереи Лермонтова, ресторации и у памятника Лермонтову в центре города. Это экскурсоводу:
          Галина   Степановна!
          С помощью Вас
          Нас   Лермонтов   встретил
          И   прежний   Кавказ.
          Хоть   губы   замёрзли
          И   слёзы   из   глаз,
          Теплом    и   любовью
          Дышал   Ваш   рассказ.

             А это нам:
          На курорт в Ессентуки
          Приезжают    дураки.
          В феврале такой мороз,
          К ягодицам  ч… примёрз.

    Оказывается (только для меня), Мартынов, майор в отставке. убивший Лермонтова, был очень красивый кавалер, писал стихи.  Жил он в угловом доме, недалеко от Лермонтова. Мартынов просил царя отправить его за границу. За границу отправляли в качестве поощрения, а у Мартынова его не было. И  лишь после убийства Лермонтова царь пожаловал Мартынову заграничную командировку на три года. Странно. не правда ли?  После возвращения Мартынов жил в Москве, имел 11 детей, дожил до 60 лет.

     21.02.76. Четвёртый день прекрасная погода. Днём плюс 2--4. Солнце высоко, яркое, небо наичистейшее. Каждый день виден Эльбрус с любой точки Ессентуков, хотя расстояние в 80 км.
     Два горба Эльбруса торчат над грядой местных гор, все в снегу. Иногда  облако в виде кольца, надето на вершины горбов,   смазывает их контуры. Склоны более пологие, чем у Бештау. У Бештау склоны градусов  45.
   
    Вчера обошёл западную часть Ессентуков, сделал снимки.  Смотреть, кроме окаймляющих гор, не на что. дороги грязные, снег тает, течёт. Только ночью подмораживает. Небо днём над нами синее, по горизонту бледно-синее и ни одного облачка. Отдыхающие обнажили лица для загара.
    Вечером звёзды над головой крупные, по горизонту их почти видно. Южный небосклон без звёзд. Большая Медведица бледная, где-то на северо-востоке. Луна ночами, как яркий фонарь, почти в зените.

   Скоро домой. Красиво, но надоело,   всё   перечитали,    днем   спим, если    нет   процедур.
   Да,   был   в   местном   краеведческом музее. Организован на добровольных   началах пенсионерами.    Там    всё есть,    что    можно    показать,  и   нужное    и  ненужное.    Интересны    старые   фотографии   курорта   и  т.п.

           Нас   жило   четверо, ей-ей:
           Мордвин, татарин, русский  и еврей.
           Мы через  день в грязи лежали,
           Нам в попу эту  грязь толкали.
           Мы ванны с серой принимали,
           Парами   той   воды   дышали.
           Пол-литра в день воды глотали
           И   кишки   снизу   промывали.
           Курить   и   пить   нас   отучили
           И... с   Богом к семьям  отпустили.

   Конечно, санаторий немного поправил всем здоровье. но сразу и не заметишь улучшения.
   Но зато я на Юге чуть не отморозил уши в феврале. Такого мороза, как был в феврале 1976 года в Ессентуках старожилы не припомнят.


                ЕГИПЕТ.  ХУРГАДА

   Никогда я не был за границей СССР.
   Мои друзья соблазнили меня купить путёвку в Египет в город Хургада.  22 тысячи рублей на человека, не считая побочных расходов.   Долго я ломался, думал, считал расходы и согласился. Быстро оформил заграничный паспорт.  Приехал вечером в  Гатчину
   Путёвка на  декабрь 2010 года, что там делать зимой? Однако меня убедили и мы с Юрой и  нашим небольшим багажом сели рано в машину и  поехали по тёмным улицам Гатчины  в аэропорт.
   
   Там томились мы ещё около часа  до посадки в Боинг, Я сделал несколько видеосъёмок  в зале ожидания, сходили в туалет на всякий случай.
   Наконец подошёл наш автобус. Он подвёз нас к трапу самолёта. Там толпа людей с детьми,   с престарелыми, все летят к теплу. А здесь ветер, холодно. Посадка идёт медленно. И вот мы в самолёте. Пора взлетать, а мы стоим.

   В 9-15 мы взлетаем, а до этого нашему самолёту мыли крылья  от обледенения.  На улице мороз. Опоздали от расписания, но летим.
   Наш авиалайнер Боинг 767. На борту 368 человек. Мы с Ю.Е. у окна. Кондиционер работает, отогрелись. Хочется пропустить по граммульке, но нельзя. Однако некоторые мужики умудряются причаститься налету.  Направление -- в Египет по путёвке в город Хургада.

   10,6 км. над Землёй. Нас угостили курицей, кофе, тортом. За иллюминаторами солнце,   как в сказке. Видны кучевые облака под нами, снег,  проблески земли, какие-то  строения. Затем огромное   синее Средиземноморское море, горы Турции  (не описать, надо видеть).  В самолёте тихо,  только приглушённый рокот турбин.  Чувствуешь радость, расслабленность, умиротворение.
   За окном самолёта минус 50 град. С,  объявляет стюардесса, в Хургаде плюс 24 град. С.  Самолёт спускается над Красным морем в солнечную безоблачную синь. Мы на земле.
   Небесная сказка закончилась, народ зашумел, собирают вещи, детей и пр. Спускаемся по трапу на египетскую жаркую землю.  Кругом пустыня, песок, горы. Песок даже в солнечном небе и в рыжих облаках. Слабый ветер.

   Выйдя из самолёта, некоторые разделись по-летнему (декабрь!). Ждём автобус  к  аэровокзалу.  Желтолицые полицейские и служащие аэропорта в тёмной униформе (бедные, жарко) машут руками, управляют нашей толпой и автобусами. Подошли несколько автобусов. Через 10 минут мы в аэропорту.
   Народу там уйма. Не знаем, куда встать в очередь. (Хотя Ю.Е. был в Хургаде уже не раз). Оказывается, наш рейс опоздал (мыли крылышки), и ещё один рейс приземлился с иностранцами перед нами, так что появилась большая толпа.
   
   По  вокзалу  бегают  чернозадые  люди    с табличками, написанными рукой:
   -- Кто  хочет  без  очереди  и  без таможни    войти?
   Юра платит такому 34 доллара, и мы  проходим  к  другой   очереди.   Стоим                минут 30 перед будкой полицейского,               который  ставит в паспорт печать не глядя.     Затем идём искать свой багаж.
   
    По-русски, кажется, здесь говорим только мы и притом тихонько. Находим багаж и направляемся дальше. Жёлтокожые выводят нас, наконец, к нашей цели по путёвке. Проходим между цепью зазывал в гостиницы не понятно куда, подходим к нашему   такси.
   Под большим зонтом от солнца стоит дева, говорит по-русски, передаёт нас другой женщине  (по-нашему, девочке) почти беззубой, которая сажает нас двоих в авто. Египтянин-шофёр молчит, хотя  Ю.Е. спрашивает его о чём-то, но тот по- русски --  чистый ноль.
   
   Едем по асфальтированному  шоссе минут 20. Вокруг пустыня,  карьеры с песком. Вдоль шоссе саженцы деревьев, кустов.  Въезжаем в город  Хургаду.  Дома 5-этажные, часть домов  не заселена. Строятся из туфа, песка и кирпича. Вдоль узких извилистых улиц отели, магазины.
   Шофёр привозит нас не в тот отель, куда надо. Ему объясняют, что наш  отель  напротив. Но чтобы к нему подъехать, надо доехать до площади и развернуться. Через поребрик не повернуть.  Высаживаемся.
   
    Получаем  номер на 6-м этаже.  Паспорта у нас отобрали. Взамен на правую руку застегнули пластмассовый браслет, так называемый "вездеход" (это полное обеспечение, еда, алкоголь). Ещё розовый талон для получения полотенца на пляже  (носить на пляж своё полотенце ни к чему). Ю.Е. дал администратору-регистратору купюру на лапу (не знаю, за что?).
   Время  16-00  по  Москве,  т.е.15-00 по Египту.   Обед   мы   пропустили,   пошли  в буфет   (что ли)    кушать   пиццу   (по мне – дерьмо). Зато за ужином вечером в ресторане выпили по 150 гр. коньяка на            халяву, наелись  до  упора.
   
   Сейчас мы отдыхаем и я записываю свои впечатления в постели. Устали, очень хочется спать.
   12.12.2010.  Поспали, было тепло, под простынями (а декабрь). Часы отодвинули на 1 час назад. Ночью по Египту в 4 часа утра слышим пение, молитву. В 5 часов опять  мегафоном нас разбудили. Только в 7 часов стало светлеть.
   Завтрак с 7-00 до 9-00. Едим до отвала. Сам берёшь, как раньше в самообслуживании, но без оплаты, без кассы.  Всё, как говорится, включено. Потом в 9-00 находим Моксена в вестибюле. Говорит по-русски, обещал нам обратный билет домой на 21-е  декабря  2010 года.

   После Максена мы с Ю.Е. пошли по городу искать базар. Местные жёлтые  (простите) пристают, тянут за руку, мол, посмотри,  купи  что-нибудь.   Нас, конечно, местные торгаши нажгли на доллары. Так нам и надо, тюхам. Ушли с базара, немного поснимали на видео их всех,  купили помидоры, манго и кажется грушу. Винограда на базаре не оказалось, а ещё юг.Идём к гостинице, ветер сильный, небо в жёлтом песке. Я в очках, на зубах песок.
   Приходим в наш номер 34, переоделись. Обед у нас  на берегу Красного моря в другом ресторане, оказывается. Мы его засняли раньше на видео. Народу в этом ресторане много.

   Ешь и пей алкоголь сколько хочешь. Но мы с Ю.Е. были аккуратны. Только по 150 граммов коньяка  и вдогонку виски.
Еда мало знакома: мясо, рис, огурцы, помидоры, лук, блины (это по-нашему), а остальное что-то незнакомое.  Много разных подлив, зелени, приправ незнакомых, чай, кофе, пепси-кола, ватрушки, чёрный хлеб (дефицит).  Поели в ресторане на берегу, пошли на пляж.
   Ветер, песок в глаза, волны, прохладно. Народу мало, непогода. Чёрные мальцы в полосатых рубахах, подтянутые, предлагают нам какие-то поездки,  что нам и не надо, тянут за руку, мол, купите.

   Пришли мы в свой номер, поспали чуть-чуть. Ужин здесь в ресторане под нами и выпивка, сколько сможешь. Мне это понравилось.
   И вот в воскресенье, 12-го декабря, стало опять прохладно. Музыки во дворе  нет, мы с Юрой читаем, смотрим ТВ, 6-й канал РФ. Других наших каналов  там нет.
   Сходили с Юрой пообедать в ресторан на берегу Красного моря.  Засняли на видео эту плохою погоду, волны, ветер. А некоторые приезжие даже пошли купаться. Вода была Т=15 град. С.
 
