Глава 9

По привычке просыпаюсь в шесть утра. Рывком поднимаюсь с кровати, чтобы не дать себе заснуть заново. Ставлю кофейник на плиту и только потом вспоминаю, что сегодня суббота.
Обдумываю за завтраком, как провести выходной с пользой. В конце концов, склоняюсь к тому, чтобы сходить на пляж. Из всех развлечений теперь доступны только бесплатные.
Через полчаса достигаю цели. Вокруг ни души. Пляж находится за городом, но не это является помехой для вездесущих курортников. Их скорее отпугивает отсутствие песка. Побережье усеяно галькой, а прямо у моря в беспорядке разбросаны огромные валуны. Расположившись на одном из них, свешиваю ноги в воду и прикрываю глаза.
Хорошо.
Опасности обгореть, сегодня не предвидится. Солнце прячется за облаками, а по берегу гуляет свежий ветерок. Почти засыпаю, когда меня обдает брызгами. Одна из волн разбилась о соседний валун. Тем лучше. Где-то я слышал, что на море спать не рекомендуется.
Поднимаюсь, с наслаждением потягиваюсь и прыгаю в воду. В несколько взмахов отплываю от берега. Оборачиваюсь. Вдали виден город с его шумом и суетой, а здесь – тишина, нарушаемая лишь шелестом волн и криком чаек. Вдруг понимаю, каким был глупцом, когда утверждал, что бассейн в фитнес-центре может заменить открытое море.
Выхожу погреться на берег. Интересно, который час? Тянусь в карман джинсов за телефоном и вспоминаю, что оставил его дома. Странное чувство. Наверное, впервые за много лет вышел из дома без мобильного.
Небо затягивает тучами. Погода портится. Тем не менее, не думаю уходить, а снова ныряю в воду. Гремит гром. Продолжаю плавать в ожидании дождя. Забавно наблюдать, как пустеет соседний пляж. Люди спешно собирают вещи и устремляются домой. А смысл?! Они ведь все равно мокрые. Молния озаряет потемневшее небо и в следующее мгновение на воду падают первые крупные капли. Через несколько минут морская гладь превращается в рябое покрывало. Зажмуриваюсь и закидываю голову назад. Ливень бьет по лицу, он холодней, чем море.  В ушах – шум дождя. Смеюсь.
Впервые за много дней я счастлив.

Обратно возвращаюсь пешком. Толкаться в маршрутке нет ни малейшего желания, а попутку ловить не пробовал. Что-то подсказывает, что вряд ли кто-нибудь подберет незнакомца на дороге. Я бы точно не остановился, только из тех соображений, что мокрый попутчик перепачкает сиденья.
Добираюсь до дома под вечер. Желудок недовольно урчит. Я не рассчитывал задерживаться надолго и не прихватил ничего поесть. Достаю из кармана ключи и намереваюсь приложить «таблетку» к домофону, когда из кустов у подъезда раздается писк. Прислушиваюсь. Звуки отдаленно напоминают жалкое мяуканье. Спускаюсь по ступенькам и раздвигаю ветки в стороны. Ничего. Закрываю глаза и пытаюсь определить, откуда идет звук. Кажется, справа. Обшариваю взглядом то место и вижу, наконец, плачущий комочек грязи. Протягиваю руку, но котенок шарахается в сторону. Подаюсь вперед, поскальзываюсь и падаю в лужу.
Проклятье!
Острые колючки впиваются в руки. Первым порывом хочется бросить все к чертовой матери, но я привык доводить дело до конца.
– Иди сюда!
Хватаю котенка, и он первым делом впивается мне в палец. Его маленькие клыки не в состоянии причинить боль, а сама ситуация вызывает смех.
– Ну, погоди, засранец мелкий! – легонько щелкаю его по ушам. – Я тебе отомщу.
В квартире первым делом сбрасываю грязную одежду, принимаю душ, переодеваюсь. Выйдя из ванной, обнаруживаю, что котенок зря времени не терял. Выбрался из обувной коробки и спрятался. Без труда нахожу его по грязным следам.
Только вчера помыл полы.
Чтобы достать беглеца из-под кровати, приходится лечь на пол. Он опять кусает меня за палец. Набираю в тазик теплой воды. Котенок пищит и сопротивляется.
Не жалею шампунь.
Ужин откладывается на неопределенный срок.

