Звёздные кролики

Звёздный кролик по имени Орион смотрел на круглоликую луну.

Он хотел сказать:
"Ты так молчалива и прекрасна. Твоё мягкое сиянье заставляет трепетать моё крошечное сердце", – но не смог выдавить из себя ни слова.
На всём небосклоне было много умных и добрых звёздных кроликов. На спинах у них, переливаясь, светились созвездия, а мягкая шерстка сливалась с тёмным цветом ночного неба.

Все кролики были влюблены в луну, но ни у кого из них не хватало сил признаться в этом даже самим себе или собратьям.

– Луна сегодня такая печальная, – сказал Ориону один из его товарищей.
– Наверное это из-за того, что скоро пройдёт зима, наступит весна, и солнце вновь станет чаще светить людям. Люди очень любят солнце, знаешь? – ответил ему Орион.
– Да, но я слышал, что и нашу луну они любят не меньше.
– Кто сказал тебе это?
– Солнечные зайчики. Я встречался с парочкой из них недавно, на закате. Солнце и луна в тот день снова случайно пересеклись на небе. Кажется, они о чём-то разговаривали, но их язык мне был непонятен.

Орион пошевелил усиками и, наскоро попрощавшись, попрыгал прочь. Он чувствовал странное беспокойство и хотел поскорее увидеть луну, чтобы развеять его. Перескакивая кометы, космические станции и осколки астероидов, он нервно оглядывался по сторонам. Мимо пробегали кролики под именами Близнецы и Возничий. Они окликнули своего знакомого, но тот остановился только чтобы спросить:
– Не показалось ли вам, что наша луна грустит?
Получив кивок Возничего в ответ, он сразу поспешил дальше.

Звёздные кролики, в отличие от солнечных зайчиков, не любят тратить время на разговоры и объяснения. Орион, добежав до луны, остановился в смятении. Его возлюбленная укуталась кружевом из тонких перистых облаков и прикрыла своё лицо вуалью из слоистых тучек. Склонив голову, она смотрела на землю и вздыхала. Кролику очень не хотелось её беспокоить, но до рассвета оставался всего час, поэтому он спросил:
– Луна, почему сегодня ты кажешься такой печальной?
Луна, казалось, не расслышала вопроса. Она ответила лишь через минуту, когда солнце чуть больше приблизилось к своему восходу.
– Никто не любит меня. Посмотри, как радуются люди солнцу. Они улыбаются ему, щурят на него глаза и ласково благодарят за то, что оно вышло из-за туч. Но стоит показаться мне, как все задумчиво замолкают и молча смотрят мне вслед. Я порчу всякое веселье и нагоняю на людей тоску - вот почему мне грустно.
Луна закончила говорить и отвернулась, но Орион, сказав:
– Ты ошибаешься луна, и мы это тебе докажем, – быстро помчался прочь.

В голове у него уже была идея.
Следующие пару ночей все звёздные кролики не появлялись на небе, из-за чего луне пришлось скрыть их отсутствие тяжёлыми тучами. Она подумала, что они оставили её и ещё больше погрузилась в мрачные мысли, накрывшись, как одеялом, космической пылью. Тем временем звёздные кролики спустились на землю.

Прыгая от дома до дома, от поля к полю, от моря к морю, они искали всё, что могло бы отобразить любовь людей к луне. Они слушали и запоминали стихи поэтов, полуночный шёпот влюблённых, стройные аккорды гитары. Они тонкими лапками срисовывали картины художников и детей, обмакивая их в густые краски ночи.
Орион и все его братья стирали лапки об грубую почву, обжигались рассветными лучами солнца, терпели любые насмешки солнечных зайчиков, но не сдавались. К началу третьей ночи они вернулись на небо, окружили луну и начали рассказывать ей всё, что им удалось узнать.
Звёздные кролики, стоя на задних лапках и дёргая сияющими носиками, по памяти читали стихи, пересказывали книги и обрывки разговоров, пели песни и повторяли танцы, увиденные у людей. Всех проявлений любви к луне, оказалось, не перечесть.

В ту ночь луна плакала от радости и смущения, а кролики между собой условились, что будут повторять этот маленький праздник каждый раз, когда их возлюбленная загрустит.

Поэтому, не увидев ночью звёзд, не спешите ругаться на тучи – звёздные кролики просто спустились на землю. И если вы любите луну также сильно как они, то шепните ветру пару ласковых слов и будьте уверены – чуткие уши услышат вас и донесут их до неё.