   После обеда мы решили прогуляться.  Пошли на рынок. Чудно! Продают всё, что угодно,  но не нам (мы искали овощи, фрукты). Всякую всячину, безделушки, украшения, сувениры. Наконец, нашли палатку с фруктами. За 50 египетских фунтов купили  3 помидора, 1 манго, 2 хурмы.  Пришли в отель, посчитали, прослезились: 50 х 6 = 300 рублей. Обирают, почём зря. Учитесь.
   На узких улочках много красных такси. Все сигналят, приглашают. Люди переходят дорогу, где хотят. Их пропускают,  дисциплина.  Женщины, как и положено у них, в чадрах, закутаны, только в прорезях глаза. Мужчины тоже в балахонах, кто в чёрном, кто в белом до пят. Но многие, как продавцы, одеты по-европейски.
 
   Хургада находится в низине на берегу Красного моря, кругом песчаные горы. Много строек впритык с другими домами, отелями. На боковых проездах, в тупиках кучи мусора, бумаг и прочего.
   После 19-00 становится темно. Пошли вниз в ресторан, нам приписанный, на ужин. Затем в номер смотреть ТВ и играть в шахматы. У нас, конечно, кое-что было.
   В понедельник утром не поднять голову, тяжко от принятого накануне.  Еле заснул. Холодильник трещит, кто-то храпит, не заснуть.

   Вторник. Утро солнечное, небо безоблачное. Встаём в 7-30 по местному времени, т.е. в   8-30 по-нашему. Бреемся, идём на завтрак. Поели хорошо, прошлись по магазинам, приценились. Торговаться можно до 1/3 от предложенной цены.  Важно уметь быстро переводить в доллары, или русские рубли, чтобы не накололи.
   Перед обедом первый раз покупались, градусов 24 было. Вода тёплая, солёная, так  и держит тебя, утонуть не даёт. Пообедали там в пляжном ресторане (похож на столовую), приняли  по 50 гр. и на пляж.  Свободных  лежаков  не оказалось, все заняты. Нашли  один лежак, притащили поближе к воде, покупались среди колючих ежей на дне, позагорали, отдохнули.
   На пляже, в основном русские, видимо, наши соседи по рейсам из России. К ним подбегают тёмные мальчики с блокнотами, лопочут кое-как по-русски, улыбаются, приглашают на экскурсии и даже в гости.    

   Увидели одну девушку (думаю, женщину) с блокнотом, авторучкой, одетая по пляжному. Тоже предлагала что-то. Но мы-то с Юрой ребята порядочные, так что она нас не заинтересовала.
   Смотрим на море... Заходит купаться арабка в чадре и сутане, видны одни глаза. Толстая, как бегемот, барахтается в воде по пупок, а её толстый лысый мужик, может супруг, в плавках  кричит ей с берега, командует, что надо делать в воде по грудь, показывает  руками. Минут 30 она  поласкалась в прибрежной воде. Смешно, но интересно  было на их смотреть. А мы пошли домой  принять тёплый душ  в своём номере и полежать.

   За наше отсутствие меняли постельное бельё.  Ю.Е., по привычке, опять дал на лапу, хотя его никто об этом и не просил,  т.к. эта услуга входила  в  стоимость  нашей  путёвки.
   Еле-еле отправили СМС своим по местному телефону, лёжа в койке. Вот, что значит техника и … деньги.
   
   Среда 15-е. Небо чистое, солнце. К 11-ти часам становится жарко.
   Гуляем. Вывески, в основном,  на арабском и английском языках. Жаль, что не взял словарь. Надписи знакомые, а не могу понять. Однако нас, русских, прекрасно понимают продавцы и лопочут по-нашему, научились.
   Чем дальше от отеля, тем дешевле товары. Начинаешь быстрей соображать, сколько стоит то, или другое. 1 доллар = 5 египет. фунтам. 1 е.ф. = 6 рус. рублям.
Купил 2 сумки по 3 доллара, браслет за 28 дол.,  верблюдиков по 4 дол. Идём домой.
   
    Пристал к нам высокий араб с другом. Говорит по-русски хорошо. Женат на русской девушке. Был  в Питере, знает город, знает Тихвин. Предложил нам «гидство» по Хургаде. Нам понравилась идея. Повёл нас он к христианской церкви. Пока шли, он стал предлагать нам купить очки и ещё что-то.
   Дошли до строящейся церкви. Кругом песок, глина, мусор.  Внутрь не войти. Наш гид стал роптать, денег нет, семья большая, жена больная не работает,  дайте хоть 5 долларов.  Я как чувствовал, что надо платить. Дал ему мелочь  2,5 е.ф.,  а он мне: А что, бумажных нет?  Вот это нахал!

   Вернулись в отель, одели плавки.  Ю.Е. взял фотоаппарат и пошли в пляжный ресторан.  Поели, затем на  море,  взяли полотенца, лежаки для загара. Один раз искупались, побродили по пляжу и отправились домой, под душ.
   Сейчас мы отдыхаем, смотрим ТВ, местный канал №6, т.е. наш №1. Остальные каналы на арабском языке. Я записываю впечатления.  И бай-бай.

   16.12.2010. четверг. Утро прохладное. Надели куртки, взяли видеокамеру, пошли по набережной Красного моря. Заходили  в магазины, купили кое-что из подарков. Чем дальше от гостиниц, тем дешевле товар. Прошли. сколько смогли. К обеду от нас валил пар. Воздух нагрелся до 24 градусов. Скорей в номер, надели плавки и на обед, затем на пляж загорать.
   Вода сине-зелёная, ласковая и солёная. Ноги подожмёшь и не тонешь. Благодать. Здесь на пляже можно и выпить, чего захочешь. Всё включено в стоимость.  Мы  для проверки, конечно, взяли по чуть-чуть. Ничего, платить не надо. Затем -- домой, играем в шашки, карты. Стало уже надоедать обжорство и безделье.

   Встали в 7-00. Тепло, лоджия открыта. Позавтракали в ресторане и опять двинули в магазин, где были вчера,  взяли деньги для покупок. Не тут-то было! Замок. 9 часов, а магазин закрыт. Пошли на пляж. До 12-00 жарились на солнце, снимали видео, искупались два раза.
   Небо опять голубое безоблачное. Только авиалайнеры пролетают над пляжем на посадку и на взлёт с туристами  на борту. Вернулись в номер. Таня Юрина звонила 2 раза прямо в номер. Лежишь и разговариваешь. Отлично!
   После обеда отправились по набережной в тот же закрытый магазин. Открыт. Я купил на 7 долларов, Юра на 8 долларов подарки для родных.
   Помылись  под душем, поиграли в карты, шашки, шахматы и пошли на ужин, который с 18 до 21 часа.

   18-е суббота. Утро пасмурное, ветер с севера, с Азовского моря, где вчера был шторм  (сообщили по ТВ). Сходили на пляж. Волны большие, у берега в воде мусор, щепки, неприглядно. Но кое-кто купается. Боятся упустить деньки отпуска.
   Мы залегли в укромном от ветра месте, поворачиваемся, когда один бок остывает, а другой нагрет солнцем. Греет в декабре. Отгадываем кроссворд, болтаем, смотрим на белотелых иностранцев, молодых ребят с девушками (или жёнами), только что прибывшими. Ловят лучи солнца и любуются морем.
   Народ, кажется, меняется каждый божий день. Россияне сегодня отправляются домой, кто в Питер, кто в Москву и другие места. Нам ещё рано.

   После обеда опять солнце, ветер стих. Дождей здесь не бывает. Деревья и кусты поливают шлангами. Крыши домов плоские, дождю сливаться в водостоки не надо. Его нет. Питьевую воду и для бритья получают в фойе по 1 литру каждый день. Отмечают номер комнаты. Экономия. Нам этой воды хватает с избытком.
   В холодильнике всё ещё лежат: селёдка (производства Ю.Е.), хлеб, помидоры, водка. Не одолеть. Надеемся, что после завтрака, или обеда всё же доберёмся до них. Ю.Е. не теряя минуты норовит вздремнуть, а я как прокажённый пишу дневник.

   9-00 по-местному. Солнце, чистое небо, но ветрено. Позавтракали, засняли ресторан.  Замечаем, что меньше стали есть, не до горла, как в первые дни.  Ю.Е. сетует, что брюхо увеличивается, а мой рацион в 1,5 -- 2 раза меньше.  Я от переедания мучаюсь.
   Сейчас пойдём на прогулку по торгашам, которые стали для нас, как они говорят, "май френдами". Они нас сразу узнают и тащат за рукав в свою лавку. (Как они нас различают?  Для нас они все с одним и тем же лицом.) Прошли их лавки, что-то купили на рынке и обратно.

   Переоделись в номере для загара, пообедали и на пляж. Волны, ветер, солнце.  Полежали на топчанах около 1 часа, замёрзли, перебрались подальше от ветра и воды. Прошло ещё полчаса. Я не выдержал, взял 50 граммов виски для "сугреву". Через 15 минут и Ю.Е. не выдержал, сдал полотенце. Ветер надоел. Мы ополстаграммились и в свой номер.  Я уточняю: мы ходили только в свой номер.
В фойе нашего отеля готовятся к Новому Году. Санта Клаус в санях, запряжённых оленями,  и прочие украшения (видно на фото). Выходим на лоджию. У нас тень, а у соседа на 5-м -- солнце, загорает с женщиной. Приветствует Ю.Е. рукой (откуда он знает нашего Ю.Е.? Может встречались в прошлые годы в Египте?  Осталось загадкой).

   Я говорю, давай этого нерусского пригласим к нам на партию шахмат. Но Ю.Е. не хочет. Остаёмся вдвоём. Слышим, как самолёты ревут над нами, идут на посадку. Скоро и нам в полёт.
   20-е декабря понедельник. Вчерашняя ветреная погода дала результат. Пока лежали на пляже, пряча одёжку  от ветра, чтобы не унесло, я кроссворды и ручку подсунул под матрац. Ушёл, всё оставив там, даже майку. Заметил только в номере. После обеда сходил, спросил, всё напрасно. Никто ничего не видел, не передавал.

   А вчера Ю.Е. ждал меня в фойе, а я  отправился в номер.  Зашёл в   лифт, поднялся до верха, как обычно, подошёл к "нашим" дверям и стал открывать ключом. Вставляю ключ и так и сяк, но ключ не лезет в скважину, дверь не открывается. Поднял голову - номер 534!  Бегом по лестнице скорей на 6-й этаж, благо никто меня не застукал. Оказывается, из двух лифтов один подымается до 5-го, а другой (наш) до 6-го этажа.   Рассказываю Ю.Е., оказывается,  наш ключ к другим номерам не подходит. Смеёмся.