*

Утро воскресенья начинается не с кофе. Просыпаюсь от того, что по мне что-то топчется. Открываю глаза и вижу пушистую морду. Удивляюсь, но в следующее мгновение в голове всплывает вчерашняя эпопея. Котенок, кажется, за ночь освоился и осмелел. Обнюхивает, щекочет усами лицо.
– Хватит!
Приподнимаюсь на локтях. Он отскакивает в ноги и выгибает спину дугой.
– Ну-ну, не начинай.
Ловлю себя на мысли, что разговариваю с котом. Докатился.
Тем не менее, продолжаю. Становится легче. Может быть, именно поэтому я подобрал вчера это недоразумение. Из чистого эгоизма.
– Есть хочешь?
Он недоверчиво разглядывает меня. Поднимаюсь с кровати и нарочно медленно иду на кухню. Котенок некоторое время топчется на месте, затем семенит следом. Открыв холодильник, ловлю себя на мысли, что в доме нет молока. Недолго думая, достаю остатки курицы, отламываю кусочек и, присев, протягиваю питомцу. Котенок не двигается с места, тогда я бросаю мясо в его сторону. В конце концов, должен съесть. Как-то же он выживал на улице все это время. При виде летящего предмета котенок шарахается обратно в коридор, но через некоторое время появляется вновь. Делаю вид, что не обращаю на него внимания. Тогда он хватает добычу и скрывается. Неплохо для начала.
Меня знобит. Вчерашний дождь, кажется, не прошел бесследно. Хорошо, что сегодня выходной. Включаю колонку, намереваясь набрать ванну. Пока набегает вода, иду посмотреть, как там приемыш. Котенок устроился в кресле на свежевыстиранных футболках. Исходя их того, что курицы нигде нет, он ее съел. Хватаю нахала и перебрасываю на диван. Придется стирать заново. Пока забрасываю вещи в машинку, вода в ванной достигает нужного уровня. Подстилаю полотенце, чтобы не поскользнуться на кафельном полу и «ныряю».
Как неудобно! Не знаю, что делать с ногами, никогда не думал, что они такие длинные. С горем пополам удается помыться, причем несколько раз больно стукаюсь коленками о стенки, а при выходе оступаюсь и чуть не падаю.
Облегчение не наступает. Прикладываю ладонь к пылающему лбу. Кажется, поднимается температура. Достаю из аптечки градусник.
Так и есть.
37, 9.
Что-то подсказывает, что все только начинается, а я терпеть не могу валяться в постели. Из лекарств в наличии только таблетки от головы. Делать нечего: одеваюсь и плетусь в аптеку. По сравнению со вчерашним днем температура воздуха значительно упала. Дует свежий ветер и до меня доходит, что выходить с мокрой головой пускай даже при небольшом недомогании, по меньшей мере – глупо. В очереди все как назло чихают и кашляют. Поднимаю футболку на лицо, стараясь дышать как можно реже.
Вернувшись домой, развожу в кружке пакетик «Терафлю».
На градуснике 38,5.
Опрокидываю в себя кислятину и возвращаюсь в не застеленную постель.
Завтра на работу.
Только бы не заболеть.