   Да, а сегодня в 8-30 утра 15 градусов тепла. Итак, кроссворды, авторучка и грязная майка "улетели" по ветру.  Нету.
   С 11 до 13 часов загорали. Ветер, волны, трусы мочить нет желания. Ю.Е. сделал несколько  прощальных снимков на берегу пляжа. Отобедали последний раз. В номере помыли ноги, яйца. Отдыхаем перед ТВ. Печёнка ноет. Ужинаем без алкоголя, скромно. Поговорили обо всём, собрали сумки.

   21.12.2012. вторник. Встали в 7 часов (в Питере 8), позавтракали. В ресторане много новеньких: наши толстозадые тётки, длинные худые скандинавки и прочие.
   В 9-30 спустились в фойе, сдали ключ, с нас срезали браслеты. В 9-40 вбегает симпатичный молодой араб в белом костюме, жёлтый галстук, блокнот:
   -- Кто Климов и Васильев?, -- спрашивает по-русски.
   Сажает нас в микроавтобус и везёт по всей Хургаде, где мы даже не были,  собирая русских. За 30-40 минут собрали человек 8. Разговорились. Некоторым женщинам понравилось. А тем, кто вторично, говорят, что за наши деньги могли бы получше обслуживать и поразнообразнее. Но то, что все пожарились на африканском
солнце, это факт.

   В 10-30 проезжаем пустыню к аэровокзалу. Солнце палит, но ветер. Вокруг пески. Полицейские в чёрной форме, в бескозырках и не потеют, работают, а мы изнемогаем.
   В красивом и большом одноэтажном (кажется) здании вокзала немноголюдно.  Наш опекун велел идти нам к кассам №34--38. Смотрим на кассы. Там Пермь, Москва, и др. Питера нет. Наш рейс только через 3 часа. Стоим недалеко от 34-й. Знакомые по автобусу бабки тоже стоят, скучают. Мимо пробегают опаздывающие москвичи, ещё какие-то пассажиры.

   Наконец высветился  Санкт-Петербург, да  не  наш  рейс. Перед нами вылетает в 13-20  АН. Кто-то кричит, наш в 38-й кассе.  Мы с багажом сквозь очереди бежим в 35-37-ю кассы. Домодедовские, опоздавшие москвичи -- к 38-й. Ждём, когда араб закончит с  предыдущими и займётся нами. Получаем посадочные места, сдаём на эскалатор багаж и идём в следующую очередь, таможенную. Ждём, когда поставят печать в паспорте.  Дальше "обжималки", щупают тебя сверху донизу. А я взял и обнял полицейского. Думаю, а что будет?  Он засмеялся.

   Пройдя таможню, считай, что в Египет ты уже не сможешь вернуться.  Идём по вокзалу, скамейки для отдыха, прохладно, кругом продажа, что хочешь, но в основном, что нам не гоже. Доходим до "Дьюти фри". Продажа без пошлины. Всё, что было в городе, здесь есть. Покупай - не хочу. Цены зашибись!  Но народу скопилось достаточно, деньги у людей имеются. Объявляют, какой автобус подошёл,  кто отъезжает.

   Мы ходим, ожидаем. Ю.Е. послал меня купить питьевую воду. 0,5 литра за 6 долларов, это же 180 рублей! Я нашёл воду за 3 доллара (90 руб.) 0,6 литра. Так дорого ценится там чистая вода.
   15 минут до отлёта. Рейс 780 Боинг задерживается на 15 минут. Короче, взлетели с 45-тиминутным опозданием.  Как всегда, очереди и опоздания. Опять не повезло.
   Летели в   Египет в правом 31-м ряду. Видели широкое крыло и двигатель. Обратно летим в 15-м ряду. Окна в 14-м и 16-м ряду. У нас глухая стенка.  Ну и ХСН.  Стюардесса извиняется, что ТВ у них не работает. Работал бы двигатель. и то хорошо.

   Покормила она нас неплохо,  дала кофе.  Ю.Е. читает, а я отдыхаю. 5 часов полёта.   За окном у соседей красивый закат, как в космосе.  Переводим часы на 1 час вперёд.
   Прилетели. Все захлопали в ладоши, когда самолёт коснулся взлётной полосы.
Оделись по-питерски, морозец. Высадка, спасибо им, автобус, аэропорт, багаж, как обычно.
   Встретил нас Артём на  БМВ. Приехали ночью к Ю.Е. в Гатчину. По стопочке водки выпили за благополучное возвращение и спать. Утром я приехал домой.
   
   Итак,  первое моё путешествие  за границу закончилось  благополучно.  То ли ещё будет?  Поживём, увидим.

                В  ДЕРЕВНЕ  ЛАПИНО

   Мой школьный друг Юрий пригласил меня летом в свою усадьбу – деревню Лапино Владимирской области. Районный центр – город Вязники. Мы  в этой деревне были в 1955 году после 10-го класса, когда живы были его родители, замечательные люди.  И вот снова я решился посетить Лапино.

   18 июля 2011 года, понедельник,  в 17-20 с Московского вокзала СПб на поезде в сторону Новгорода. Мимо дачи в Трубниково в 18-45 стучим колёсами. Я всматриваюсь на знакомый перрон Трубникова, но знакомых не видно. Погода жаркая, но в поезде не жарко. Теневая сторона, нижняя полка.
   Перекусил. В 2 часа ночи Москва. Пассажиры вышли на перрон, теплынь. В вагоне душно, сопят, храпят. Еле заснул. Среди ночи соседи с верхней полки роняют то ли книгу, то ли мелочь из карманов посыпалась, разбудили. Кое-как дотерпел до 5-45, за 1 час до Вязников. Время занял кроссвордами.
 
   На перрон вышел в 6-42,  туманище, но тепло. Оглядываюсь, поезд тронулся дальше. В конце перрона вижу его Величество Юрия Ефимовича, в спортивном костюме. Идёт, покачиваясь. Обнялись. Прошли через виадук  на вокзальную площадь г. Вязники.   Сели в фольксваген   и  – в деревню. То асфальт, то разбитая дорога, и через 15 минут мы уже у дома.

   Смотрю. Дом маленький, вход с боковой стороны. Бондарка, комната над бывшим    входом, теперь заколоченным, 1,5 кв. м. Там  так  же,  как  и  в  55-м  году.    В этой бандарке мы с Ю.Е. спали, играли в карты, боролись, заглядывали в окошко на проходивших мимо деревенских девок. Они тоже поглядывали на наше окно (слух-то по деревне прошёл, что два 17-летних городских парня появились)…
   Здесь же и    Таня с Дашей, но они спят до обеда, а мы с Ю.Е. за встречу приняли по стопке,   поговорили за жизнь, и прошли в сад, 15 соток! Не пройти, трава по колено.
   
   Вишни навалом,  собирать  некому, малина крупная. Ю.Е. сажает свёклу,        огурцы, помидоры, укроп – всего понемногу.
   Познакомились с соседом Николаем, поговорили.  Деревня изменилась: строят большие дома. К крутому берегу реки Клязьмы не  подойти, заборы, земля выкуплена, стоят автомашины. Пешком не ходят.
   К обеду проснулись девчонки. Опять за стол. Ю.Е. прекрасно готовит. Ели наваристые щи. внучке тоже нравится дедушкина еда. Она говорит:
   -- Дедушка, ты так вкусно готовишь, как в нашей школьной столовой. Приходи к нам работать.
   Дедушка смеётся.

   После обеда на жарище пошёл в сад собирать малину. Заодно я наелся и вишни. Её там пруд пруди. Юра сварил малиновое варенье. Потом послеобеденный сон.
   Жарко, градусов под 30.   Я сплю один в бондарке. Мимо дома под окном проезжают машины, проходят молодые женщины (баба Аня, 87-ми лет и ей подобные).
   К ужину  Даша и Рома, ровесник внучки, но  помельче, мама Таня уломали меня играть в тени дома на тенте в карты, в дурака. 6:2 в пользу девок. Мы с Ромой в дураках. Еле отвязался от игры в карты в футбол (?) Не умею и всё.

   Ужин, мытьё посуды в тазике, по-старинному. Сегодня 20-е июля, сказали, что мыть посуду наступила моя очередь. Мыл в тазу с фэри. Канализации в доме нет, грязную воду надо выносить на улицу в яму в саду. За чистой водой надо везти 30-литровые бидоны на тележке к общественному колодцу с насосом. Газа нет,  2-хкомфорочная электроплитка. На ней и готовят.

   Я стал заниматься электропроводкой в туалет. Не закончил, выключатель не работает. На завтра поехали в Вязники, заплатили за свет, купили мне СИМ-карту, прошли по рынку (их здесь несколько), запаслись алкоголем и домой.
   21.07.11. Как всегда (когда перестал ходить на работу) проснулся в 6-7 часов, встал. Юра тоже встал. Позавтракали. Юра с Таней поехали куда-то, а я занимался посудой. Юра по моей просьбе привёз 1 л. алко,  выключатель и опять  уехали втроём, а я продолжил электромонтажные работы. К обеду закончил, употел до основания. Во дворе вымылся, вылил на себя ведро воды, стало полегче. Жаль, что душа нет. Пообедали с рюмочкой и на боковую. Таня у посуды, её очередь. Жарко, хорошо, что в холодильнике пиво есть. Выходить из дома на духоту не хочется.

   Пришла  Надя, племянница Ю.Е. Ёё  зовут почему-то Найдёнка. (Нашли её что ли где-то, не знаю). Познакомились по 80 грамм, пошутили. Приглашала в свою баню. Это нам очень кстати.
   Не забываю звонить в Питер Лене, Людмиле Сергеевне, Наташе. Там всё без изменений.
   На улице стало пасмурно. Хоть бы гроза с дождём прошла, сняла бы жару. Сосед Николай  тоже   в   баню   свою   пригласил,
10-тиминутку.
   В 19-30 вымыли головы, потёрли друг другу спины, вытерлись и по кроватям. Блаженство! Таня с Дашей тоже пошли мыться. Вечером Ю.Е. варит варенье из вишни, на очереди черника  (Колина жена Полина привезла из Вязников).

   На улице пасмурно, но долгожданного дождя нет.   Ю.Е. пообещал накормить нас лисичками с картошкой. Бедный друг! Я ему помогаю с чёрной работой: вынести помойные вёдра в сад (75 м до ямы), нарвать листьев малины, чёрной смородины, вишни для заварки чая, съездить за водой к колодцу. Ну, где бы тётку ему подыскать вместо Дины? Он же заслуживает счастья. Погрохатывает небо, но не льёт. Засуха. Вечером играли с Ю.Е. в шахматы. Счёт 1:1.

   22.07.11. Ю.Е. затеял стирку. Я его с Таней заснял на видео. Моя обязанность – за водой, помойка, грязная вода. В 11 часов поехали в Вязники на вокзал за билетами. Таня собиралась ехать 30.07., позвонила мужу Мише. Тот занемог. Таня билеты свои сдала, купила на 24.07., я – за 4,3 тыс. руб. на 30-е. Таня опять дозвонилась до Миши. Он ей:
   -- Зачем так рано? Пусть Даша ещё побудет на свежем воздухе.

   Опять поехали на вокзал менять Танины билеты. Постояли ещё в очереди, сдали билеты, потеряв 500 руб. Таня взяла билеты в мой вагон на 30.07.  Упаренные приехали домой, пообедали со стопочкой и на бок.
   Я помыл а/м Ю.Е. Он любит, когда его обслуживают. Как ни говори, был начальником мостоотряда, зам. управляющего трестом в Сургуте, имел своих водителей, строителей и пр.

   Затем племянница Найдёнка пригласила нас к себе в баню. Сходили, смыли пот. А после нас и Таня с Дашей.  Вернулись, по стопке приняли после бани, поели. Я поздравил по телефону свою Наталью и Стаса с 5-летием их свадьбы.
   В субботу день города Вязники. Съездили на рынок, затоварились. На главной площади построена сцена. Говорят, приедут артисты, Газманов, Золотухин и другие. А у нас сегодня холодный свекольник, всё варится. Таня, Даша и две Найдёнки (вторая объявилась) покатили купаться. Таня за рулём. А мы с Ю.Е. налопались холодного свекольника под завязку под бренди и … в отвал. Ю.Е. спит, а я пишу в бондарке.

   Небо безоблачно, солнце шпарит. Спасибо, ветерок обдувает. Отдыхаем, Ю.Е. в избе (с ним вместе опасно – храпит). Не хочется вставать, а надо: вишню собирать, малину, чеснок выкапывать. Лень барская. Всё-таки собрал одну бирку, как они называют пластиковую часть бутылки на  два литра на шее с верёвочкой. Привёз бидон воды, вынес помойку в яму. Приехала Таня, постирала, отчиталась перед мужем по телефону.
   Мне позвонил брат Юра, сказал, что ложится на операцию, просил не беспокоиться. Будь, что будет. В понедельник решит мед. консилиум.
   24.07.11. сегодня было бы брату Виктору 83 года, но увы! Его уже нет.

   Ю.Е. накормил утром блинами. Целый час с 10-00 собирал красную смородину, затем Таня с Дашей помогали. Жарко, употели. Пообедали. После обеда Ю.Е., я, Таня, Найдёнка, Саша (друг Ю.Е.)   набрали ведро вишни и тут же продали за 500 руб. приехавшему перекупщику.
   В 21 час вышли из Найдёнкиной бани. Что может быть лучше в жару, как ни деревенская баня, где я себе шишку на лбу поставил при входе, не успел нагнуться, поклониться баньке. Помылись, выпили по стаканчику облепихового сока, приготовленного Надей, и пошли к себе. Пока  Таня с Дашей в баньке, Ю.Е. накормил меня и себя ужином.

   На следующий день в 8-00 поехали с Ю.Е. в город продавать вишню – девать некуда. Продал за 700 руб., я всё это заснял на видео. Снова накупили жратвы и подарок Коле – соседу, имениннику.
   В 10-00 жара невыносимая, я в семейных трусах по деревне с тачкой еду за водой. Наши девчонки проснулись, требуют ням-ням. Ю.Е., как и полагается, у плиты. В деревне тихо, будто все вымерли, только напротив на пороге дома в тени сидят пузатые мужики, о чём-то толкуют.

   Ещё раз поели с девчонками (второй завтрак), Ю.Е. нацедил по рюмочке  для аппетита, а затем на сельхоз работы в сад. Обрезали чеснок от стеблей, пальцы от ножниц занемели. Таня с Дашей чистили смородину для сока.
   На воле 31 градус жары. Замерил давление – 118 на 90, а голова болит. Выпил папазол, не помог. Лежал, мочил голову водой. В 18-00 замерил –161 на 108, никогда так не было. Ю.Е. дал таблетку капотена, полежал полчаса, замерил А/Д = 120 на 80,   хорошая таблетка! Коля-сосед приглашает в баньку, пот смыть.
   Сходили, обмылись прохладной водой. Я позвонил Л.С. Юру перевезли на Скобелевский  пр., Удельная. А я здесь  в деревне помочь ничем ему не могу.

   Вторник 26.07.11. С вечера отлёживался. Ночью то собака разбудит, то кошачий концерт. Чужие коты и кошки живут в доме у Ю.Е., когда он сюда приезжает летом, как дома, питаются, спят, дерутся,  спариваются. Среди ночи что-то падает с чердака у моей бондарки. Коты. Завязалась драчка. Я схватил тапок, включил в коридоре свет, а их и след простыл, удрали.

   Ночью началась долгожданная гроза, молнии, гром. Свет отключился. Там так бывает. И утром сначала света не было, потом включился. Попили чаю. Ю.Е. в 8-00 укатил с  Найдёнкой и её мамкой в Вязники продавать собранную вчера ими вишню.
   9-00,  А/Д = 131 на 80.  В 10-00 – 97 на 67. Не понятно, почему?  Сходил в сад, собрал кружку малины. Еле вытерпел – комары после дождя озверели. Вечером приглашены к Николаю Юрьевичу, соседу, на 60-летие.

   Человек было 18-20, всё подъезжали на машинах (!)  мужчины и женщины кг. под 150. Тесно в доме, жарко, но пили водку и коньяк «Жак-Жан». Рубашки и брюки от пота промокли. Хорошо, что потом ушли под закат в сад и там продолжали пить за здоровье именинника. Я ушёл одним из первых, сломался.
   Ночью драл козла сверху, козу снизу. Выпили по среднему, я думаю, что чем-то отравился. Гроза бушует, а я носом в толчок, стыдно и больно.  Ю.Е. и дети спят.  Еле оправился к утру, измучился от рвоты. Подумал, что и брат Юра после операции мается хуже меня. Бедный. Л.С. позвонила и сообщила, что разговаривала с Юрой после операции на сердце. Дай Бог, чтобы всё обошлось.

   Затем мы стирали, сушили. У соседа Коли опять смывали пот в бане. Хорошо. Появились осы табунами. В обед они готовы в рот влететь. Утром и к ночи лает пёс за моей стенкой. Это не у Коли, а с другой стороны. Тоже надоел. Видно, хозяева уехали, а пёс на цепи голодный… Захотелось домой.
   28.07.11. Ю.Е. с Таней уехали в город. Я сходил с видиком на берег Клязьмы, на венец, как они называют крутой берег, метров 100 к воде. До воды не дошёл, тяжко и жарко. А в 1955 году с Ефимом Михайловичем спускались вниз и на лодке плыли на тот берег пологий за грибами и рыбку ловили. Вернулся, А/Д= 96 на 63, пульс 93. Опять 31 гр. жары.

   Ю.Е. чистит купленную в Вязниках рыбу в саду в тени. Рядом кошки, Маргуша и Тася, «помогают», лёжа на травке. Ждут угощенья. Сколько Ю.Е. привёз еды: мяса, рыбы, молока и пр. Не съесть! Ждём уху. Огурцы в огороде перерастают – в помойку, арбуз не доели, туда же. Не экономно. Даша раскусывает купленный крыжовник, сосёт и сплёвывает. Живут же люди!
   Снятся сны. Перед  ночной грозой, видать, к перемене погоды, и перед операцией  Юры увидел Витю, Маму, Жору Маркарьянца. Сегодня вытащил нижний зуб без крови. К чему бы это? Говорил по телефону с Юрой. Он в палате. Жалуется, что очень жарко. В Питере тоже жара. Есть одышка у него, но всё идёт на поправку.    Слава Богу!

   29.07.11. Вчера ели окрошку с квасом, сегодня Ю.Е. готовит свои фирменные пельмени (говядина со  свининой), жилы, плёнку, жир вырезает, отдаёт чужим кошкам,  они тут, как, тут, и соседскому голодному псу.
   Опять выше 30 гр., жарко. Таня гоняет на машине Ю.Е. на озёра с детьми купаться. Я ни разу не решился. А мы  обливаемся в саду холодной водой, или идём в баню. Пришла Найдёнка, поели пельменей под коньячок, поговорили  и разошлись.

   30.07.11. День отъезда. Собираем вещи я и Таня с Дашей. Ю.Е. опять остаётся в гордом одиночестве. Поезд в 20-00. пообедали, выпили по стопочке. Даша зазывает играть в дурака. Мне не хочется. Играют втроём, без меня.  У брата Юры дела поправляются,  я  рад.  Л.С. постоянно с ним. Молодец, женщина.
   Вечером Ю.Е. везёт нас на вокзал. Мы садимся в поезд, если можно так сказать. Вагон последний, платформы не хватило. Ю.Е. с багажом через две, или три пары рельс тащит багаж и подаёт нам в вагон выше головы. Родина, Россия.  Помахали руками и поехали. В вагоне человек 16 вместе с нами. Видимо, сядут во Владимире. Пока я один в купе, Таня с Дашей в другом…

   Приехали на Московский вокзал, встретил нас Артём, сын Танин. Они на машине к себе, а я на метро домой. Так закончилась моя поездка в дер. Лапино.


                ТУНИС. СУС

   21.09.2012 г.  На электричке я приезжаю в Гатчину к Юре Климову, моему закадычному  другу, в 21 с минутами часов вечера. Выпили по стопке, простились с Маргушей,  любимой Ю.Е. кошечкой,  и Артём в 24-00 повёз нас на машине в аэропорт Пулково-2.
   Ждали регистрации до  01-15 ч. уже 22-го. Как и раньше, после регистрации -- досмотр. Похабчина. Разулись, разделись, вещи протащили через рентген. Ощупали мужиков и женщин, как бобиков, и оставили нас в тесном помещении ждать посадку.  Здесь и дети, и старые, и молодёжь, и подвыпившие и трезвые ждут самолёт.
 
   В 3 часа ночи объявили посадку. Аэробус А-320, кажется французский, мест 200. Мы с Ю.Е. у окна в 14 ряду над крылом самолёта. Лётчики арабы. Французский, арабский и английский (частично) языки. Ничего не понимаем, что объясняют. но догадываемся.
   Одна русская подвыпившая баба (торговка из Валдая) не может найти паспорт, рейс задерживается на 15 минут. Взлетели в 3-15. Пассажиры зааплодировали.