*

На следующее утро становится хуже. Просыпаюсь от того, что телефон разрывается от звонков. Номер не определен. Поднимаю трубку, на ходу соображая, как бы членораздельно ответить.
– Слушаю.
– Ресторан «Империя», – раздается на другом конце. - Мы ждем Вас больше часа.
Ничего не понимаю. Сегодня не их день.
– Возникли проблемы с поставками, – тем временем продолжает голос. – Вчера по электронной почте я просил вас подъехать сразу после открытия.
Спросонья не могу сообразить, что он от меня хочет. Мне накануне было не до чтения писем. В любом случае, они ведь открываются в 9.00. Рабочий день еще не начался. Который час? Взгляд невольно падает на часы, и я подскакиваю в кровати.
10.30! Проспал.
– Произошло непредвиденное обстоятельство, – стараюсь, чтобы голос звучал бодро. – Буду через двадцать минут.
От завтрака приходится отказаться. Единственное, что успеваю, так это померить температуру. Результат неутешителен.
39,2.
Делать нечего. Бегу к машине, на ходу завязывая галстук. Все тело ломит, а дорога под ногами идет волнами. Чудом добираюсь до места. По привычке заезжаю на парковку для гостей и только когда вижу удивленные глаза охранников, понимаю, что свернул не туда.
Пробегаю через зал, опустив голову, в надежде, что официанты меня не узнают. Не то, чтобы я часто бывал здесь, но кто знает.
Закупщик ожидает меня со скрещенными на груди руками.
– Прошу простить за опоздание. Пробки.
Вру и не краснею. А что остается делать?!
Он по-прежнему настроен враждебно. Не удивительно. Не далее, как завтра столы должны быть сервированы по первому разряду, когда возникают проблемы с поставками.
– Перейдем к делу. Что Вас не устраивает?
Знаком он показывает следовать за собой. Сопровождаю его на пустой склад.
– Ничего не понимаю, – вырывается у меня. – Где товар?
– Это я у Вас хочу спросить.
Лихорадочно соображаю, насколько позволяет пылающая голова.
– Вчера я прождал машину целый день, а до вас было не дозвониться.
Разве я не имею права на выходной?!
– Одну минуту, – достаю телефон. – Мы все уладим.
Он посылает мне убийственный взгляд.
– Как бы ни так! Чтобы успеть, мы должны были начать несколько часов назад.
– Что значат два часа по сравнению с мировым кризисом?
Этот тип определенно лишен чувства юмора. Пытаюсь дозвониться до поставщиков, но на другом конце, как назло не берут трубку. Все это время закупщик стоит над душой. Если бы его взгляд обладал способностью прожигать, я был бы дырявым, как решето.
– Я буду жаловаться, – наконец, изрекает он. – Как ваше имя?
Он даже не знает, как меня зовут, хотя мы сотрудничаем больше месяца.
Убираю телефон, стараясь при этом, чтобы дежурная улыбка не сползла с лица. Получается плохо.
– Это ваше право, но…
Замолкаю. Голова раскалывается, трудно собраться с мыслями. Безумно хочется пить. К тому же начинаю внутренне закипать. Никто не имеет права разговаривать со мной в подобном тоне.
– Но?!
Он открыто нарывается на конфликт. Что же, он его получит.
– Дело в том, что я физически не могу проследить за всеми поставками. Вы, наверное, удивитесь, но Ваш ресторан не единственный.
В одно мгновение преображаюсь. Выпрямляю спину, расправляю плечи, даже голос звучит иначе.
– Еще вопросы?
Он удивлен настолько, что не говорит ни слова. Разворачиваюсь и иду к выходу.
– Сделаю все возможное, – оборачиваюсь в дверях. – До завтра есть время. Успеете.
Садясь в машину, думаю, что нарочно затяну поставки. В следующий раз будет аккуратнее подбирать слова.
И пусть это будет стоить мне места.

*

Грипп прогрессирует. Лежу в кровати еле живой. Сил хватает только на то, чтобы время от времени проверять почту и социальные сети. Привычка вторая натура. Новых писем нет.
Телефон молчит. Заказчики больше не тревожат.
Теперь можно не спешить с выздоровлением.
Меня «уволили» по собственному желанию.
Рано или поздно это должно было случиться, хотя я думал, что продержусь дольше.
Честно признаться, ни о чем не жалею. Настроение портит лишь навязчивая мысль, откуда взять деньги. Придется снова ходить на собеседования. Круг замкнулся. 
Вдруг становится одиноко. Такое впечатление, что обо мне все забыли. Даже пушистый сосед. С утра нечаянно пролил на него чай и с тех пор он не показывается. За неделю котенок успел немного привыкнуть ко мне, а теперь нужно начинать сначала. Ладно. Проголодается – вылезет.
Протягиваю руку к телефону и набираю номер одного из друзей. На другом конце долго не отвечают, а когда хочу нажать кнопку отбоя он, наконец, поднимает трубку.
– Как дела?
– Одну минуту.
Создается впечатление, что он зажимает трубку рукой. Через некоторое время его голос раздается вновь.
– Чего звонишь?
Странно. Могу поклясться, что минуту назад на заднем фоне играла музыка.
– Давно не виделись. Может, встретимся на днях?
Несмотря на жар, не хочу больше лежать в постели. Разваливаюсь без дела.
Пауза.
– Мне сейчас неудобно говорить, – в конце концов, произносит он. – Занят.
– Работаешь?
– Вроде того.
На часах 20.30.
Хотя, для переговоров с важными партнерами никогда не поздно.
– Ладно, не отрываю. Завтра загляну, идет?
Вместо ответа в трубке раздается громкий смех. Несколько нетрезвых голосов зовут приятеля по имени. Он снова зажимает трубку.
– Плохо слышно. Перезвоню.
В следующее мгновение из телефона доносятся гудки. Пытаюсь перенабрать, но абонент находится вне зоны доступа сети. Машинально даю отбой и убираю телефон.
Одно я знаю точно: это была не деловая встреча.
В одно мгновение все становится на места.
Я оказался за бортом.