   Налету заставили нас заполнять анкеты на арабском и английском языке. Писали, кто о чём. Затем дали перекусить. Мы с Юрой только попили. Еду -- в сумку на всякий пожарный случай.
   Летели 4 часа в кромешной темноте. Только звёзды в иллюминаторе и освещение  городов под крылом виднелись. Кто-то спал, кто-то читал. Я не мог спать, хотя хотелось. Живот дуло от выпитого сока, пучило, боялся, что пукну, так и держался до Африки. Еле продержался до аэропорта. Но всё как-то прошло и успокоилось внутри.

   Посадка в 7-45 порт г. Монастир. Опять таможня, поиски своего багажа, посадка в наш автобус до города Сус, где нас уже ждут в Отеле.
   В автобусе миловидная женщина (а нам показалось -- девушка) объявляет перевести часы назад на три часа!?  Получается, что только 4-45. Приехали в отель Винчи Кантао Центр в 5-15.  Хотелось помыться, оттуалетиться, поесть. Сказали, ждать до 12-00, по местному времени, когда отъезжающие освободят номера и их помоют и застелют.
   5 часов сидим вчетвером с нашими попутчицами в полутёмном фойе, опять заполняем ненужные декларации на непонятном для нас языке и ждём.

   Наконец в 12-00 дня нам дали ключи от нашего номера на двоих № 2088 на втором этаже. У женщин № 2090 рядом. Сходили на обед. Терпимо. Легли отдыхать. В номере чисто, две полуторные кровати, холодильник, электроплита, кондиционер, телефон, балкон. Температура 25 градусов. Ю.Е. спит, за окном солнце, небо синее без облаков. Африканский Рай!
   Интересно. Кровати застелены простынями в полтора раза больше, чем мы привыкли. Покрывала на кроватях в полтора раза больше, чем кровать. В первый день мы спали без подушек (их нашли мы позже). Подкладывали свёрнутые покрывала. Затем соседи нам сказали, где подушки искать надо в завёрнутых покрывалах.   Нашли. Оказывается, подушки размером 70 на 40 или 30. Узкие, но привыкли.

   Отель называется Винчи. Оказывается, у этого Винчи (итальянец или еврей) отелей много, не только в г. Сусе, но и в г. Хаммамерде и в других местах побережья.
   Деньги в Тунисе в ходу только местные динары,  хотя в обменных пунктах в отелях можно поменять доллары США и евро. Курс на наш приезд был приблизительно: доллар США = 1,5 динара.  Динар = 20 рублям приблизительно.
   
    Случай. У наших соседей в первый день при уборке номера пропали 60 динаров, а 90 остались в раскрытой сумке. Нас с Юрой эта беда не постигла. Мы заранее оформили сейф за 1 динар в сутки. Вечером до 22-00 в рецепшине (администрация) мы стали объяснять о пропаже денег. Еле-еле нас поняли. Уже когда мы с Ю.Е. легли спать, звонят соседи, просят меня (как переводчика) зайти в соседний номер для объяснения.
   Пришёл местный начальник с сотрудницей. Говорят, что  вора не нашли, но принесли компенсацию  60 динаров  от  ресепшин (якобы), а я, как бы переводчик.  Еле понял. На этом мы и разошлись.

   А нас, ведь, ещё предупреждали о воровстве в Тунисе.
   Спали с Юрой  до 3-00 ночи, пока нас не разбудил грохот музыки и арабской песни под Нами,  в ночном клубе, в дискотеке. Стены гудят, трясутся, балкон открыт, жарко, автомашины под окном визжат, тормозят, несутся, гомон молодёжи. Сна нет. Содом Гоморра. Правда, после 3-30 всё стихало, только петух в соседнем дворе напоминал, что утро начинается.

   Была, конечно, ночь с субботы на воскресенье. Понятно, это выходные. Но это буйство продолжалось неделю, пока мы не попросили сменить нам номер. Наша соседка сказала, что вам дадут теперь номер с видом на помойку. Мы посмеялись, а оказалось правдой.  Всё снято на видео.
   23.09.12. воскресенье. Встали в 6-30 (по Москве в 9-30). Солнце, под балконом пасётся верблюд (вернее, верблюдиха, или вер*****, на сносях), срывает листья с соседних деревьев, жуёт. Я её заснял  на видео, даже когда она описалась.
   В 7-30 (а завтрак с 6-30) позавтракали. Сказать правильно -- нажрались. Пошли на пляж. Дорога на пляж и сам пляж нам показались не лучше, чем в Египте (хотя там мы были в декабре).

   Здесь нет туалетов, баров, где можно что-то выпить, закусить. Зато море ласковое, солёное, чаще спокойное. Можно лечь на спину и не утонуть. Морю мы не нужны. Искупались, нашли лежаки и пластмассовые матрацы, постелили свои полотенца  (хотя дают напрокат, но не было). Песок очень мелкий, как сказала экскурсовод (это потом), мельче миллиметра, не доступен глазу. И правда, после пляжа не очиститься от песка. Только душ.  Пляж узкой полоской с севера на юг. Смотришь в море на восток в Средиземное море. Тут же частные дворцы выпирают почти на самый пляж, а рядом ещё что-то строят, огораживают территорию.

   После купания вернулись в отель, обмылись тёплой водой с  мылом, пообедали с водкой, потом с пивом и вином. Оказалось, выпивка там  низкого качества, правда, кроме пива, которое нам понравилось. Еда в изобилии, разная. Не наша. Много зелени, кур, баранины. Мало рыбы. Чёрного хлеба, каши, пельменей и ещё чего-то нашего -- нет.
   ТВ -- только два канала: Россия и музТВ, который комментируют украинцы, т.к. сигнал проходит через Украину.

   Отправили СМС-ки родным в Россию. После обеда дремота. Стучится уборщица, заменить полотенца, добавить мыла, шампунь. Идём на ужин. Потом прогулка по городу. Уже в 18-00 темно. Тепло, люди гуляют с детьми, как у нас на юге. Тут и арабы с семьями, болгары, французы, русские и другие. Много вечерних аттракционов, продавцов, магазинов. Тянут за рукав продать, что тебе и не нужно. А ведь и покупают.

   Красивый морской порт с яхтами из разных стран. Владельцы зазывают за 40 динар прокатиться по морю.  Вернулись в 23-00. Играли в карты  с Ю.Е. в дурака. Я проиграл.
   24.09.12. Встали в 6-30. Поели плотно, пошли на пляж и еле нашли топчаны. Все заняты, не спи. Всё равно хорошо. Купались, загорали, отгадывали кроссворды. На пляже много кошек, ждут подачек. Иногда залезают на топчан, пока хозяин купается. По-русски не понимают. Когда кошкам даём сосиски, которыми нас кормят в столовой,  они не едят почему-то, ждут только курочку.    Старожилы знают: кто долго спит,  место на пляже не получит. Хочешь – лежи в номере при кондиционере,   кайфуй.

   Свет в номере включается от карты, которую вставляешь в её ячейку. Это для меня новшество.  Уходя, вынимаешь карту из ячейки и свет отключается, за исключением холодильника и кондиционера.  Удобно.
   25.09.12. Поднялись в 6-30. Быстро поели (о пище потом) и на пляж занимать места. С лежаками напряжёнка. Вернулись домой. Бай-бай опять не удалось. Грохот музыки под нами и пляски до 3-х часов ночи. Вытерпели.
   Утром искупались. День был пасмурный первый раз. В 10-00 отмыли соль морскую с тела и плавок под душем в номере. Отправили СМС-ки родным.
   В 10-30 не жарко. Пошли по курорту гулять. Зашли в магазины, кое-что купили, прошли в порт, поснимали. Купили авторучки и всякую мелочь для подарков.

   Обед оказался скудным, за мясом очередь. Отдохнули, посмотрели ТВ. Ужин ели с первым блюдом (какая-то жижа)  + пицца + мясо + салат + виски и сок. Как всё поместилось?
   26.09.12. среда. Тучи над морем, пасмурно. Почти всю ночь дискотека барабанила под нами.
   Утро. 8-00. Солнце то есть, то нет. Полежали. Ю.Е. отправился на пляж, я дома. Пишу заметки на балконе. Интересно,  утром уборку пустых номеров делают женщины до 12-00. Днём при жильцах -- мужчины -- мальцы. Ю.Е. по привычке каждый день обязывает себя оставлять уборщикам или динар, или доллар (в Египте)  на кровати.
   
   По нашему возвращению видим, что динара нет, зато на кушетке свёрнутое полотенце в виде гуся с гребешком  (розочкой), как настоящий. 
   Пища:. Коньяка, джина, чёрного хлеба, каши нет. Соки различные,  баклажаны, кабачки, горох, рис, фасоль, лук, картошка, макароны, помидоры, перец, зелень, кура, баранина, в разных исполнениях,  соусы (кроме майонеза), дыня, арбуз, иногда виноград, много выпечек вкусных и булка (багет) в ассортименте.
   Выпивка. Водка, виски,  (по-нашему, палёные, разбавленные водой  градусов на 20).  Пиво  терпимое. Иногда мы с Ю.Е. принимали по стаканчику. Магазин с алкоголем еле нашли. Цены ошеломили. Арабы, ведь, не пьют, кажется. Всё для нас.
Далее. Полотенца, мыло, шампунь из дома брать не надо. В ванной стоят флакончики грамм по 20-ть жидкого мыла, таблетки твёрдого мыла, шампунь, полотенца для рук, попы и ног.

   Наше мыло из России привезли обратно домой, как и селёдку с русской водкой и печеньем. Ю.Е., как и я, ни разу не надели некоторые привезённые с собой  тряпки на себя, т.к. было жарко.
   Столовая (ресторан, называется). Сам ищешь место, стоишь в очереди с тарелкой за пищей, берёшь (если есть в наличии) жевательный инструмент, идёшь за 100-150 метров в бар за порцией водки, виски (грамм 50), или бокала красного, белого вина  местного приготовления и наслаждаешься едой. С голоду туристы не помрут, можно объесться с первых дней. Позже становится проще, т.к. ешь меньше.
Обед с 12-30 до 14-00 На столе то соли нет, то ножа. Но «бои»  услужливые, гостеприимные  (кажется), со стола быстро всё убирают  и  приносят  всё  необходимое.

   Утром яичница или омлет (противный), колбаса, сыр, мюсли, кофе, какао, чай. Не всегда поймёшь, где что.
   По-русски говорят только русские. Местные знают слова лишь "хоросё, зашибись», и др.  Встречные арабы на улице и в отеле улыбаются, даже кланяются (заразы), здороваются, как в наших старых деревнях. Похоже, их научили колонизаторы-французы прислуживать. Даже музыка часто звучит французская. Вывески, в основном, на французском, арабском, реже на английском языках. Где же русский? А наших там отдыхающих много. Мы, туристы, для Туниса одни из главных доходов государства.

   До пляжа от отеля 200 метров.  Дорога грязная, кошки просят поесть. Дальше стройка. На обочине выставлены глиняные кувшины, чашки, вазы, статуэтки, и чёрт их знает, что они продают. Сколько мы проходили мимо, покупателей не видели. И не надоест же этому торгашу раскладывать каждое утро и убирать вечером эти горы безделушек.
   Пляж узкой полоской вдоль берега. Окаймлён, как и в Хургаде (Египет), искусственным молом из плит и валунов. Частные (видимо)  владения – дворцы - готовы занять даже и пляж,  оставляя туристам узкую полоску. Лежаков не хватает на всех желающих в хорошую погоду.  Многие лежаки  ломаные. Занять место надо пораньше, кто на солнце, кто под грибком в тени. Иначе ляжешь на песок, в который оправляются кошки. Их здесь на пляже уйма. С утра лежат в тени, ждут посетителей и клянчат пожрать. Мы с Ю.Е. принесли им как-то варёные сосиски, что нам дали на завтрак, не жрут! Курочку подавай.

   За спиной старый ломаный забор из прутьев, брошены, видно туристами банки, полиэтиленовые пакеты, бумага. Никто не убирает.  Противно.  Мух достаточно, надоедают. Юра говорит, в путёвку всё включено, даже бесплатные мухи.
   Зато  песочек!  Мелкий, меньше миллиметра, не рыжий, светлый и приятный.  Спуск к воде плавный. Вода (в безветренную погоду) прозрачная, тёплая, солёная. Мелкие рыбки под ногами шныряют. Их видно даже на полметра в воде. Аборигены ловят удочками с мола всё, что попадётся. При нас поймали осьминожка. мы с ним сфотографировались. На воде можно лежать на спине, вода не даёт утонуть, даже, если захочешь. Интересно, бывают у них утопленники?

    27.09.12. Ветер восточный, дует на берег. К берегу прибило мусор, тростник, водоросли. Волны замутили воду, кое-кого обожгли мелкие медузы. Небо покрыто перистыми облаками.
    После обеда в 15-30 поехали с соседками на такси в сам город Сус на базар "Мезина" на юг вдоль побережья. Ехали минут тридцать за 5 динар.
    На базаре продают всё, что нужно и не нужно. Торгуются, сбавляя цены иногда втрое, или бери за первую предложенную.
Обманывают, на чём свет стоит. Юру слегка накололи на сдаче. Не проверил. Это было на улице. В порядочных дорогих магазинах цена наклеена на каждом товаре. Купили, как и замышляли по 3 литра оливкового масла за 20 динар (400 руб.), взяли такси, (уже за 6 динар, вечер) и в отель.

   28.09.12. пятница. Подъём в 6-30. Завтрак: омлет жареный (плоский, противный, даже не доел), картофельная запеканка, булка, масло, какао, виноград.  Берёшь больше по жадности и оставляешь. Наевшись до отвала, идём на пляж.
   Отдых, загар, купание до 11 часов. Возвращаемся босиком до полдороги, отряхиваемся от назойливого песка, который смываем только в номере под душем.
   Записались для разнообразия на экскурсию в Карфаген на 01.10.12. за 80 динар (это 52 доллара США). После обеда  нежимся в чистых постелях с кондиционером, дремлем. За окном градусов 30, не меньше.

   Перед ужином решили ознакомиться с алкогольными магазинами. Они нам ещё не попадались на глаза. Да и местных пьяных мы не видели. Они, кажется, не употребляют. Добрые люди подсказали, возле входа в порт, где мы были, но не увидели лабаз. Пришли. Увы! Пятница, для них выходной. Не повезло опять.
   Зашли к ювелирам (лучше бы не заходили). Посмотрели витрину прямо на улице. "Серебро", "золото" по дешёвке продают. Подвеску якобы из серебра предлагают за 90 динар. Не хотим. Не выпускают из лавки. "За сколько хочешь?" "Да нам не надо". "Нет, скажи за сколько хочешь? Бери две за эту цену" Тянут за рукав обратно в лавку. Пришлось мне купить две "серебряные" подвески за 40 динар. Юра еле отвязался от "золотой" штучки, которую торгаш никак не давал Юре подержать и взвесить в руке это золото. Дурят, как лохов. Вечером -- карты и бай-бай.

   29.09.12. Как обычно. Завтрак, пляж, купание, загар, кроссворд. Обед, отдых, ужин. После ужина всё-таки решили навестить винный лабаз. Нашли. Ассортимент широкий, но не русский, скудный. Цены-зашибись, как стали говорить арабы. Купили сладости. Вернувшись домой в Питер, оказалось, что нуга высохла до камня, сроки истекли. Так нам и надо, лохам.

           Не изменяя вкусу,
           Идут друзья по Сусу.
           Снуют среди машин
           В алкогольный магазин.
           На цены посмотрели,
           Но их не одолели.
           Купили шоколадки.
           Они, возможно, сладки.

   30.09.12. Проснулся в 1-30 от грохота барабанов и музыки, не нашей. За окном визжат тормоза и рёв машин. Не спят, веселятся. И так до 3-х часов ночи. Крутился, одеялом закрывался, не помогло.
В 6-30 подъём. Пасмурно. Идём на пляж досыпать. В 10-00 тучка заслонила солнце, пошёл маленький дождик. Впервые за наше пребывание. Пошли поменять наш номер на более спокойный.
   
   Дали №2008 (был 2088). Сказали, вид на море. Правда, море видно чуть-чуть, за стройкой. Строительный мусор, короче, помойка перед глазами, как нас и предупреждали наши соседи. Зато подальше от дискотеки. Номер поменьше, но всё необходимое при нём.
   Завтра в Карфаген. Собираем необходимое: фото, видеокамеру, воду, кепи, деньги. Я, возможно,  повторяюсь.

   01.10.12. Проснулись в 4-30 утра. Ю.Е. побрился. Я поспал до 5-30. Сходили, поели. Заснял  автобус и экскурсантов из нашего отеля. Оказывается, желающих в Карфаген из других отелей будем забирать по дороге.
   Едем, я снимаю пейзаж, город Хаммамерд, Тунис, остатки Карфагена, Сидибусаида (бело-голубой город в переводе). Жарко, а с утра казалось прохладно.  Измучились, но не голодные. В каком-то ресторане нас кормили, даже пивка с Ю.Е. выпили.
   Поездка нас измучила. Ю.Е. получил даже травму на голове, изучая пещеры. Вернулись в 17-30 к ужину. Перед сном опять в дурака поиграли вчетвером и спать. Вдвоём играть нам надоело.

   02.10.12. вторник. Выспались как следует, пошли на пляж. Полежали под облаками, не купаясь, босиком по пляжу отправились в порт, благо можно пройти. Я купил ракушку, которых мы в воде не видели. Там я набрал горсть мелких ракушек для поделок. Солнце стало палить, но нужно идти обедать. Не до загара.
   До обеда играем вдвоём в дурака. Если бы играли на деньги, Ю.Е. пустил бы меня голым по свету. Он в этом деле мастак.  Потом ужин, карты и спать. Пора и собираться домой, планировать на завтра, что купить и взять с собой.

   03.10.12. среда.  План: на пляж, но небо облачно, но тепло. Магазины ещё закрыты. Идём в номер смотреть ТВ, лежим. Появилось солнце. Ю.Е. отправился купаться, а я лежу. Отправился и я.
   2 раза выкупался, набрал ещё ракушек для Лизы. Вода стала опять прозрачной, рыбки шустрят под ногами. Недалеко лежит домашний верблюд для желающих прокатиться. Желающих было немного.

   Пообедали, оставили 1 динар на кровати для уборщика (или уборщицы). Пошли искать скорую помощь для Ю.Е., раненного воина, как он сказал, для перевязки головы.  Дело в том, что Ю.Е., бывая в отпуске или на отдыхе по путёвке, то обязательно падает с крутой лестницы (не по пьянке, конечно, а по стечению обстоятельств), или задевает своей умной непокрытой головой каменные своды пещеры, где захоронены показанные нам не наши предки.  До крови.
   Платок испачкал кровью, а ночью и подушку. Пришлось в ресепшине объясняться на пальцах и на моём "английском", что нам надо. Наконец, направила арабочка нас к доктору (видимо к медсестре). Та смазала Ю.Е. ранку красной жидкостью, наклеила пластырь. Рядом в медпункте стояли костыли. Я как смог объяснил ей, надо ли Ю.Е. костыли взять? Тут и медичка поняла наш юмор и первый раз засмеялась. Это было 02.10.12.

   А сегодня мы решили идти на перевязку опять к той же долговязой медсестре. Она по-русски ни бум-бум и мы по-арабски так же. Но нас она узнала и сделала Ю.Е. прощальную перевязку. Опять без костылей.
   На ужине увидели в ресторане (столовой) большой букет, натюрморт из свежих овощей: свёклы, картофеля, лука и прочих продуктов. Очень искусно и красиво. Мы сфотографировались с ним рядом. На следующий день его уже не было. Наверно пустили в расход. После ужина пошли на волю, сняли красивое дерево в цветах. В Тунисе растут много деревьев, названия которых нам неизвестны. И все цветут различного цвета цветами.  Очень красиво.
   
   04.10.12. Проснулись, небо пасмурное. Хорошо, что не жарко будет ехать на аэродром. В 10-30 стучит в дверь малый освобождать номер. Я ему на пальцах показываю, что ещё 1 час у нас. В 11-30 приходит баба, опять предлагает освободить номер.
   Без 5-ти 12 с вещами мы спускаемся в фойе. Сдаём полотенца. Нам возвращают наши 10 динар -- залог. Сдаём карту-ключ от дверей номера. Сняли с запястий браслеты-пропуска и сели в фойе за тот же столик, где сидели по приезде. Сходили по очереди на обед, ждём обещанный автобус в аэропорт. Некоторые уехали в аэропорт на такси. У нас до автобуса  ещё 4 часа ожидания. Приехали -- ждали, уезжаем -- ждём. 

   В 16-30 пришёл автобус,  собирал  всех  отъезжающих  из  разных гостиниц. В аэропорт  прибыли  в 18-00  (по Москве в 21 час).  В 22 по Москве  вылетели из Туниса на А-320-м.
   В салоне человек 200. Я у окна. Рядом Ю.Е. и ещё парень. Сзади меня пацан лет 8-ми с родителями. Не сидится ему, стучит ногами в моё кресло, поднимает и опускает столик. Надоел, не даёт спокойно посидеть, подремать.

   Я оборачиваюсь и, несмотря на родителей, сидящих с ним рядом, говорю ему, что бы он успокоился. Иначе попрошу, что бы его высадили (?)  Он бестолково на меня смотрит и некоторое время молчит. Потом всё повторяется снова. Он опять начал суетиться, стучать ногами. Испытание для меня.
   Одна пассажирка (кажется, навеселе) включает Пугачёву вслух. Ей делают замечание.  Дело доходит чуть не до драки, пока её не успокоили.

   4 часа лёту (или мучений, как хочешь это назови) и мы в Питере. Нас встретили. Меня по пути довезли до дома Вика, дочь Тамары Викторовны, нашей с Ю.Е. попутчицы. В 3-30 утра  05.10.12. я уже дома. Прощай, Тунис.  Здравствуй Питер, дом и жена.


                ТУРЦИЯ. КЕМЕР

   Опять мой друг Юрий Ефимович уговорил меня поехать по туру в Турцию.
С 01 октября 2013 года по 11 октября 2013 года с Ю.Е. мы соблазнились за 33 тысячи руб. на человека полететь в Турцию                25.10.12 в Majesty club kemer beach hotel. От аэропорта  Анталия по автостраде на юго-запад в сторону г. Кемер...

   30.09.2013. Юра приехал ко мне в 16-00. Сели, поели, заказали такси на 6-00 на 01.10.13.  Нам говорят, 375 руб. до Пулково-2. Почему? Сказали, если до 6-00, то 350 р. Хорошо, давайте на 5-55 за 350 р.  Выходим из дома в 5-45, ищем  «шкоду» белую. Нигде на Витебском её нет, все а/м пустые без водителей. Уже 6-00 прошло, машину не находим. Психуем, что делать?
   Звоню дочке: дай ТЛФ такси, который ты рекомендовала, я его оставил дома. Стоим на остановке автобуса, Наташа диктует, я звоню. Связываюсь с таксистом. А он стоит у парадного подъезда. Ё-моё! Сели в а/м и за 12 минут мы доехали до аэропорта раньше, чем надо. Регистрация началась в 6-30.

   Раздевали нас, как кроликов, обшаривали, меня заставили разуться, (что-то у меня бренчит). Наконец мы в Боинге-747. Салон не полон. Вместо 8-30 взлетели в 9-00. Позавтракали в самолёте неплохо.
   3 часа с небольшим в полёте. В Турции время на 1 час назад. Получили багаж, сели в автобус. Говорят до отеля 1,5-2 часа езды. Ничего себе? В Питере обещали 30 минут. Экскурсовод, русская дева из нашей глубинки, сказала: забудьте, что вам говорили в России.

   На остановке у автозаправки, где мы с Юрой  поменяли 100 долларов на их лиры
1 дол .= 1,85 лиры (дальше к центру хуже:
1 дол. = 2 лиры). Опросили нашу деву. Рассказала, что работает здесь сезонно, знает немного турецкий язык, не замужем, ей нравится.
   Проехали 2 или 3 тоннеля, вырубленные в скалах, смыкающимися с морем.  Доехали, дали нам квартиру, или комнату на 1-м этаже 2-хэтажной мазанки (как мне показалось), За окном тучи, дождь прошёл. У дома сухо, плюс 25 град. Наш апартамент № 1103.  Юрий отдал 10 дол. на ресепшине и  + 1 дол. носильщику. (Пишу на балконе 1-го этажа, перешагнул и ты во дворе).     Ознакомились с местными заведениями, поели турецких лепёшек.

   В 19-00 идём искать ресторан (столовую) для ужина. Поели хорошо, идём домой (странно, домой), пасмурно, волны с гребешками, красиво.
   В комнате две кровати, диван, холодильник, кондиционер, туалет, душ с гелем и шампунем, мылом, палочками для прочистки серы в ушах, спичками турецкими, и пр. В холодильнике 1 бут. пива, колы, воды. Только единожды. Дверь в туалет и в предбанник к душу – одна! Я это вижу впервые.

   02.10.13. Проснулся в 6-00 по-местному времени. Всю ночь грохотал гром, сверкали молнии и дождь. Утром со двора пришёл необыкновенный запах каких-то растений. Ходили вдоль шоссе, смотрели, снимали на фото. После сытного обеда играли в дурака. Будем играть, т.к. погода пасмурная, но тепло. Так и делали.
   03.10.13. Завтрак с 7-00, а солнце появилось только около 8-00. Небо чистое, слабый ветерок, лёгкий прибой. Полежали под солнцем до 10-00. Юра пошёл воду пробовать. Под ногами камни и плиты. Волна его толкнула на камень и он поранил ногу до крови. Я его спрашиваю, где обещанный песочек на пляже?  Одна галька, камни и плиты. Придётся купаться в бассейне.

   Съездили в г. Кемер, 9 км. Частный турок отвёз нас туда бесплатно! Узнал, что мы россияне, хотя по-русски – ни бум-бум. Вот это человек. Кое-что купили. Я взял камеру, а аккумулятор забыл в отеле, раззява. Походили по магазинам. Стали искать автобусную остановку, но  не нашли, взяли такси.   Он, паразит, довёз нас за 16 долларов! Молодой наглец.
   После обеда у отеля делали покупки, приценивались, смотрели. В ресторане (вернее, столовая) нет каш, а брюхо уже соскучилось по овсянке. Вечером опять карты. Ю.Е. всё выигрывает.

   04.10.13. утро ветреное. Волны, солнце. Позавтракали. Хотели записаться на рыбный ужин в ресторане. Шиш, всё занято. Остаётся сауна. После обеда смотрим ТВ – заседание госсовета. Море волнуется, ветер, прохладно. После ужина опять ТВ, благо наших каналов несколько, и карты.
   05.10.13, суббота. Ветер, волны, холодно. На завтрак надел майку, рубашку, куртку, брюки, носки. С 8-30 до 9-30 полежали на ярком солнце и ветре, замёрзшие ушли. Решили идти греться в сауну. Записались на «турецкий» ужин в 19-00 на 06.10.13.

   Взяли в сауну мыло, мочалку, полотенце, плавки. Разделись, вошли в полутёмное жаркое помещение сауны. Я чуть не сел на парня в полумраке.  Оказалось, что там и женщины изнемогают от жара. Хотя по мне можно бы и погорячей.
   Затем идём в моечную, мужскую. Над головой стеклянный потолок под небом, вокруг мрамор, или его подобие. Сидеть не на чем. Стоишь перед раковиной, наливаешь в неё воду из двух кранов, вода не утекает: слива нет. Моешь голову в этой мыльной грязной воде, берёшь черпак (миска), вычерпываешь использованную воду себе под ноги, наливаешь новую воду, моешь, что хочешь, и так несколько раз. Хрень какая-то. Выходишь из моечной под душ. Дверца пластиковая  еле закрылась. Снова погрелись в сауне и по домам в мокрых плавках, благо недалеко.

   Предлагали массаж и прочее, только плати. Зачем? Дома под тёплый душ и не нужна турецкая баня. По стопочке приняли и под одеяло до обеда.
Об отеле. Отель находится в селении, название которой не запомнить, в 9 км. от Кемера. Автострада проходит вдоль берега Средиземного моря, а может быть и залива, бухты. С одной стороны отели, с другой - горы, есть тоннели. Зелёная растительность, в основном, вдоль берега на территориях отелей. Это пальмы разных сортов, лианы, кривые сосны с длинными иголками, лавры, кусты и деревья в розовых, белых цветах. Юг.

   Ресторан. Он там не один. Есть закусочный, кофейня и прочие. Основной главный большущий ресторан с большой раздаточной. В отличии от Хургады, где идёшь очередью друг за другом с подносом, показываешь, что тебе подать, и здесь же в середине зала ешь за столиком. Здесь же   ходишь по раздаточной вокруг стоек с тремя, четырьмя противнями какой-то еды, в других стойках мясо, рыба, соусы, приправы, зелень, фрукты, сладости. Берёшь сам, что надо. Ешь – не хочу. От раздаточной в виде пятиконечной звезды расходятся полузакрытые  продуваемые ветром пять галерей со столиками на четверых. Приятно.

   Выбор еды. За пять дней  один раз ел рисовую кашу. Вернее, рис сварен в молоке, сладкий. Пришлось сахар забивать солью. Каши не варят. Два раза было вкусное картофельное пюре. А так картошка фри, варёные овощи, яйца всмятку, глазунья и омлет, кура, жареная форель (вкусно), зелень, фрукты, выпечка, соки, вино и т.д. Суп – протёртые овощи, томаты, вермишель (бурда без мяса), сыр, перчёная колбаса, кофе, чай. Мы сначала таскали в номер в холодильник булку, лепёшки, кумыс. Потом стали потихоньку всё выбрасывать.

   Жильё. 2-хэтажные дома с 8-мью квартирками. Где-то 3-хэтажные, стоят отдельно, между домами как бы улочка с асфальтовыми дорожками. В номере только бра на стенах, над койками. Потолочного света нет, поэтому из-за деревьев у нас полумрак. Есть холодильник-малютка, ТВ, кондиционер, сейф, туалет, душ, умывальник, фен, куча полотенец, гели, шампуни, мыло, спички, ватные тампоны, ватные палочки для чистки ушей (всё в отельевских упаковках),  балкон на 1-м этаже.  Сушить бельё негде, только под ветром на балконе.

   Экскурсии. 1 день на рыбалке – 60 дол. на человека, Клеопатра ещё дороже, можно и в в Израиль к Иисусу Христу. Только плати. Массаж в сауне -- 25 дол. Мы  – за бесплатные услуги. Попробовали турецкий ужин и рыбный, но позже.
   Люди. Русские, хохлы, мало из южных людей.  Старых, толстых баб и мужиков больше, чем молодёжи. Хотя до 2-х часов иногда музыка грохотала, может там и молодёжь была, но мы-то уже в кроватях отдыхали. Много и детей.
Торговаться мы не умеем, а потому берём за ту цену, которую называют. Местные знают, что люди приехали потратить всё, что привезли, зато и дерут с нас, как хотят.

   Сегодня 05.10.13 ждём по ТВ драчку Поветкина с Кличко. Не показали. Утром узнали, что Поветкину Кличко наддал.
   06.10.13. Поздравил Лизу с 7-милетием. Еле-еле отправил СМС, не проходит и всё. Юра тоже помучился с посланием. То ли код «+7», то ли «007». У меня с третьего раза прошло, Наташа откликнулась.
   Перед обедом прогулялись вдоль шоссе в сторону Кемера. Торговли там нет, только отели, вернулись назад. Купил Лизе банный халатик за 12 дол., + магнитики. Выпили за день рождения внучки, пообедали. На улице хоть и ветер, но очень жаркое солнце, повалялись 1,5 часа у бассейна. Никто не купался. Мы решились прыгнуть в бассейн.

   Вода пресная родниковая, холодная. Выскочили погреться на солнце, затем домой переодеваться в сухое. Полежали и пошли к долгожданному доктору лечить ногу Ю.Е., которая залеплена пластырем. (До этого доктора мы и не видели, только пустой кабинет). Пришли, а там девка-турчанка, лет 17-ти, по-русски ни в зуб ногой.  Мы поняли, что доктора нет, а она медсестра.  Я говорю ей, My friend is kill
(вместо die, ошибся). Она рассмеялась, стала обрабатывать ногу Ю.Е. какой-то жидкостью. Я попросил дать коляску напрокат для раненого, не дала.
   У Ю.Е. ещё в большой палец правой ноги под кожу попал маленький камень ещё в море и стал нарывать. Дева отказалась его вытаскивать, посоветовала ехать в Кемер, или вызвать скорую помощь сюда. Я пообещал сделать операцию на дому. Так и сделали.

   Острыми ножницами надрезал кожу, извлёк «бяку», залил одеколоном и положил биопластырь. Всё обошлось.     Я для Ю.Е. – хирург, а он для меня – банкомат. Я хожу без денег на прогулке, а он – с деньгами.  Дома рассчитываемся.
Кстати, куда мы с Юрой ни ездили, везде он получал травмы. То голову разобьёт в Карфагене о древние развалины,  то средиземное море окропит своей кровью,  то с винтовой лестницы брякнется. И что будет дальше, я не знаю.

   Сегодня в 19-00 идём в турецкий ресторан (турецкий ужин) в соседний бар под шатром. А завтра идём в рыбный ресторан, сюда же. Посмотрим. Юре турецкий ужин не понравился, как говорится, жри, что дают. В обычном -- мы выбираем сами. Нового на блюде ничего не было, просто тебя обслуживают, приносят на стол. Правда, мне после 150 гр. водки и неплохо показалось: салат (или винегрет), соусы (вроде майонез), брынза, потом мясо с чёрным гарниром ( грибы, или бамбук?). мяса много, я не доел. Ю.Е. справился. В   
   19-00 уже темно, прохладно, пробирает ветер. Идём в койку.

   07.10.13. понедельник, тяжёлый день для меня после вчерашнего. Сердце барабанит, видно, давление. Ю.Е. дал корвалол и таблетку каптана (что ли). Завтракать пошёл он один. Я позже, примкнул к Ю.Е., но не смог долго на солнце, вернулся домой. ТВ, отдых и опять есть. Юра принёс кумыс и лепёшки. Смотрим ТВ, играем в карты и спорим о всяких вещах. И в конце концов он оказывается в споре прав.
   08.10.13. Встали в 7-30, пошли на завтрак, замёрзли. В 8-30 решили полежать на шезлонгах. Стало жарко, небо синее, облаков  нет,  ветер  стих.    Позагорали   до
11-00, потом в постельку перед ТВ на русские каналы. После обеда повалялись на солнце, попили сухого вина, поснимали.

   В 17-40 солнышко уже заходит, чувствуется наступление осени. В 18-45 уже темно, холодный воздух с гор. Ужин в 19-00 (хоть до 24-00). Что делать в конце октября – начале ноября на турецком берегу средиземного моря? Не знаю. После обеда опять потянуло на лепёшки с кумысом. Вкусно.  В 19-00 одеваемся потеплей в куртки, что бы не простыть на открытой веранде ресторана.
   Да. Перед ужином хотел посмотреть, что я купил и засунул в сейф, но увы! Сейф не работает. вызвал ресепшин. Через 5 минут пришёл малый, посмотрел, развёл ручки, не помог. Вызвал техника (тот по-русски – ноль) лет 45-50-ти. Я  стал объясняться с помощью англо-русского словаря (хорошо, что взял). Тот начал сверлить, отвинчивать что-то. Наконец открыл сейф и мы его снова закодировали и закрыли.

   После ужина на пляже ярмарка. Поставлены палатки, их быстро осветили, лежаки и зонтики как-то незаметно для отдыхающих убрали. На прилавках всякие безделушки, тряпки, чай, лекарства, даже трёх верблюдов привели. Хочешь за 5 дол. сфотографироваться с ними? Гони монету. Я напился вина, как бы отвальная. Ю.Е. воздержался, молодец.
   09.10.13.  Встать не смог, кружится голова. Еле сходил на завтрак и в постель. Ю.Е. вызвал доктора. Пришёл опять не доктор, а фельдшер, лет 50-ти. Общались по словарю. Замерил нам давление. У меня 140 на 60, у Ю.Е. 140 на 90. Говорит, о кей, здоровы. А у меня голова по кругу. Остаток дня пролежал, Ю.Е. принёс поесть. Спал с больной головой и шеей. Дома будем лечиться.

   10.10.13.  Самочувствие налаживается. Позавтракали, загорать перед отъездом не рискнули, стали собирать вещи. После ужина отдыхали, смотрели ТВ, дремали по очереди. В 23-00 пошли в ресепшин, сдали ключи, визитки, стали ждать автобус, его время 01-15, но уже 11-го октября.
   Народу человек 12 отъезжающих, другие не спят, гуляют. И служба не спит, встречают приезжающих, кажется всю ночь. Тепло. Выехали только в 01-25. Ездили часа 2 по всем отелям, собирая уезжающих парами,  с плачущими детьми, колясками и одиноких.

   В 2-50 привезли всех к магазину кондитерской фабрики в Анталии. Работают всю ночь, ждут нас, чтобы вытряхнуть карманы. Нас ранее обнадёжили, что на фабрике сладости дешевле. Я как-то не заметил. Купили с Ю.Е. сладости и автобус повёз нас в аэропорт. Приехали в 3-20 ночи. До самолёта (6-30) ещё 3 часа. Хочется спать, пить (воду отобрали), присесть негде. Люди спят на двух-трёх сиденьях, дети носятся, играют, другие капризничают.
   Встаём в длинную очередь со своим багажом. Минут через 15 узнали – не туда стоим. Пробежали в другой конец зала в другую очередь. Спросить некого: турки, немцы, ещё какие-то. Нигде нет информации о нашем рейсе в СПБ на 6-30, а время идёт. Один из работников пояснил, что смотреть надо не на время отлёта, а на номер рейса.

   Оказалось, наш рейс на 10 минут раньше. Нашли по табло нашу стойку 23, 24.  Это та очередь, которую мы вначале покинули.  Ё-моё!  Ю.Е. занял в конце очередь, она стала ещё длинней, я поставил вещи поближе к кассам. Стали принимать багаж на наш самолёт. Он чартерный, могут отменить, изменить время вылета, всё, что угодно им. Поэтому вместо 6-30 исправили  на 6-20, а ещё рейс есть и на 6-10. попробуй разберись.
   Стоим, очередь медленно, но движется, вещи подталкиваю ногой, не входя в очередь, не тороплю события. Подошёл Ю.Е., стали в полголоса обсуждать, где наша потерянная очередь, где мы стояли. Примкнули мы за одинокой женщиной, за ней молодая семья всё время укладывала вещи, успокаивала дитё, поила его и т.п. Нам это стало на-руку. Да и не удобно молодым выгонять старых из очереди, особенно такого солидного седого Ю.Е.

   Дошли до касс, сдали багажи, получили места в 29 ряду, а всего 31.  Поднялись  на 2-й этаж к стойке 62. там народ уже занял почти все места. Здесь Екатеринбург, СПб, Шереметьево. Должны бы уже и самолёт наш подогнать – 6-00 часов. Екатеринцы улетели, теперь наша очередь.
   Появилось табло, наш рейс.  Все вскочили в очередь. Турки у стойки между собой говорят, не обращая на нас внимания. 6-30, 6-50. Не пропускают. Я спрашиваю турка: Haw many timе to wait?  Он пожал плечами и они ушли. Очередь рассасывается, садятся, дети воют, устали не спавши, да и взрослые тоже. В 7-00 и часы над стойкой погасли. Никто ничего не понимает и некого спросить. Слоняемся, сидим, где попало, ходим в туалет, кто-то ест, кто дремлет. Один парень лёг на пол у стойки, чтобы быть первым, как в кино «Гараж».

   Где-то в 7-30 появился турок, велел идти вниз к стойке № 208. Все помчались вниз, я потерял Ю.Е. А он услышал от кого-то и спустился, меня не предупредив. Какой-то. Встали ещё раз (какой по счёту?)  в очередь. Табло горит, турок нет. Я пошёл смотреть главное табло. Там наш рейс вместо 6-20 записан на 8-00. вокруг ни одного турка. Иду опять к табло. Там уже исправили на 8-10. Что будет дальше?  Наконец всех измученных турецким безобразием посадили в два автобуса и в самолёт А-320.

   Взлетели в 8-05. Дали попить, потом поесть. Еда паршивая, я не ел (Ю.Е, смолотил), хотелось поспать. Фиг вам! Два ребёнка капризничали, орали. Один – почти до Питера. А матери хоть бы что. Не полёт, а мучение.
   Вышли из самолёта в 11-00 (по нашему в 12-00 с копейками. Взяли багажи, Юру встретил Миша, а я пошёл с двумя сумками на обоих плечах искать автобус № 39. Еле нашёл. Дома оказался в 14-30. Никого. Пошёл в магазин, взял Талку-0,5, скумбрию (соскучился по солёной), посмотрел ТВ, позвонил Лене  и спать.

   Еле нашёл положение для головы. Болела шея, левое плечо и левая часть под черепом. Голова стала кружиться. Позвонил Лене на дачу, что принять? Выпил парацетамол, намазал затылок кремом  Кетонал.
   Спал плохо. На правом боку комната плывёт, на левом больно. Утром не смог помыть лицо. От наклона голова кружится, хватаюсь за мебель, чтобы не упасть. Зашумело в ушах. Давление 117 на 92, пульс 62. съел овсянку, выпил крепкого чая, вроде полегчало.
   В 12-10 давление 120 на 86, пульс 66. Пишу. А зачем, не знаю, кому-то, может быть, и пригодится в будущем, но не мне. Не нужен мне берег турецкий и Африка мне не нужна. Одного полёта в самолёте и того достаточно. Хватит.

   Ну, вот пока и всё. Немного, не мастерски изложено, может, даже не интересно кому-то. Но это обо мне, которых тысячи обычных неприметных живых людей с их жизнью и судьбой.


Рецензии